Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Тяни-Толкай - Камень преткновения

Тяни-Толкай - Камень преткновения

 
Камень преткновения
 
Над песками цвета запекшейся крови стеной вставало сизое небо. На Земле оно таким бывает только в сумерках, но для марсианского дня – обычное дело. Слева за пластиком кокпита висел медный кружок солнца, заставляя Натана щурить один глаз. Руки крепко сжимали штурвал, движок натужно ревел, пока грузовой Казз карабкался на очередную дюну. Седьмой этап ралли Дакар-Марс, рыча моторами и взметая тучи песка, рвался к финишу.
Легкие циклеты давно умчались за горизонт, вседорожники разнообразных конструкций и размеров, едва видные за песчаной завесой, один за другим ныряли за гребни дюн. Слева и чуть позади, почти неразличимый в солнечном свете, ломился второй Казз, в кокпите которого крутил штурвал напарник и верный друг Марк. Где-то справа пыхтел горбатый Фаррах конкурента и подлизы Луиса. Прочие грузовики глотали пыль, поднятую их троицей. Натан был счастлив. Он выиграет этот этап и все оставшиеся – обязательно. Приз будет его. И трехгодичный брачный контракт с Марион, с золотоглазой рыжей Марион, тоже будет его. Благослови бог Майкла Сабина, что придумал возродить ралли Дакар на марсианских просторах.
Грузовик, зарываясь носом в песок, тяжело скатился с очередной дюны, натужно взревел и пошел на подъем. Натан вытряхнул из мыслей золотые глаза Марион и глянул на монитор навигатора. Перевалить этот гребень и надо брать правее, чтобы выйти к следующей вехе.
Внезапно двигатель взвыл, Натан прикусил губу. Сейчас нельзя сбавлять ход, иначе грузовик съедет кормой вперед со склона и застрянет. Пилот пригнулся к штурвалу, словно силой собственных мышц мог втащить машину наверх. Через несколько секунд Казз въехал на вершину, застыл на миг и заскользил вниз. Натан сбросил мощность, звук движка вернулся к норме. И смолк.
Грузовик по инерции проехал четверть следующего подъема и замер. Не поддаваясь панике, Натан нажал кнопку выключения двигателя, запустил его снова. Машина ожила. Плюясь песком из-под кормы, Казз тронулся и пополз вверх, набирая ход. Пилот перевел дух, но тут движок взвыл на высокой ноте, кокпит обдало жаром, словно заслонку печи открыли. Грузовик встал, опасно накренившись. Натан попытался отключить двигатель, никакой реакции.
Случилось то, чего он опасался с момента испытаний грузовика. У всякой техники есть слабое место: двигатель Казза всё-таки перегрелся, и управление отказало. Пилот выставил тормоз вручную и нажал кнопку разблокировки кокпита. Ничего не произошло. "Черт." Он пробовал аварийное вскрытие.
Ничего.
Натан ударил по клавише вызова техподдержки. В кокпите становилось всё жарче, в ушах шумела кровь, и сквозь её гул Натан слышал нарастающий вой работающего вхолостую двигателя. Дьявол! Рванет раньше, чем до него доберется техничка. А кокпит заклинило. Говорил ведь инженерам – фиговая конструкция, не выдержит экстремальных нагрузок. Теперь кокпит лишь снаружи открыть можно, кто бы только рычаг повернул. Дьявол, он сгорит здесь.
Солнце вдруг перестало слепить глаз – слева наползла массивная тень. Марк! Но друг притормозил лишь на секунду. В следующее мгновение его Казз взревел и попер на гребень, осыпая грузовик Натана багровым песком.
Марк!
Жар обжигал легкие, хотелось перестать дышать и одновременно – глотнуть побольше. Атмосферный регенератор сдох, кислорода перестало хватать. Натан отчаянно жал кнопку вызова технички, смаргивая заливающий глаза пот, борясь с накатывающей тьмой, хватая ртом бесполезный горячий воздух.
Вдруг пространство кокпита обдало холодом, чьи-то крепкие руки выдернули Натана из смертельной ловушки. Хрипя и кашляя, пилот рухнул на песок. Дрожащими пальцами содрал шлем и глотал, глотал благословенную свежесть. Воздух Марса, и через столько лет терраформирования бедный на кислород, сейчас казался нежнее морского бриза.
Нежданный спаситель подхватил пилота под мышки и оттащил в сторону от дымящегося грузовика. Натан наконец отдышался и поднял голову. Спасителем оказался Луис. За его спиной маячил тихо порыкивающий на холостом ходу горбатый Фаррах. "Черт".
На плечо легла большая ладонь, по оголенной шее прошлись мозолистые пальцы. Натана передернуло.
– Очухался? – ласково улыбнулся Луис.
– Да, спасибо, – выдавил Натан. Тошно быть обязанным этому озабоченному извращенцу. "Что ж ты, Марк, бросил меня... друг, называется".
Луис выпрямился и окинул его тем взглядом, каким сам Натан смотрит обычно на Марион. Чертов ублюдок.
– Бывай! – махнув рукой, Луис забрался в кокпит своего грузовика, захлопнул крышку, и его Фаррах, взметнув веер багряного песка, исчез за гребнем дюны.
Натан сел, подтянув ноги к груди. После жаркого кокпита на открытом воздухе стало холодно. Положив шлем на колени, пилот прижался к нему щекой и смотрел, как мимо его увечного Казза, взрывая песок, проходят машины соперников.
"Марк. Друг на всю жизнь. Предатель", – что-то еще стучалось в горячечный, затуманенный адреналином мозг, но сейчас Натан не мог сообразить, что именно.
Наконец, оглушив низким ревом, из-за гребня вынырнула платформа технички. Механики посыпались с нее раньше, чем замолкли двигатели. Дежурный врач занялся пострадавшим пилотом.
А движок так и не рванул. Техподдержка успела раньше.
 
***
 
В оборудованном на ночь лагере царила деловая суета. Руководство и судьи застряли на прошлой стоянке, и нынче здесь едва набралась пятерка маршаллов. Что делать – первое марсианское ралли, организационные накладки нередки, но к седьмому этапу народ уже крепко усвоил регламент ночевок. Всем нашлось место, никто не скандалил. Техперсонал команд проверял машины, пилоты, поужинав и покрутившись среди механиков, один за другим отправлялись на боковую.
Натан долго околачивался возле своего грузовика, наблюдал за работой, снова и снова отвечал на вопросы инженеров. Подошел Марк, сочувственно похлопал по спине, но Натан не смог с ним заговорить. Перед глазами всё прокручивалась сценка: грузовик напарника притормаживает – и уходит прочь, вверх по склону к кровавому гребню, закрывающему тусклое небо.
Наконец инженер прогнал Натана отдыхать, но заснуть не получилось. До сих пор трясло изнутри, рваные картинки аварии и спасения кружились и кружились в памяти, как в дрянном калейдоскопе. Марк, Луис, Марк. Натан выскользнул из трейлера и побрел по стихшему лагерю, куда глаза глядят. Что с этапа сошел – плохо, но по одному сходу, пожалуй, у всех участников уже есть. Если остальные этапы Натан пройдет хорошо, он всё равно возьмет приз. Но Марк... друг и напарник. Дерьмо.
Перевалило далеко за полночь, когда лихорадочное мельтешение эмоций и мыслей наконец сменилось пустотой. До Натана дошло, что он зверски устал: ноги гудели, глаза закрывались сами собой. Смаргивая сон, он доплелся до стоянки команды. Грузовики, его и напарника, стояли рядом, вычищенные, отлаженные, готовые ринуться в бой с восходом солнца. Натан подошел к своей машине, похлопал по исцарапанному боку:
– Не подведешь меня больше, Каззи? Мне, черт побери, нужен этот приз.
Он повернулся и оглядел грузовик напарника, взгляд зацепился за сплетение теней. "Что это? – Натан подошел ближе, провел пальцами по давно остывшему металлопластику. – Механик Марка не запечатал двигатель?"
И словно бес под локоть толкнул. Натан наклонился, подобрал из-под ног камешек и, открыв заслонку, опустил его в воздухозаборник. Звякнуло раз, другой. И всё.
 
***
 
На восьмой день пришлось ехать по глинистой пустыне. Как и положено в Дакаре, каждый этап ралли проходил по иной местности. Надо отдать должное Майклу Сабину – не просто на Марсе найти ландшафтное разнообразие да еще проложить многодневный маршрут.
Машины скользили по глинистым проплешинам, надрывно продирались по щебнистым склонам пологих холмов, крушили заросли хрупких тамарисков. По голым пескам и то было проще гоняться.
Марк стартовал первым, он-то вчера до финиша добрался своим ходом. Натан, впрочем, далеко не отстал, отремонтированный грузовик ехал как новый. К полудню и вовсе удалось нагнать вероломного друга, и теперь Натан висел, что называется, на колесе у Марка. Конкурент и спаситель, извращенец Луис весь этап маячил за спиной.
Всю дорогу Натан наблюдал за машиной напарника, но, похоже, брошенный им камешек никак не мешал предателю. Лишь за несколько километров до финиша Натан дождался реванша. Грузовик Марка внезапно повело, через несколько метров он клюнул носом и встал. И Натан сделал то, о чем мечтал целый день. На миг притормозил и промчался мимо, шлепнув ладонью в пластик своего кокпита, чтоб Марк уж точно понял, что Натан его заметил.
 
***
 
В эту ночь лагерь вновь раскинулся среди песков: скалы и дюны ждали их на девятом этапе. Под последними лучами заходящего солнца техника и люди словно тонули в багрянце, пейзаж трогал душу типичной марсианской скупостью. Запекшаяся кровь на небе и на земле. Черные силуэты неподвижных машин и суетящихся людей.
Натан оторвал взгляд от впечатляющего заката и с удовлетворением оглядел верного друга Марка. Бывшего друга.
Тот в бешенстве вышагивал вдоль борта своего грузовика, из-под подошв взметались крохотные песчаные смерчи:
– Черт, просрал этап! Откуда в двигателе мог взяться камень? Что за бред. Откуда?
Развернувшись в очередной раз, Марк напоролся взглядом на своего напарника. На лице того странно мешались злое торжество и обида. И Марка озарило:
– Ты! Щенок! Ты кинул камешек в движок! Но зачем, Нат, зачем?
Натан невольно отступил:
– Ты бросил меня! Ты бросил меня, Марк. Я мог сгореть там, а ты проехал мимо!
Засопев, Марк шагнул ближе:
– У тебя было целых четыре минуты, придурок! Четыре минуты до подхода технички. Не мог потерпеть, паникер! А теперь тебя снимают с гонки за помощь конкурирующего экипажа. Понял?! Ты просрал гонку, трус! Осталось два этапа, а ты просрал гонку! И сгубил гонку мне. Идиот.
Кулак Марка тяжело впечатался в скулу Натана, а сам Натан спиной впечатался в корму своего Казза. К ним тут же с разных сторон побежали маршаллы. Ошеломленный Натан, провожая взглядом разъяренного напарника, вскинул раскрытую ладонь, сигналя, что всё в порядке. Грохнула, захлопываясь, дверь трейлера. Марк так и не оглянулся.
Свидетели безобразной сцены, механики и пилоты, стали расходиться, переговариваясь и качая головами. Из-за пищевого бокса вынырнул незваный спаситель, Луис. Стоял и смотрел, ухмыляясь. Натану хотелось провалиться сквозь багровый песок прямиком на адскую сковородку.
– Зато ты жив, красавчик, – довольный Луис всё-таки подошел, хлопнул по плечу, Натан дернулся, как от пощечины. – Добрых снов.
Луис зашагал прочь и почти немедленно растворился в густеющих сумерках. Натан остался стоять в одиночестве, прижимая ладонь к горящей скуле. Как два дня назад в жарком кокпите ему хотелось жить, с такой же силой сейчас Натану захотелось умереть.
Надо было дождаться технички. Лучше бы он сгорел к дьяволу в своем Каззе.
Он неуклюже забрался в кокпит и нажал кнопку встроенного плеера. Протяжные гитарные риффы любимой группы "Догс Харт" разорвали мутную пелену, так долго ослеплявшую разум. "Дорога так далека", – пели музыканты чистым слаженным квартетом. Натан всхлипнул, помотал головой.
Дурак.
Ни приза, ни друга.
Ни Марион. Лишь один торжествующий гад.
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования