Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Л.С. - Языком вкуса

Л.С. - Языком вкуса

 
Они прилетели еще вчера. Инопланетяне. Вообще-то встречать их, наверно, должен был сам президент, или какой-нибудь главный академик. Но вышла накладочка. Как раз в это время проходил Антарктический конгресс. Лед в Антарктиде тает медленно, но верно. Вот все страны, ну не все, а самые заинтересованные, решили собраться, чтобы заранее Антарктиду поделить. Работа эта сложная - желающих много, Антарктида одна. Все наши самые главные начальники и убыли на конгресс, потому что инопланетяне – дело темное, их визит не знай во что выльется, а Антарктида – вот она, сегодня кусок не откусишь, завтра скажут, что "вас здесь не стояло".
В общем, принять инопланетян поручили нашему институту, несколько дней их помариновать, выяснить всю подноготную, а там, глядишь, и кто из высокопоставленных лиц подтянется. Институт наш уже лет пятьдесят занимается тем, что собирает всю информацию об инопланетянах. В других институтах да академиях думают, что мы занимаемся чем-то несерьезным. Директор наш, Петр Львович, говорит, что нас сколько угодно могут считать клоунами, но мы уж точно войдем в историю. Как в воду смотрел!
Кстати, директор – мужик с понятием, я вот, вроде, простой дворник. А он со мной советуется, коллегой называет.
- Сан Саныч, - говорит, - как ты думаешь, как нам гостей наших инопланетных встретить?
- Ну как, - отвечаю, - гостей, в первую очередь, накормить надобно.
- Точно! – соглашается со мной начальник. - Только бы еще решить чем.
Это уж они там у себя с профессорами и аспирантами решали без меня. Вроде инопланетяне эти не сильно от людей отличаются, кислородом дышат, две руки, две ноги, голова, два уха, так что и пища наша им должна подойти. Но ведь и китайцы от нас не сильно отличаются, но я их кузнечиков ни за что в рот не возьму, а те хрустят и добавки просят.
В общем, решили во время первого контакта все что можно на стол выставить, а инопланетяне чей не дураки, если сумели до нас долететь, то уж взяли с собой какой-никакой приборчик, чтоб понять, что им можно есть, а что нельзя. Вот пусть у них голова и болит, всякая ли еда с нашего стола им одинаково полезна.
Место для посадки им определили на стадионе, что за институтом. А что, все равно на нем не бывает почти никого. Инопланетянчики там чинно свою тарелочку приземлили и лагерь раскинули, купола какие-то поставили, непрозрачные – не видно, что внутри делается.
Застолье решили проводить на улице, июнь на дворе, чего в аудитории париться. И в столовой у нас давно ремонта не было, неловко гостей приглашать. Нет, если б они хоть за недельку предупредили, мы б все там вылизали, выкрасили. А так лучше уж на свежем кислороде. Вокруг здания института у нас небольшой парк разбит, я лично большинство деревьев посадил, так вот в парке решили столы и поставить.
По такому значимому случаю, как контакт с инопланетной цивилизацией, Петр Львович решил в помощь нашей кухарке тете Зое нанять двух-трех поваров, знающих как готовить что-нибудь заграничное. Тем более, что все затраты на прием инопланетян институту обещали возместить. Взяли одного повара из японского ресторана, его имя Акиро Кобаяси, но тетя Зоя сразу же окрестила японца Ясенькой и взяла под свое покровительство, видимо щуплый японец вызывал у нее материнские чувства. Попытки Ясеньки приготовить что-то из сырой или полусырой рыбы пресекались на корню. Когда какие-то специальные суши из ненормально дорогой рыбы, сделанные на пробу, были сварены кухаркой на манер пельменей с лаврушкой и перцем, а потом еще и поданы с кетчупом, Ясенька пообещал, что рыба в его блюдах будет либо вареной, либо жареной. Повара с ресторана французского – Клода Дюрана, наша кухарка почему-то стала называть просто Француз. Русскую кухню тетя Зоя взяла на себя, а от повара из африканского ресторана наотрез отказалась, заявив, что ни людей, ни крокодилов на ее кухне готовить не будут.
Целый день на кухне что-то шипело, шкворчало, иногда материлось. Я туда не совался, мое дело столы и стулья расставить. К вечеру, наконец, все приготовили, гости должны были появиться минут через десять. Тетя Зоя придирчиво оглядела столы, на которых чего только не было – и первое, и второе, и сладкое, и соленое, и кислое, и крепкое, и компот, да. Кухарка улучшала блюда, как могла: где перца добавит, где зелени, где сахарной пудры. У блюда с рыбой, которую полдня готовил Ясенька, она задумчиво остановилась и, довольно улыбнувшись, щедро посыпала петрушкой, которая никуда больше почему-то не пригодилась.
Ясенька сначала дар речи вроде как потерял, потом подскочил к директору и начал ему что-то на ухо лопотать. Директор быстро закивал, но петрушку с блюда кинулся сгребать только когда тетя Зоя ушла. Неаккуратно сгреб – несколько листочков все же осталось.
Наконец и наши гости появились – пять человек, ну то есть гуманоидов. Какие-то они все одинаковые – глаза большие, нос и рот маленькие, ноги-руки длинные, волосы короткие, темные, кожа бледная. Одеты в балахоны, не поймешь, где мужчина, где женщина. Главный у них, командир экспедиции Тру Тьер – вроде мужчина, первым подошел и на стол уставился. Они, кстати, все очень оживились, заговорили что-то по своему, а потом уж на русский перешли, переводчик у них электронный, удобная штука, почему-то у нас такую до сих пор не изобрели.
Поблагодарили инопланетяне нас за гостеприимство, за стол все расселись и беседу завели. Я тоже с краешку сел, к разговорам особо не прислушивался, а вот за пришельцами наблюдал. Они внимательно все оглядели, потом Тру Тьер какую-то палочку вытащил и в тарелку со щами, которая перед ним стояла, опустил. Подержал там палочку немного, взял ложку, зачерпнул щи и отхлебнул самую чуточку. Командир пришельцев наклонился к своему спутнику, что справа сидел, и о чем-то спросил. Получив ответ, Тру Тьер улыбнулся, встал и демонстративно вылил всю тарелку щей прямо на траву рядом со столом. Все бы ничего, и директор стерпел, и даже я подумал, может у них, у пришельцев, так принято. Но на беду тетя Зоя как раз подошла к столу с пачкой салфеток. Увидев, как обошелся гость с ее коронным блюдом, она бросилась на Тру Тьера.
- Ах, ты сволочь, – кричала кухарка, - зажрались там совсем в своем космосе! Хорошие же щи вылил, ирод!
Тетю Зою еле оттащили, перед гостями извинились. Судя по всему, их электронный переводчик все перевести не смог, поэтому Петр Львович без зазрения совести соврал инопланетянам, что тетя Зоя так радовалась.
Ужин продолжился, краем уха я слышал, как Тру Тьер жаловался нашему директору, что на их планете Лирбом страшное перенаселение, и они улетели в поисках мест, пригодных для жизни.
И тут Тру Тьер попробовал рыбу, которую Ясенька приготовил. Пришелец покраснел, побледнел и бросился из-за стола. За ним кинулись остальные. Только один инопланетянин остался, он говорил, что все в порядке, что Тру Тьер и другие гости скоро вернутся, им просто надо немного времени. Для чего им время понадобилось, он так и не объяснил. И что они из-за рыбы так всполошились? Я ее попробовал – рыба как рыба, ну специи какие-то свои Ясенька положил, это не страшно. А с коньяком вообще хорошо.
Где-то через полчаса делегация вернулась, наши как раз за это время пару тостов успели произнести и с оставшимся пришельцем выпить.
Посидели мы еще, а тут и десерт подавать пора. Десертами у нас, в основном, Француз занимался. Нет, тетя Зоя пирогов напекла и блинов с творогом накрутила, но праздничный торт готовил все-таки Клод. Он вынес торт, когда уже начало темнеть. Торт был знатный – в форме земного шара, ну не совсем земного шара, а его половинки, если уж совсем точно – северного полушария. И все так красиво сделано – материки, острова, даже реки видно. Гостям, судя по всему, тоже понравилось. Француз щедрой рукой отрезал им по большому куску – наверное, треть торта на них пятерых извел. Хорошо, что тети Зои не было, она бы не пережила, если б увидела, с каким восторгом инопланетяне пялились на куски торта в своих тарелках. И ведь все до крошечки съели! Все-таки правильный я совет дал нашему директору – гостей, в первую очередь, надо накормить. Теперь можно быть уверенным, эти пришельцы – наши друзья навек!
***
Странные существа эти земляне. И переговоры с ними были странными. Очень нашу делегацию смутил старый робот, сидевший вместе со всеми за столом и разглядывавший нас так, что становилось не по себе. Ладно бы просто разглядывал, так он еще и ел! Начальник землян – Пьетр Львовьич шепотом сообщил нашему командору, что примерно тридцать лет назад после одного неудачного эксперимента, в котором был замешан электрический ток, алкоголь, пара аспирантов и вышеупомянутый тогда еще лабораторный робот, этот самый робот вообразил себя дворником, причем дворником-человеком. А так как в качестве дворника от него было больше пользы, чем от робота, его решили не разубеждать. Даже сделали что-то вроде пищеварительной системы для правдоподобности.
Но это частности. Главная странность была очень приятной. Как только мы подошли к месту встречи, то поняли, что нашли истинных наших братьев. Ни на одной планете, где нас встречали, мы не нашли подобного. Везде с нами общались с помощью звуков, жестов, на одной из планет даже с помощью телепатии. Но никто из братьев по разуму не владел благородным языком вкуса. Язык этот древний, сложный, без толмача-толкователя не разберешься. И в нашей экспедиции был такой специалист, только вот проявить свои способности ему было негде. Земляне стали просто подарком. Накрытый стол и множество блюд явно показывали, что землянам язык вкуса не в новинку, и обещали интересную беседу.
Беседа беседой, но и о безопасности мы не забыли. Универсальный определитель хранил в своей памяти все основные рецепты планеты, с обитателями которой мы собирались установить контакт. Достаточно было коснуться блюда, и прибор по основным ингредиентам определял состав блюда и выдавал вердикт – можно ли его есть. Первое блюдо было отмечено как безопасное. И вот теперь настало время разобраться, что же хотели земляне нам сказать. Тру Тьер прошептал толмачу, что жидкость, которую он отхлебнул из емкости перед собой, обладает ярко выраженным кислым вкусом. Толмач задумался, а потом сказал, что таким образом земляне дают понять, какой печально-кислой была их жизнь до нашего прилета. Тру Тьер обрадовался и вылил жидкость, показав, что теперь все будет хорошо. На него налетел землянин, который, судя по всему, был женщиной, она что-то кричала, но переводчик только булькал и не произнес ничего вразумительного. Пришлось поверить начальнику землян, что мы стали свидетелями выражения радости. А потом случилось непредвиденное. После дегустации очередного блюда Тру Тьер покраснел, побледнел и сказал, что явно чувствует на себе действие раскудрявника ветвистого. Но его ведь никак не могло быть в том блюде из рыбы, которое ел наш командор!
Раскудрявник ветвистый на Лирбом редкость. Он используется исключительно во время ритуалов зачатья, вызывая желание осуществить это зачатье как можно скорее. На нашей планете и так перенаселение, поэтому получить возможность воспользоваться раскудрявником и завести ребенка – большая честь. И толмач посчитал, что земляне таким способом пожелали нашей расе плодиться и процветать. Но у командора уже есть ребенок, да и супруга его далеко, на родной планете, что было делать в этой ситуации? При этом избавиться от действия растения нет никакой возможности, к тому же Великий и всевидящий Нилрем этого не одобрит. Пришлось срочно искать выход.
Почти все члены экспедиции – мужчины. К счастью третий секретарь экспедиции был еще в состоянии неопределенности. На нашей планете свобода выбора, никто не навязывает ребенку какого пола он должен быть, он сам это решает в период между восемнадцатью и двадцатью годами. Вот и наш третий секретарь Ири Ритр сомневался уже больше года. Теперь решение пришлось принимать быстро - на кону честь командора и всей экспедиции. Ири Ритр выпил выявитель пола и стал женщиной, с командором их даже спешно соединили семейными узами.
Ритуал зачатья прошел без сучка без задоринки, и вскоре Тру Тьер и все остальные вернулись к столу с угощением.
Самым ошеломляющим было последнее кушанье. Кто бы мог подумать, что земляне так к нам отнесутся? Когда нам отрезали по большому ломтю от блюда, изображавшего планету, мы даже дыхание затаили: какого же вкуса оно окажется? И только откусив по первому кусочку, мы выдохнули с облегчением, потому что блюдо оказалось сладким. Его значение и без толкователя было понятно: земляне настолько прониклись проблемой перенаселения Лирбом, что пригласили нас жить на свою планету! И даже объем выделенной территории обозначили. Единственное, в чем толмач и Тру Тьер разошлись, это в месте расположения будущей колонии Лирбом. Командор считает, что нам подарили треть именно северного полушария, а толкователь говорит, что привязки к полушарию нет, и мы получили шестую часть всей планеты Земля. Но это уже не так важно, ведь нас ждет новый дом!
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования