Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Черная_Лиственница - Сюрприз для Гитлера или Пятнадцать копеек зимой

Черная_Лиственница - Сюрприз для Гитлера или Пятнадцать копеек зимой

В тот день Штирлиц был обеспокоен: его вызывал к себе сам фюрер. Однако разведчик волнения не показал и даже вежливо улыбался, пока Айсман рассказывал по секрету, как досталось Гиммлеру на последнем совещании при фюрере. Ввиду ситуации на фронте фюрер все чаще пребывал в отвратительнейшем из его отвратительных настроений, так что доставалось всем.  
- Пора, - Айсман похлопал Штирлица по плечу.  
- Пора, - вздохнул Штирлиц, поднял руку в нацистском приветствии, повернулся на каблуках и покинул комнату.  
О вызове к фюреру ему сообщили только вчера, и Центр еще не был проинформирован… А Сталин башку оторвет, если что-то будет совершаться без его ведома. «Ничего, - утешал себя Штирлиц. – я отправлю шифровку сразу же после встречи».  
Хмурый невыспавшийся эсэсовец довел его до двери, постучал и ушел. Штирлиц попытался встать как-нибудь так… как-нибудь ТАК, чтобы не пришлось смотреть на Гитлера сверху вниз. Не получилось.  
Сияющие глаза и улыбка Гитлера, саморучно открывшего штандартенфюреру дверь, привели Штирлица в некоторое замешательство. Штирлиц полагал, что настроение у фюрера будет плохим.  
- Зиг хайль! – сказал Штирлиц.  
Фюрер, сладко улыбаясь, пропустил Штирлица внутрь, закрыл дверь и сказал:  
- Садитесь.  
«Что-то не так… - подумал Штирлиц, садясь за стол напротив фюрерского кресла. – Чего это он такой радостный? Что могло случиться? Неужели что-то на фронте? Но я бы знал тогда… Что, что стряслось? Стоп, получается слишком много вопросов для такого крутого персонажа-всезнайки, как я».  
Фюрер с загадочной улыбкой посмотрел на Штирлица сверху вниз. Опираясь на спинку стула Штирлица, он шепнул разведчику в ухо:  
- Вот ведь какая штука получается, э…  
- Штирлиц, - подсказал тот, даже не шелохнувшись, когда челка фюрера почти коснулась его лица.  
- А, ну да, Штирлиц, конечно, - Гитлер выпрямился и весело засмеялся, запрокинув голову и демонстрируя зубы пятьсот восемьдесят пятой пробы. – Я часто путаю фамилии. Представляете, вчера отругал Кейтеля вместо Йодля! Конечно, он тоже заслуживал, но он у нас такой ранимый… чуть не застрелился после этого!  
- Так вот, Штирлиц, - фюрер обошел стол и сел. – В последнее время дела не радуют нас победами, зато радуют бедами… О-о-о, какая фраза, надо записать! Я так часто получал от всяких хмырей обещания о скорой победе, будущих трофеях и грядущей славе немецкого народа, что чувствую себя девкой, которой капитан дальнего плавания перед отплытием дал общение жениться… Тоже надо записать. Вот, но я не вижу результата! Помню, обещал мне Паулюс бутылку минералки, а Сталинград проморгал! И никакой минералки из СССР не привез! Ну разве так делают?! Вы понимаете, о чем я?  
- Коне…  
- Так вот! Я хочу, чтобы вы, как контрразведчик, как сотрудник СД, добыли мне что-нибудь такое, о чем русские очень жалели бы. Вам ясно?  
- Да, мой фюрер. Но что это может быть?  
- Ах, Штирлиц, - хитро улыбнулся Гитлер. – Пусть это будет сюрприз. Вы фантазер, нет? – он протянул руку и потрепал Штирлица за ухо.  
«Поди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что, - подумал Штирлиц. – Я должен придумать что-то особенное. Что там было в сказке? Не помню. Я совсем не помню русских сказок… Да, в этом месте за кадром должна звучать грустная мелодия. Где она? Что, неужели у съемочной группы опять батарейки в магнитофоне сдохли?»  
- Да вы печенье-то берите, Штирлиц, ешьте.  
Фюрер придвинул к Штирлицу тарелку с печеньем, тот взял одно.  
- Одно не берут, Штирлиц, - подмигнул Гитлер, - Берите два, а то замуж не выйдите.  
«Замуж я по-любому уже не выйду, - подумал Штирлиц и взял второе печенье. – Отравить его, что ли? Подсыпать вон чего-нибудь в печенье».  
- Так вот, Штирлиц, Я очень, очень на вас надеюсь. Сейчас как никогда важно сломить боевой дух врага, отнять у него что-то значимое. И тогда мы раздавим их! Я попрошу Шелленберга не беспокоить вас эти пять дней.  
- Пять дней?!  
- Да, милый Штирлиц. На все про все у вас пять дней. Я просто жду-не дождусь приятного сюрприза.  
- Срок небольшой…  
- Пять дней и три часа, - смилостивился Гитлер. – И если вы уложитесь в этот срок… Что ж, это будет показателем эффективности вашей работы. Эту фразу тоже надо записать… И держите все в тайне.  
- С вашего разрешения… - Штирлиц встал.  
- Два печенья не берут, Штирлиц, - заметил фюрер. – Два – четное число, уместное только на похоронах. Берите три, хорошая примета.  
С этими словами Гитлер тоже встал, так как ему неудобно было смотреть на Штирлица снизу вверх.  
«В следующий раз он не отпустит меня, пока я всю пачку не заберу», - подумал Штирлиц.  
Ночью он поехал к радистам.  
 
[ - Нет, абонент недоступен, - сказал Эрвин.  
- Что же делать? А ты правильный номер набрал?  
- Да, конечно. Может, у нее телефон выключен?  
- А ты ей сообщение напиши. Когда дойдет, отчет о доставке получишь. Пусть на меня пародии не пишет  
- Пародии на тебя, Штирлиц, пишут все, кому не лень. Некоторые этим даже Нобелевские премии выигрывают, - вздохнул Эрвин. – На хлеб люди зарабатывают. Я тоже займусь этим на досуге, а то нечего есть…  
- Да, но такого еще не было! Какой нафиг сюрприз для .Гитлера?  
- Напишу ей, пусть эта хрень хотя бы закончится хэппи-эндом. И то хорошо.]  
 
Посовещавшись, Штирлиц и Эрвин решили шифровку насчет поручения Гитлера в Центр не отправлять, поскольку ты им три дня только будешь объяснять, что от Штирлица требуется. Бюрократия!  
Так что про сюрприз для фюрера Москва не должна была знать… Никто из коммунистов вообще не должен был знать, что Штирлица вызывал к себе Гитлер… А то кое-кто еще сглазит…  
Этой же ночью по радио пришла весть, что в полдень в баре на окраине Берлина Штирлиц должен встретиться с каким-то связником.  
Штирлиц вошел в бар ровно в полдень и тут же посмотрел на часы, дабы убедиться, что опоздал не больше, чем на одну десятую секунды.  
К сожалению, пока он опускал взгляд на свои часы, прошла вторая десятая секунды.  
Штирлиц расстроился.  
Связник, уже набравшийся, долго не мог сфокусировать взгляд на Штирлице. Когда это наконец удалось, он закричал на весь бар:  
- Максимка!  
И упал лицом в тарелку.  
Штирлиц счел это за приглашение, сел рядом и стал поливать связника водой из графина. Вода оказалась двухпроцентным уксусом.  
Вскоре связник очнулся и заплетающимся языком сказал:  
- Вам присвоили звание Героя Советского Союза.  
- И вы это уже отметили, я так понял?  
- Слушай, мы же с тобой за одной партой сидели, как же мне не выпить за твое звание?!  
- За одной партой мы с вами не сидели, до сегодняшнего дня я вас вообще не всречал. Зачем мне звание? Скажите, я отказываюсь от звания, но прошу срочно выдать мне сто тысяч рублей.  
Штирлицу пришло в голову не оригинальничать и дать Гитлеру денег, соврав, что деньги для славян – самое дорогое.  
«Мы, русские, не делаем культа из денег. Не буду же я в самом деле отдавать Гитлеру что-то очень для нас дорогое? А деньги не жалко, все равно он тут их не потратит. Хотя, это, конечно, не самое лучшее решение. Однако, за оставшиеся четыре дня я вряд ли найду что-то поинтересней и, самое главное, что-то такое, чего не очень жаль. Хотя… деньги тоже жаль. Сколько танков на них можно построить! И, главное, сколько сахару купить!»  
- Вы что, серьезно? – прервал связник едва распустившиеся мечты разведчика. – Вы что, думаете, они согласятся выдать вам столько денег? Я, конечно, попрошу их, но…  
Штирлиц перевел взгляд с сахарницы на связника.  
«А сколько сахару купить!!!»  
- Это срочно, - сказал Штирлиц. Очень срочно. И обязательно рублями.  
Связник нащупал за пазухой бутылочку самогонки. Оглянувшись, не смотрит ли кто, он достал ее, открыл и отхлебнул.  
«А сколько сахару купить!» - с грустью думал Штирлиц, впиваясь взглядом в бутылку.  
Связник вылил остаток в чашку, выпил залпом и стал разглядывать дно бутылки. На дне было что-то приклеено. Связник хрястнул бутылку об стол, дно откололось, и Штирлиц увидел, что к нему изолентой была приклеена маленькая круглая батарейка от мобильного телефона. Связник оторвал батарейки, размотал ее и положил в чашку. Затем достал из кармана телефон и принялся его разбирать.  
Разобранный телефон лежал на столе, а связник достал пачку Беломора и закурил. Медленно выкурив все двадцать сигареток, он потряс пустую пачку над столом: из нее выпала завернутая в кусочек газеты сим-карта. Связник поставил в телефон батарейку и сим-карту, собрал мобильник до конца и набрал номер Сталина.  
«Хоть бы самогонкой поделился, - подумал Штирлиц. – Эх, сколько же сахару можно купить!»  
- Сто тысяч рублей! – заорал в трубку связник. – А звание ваше ему нафиг не нужно!  
И отключил телефон.  
«МОЁ звание ему и не получить», - подумал Сталин.  
- Деньги завтра ночью найдете на пороге своего дома, - загадочно произнес связник.  
«Бутылку коньяка презентовать ему за такую оперативную работу!» - подумал Штирлиц и спросил связника:  
- А как вас зовут?  
- Сергей Александрович. А фамилию все равно не запомните.  
Связник ушел, а Штирлиц запоздало понял, что забыл спросить, на пороге какого конкретно из семнадцати его домов ждать деньги…  
 
Утром вызвал фюрер, спросить, как успехи.  
Штирлиц пришел на встречу с ядом в кармане.  
- Все идет хорошо. И даже уже есть успехи, - отрапортовал талантливый разведчик.  
- Вот и отлично, - говорил Гитлер, аккуратно рассыпая печенье в две тарелки.  
Штирлицу удалось подсыпать яд в гитлеровскую тарелку, пока фюрер наводил чаю.  
Они еще не начали пить чай, когда дверь отворилась, и вошел Борман.  
- Вы вызывали меня, мой фюрер? - спросил он и огромной ручищей сгреб всё печенье из тарелки Гитлера.  
- Нет, - сердито посмотрел на него фюрер.  
- А, ну тогда ладно, - весело сказал Борман, поедая отравленное печение, предназначенное для Гитлера. – Кстати, Штирлиц, я приглашаю вас завтра к себе в кабинет, познакомиться с моей новой секретаршей!  
Штирлиц вздохнул. Во-первых, Борман сожрал все отравленное печение, и Гитлеру не досталось, во-вторых, новые секретарши появлялись у Бормана раз в две недели, и знакомиться с ними уже стало неприятной обязанностью.  
Борман съел все печенье из тарелки Штирлица, запил гитлеровским чаем, и стал огладывать стол в поисках печенья.  
Гитлер молча швырнул в него тарелкой, и Борман скрылся.  
- Этот гад испортил мне настроение, - пожаловался Гитлер после минуты тягостного молчания. – Знаете что, милый Штирлиц, я требую сюрприз немедленно. Поднимите мне…настроение. Да, поднимите его, живо.  
Волевой подбородок Штирлица отпал вместе с челюстью.  
«Придумать…срочно… что-нибудь! Деньги… уже… не успею взять!»  
Талантливый разведчик встал и принялся судорожно рыться в карманах.  
Пальцы нащупали вечно мотылявшуюся в кармане без дела советскую мелочь, и он, не видя другого выхода, достал ее.  
- Что это?  
- Это… это… - Штирлиц нервно сосчитал мелочь, было примерно пятнадцать копеек. – Это… Монетки счастья! Принадлежат лично Сталину, принадлежали точнее. Возьмите их, мой фюрер, они принесут вам удачу в военных делах!  
- Правда? – Гитлер протянул руку и взял монетки.  
- Удача, счастье! Они принесут вам удачу и счастье!  
В этот миг дверь со скрипом отворилась, и в кабинет ввалился Борман.  
- Отрава… отрава… - прохрипел он и принялся падать на Штирлица.  
Штирлиц деликатно отступил в сторону, Борман упал на стол, засучил руками, словно пловец, съехал по столу на Гитлера, стул фюрера качнулся…  
Рывком скидывая с себя тушу Бормана, фюрер упал со стула и ударился головой об пол…  
 

Он открыл глаза и заворочался. Темноту едва нарушал пробивавшийся сквозь занавеску свет уличного фонаря.  
- Штирлиц, слушай, мне такой сон приснился про нас, тебе наверное приснился точно такой же… Ты слушаешь? Штирлиц? Не молчи!!! Штирлиц!!! Где ты, Штирлиц?! – закричал он.  
Отворилась дверь: не включая свет, в палату вошла медсестра.  
- Не кричите, не кричите, - ласково заговорила она, подошла к нему и принялась поправлять подушку. – Спите, отдыхайте, еще только два часа ночи…  
- Разбудите Штирлица, он меня почему-то не слышит!  
- Тише-тише, отдыхайте. Ночью, пока вы спали, мы перевели Штирлица в другую больничку… Для буйных… У него положение совсем серьезное… Стащил чей-то телефон и всю ночь звонил мне, орал в трубку про какой-то сюрприз и слал мне смски, чтобы какая-то там хрень закончилась хэппи-эндом… Я позвала главврача и мы решили…  
- Что вы наделали?! Да как вы могли?!  
- Тише, Адольф, тише! Зато к вам утром Наполеона из пятой переведем, с ним вам точно будет, о чем поговорить…  
- Нет! Штирлиц был моим другом!!! Мы же всегда только с ним вместе на уколы ходили!!!  
- Адольф, тише! А то мне придется сделать вам укольчик! Спите, умоляя вас!  
Она вышла.  
Оставшись один, он рывком сел на кровати, схватил с тумбочки тарелку и, глотая слезы, судорожно начал запихивать в рот печенье.  
Вдруг его рука нащупала на дне тарелки несколько холодных монеток, которые он туда точно не клал.  
Он подошел к окну, отодвинул занавеску и стал считать.  
Примерно пятнадцать копеек.  
 

Авторский комментарий: Штирлиц принадлежит Юлиану Семенову
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования