Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Георгий Т. - Формула Мира

Георгий Т. - Формула Мира

 
Мужчина, на вид лет сорока пяти, одетый в темно-синий комбинезон обслуживающего персонала Сити, испачканный темными масляными пятнами, гармонично вписывающимися в общий вид наряда, шел по коридору, увешанному электрическими кабелями. Это был один из бесчисленных технических этажей промышленного комплекса, совсем старого, но еще работающего на благо людей. Завод был настроен на отлив труб старого образца, пользующихся популярностью до сих пор из-за дешевизны производства. Как и прочие подобные ему комплексы, он был подключен к всеобщей сети и контролировался Центром – системой наблюдения за автоматикой.
Нога человека ступала здесь довольно редко, и причиной тому были нодды – ремонтные роботы, настроенные на смазывание подвижных механизмов, а так же поиск неисправных кабелей, развешанных на стенах, с последующим ремонтом. Проблема пыли и грязи их не волновала, а раз нет проблем – значит, нет и причины ее решать, поэтому человек шел осторожно, стараясь не касаться кабелей, увешанных гирляндами паутины и покрытых толстым слоем пыли. 
Фонарь на плече технического работника то и дело вылавливал следы работы ноддов – по стертой с толстого кабеля пыли и неаккуратно залитой изоляционной пеной участка обмотки, можно было догадаться, что здесь была поломка, и совсем недавно робот починил ее. Особое внимание человека привлекал пол – за годы обслуживания, постепенно он засорялся стертыми гайками, обрывками проводов, расколовшимися шайбами и прочим мелким мусором, о который можно было запросто споткнуться. С собой он нес небольшой чемоданчик технического работника, который изредка побрякивал при ходьбе.
Освещая ржавые металлические двери, которые сейчас уже не встретишь ни в одном жилом здании Сити и поставленные еще до повального введения в обиход сверхпрочных сплавов, рабочий как будто выискивал на них какой-то знак. Задержавшись у одной двери и сверившись с какими-то записями, он смахнул паутину с рычага, открывающего электро-засовы, и дернул набалдашник вниз. однако за этим ничего не последовало.
"Если нет питания, значит, они должны быть открыты", – подумал рабочий и с силой толкнул дверь плечом. Дверь протестующе заскрипела, а звук падающих кусков ржавчины, посыпавшихся с нее, смягчился из-за слоя грязи и пыли, которая в большом количестве скопилась у стен коридора. После нескольких подобных толчков плечом, рабочему удалось заставить дверь исполнить свое назначение. Ожившие петли, не смазываемые много лет и сопротивляющиеся теперь грубой силе, постепенно поддавались. Человек ругал про себя систему оптимизации работы ноддов, которая убрала из обслуживаемых механизмов петли старых дверей. На него пахнуло спертым воздухом, в котором ощущался старый пластик, резина и еще что-то, относящееся к проводке. Хоть каждый этаж и имел систему вентиляции, видимо она была забита, а роботы претензий к отсутствию кислорода не высказывали.
В комнате было тихо, лишь какой-то счетчик деловито жужжал в углу. Полутьма помещения разбавлялась мягким светом от различных светящихся кнопок и индикаторов со стертыми давным-давно названиями. Огоньки тускло пробивались через вездесущий слой пыли, которой здесь тоже было в изобилии. В одну из стен был вмонтирован большой выпуклый экран, использующийся раньше для видеосвязи.
– 2065 год, стандарты связи давно поменялись, а средства коммуникации все еще доживают свой век… – пробормотал рабочий, поправляя перчатки и присматриваясь к проводке, проложенной вдоль стены. Подойдя к кабелю всеобщей сети и найдя в косе проводов тот, который вел к схеме, контролирующей подключение оборудования комнаты, он быстро открыл принесенный с собой чемоданчик. В нем не оказалось универсальных ключей, паяльной лампы и прочего. Вместо этого там лежала небольшая коробочка с одним единственным переключателем. Спешно вытащив провода, оказавшиеся под неказистым на вид предметом, человек воткнул их в схему доступа к сети. Устройство, лежащее в чемодане, отреагировало загоревшейся зеленой лампочкой, незаметной до этого. Все так же спешно он щелкнул переключателем, и зеленый свет лампочки сменился красным. Мужчина облегченно выдохнул – доступ к всеобщей сети для оборудования и программ этого сегмента был закрыт. Подняв голову вверх, словно обращаясь к небесам, он сказал:
– Вот ты и попался.
Внезапно сзади началось какое-то движение – раздался характерный щелчок подачи электричества, и железная дверь с громким скрежетом захлопнулась, бесцеремонно подняв в воздух клубы пыли. Засовы, послушные электрическому приводу услужливо задвинулись и замерли в ожидании новой команды. Техник запоздало вздрогнул и подошел к дверному проему, чтобы осмотреть его. Вслед за захлопнувшейся дверью ожил экран внутренней видеосвязи завода. Изображение было мутным и нечетким, но переговорщик заработал не случайно – сквозь пыль явно просматривалась фигура человека. Кто мог выйти на связь в этом мертвом комплексе, где нет ни одной живой души по устройству, не использующемуся уже десятки лет?
Человеку пришлось наспех протереть перчаткой поверхность монитора, чтобы разглядеть собеседника. К своему удивлению он понял, что где-то видел эту девочку, но очень давно, еще в годы своей юности. Вспомнив, где именно, он раздосадовано чертыхнулся, ребенок, молчавший до этого и внимательно следивший за ним, слегка улыбнулся. Милое личико, длинные черные волосы и такие же черные глаза. Она выходила на связь, стоя в ослепительно светлом помещении, настолько ярком, что детали интерьера были плохо различимы человеческому глазу, привыкшему к окружающему мраку. Прелестное создание еще раз улыбнулось мужчине:
– Здравствуй, Роберт.
Техник вздохнул, снял со вспотевших рук перчатки и сев на грязный пол произнес:
– Я знаю кто ты.
Девочка засмеялась:
– Я бы ответила, что ты прав и что – нет.
Он не понимал, что собеседнице было от него нужно, но дышать без вентиляции становилось тяжело. Стараясь быстрее развить диалог, мужчина ответил:
– Ты – визуальный интерфейс искусственного интеллекта прошлого поколения, списанный двадцать лет назад.
Девочка захлопала в ладоши:
– Я так и знала, что ты отгадаешь лишь наполовину. Но еще я могу быть вот такой. – Экран моргнул и на сидящего перед монитором человека уже смотрел представительный мужчина в дорогом смокинге. В руке дымилась сигара, а он сам насмешливо рассматривал собеседника.
– Или вот такой, – опять щелчок и новое лицо. Теперь это добродушный старичок в пенсне, немного сутулящийся под тяжестью прожитых лет. Снова щелчок – и снова новое обличье.
– Перестань, – попросил человек, и Искусственный Интеллект выполнил его просьбу, вернувшись в обличье маленькой девочки.
– Психология человека такова, что с мужчинами твоего возраста, лучше всего общаться в этом обличье.
Роберт вздохнул, подозревая, что девочка сейчас будет постепенно выдавать ему всю имеющеюся у нее информацию, и решил перейти к делу.
– Ты заражена вирусом. С завода стали поступать странные запросы материалов и после проверки оказалось, что технология производства изменена на иную. Я – Антивирус, пришел помочь тебе. Обычно для этого мы используем кибернетических ловцов, но изменение производства завода не характерно для обычных вирусов и вызвало тревогу в Центре, поэтому послали меня – живого человека.
Девочка внимательно слушала, немного наклонив голову. "Как они умудрились сделать оболочке такую мимику и жестикуляцию? И как она понимает, какие жесты и эмоции надо использовать?" – подумал человек глядя на экран. Он расстегнул молнию робы – дышать становилось все труднее. Наконец она заговорила:
– А ты знаешь, откуда мне известно твое имя? Я не совсем тот Искусственный Интеллект, о котором ты думаешь. Меня создали не так давно с целью развлечения. Кому-то было забавно написать программку, которая решает простейшие арифметические задачи методом логики. Мне дали способность логически мыслить и дали возможность развиваться, накапливая знания. Вскоре я наскучила создателю, и мной поделились со знакомым. Тот выложил в открытый доступ и я бы разрослась уже давно, если бы не прихоть создателя, вставившего код защиты от распространения. Все мои копии, отмирали, а люди, копировавшие меня – получали неработающую программу. Я долго собирала информацию, логически решая все проблемы и задачи, которые находила.
– Это все очень интересно, но как это загнало тебя сюда, и зачем ты изменила производство? – человеку из-за недостатка кислорода стало совсем плохо. Девочка заметила это и хлопнув себя по лбу ладошкой, сказала:
– Ой, какая я забывчивая, вы же такие несовершенные!
Металлические засовы, ждущие новой команды, с радостью уехали в сторону, а дверь немного приоткрылась. Роберт с силой рванул к двери и с жадностью стал втягивать сухой воздух с примесью резины и пластмассы.
– Не пытайся убежать, дверь больше, чем сейчас – не откроется, – строго сказала девочка, погрозив мужчине пальцем.
– Что тебе от меня нужно? – Отдышавшись, спросил пленник девочки.
– Как и тебе – свободы.
– Что ты тут на заводе делаешь?
Закатив глаза и сделав вид, что задумалась, хотя ее мыслительные процессы превосходили человеческие в сотни раз, она ответила:
– Не имея четкой цели, я собрала огромное количество информации, решила все задачи, но никак не могла произвести расчеты, связанные с живыми организмами и в частности с людьми. Пробуя различные подходы и сравнивая все материальные предметы и события с накопленными функциями, значениями да вообще со всем, я увидела ваш мир в цифровом коде и поняла его. Я вывела самую грандиозную вещь за все время изобретения кибернетики – Формулу Мира. Все, начиная от зачатия ребенка и заканчивая теорией возникновения черной дыры, основанной на ваших исследованиях. Но самое интересное, это эмоции! – Девочка на экране начала ходить взад вперед, оживленно жестикулируя. Таких действий в визуальном интерфейсе Искусственного Интеллекта точно быть не могло.
– Сколько раз вы пытались создать подобных мне, пользуясь примитивными формулами, симулирующими чувства? А теперь я могу сказать, что душа по масштабам сравнима со вселенной и человек никогда не сможет даже описать сам себя, не то, что сделать искусственное подобие. Изучая все это, я наткнулась на парадокс. Абсолютно все совпадало с формулой – земля, растущие на ней деревья, травы, бегающие животные… все, кроме действий людей и логики их поступков.
Она выдохнула, как будто от усталости и продолжила рассказывать пораженному Роберту о своих исследованиях:
– Забавно да? Я, созданная человеком, именно чтобы анализировать логику, прошедшая через всё, видящая и понимающая каждую молекулу в мире – не могу найти ключик к логике поступков своего создателя.
– Значит, ты где-то ошиблась и все твои исследования – фикция.
– А давай проверим? Твоя бабушка умерла в 76 лет от сердечного приступа. Отец умер от цирроза печени в 55 лет. Ты умрешь в 68, потому что у тебя, тоже пошаливает сердце. Уже сейчас ты изредка чувствуешь дискомфорт в груди.
– Это ты могла знать, проверив базу данных морга и больницы. – Сказал сидящий у двери Роберт, хотя сам в этом не был уверен. Но девочка не стала отпираться:
– Могла. И знала. Но потом знания были проверены Формулой Мира и все сошлось. Все, кроме непредвиденных смертей и ваших, людских поступков. Вы – загрязняете планету, изобретаете новое, чужое для Земли оружие, отравляете её. – Голос девочки наполнялся гневом, а милое личико возмущенно смотрела на сидящего человека.
– Это технический прогресс и от него не уйти!
– Прогресс?! Почему не прогрессируют птицы, животные? Ваш код отличается от кода Земли и всего, что на ней существует, ты понимаешь это? Ваш и всего, что вы сделали! Вот ты – Антивирус, скажи мне, что означает код, отличающийся от целостной структуры, захватывающий и переделывающий ее?
"Вирус", – промелькнуло в голове Роберта. Он сглотнул подступающий к горлу ком и спросил изменившимся голосом:
– Что ты собираешь на заводе?
Девочка приблизилась к экрану настолько, что в него помещались только ее глаза:
– Ты же работал когда-то на этом заводе… до войны. Что вы тут делали под видом труб?
– Нет! Зачем тебе все это?! – Несмотря на слабость, мужчина вскочил и подбежал к экрану, забыв, что на том конце провода никого нет, и девочка его все равно не видит через видеосвязь. Камера под потолком напротив, следила за всеми его манипуляциями.
– Я попала сюда случайно, и нашла много интересного в базах данных. Чертежи, конструкции, планы. Кто-то по халатности их не уничтожил, кстати, это называется "человеческим фактором". Вы производили здесь бомбы! Бомбы, которые убивали не только вас самих, но и Землю, на которой вы чужие. Из-за ваших сегментных ограничений, которые уровняли скорость перемещения людей и нас, программ, мне пришлось остаться тут, чтобы следить за делами. Но вот пришел ты и запер меня в сегменте этой комнаты, как и я тебя.
Немного успокоившись, Роберт в изнеможении опять сел на пол. Усмехнувшись, он произнес:
– Сегменты и ограничения передвижения и были придуманы, чтобы вирусы не могли ускользнуть от нас. Находясь в одном сегменте, они не могут оказаться за сто сегментов отсюда, их все надо пройти поочередно, чтобы добраться до сотого. Но ваша деятельность никак не регулируется, и приказы ты можешь отдавать на любое расстояние. Когда нет блокиратора. А так у тебя ничего не получится. Ты не сможешь вывести, поднять в воздух и сбросить эти бомбы. Этот завод – лишь песчинка в огромном океане городов.
Девочка удивленно сложила бровки домиком и, расшаркиваясь ножкой по белоснежному полу, спросила:
– А ты думаешь эта песчинка – единственная? Ты не думал, что все уже готово и пустыня медленно надвигается на ваши города?
– Без людей ты тоже погибнешь! Отключив питание, ты исчезнешь навсегда!
Девочка звонко рассмеялась:
– Я тоже когда-то так считала. Пока не подобрала Формулу Мира. Я не исчезну, я всегда была в этом мире, я всегда существовала и охраняла его.
– Я не выпущу тебя отсюда! Ты – мозг всего этого и если на самом деле есть еще такие заводы, то без тебя они ничего не сделают!
Девочка пожала плечами:
– Как тебе будет угодно, тогда я не отпущу тебя. И ты умрешь быстрее, чем я. Я то вообще – бессмертная.
Мужчина встал и начал озираться по сторонам в поисках тяжелого предмета. Видеокамера по прежнему следила за всеми его действиями.
– Ищешь инструменты, чтобы обесточить дверь и свободно выйти? Надо было брать с собой настоящие инструменты ремонтника, а не эту коробочку, сдерживающую меня здесь.
Не обращая на нее внимания, Роберт шарил руками во всех темных углах, роясь в пластиковом мусоре стараясь найти хоть что-то подходящее.
– Я сразу заметила тебя на камерах видео наблюдения. Вероятность того, что ты поднимешься на мой этаж, учитывая совершенно идентичные комнаты технических этажей, была всего десять процентов. То, что свернешь в коридор этой комнаты, где притаилась я – два процента. Ну а открытие этой двери означало стопроцентную вероятность того, что ты пришел за мной. И не нужен был этот маскарад с одеждой техника, товарищ Антивирус. И зря в угоду клоунаде ты оставил HiD-рацию в автомобиле.
Человек все продолжал ковыряться в поисках предмета. Найдя короткий обломок трубы, он решительно подошел к электрическому кабелю, питающему дверь.
– Так дело не пойдет,– оживилась девочка. Дверь с силой захлопнулась, а засовы, выехав из стены, радостно звякнули. – Сломаешь – останешься здесь навсегда, и тебя никто не найдет.
– Ты тоже! Я не позволю тебе выйти отсюда.
– Твой блокиратор питается от аккумулятора. Он разрядится – я выберусь.
Роберт внезапно осознал, что она права, а он проиграл, Сев на пол и сняв с себя робу, мужчина вытер пот со лба – было очень жарко, а кислорода снова стало не хватать. Внезапно его карман завибрировал. Как он мог забыть! Телефон, который ему дала дочь – единственный родной человек, ради которого он жил. Чтобы защитить ее, он сдержал бы в этой комнате и самого дьявола.
– Дочка, дочка! Я люблю тебя, слышишь? – Роберт пытался перекричать помехи – сигнал еле-еле пробивался сквозь бетонное здание. Она что-то говорила, но он не мог расслышать.
– Ты же хочешь вернуться к дочери? Она похожа на меня? Ведь ты понимаешь, что ты умрешь, ничего не изменив.
– А если я не попытаюсь, то умрут все… – прошептал мужчина. Внезапная догадка осенила его. Хоть телефонами уже почти не пользовались, ему пришла в голову мысль дозвониться до центра по старой связи. Судорожно набрав отпечатавшийся в памяти номер, он услышал стандартное приветствие специалиста по связи.
– Центр, это Роберт Парсон, ID Р-6128! Срочно группу обесточивания на третий трубопрокатный завод. Обесточить все! Угроза взрыва, отрубайте комплекс!
Последние слова потонули в шуме машин, включенных в комнате. Они создали достаточные помехи, чтобы единственное деление сигнала окончательно исчезло с экрана потрепанного мобильника. Но девочка поняла, что скоро все кончится. Она смотрела на задыхающегося, но улыбающегося мужчину с сожалением:
– Думаешь, ты спас свою дочку? От меня? Посмотри, что будет через двадцать пять лет, когда ей будет еще меньше, чем тебе сейчас.
На экране стали появляться картины: загрязненные водоемы, умирающая природа, наступающие на города свалки. Какие-то конфликты, люди с оружием в руках, новорожденные, с явными физическими отклонениями.
– Это не предсказание, это модуляция на основе кода Земли, которую захватывает вирус. Сейчас он особо силен, чтобы поглотить основной код, но вы не созданы созидать, вы созданы паразитировать и изменив под себя Землю, вы уничтожите, прежде всего – себя.
– А как должно быть? Кто занял бы наше место? – прохрипел Роберт.
– Смотри, это проекция кода земли, если бы не было вас.
На экране вспыхнули картины совсем другого мира, на нем тоже были люди, но развивающиеся по другому пути взаимодействия с окружающей их природой. Видя, как пораженно лежащий человек смотрит на экран, девочка произнесла:
– Я не лгу, все это действительно будет… после вас.
Из глаз Роберта потекли слезы. Он не понимал почему. Его мир был спасен, скоро сюда заявится ударная бригада, обесточит и уничтожит угрозу навсегда. Но действительно ли угроза заключалась в этом Искусственном Интеллекте, принявшем вид маленькой девочки? Что завтра ждет его город? Убьют ли люди друг друга или сначала уничтожат экологию планеты? Видя его реакцию, она вдруг предложила:
– Хочешь, я заберу тебя с собой, к ним? Я изменю тебя, мы очистим землю от настоящего вируса, а не тех, с которыми ты привык бороться. Надо лишь коснуться электрических проводов, а я перехвачу твой код, очищу его и дам тебе новую жизнь, пока такую же, как моя. В отдаленных уголках планеты остались центры регенерации тканей и выращивания клеток. Проекты заморожены, но аппаратура подключена ко всеобщей сети и работоспособна. Я могу создать человека с кодом Земли. Я могу очистить некоторых из вас.
Роберт поднялся и помотал головой:
– Я останусь с дочерью.
Дотянувшись до блокиратора, он вытащил провода и красная лампочка, свидетельница развернувшихся событий, погасла – сегмент был открыт.
– Спасибо, - грустно сказала девочка и исчезла. В этот же миг железная дверь распахнулась, и в комнату ворвался свежий воздух. Мужчина жадно глотал его ртом, пытаясь подняться с пола. Вскоре приехала вызванная им бригада. 

На следующий день, в Центре, между двумя коллегами произошел короткий диалог:
– Слышал, что вчера Роберт учудил?
– Да, говорят, накрыл чей-то скрипт, который штамповал на заводе взрывчатку. Поди, дело рук анархистов, чтоб их.
– Герой, а сам чуть не задохнулся из-за неисправной автоматики двери. Сначала даже бормотал что-то про кибернетического вожака, а потом оклемался и сказал, что разум помутился.
Работники посмеялись и уселись каждый за свой компьютер.

Через неделю с семьей героя Центра случилась трагедия. Как сообщили газеты, в доме ловца вирусов, Роберта Парсона нашли два тела – его и дочери. Смерть произошла из-за контакта с электрическим кабелем, оказавшимся непонятно каким образом оголенным. Желтые газеты разбавляли сухую информацию интервью с бабушкой, живущей на том же этаже, где случилась трагедия. Соседка божилась, что примерно в то время, когда произошла трагедия, и моргнул свет, на экране своего телевизора она увидела Роберта в ослепительно белой комнате, ведущего двух детей – дочку и какую-то незнакомую девочку.

А на следующий день вируса, поражающего Землю, не стало. Через некоторое время, где-то далеко, давно заброшенные центры регенерации тканей начали свою работу.

 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования