Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Дмитрий Шиллс - Маленькие красные ягодки

Дмитрий Шиллс - Маленькие красные ягодки

Дуло бластера было направлено прямо в лицо тарбонианца. В маленьких глазках, глядевших на человека, любой легко бы прочел жгучую ненависть. "Но не я".

—Я бы хотел, чтобы все обернулось иначе, - тихо сказал человек и нажал на спусковой крючок.

* * *

—Индри, ты идешь?

—Иду! – крикнул мальчик и побежал догонять друзей, уже мчавшихся к небольшой рощице на краю поселения.

Мохнатый, издали похожий на маленького паучка Кор весело перескакивал с одной ветви кираза на другую. Рядом с ним заливался смехом практически невидимый Утта, шутки ради замаскировавшийся под цвет коры. Вратул, недавно наконец-то сумевший покорить воздух, неловко парил вокруг, хлопая в ладоши. Делил только подкатывалась к дереву, свернувшись в желтый шар. Слушая своих друзей, Индри тоже громко рассмеялся.

Мальчику нравилось здесь, на Карру. Отца перевели на планету совсем недавно: новое поселение, экспериментальное в своем роде, требовало и земного специалиста по межрасовым отношениям. Оставить семью он не мог; так Индри и оказался в новом для себя месте.  Мать долго привыкала к необычной компании сына: коренные каррианцы, тарбонианцы, тамлены – раньше она лишь слышала названия этих рас. Будучи коренной землянкой, она все чаще встречалась с жителями колоний; даже они казались ей очень странными. А тут и вовсе другие виды. Другие порядки. Те же тамлены легко мимикрируют под окружение, меняя свой цвет и форму. Как с такими можно общаться?

—Лиза, пойми, люди – не венец творения. Все они точно такие же представители высшего разума, как и мы. Ксенофобия тут не уместна, - с улыбкой говорил отец опешившей матери сразу после прибытия на Карру. Та кивала с пониманием, но краска к лицу не приливала.

С тех пор прошло больше года. Мать мало заговаривает о том, что пришельцы (как она упорно продолжает их называть) ее пугают или волнуют. Но Индри знает, что неприязнь к другим расам в матери так и осталась, пусть и перешла в другую, скрытую форму. Мальчика это мало волновало: у него были хорошие друзья, с которыми было так весело играть.

—А пойдемте у Азмена вишни воровать? – спросила Делил, младшая в развитии среди прочих детей, но бойкостью не уступавшая никому из них. Кор и Утта тут же скатились с ветвей и, не переставая смеяться, помчались к саду Азмена - странноватого землянина, устроившего кусочек родного края на далекой планете. Делил свернулась в клубок и покатилась следом, быстро нагоняя друзей. Иногда Индри даже завидовал им: хорошо бы тоже летать или уметь сворачиваться в шар. Ну или выпускать еще одну пару конечностей для бега, как Кор. Такое не дано обыкновенному земному ребенку. Но и ему завидовали другие: ростом мальчик был сравним разве что с Уттой, но тот высокий просто из-за способности менять размер тела. Все дети были разные, но все с готовностью подстраивались друг под друга. Это их и сплачивало между собой.

—Только тихо! – цыкнул Кор, когда нестройная стайка ребятишек приблизилась к саду. Маленькие глазки недобро блестели, но все знали, что это просто игра. – Первыми пойдут Индри и Утта.

—А может, ты первый? – тут же предложил Утта.

—Это почему еще?

—Ты маленький, тебя и не увидишь. И по деревьям хорошо лазаешь.

—Утта, не спорь. Ты вон вообще невидимым становиться можешь, - отмахнулся Кор. Каррианец в ответ надулся и посинел, выражая недовольство тоном друга.

—Да ладно тебе, пойдем! Весело будет! – прошептал Индри, пытаясь смягчить ситуацию. Утта кивнул, но уже на территории два раза мигнул красным. Ребята тихо засмеялись, а Кор, которому и был предназначен сигнал, фыркнул.

Каррианец по пути все ворчал про оптические аберрации, но, тем не менее, медленно полз к деревьям, практически стелясь по земле. Индри же приходилось двигаться осторожно, постоянно оглядываясь на дом – если Азмен выглянет в окно, в первую очередь достанется именно ему.

Низкорослая вишня, привезенная с Земли, сразу полюбилась детям, никогда до этого не видевшим ничего подобного. Сочные красные ягодки так и манили к себе, даже под страхом наказания. Индри был несказанно рад увидеть так далеко от дома столь лакомый кусочек родины. Конечно, за счет совершенно других условий ягоды имели уникальный привкус, но Индри это совсем не смущало, а остальные и вовсе не знали, каковы ягоды на вкус на Земле.

Добравшись до дерева, Индри сначала схватил пару ягод на пробу. Кисло-сладкий сок, растекавшийся по языку, казалось, переносил мальчика куда-то далеко. Хотелось распробовать не торопясь, но он прекрасно понимал, что медлить нельзя. Их ждут, да и Азмен может в окно посмотреть…

Индри знал, что нужно делать: стянул футболку, и в четыре руки они с Уттой быстро насобирали достаточно ягод на всех. Оставалось самое опасное – пересечь двор.

—А ну, кто там такой? – вдруг раздалось из окна. – Опять вы, негодники? Ну попадитесь мне - живо шеи сверну! – закричал старик Азмен вслед убегающим детям, а из футболки, натянутой между руками Индри, сыпались на землю яркие красные ягодки под веселый детский смех…

* * *

—Определился, кем хочешь стать в будущем?

—Да. Пойду в астронавигаторы, как папа. А ты?

—А я все никак. Завтра лететь в Академию, а я до сих пор ничего не могу выбрать.

Вратул смотрел на старого друга и мягко улыбался.

—Пошел бы по стопам отца, как я, и не переживал бы.

—Не знаю даже. Межрасовые отношения… думаешь, справлюсь? – Индри с сомнением во взгляде посмотрел на старого друга. Каррианец в ответ кивнул.

—Ты все детство общался со мной, Кором, Уттой и Делил. Неуж-то не сможешь с другими поладить?

—Чего грустные такие? Никак не решите с профессией? – сказал вошедший в комнату Кор.

—Почему, я давно решил, - тут же ответил Вратул и отлетел немного в сторону, предоставляя пространство товарищу. – Я с детства знал, что пойду по стопам отца. А вот Индри не уверен.

—Пошли со мной во флот? – переводя взгляд на сидящего рядом друга, предложил Кор. – Знаю, в военном училище жизнь не сахар, но куда еще идти-то?

Индри молчал, мысленно перебирая варианты. Друзья ждали ответа. Наконец, почесав едва пробившуюся бородку, юноша сказал:

—Я пойду в инженеры.

—Делил тоже собирается. В курсе?

—Не знал. Ну, буду не один, - с улыбкой произнес Индри. – А где она, кстати?

—Собирается, наверное. Навестим? – предложил Кор. Не сговариваясь, Индри и Вратул кивнули.

—По пути давайте за Уттой заскочим. Соберемся все вместе, как раньше, - добавил каррианец, облетая друзей.

Утта оказался дома. Внешне он был абсолютно нормален, если не считать светло-голубого оттенка, который, против его воли, вырывался наружу, выдавая грусть по поводу уезда друзей.

—Привет, ребята.

—А мы за тобой. Пойдем прогуляемся, как в старые добрые времена? Еще за Делил зайти нужно правда, - ответил на приветствие Кор, улыбнувшись своей широкой пастью. За последнее время он стал куда больше походить на взрослого тарбонианца: раздалась грудная клетка, шерсть стала гуще и темнее, глаза почти скрылись в плотных складках, а пасть ощерилась новым рядом зубов. Если бы Индри сейчас впервые увидел тарбонианца, точно принял бы его за грозного воина.

Утта при разговоре заметно позеленел, показывая радость.

—Пойдемте, я только за, - с готовностью отозвался он. Конечно, каррианцу было немного обидно, что друзья развиваются быстрее и уже могут поступать в Академию, но при этом они ведь оставались его друзьями. И кто знает, когда он теперь их еще увидит, после их отлета на обучение.

Весело переговариваясь между собой, ребята дошли до дома Делил. На пороге сидела мать их подруги с какой-то книгой в руках. Индри редко видел ее, но каждый раз поражался непохожести родственников: мать скорее выглядела как землянка, разве что была выше и тоньше, в то время как Делил отличалась неуклюжестью, крупным телом и крепким панцирем, в "свернутом" состоянии напоминая шарик.

—Здравствуйте, а Делил дома? – спросил Индри, подходя к женщине. Та, оторвав взгляд от книги, посмотрела на мальчика и улыбнулась:

—А, Индри, это ты. Боюсь, Делил сегодня не сможет выйти. У нее настал период метаморфоз, и, боюсь, он продлится как минимум до завтра.

—Она болеет? – обеспокоенно поинтересовался Утта. Женщина в ответ лишь отрицательно покачала головой:

—Завтра вас ждет сюрприз. Но не раньше. Всему свое время.

Сказав это, мать Делил снова вернулась к своему чтению, а детям не оставалось ничего иного, кроме как уйти.

—Может, рванем на холм? Помните, как мы раньше любили там гулять? – предложил каррианец. Холм был под боком, и до домашнего обучения веселая компания и правда частенько гуляла именно там. Решив, что более подходящего места им не найти, ребята побежали туда, словно вернувшись на несколько лет назад.

Место детских игр располагалось совсем недалеко от поселения и хорошо просматривалось. Густая трава покрывала поверхность холма, и в дети любили валяться в ней, наслаждаясь лучами Талоса. Звезда очень напоминала Солнце, а вот трава была не похожа на земную – более сочная и на пару тонов темнее. Индри она нравилась куда больше, чем та, что запомнилась с детства.

—Утта, а ты когда поступаешь в Академию? – лежа в траве, спросил Вратул. Товарищ откликнулся не сразу:

—Через два года, не раньше.

—Странно кстати, - с закрытыми глазами сказал Кор, жуя травинку. — Делил же по уровню общего развития вроде бы пониже, чем ты, а летит с нами.

—Может, нам просто так кажется? Она же девочка, в конце концов. Они вообще другие, - ответил Вратул.

—Давайте через девять лет, в этот же день, встретимся на этом же месте? – меняя тему, предложил Индри. — К тому времени мы все уже закончим свое обучение, и даже если и не будем жить здесь, то хотя бы наведаться сумеем.

—А это идея, - отозвался Кор. — Я – за.

—И я, - донесся из травы голос Утты. Вратул просто кивнул.

—А, вот вы где, - прозвучавший неожиданно для всех тонкий голос заставил друзей дружно повернуться. Перед ними стояла тонкая высокая девушка с широкой улыбкой на красивом лице.

—Делил? – неуверенно спросил Индри. Та в ответ залилась звонким смехом:

—А я думала, не узнаете.

—Мы вот все гадали, куда ж ты пропала, - начал Утта, снова приобретая зеленоватый оттенок, явно радуясь тому, что все теперь в сборе…

* * *

—Сын, ты уверен в том, что именно этого ты хочешь?

—Да, папа. Она – именно то, что мне нужно.

Между Индри и его родителями повисла тяжелая тишина. Юноша смотрел с ожиданием на суровое лицо отца, глаза которого буравили пол рядом с носком ботинка.

—Что ж, не стану тебе мешать. Думал, что все сложится иначе, но не должны же наши предрассудки мешать твоему счастью.

Мать сидела с потерянным видом; расфокусированный взгляд был направлен в пустоту.

—Хотя бы она на человека похожа, - тихо сказала женщина и вдруг разрыдалась. Индри не знал, что ему делать. Отец рукой показал, что сейчас юноше лучше удалиться, другой прижимая сотрясающуюся от рыданий женщину к себе.

В задумчивости юноша пошел по родной уже улице, пиная мелкие камушки, попадающие под ноги. Почему в родителях столь сильны предрассудки? Ладно мать, ей и правда трудно избавиться от ксенофобии, но отец? Воспитанный в мультирасовой среде, Индри никак не мог понять, почему их с Делил любовь так трудно принимают обе семьи. Да, в их отношениях никогда не будет всей полноты, которая бывает в пределах одной расы, но ведь куда важнее единение духа, а не тела. Так считалось всегда, и вдруг – неприятие. Слезы обиды вскипали на глазах, но Индри не давал им воли.

—Индри! – раздался крик. Глянув в сторону, откуда исходил звук, юноша заметил Вратула, летящего к нему навстречу.

—Ты чего грустный такой? – без предисловия начал каррианец. — Это из-за родителей?

Индри молча кивнул.

—Ничего, они все поймут. Просто не сразу. Дай им время.

—Они просто не понимают, что наступило новое время. Ну, подумаешь, мы разного вида. У нас не может быть детей, так как у нас разный набор хромосом. И что с того? Усыновим. Главное ведь чувства, как они этого не понимают?

Слезы, до этого тщательно сдерживаемые, все же прорвались наружу.

* * *

—Властью, данной мне Межгалактическим союзом Федераций, объявляю вас супругами. Можете поцеловаться.

Индри все еще не верил, что это случилось. Но вот женщина, которую он любит, стоит прямо перед ним и улыбается лишь ему одному. Собрались все старые и новые друзья. Множество улыбок – и лишь четыре существа стоят немного в стороне – родители Индри, Утта и мать Делил. Сейчас, в этот важный момент, молодожены не хотят даже думать о чем-то плохом. Долгий поцелуй под бурные аплодисменты – и счастливые молодожены бегут к небольшому космолету, ожидающему их на пороге здания Администрации.

Сначала Индри не хотел ничего, кроме простой регистрации, но Делил настояла на церемонии, причем по земному обычаю. Ей очень нравились вся эта торжественность и красота момента, никогда не бытовавшие в ее народе. Индри не мог отказать.

—Что теперь будет с нами? – прижимаясь к плечу мужа, спросила Делил. Тот погладил ее голову и ответил:

—А дальше будет новая для нас жизнь. Меня назначили на Платон, помощником главного инженера.

У Делил широко раскрылись глаза:

—А ты ничего не говорил.

—Хотел сделать сюрприз после свадьбы. Смотрю, удалось, - с улыбкой ответил Индри. Девушка со счастливым смехом крепко обняла мужа, радуясь налаживающейся жизни…

* * *

"Привет, Делил!

Пишу тебе из созвездия Уленар, где мы сейчас находимся с просветительской миссией. Представляешь, здесь до сих пор есть планеты с начальной стадией развития общества! Это так интересно – своими глазами видеть зарождение цивилизации. Жаль, что тебя в этот момент нет с нами рядом.

Видеофон так и не работает, поэтому снова пишу тебе письмо. Из интереса пишу его, как делали предки несколько тысячелетий назад – на бумаге ручкой. Тяжело дается, но, кажется, начинаю понимать, зачем это делалось – электронный текст не может передать все чувства, вложенные в него, в отличие от написанного от руки. Надеюсь только, что почерк мой не слишком ужасен, и ты сможешь понять, что же я пишу.

Освальд и Тарнет передают тебе привет. Мечтают увидеть тебя вживую, как и я. Очень по тебе скучаю. В следующем месяце обещают отпуск, так что уже совсем скоро увидимся.

Как ты там без меня? Как родители? Если будет время, навести и моих тоже. Отец будет тебе очень рад.

Ладно, на сегодня, пожалуй, все. Напишу в ближайшее время, как только появятся новости.

Любящий тебя Индри.

21.04.4370 г.

P.S. Ничего, что я по земному летоисчислению?"

* * *

—…Сегодня ночью Единый Тарбонианский Союз без объявления войны напал на планету Карру. Официальные власти никак не комментируют это происшествие…

—Где-то снова война. Неужели даже в наше время они должны продолжаться до бесконечности?

—Видимо, такова природа. Хаос является основой нашей Вселенной, тяжело избавиться от корней.

—Тарбонианцы вообще всегда славились своей агрессивностью. Помнишь же наверное еще тарбонианско-тамленскую войну, которая чуть больше сорока лет назад прогремела?

—Такое забудешь. Чего им неймется интересно? Жили бы себе спокойно, места во Вселенной всем хватит.

—Кто ж их знает. Видимо, что-то такое в них природой заложено, что толкает на войну.

—Хорошо, что мы на Платоне. Исследовательские суда никогда не трогают никакие войны.

—Да, Освальд, с этим не поспоришь.

Двое поднялись из-за стола и направились к выходу из пищеблока, когда им навстречу попался Индри.

—Привет ребят, что нового? – кивнул друзьям головой Индри, держа в руках поднос с едой.

—Да ничего. На Фанасе снова нашли цивилизацию моллюсков, на этот раз вымершую. Но они явно принадлежат к тому же семейству, что и на Отте. Не поспоришь, Уленар оказался очень интересен, - начал Тарнет, сопроождая к столу друга.

—А еще по новостям объявили, что тарбонианцы вторглись на Карру. Представляешь, опять они войну развязали, - подхватил Освальд.

Поднос выскользнул из рук Индри.

—Что? – повернувшись к землянину, спросил мужчина. — Ты сказал Карру?

—Д-да, - немного опешив, ответил Освальд. — А что случилось?

—Делил… - прошептал Индри и побежал прочь из пищеблока.

* * *

С огромным трудом, но все же Индри удалось достать разрешение на пролет в зону боевых действий. Тарбонианцы покинули этот сектор, продвигаясь глубже к середине материка, так что получение разрешения для Индри, имевшего связи в "верхах", было лишь вопросом времени. По пути он молил все высшие силы, чтобы с его родными и близкими все было в порядке. Приземлившись на окраине поселения, знакомого с детства, мужчина вышел наружу.

Слезы текли по лицу. Индри не мог сказать точно, от чего они: была ли тому виной гарь или же вид родного поселения в руинах. Армия тарбонианцев выжгла всю траву и посадки вокруг поселения, а дома почти полностью сровняла с землей, оставив буквально парочку. Среди целых оказались дом родителей, старое, давно покинутое жилье Азмена и землянка Утты.

—Делил! – крикнул в отчаянии Индри. Пепелище ее родного дома мужчина попытался разгрести голыми руками, но ничего так и не сумел найти. "Может, она у родителей?" - пронеслась дикая мысль в голове. Бросив все, Индри побежал к родному дому, размазывая копоть и слезы по лицу.

Дом встретил его молчанием. Хлопья пепла лежали всюду, словно снег. Осторожно Индри начал обходить комнату за комнатой. Вещи валялись в ужасном беспорядке, словно здесь уже пытались поживиться мародеры. И при этом никаких следов родителей или Делил. Оставался только чердак.

Открыв дверь, мужчина начал подъем по лестнице, ужасно скрипевшей под его ногами.

—Мам? Пап? – тихо позвал Индри в надежде на отклик. Глаза, не привыкшие к темноте, с трудом различали силуэты.

—Индри? – неожиданно раздалось в ответ. Голос явно принадлежал отцу.

—Пап, ты живой!

—Тише, а то нас услышат! – шепотом сказал отец. Затем от кучи непонятных при таком освещении предметов отделилась фигура и побежала к Индри навстречу.

—Я так боялась, что ты не придешь, - прошептала Делил, обняв мужа. Слезы вновь потекли из глаз Индри, но он их совсем не стеснялся.

—Я всегда говорила, что пришельцам нельзя доверять. Особенно этим мохнатым… - полубезумный шепот матери раздался из угла. Попривыкшись к темноте, Индри сумел различить ее, сидящую отдельно с прижатыми к груди коленями.

—Почему нас не тронули? – спросил Индри отца, не выпуская жену из объятий.

—Это все Кор, твой друг. Он руководил нападением, но приказал не трогать некоторые из домов. Уж не знаю, что им руководило и как он смог так спокойно предать все это…

—Индри! Ты там? – крик прозвучал с улицы. — Если да, то выходи! Мне с тобой поговорить нужно!

Рычащие нотки могли принадлежать только тарбонианцу. И Индри знал, кому именно.

Во дворе и правда стоял Кор, сильно изменившийся с прошлой встречи. Служба в армии переменила даже его осанку – держался теперь тарбонианец куда более твердо и уверенно.

—Я все гадал, придешь ты или нет. А потом смотрю – ты в дом заходишь, - ощерив свою ужасную пасть в подобии улыбки, сказал Кор. Индри молча смотрел в его крохотные глазки.

—Должно быть, ты меня ненавидишь. И я могу тебя понять. Но и ты меня пойми… - речь была прервана ударом в челюсть. Индри содрал кожу с костяшек, оцарапавшись об острые зубы, а Кор, казалось, почти ничего не почувствовал.

—Как ты мог? Ведь это и твой дом тоже. Твои друзья, близкие… все они жили здесь. А ты просто взял и все уничтожил?! – закричал Индри на своего друга.

—Давай я тебе все объясню. Но не здесь.

—Да пошел ты! – с ненавистью в голосе сквозь сжатые зубы сказал мужчина. Кор достал бластер из-за пазухи и ручкой вперед подал его Индри.

—Если хочешь – стреляй. Я буду только рад. Но если ты все же меня сначала выслушаешь, будет очень хорошо. Мне это нужно.

Индри схватил бластер и нацелил его в лицо бывшего друга. Глаза, глядевшие на него, выдавали усталость. Чтобы унять дрожь, мужчина перехватил рукоять обеими руками, но все же не смог выстрелить.

—Успокоился? А теперь пойдем.

—Куда?

—К вишневому дереву. Только оно меня и спасало в последнее время.

Взглянув на чердак своего дома, Индри увидел, что небольшая шторка отодвинута, и через нее глядят отец и Делил. Почувствовав себя предателем, землянин зашагал вслед за тарбонианцем.

Сад Азмена был нетронут. С тех пор, как мужчина умер, мало кто заботился о нем, и почти все, что при жизни хозяина было аккуратно подстрижено и прополото, сейчас заросло густой травой. Единственное, что выглядело без изменений – это низкое вишневое дерево, все так же приветливо раскидывающее ветви. Кор подошел к нему и сорвал пару ягод, отправляя их в рот.

—Не хочешь? – протягивая в лапе ягоды, спросил тарбонианец. Индри отрицательно покачал головой, сильнее сжав рукоять бластера.

—Да, прошло почти девять лет. Почти. А теперь мы встречаемся вот так. Никогда бы не подумал, - издав смешок, сказал Кор. Человек в ответ не проронил ни слова, лишь глаза, казалось, сверкнули новой вспышкой ненависти к бывшему другу. Взглянув в лицо Индри, тарбонианец продолжил:

—Понимаю, меня трудно понять. Наверное, даже невозможно. Но мы, тарбонианцы, другие. Мы должны подчиняться, понимаешь? Это заложено в нас от рождения, хотим мы того или нет. Но я рос среди других. Среди вас.

Родителей отправили сюда не потому, что народ остепенился. Наоборот, они должны были узнать о быте и способах нападения. Не задумываясь, они подчинились, и в течение многих лет снабжали информацией наш народ. А обо мне даже никто и не задумывался. Я же рос, изучал культуру других рас и видел, что можно жить и по-другому. Можно жить в мире, не нападая на других. Несмотря ни на что, вы всегда принимали меня как равноправного члена своих игр. Даже Утта, хотя родители его до сих пор должны помнить, как мы воевали с их народом.

Вы умеете прощать. А мы – лишь подчиняться. До последнего я надеялся, что войны можно избежать. Но, как оказалось, все зря. Пришел приказ, и я просто не смог не подчиниться. Лишь чудом, вспоминая наши детские игры и вот эти самые ягодки, я сумел в обход приказа предупредить жителей об опасности и оставить ваши дома в целости. Меня, как непосредственного начальника, слушались беспрекословно. Но уничтожая родное поселение, я чувствовал себя предателем. Если бы я только мог что-нибудь с этим сделать…

Индри слушал друга молча, чувствуя всю ту боль, что испытывал его товарищ по детским играм. Природа была и правда жестока к таким, как Кор, и тарбонианец сделал все возможное, чтобы хоть как-то исправить положение.

—Я не хочу быть оружием в чужих руках. Но не подчиняться приказам я тоже не могу. Поэтому прошу тебя, Индри: убей меня. Я не смогу так жить дальше.

—Может, есть какой-нибудь другой способ…

—Нет. Только смерть. Поверь мне.

Индри, осознав все, смотрел на друга и не мог поверить в то, что ему предстоит сделать ради дружбы.

—Представь себе, что это просто очередная игра. Как в детстве, - и лицо Кора вновь приняло то самое злое выражение, часто появлявшееся в прошлом, когда на уме у Кора была какая-нибудь шалость.

Дуло бластера было направлено прямо в лицо тарбонианца. В маленьких глазках, глядевших на человека, любой легко бы прочел жгучую ненависть. "Но не я".

—Я бы хотел, чтобы все обернулось иначе, - тихо сказал человек и нажал на спусковой крючок.

* * *

—Все кончено? – спросила Делил у вернувшегося Индри. В правой мужчина продолжал сжимать бластер, а из левой текла кровь.

—Ты ранен? – спросила обеспокоенная девушка. Индри в ответ покачал головой и разжал кулак, в котором оказались вишни.

—Такие крохотные, а спасли всех нас, - тихо сказал Индри и, наконец, заплакал.


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования