Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Фотино - Яркий свет тусклой истины

Фотино - Яркий свет тусклой истины

Мартин Бойль проснулся от нервного мигания красного света. Попытавшись вскочить с кровати, он больно стукнулся головой. Что-то мешало. Подняв руки, Мартин ощупал преграду. Препятствие имело форму небольшого прямоугольника, но было абсолютно невидимым словно сгусток воздуха. Осторожно пригнувшись, он сумел сесть на кровати, оставив непонятный объект в стороне. 
В воздухе висел экран с  сообщением, но стоило Бойлю присмотреться, как изображение мигнуло, и все буквы  превратились в непонятные значки. 
«Что за черт?», — раздраженно подумал он, потирая ушибленный лоб. Остатки сна медленно улетучивались, и мысленным усилием Мартин постарался восстановить в памяти события вчерашнего дня. 
— Статья о Дрифтауне — важное задание. Заказ идет с самого верха, Мартин, — медленно проговорил главный редактор. Думаю, не надо вам объяснять, что необходимо показать все... хм.. в правильном свете.
— То есть, разоблачить и развенчать? — Бойль кивнул. Статьи «в правильном свете» были его специальностью, но срочная командировка аж в Дрифт не вызывала энтузиазма. — Какой срок?
— Вылетаете сегодня, через два часа. Билеты уже заказаны, формальности улажены. Сроку вам неделя. Сделаете все как надо, в долгу мы не останемся. Премия, повышение. Все понятно?
Мартину вдруг захотелось объяснить редактору, куда он может засунуть свое задание. Но вслух он сказал только короткое «Да». Отказаться, значит попасть в черный список. Да и премия сейчас не будет лишней.

Мартин рассеянно встал с кровати, взял с полки стакан и налил воды из бойлера. По прибытии в Дрифт, он сразу понял, что дело будет непростым. Никаких оборванцев, теснящихся в узких вонючих каморках не обнаружилось. Совершенно наоборот, ему встретились только хорошо одетые, ухоженные и очень приветливые люди. После Земли, с ее вечно озлобленными толпами и усталыми лицами, Дрифттаун казался сказкой. Улицы были просторными, и отсутствие неба над головой совершенно не ощущалось. И даже искусственный свет мало отличался от солнечного, как ни старался Бойль найти в нем «обезличенную бездушность». Хотя, конечно, это ничуть не помешает вставить сей эпитет в статью. 
Вода оказалась холодной — нагреватель в бойлере не работал. Мартин поставил стакан на стол и вздрогнул, услышав звон разбивающегося стекла. Стакан исчез. Заглянув под стол, Бойль увидел осколки и, почувствовав неладное, протянул вперед  руку, которая беспрепятственно прошла сквозь призрак только что казавшегося незыблемым предмета мебели.  
Мартин задумался. Не было сомнений, что кто-то намеренно организовал эти спецэффекты. Вопрос был в том, кто и зачем?   В любом случае, сидя на месте ничего не узнать. Подняв лежащую в углу сумку, он вышел на улицу.
Сильнейшая тошнотворная вонь оказалась настолько оглушающей, что в первый момент Бойль не обратил внимания на обстановку. Лишь через несколько секунд, протерев слезящиеся глаза, он осмотрелся и в шоке замер на месте.
Тротуар под ногами оказался покрыт тонким слоем мерзкой слизеобразной массы, а на месте маленьких подстриженных деревьев росли толстые черные извивающиеся шланги. И самое главное, исчез солнечный свет, уступив место фиолетовой фосфоресценции. 
Непроизвольно Бойль бросился назад в дом, но дверь в стенке улицы  необъяснимым образом исчезла. Лихорадочно пытаясь отыскать вход, он сначала не заметил подозрительный звук сзади. 
Когда Мартин наконец обернулся, до монстра оставалось менее десяти шагов. Чудище возвышалось на восьми толстых слоноподобных ногах. Тело существа казалось бесформенной пульсирующей массой. Подавшись вперед, жуткое создание выпустило из себя мощные, покрытые чешуей щупальца, которые тут же с хрюкающим визгом потянулись к журналисту.  Бойль попытался бежать, но поскользнулся на покрытой слизью поверхности и упал, сильно ударившись головой о стену улицы. В глазах потемнело, и он потерял сознание. 


Очнулся Мартин под деревом. Улица была необычно пустынной, а трава  странно примятой, но в остальном все казалось нормальным. Ни монстров, ни шлангов, ничего.
— Все в порядке? — послышался сзади молодой женский голос. Подняв голову, Бойль увидел стоящую рядом девушку весьма приятной наружности.   
— Как тебя зовут, красотка, — пробормотал он, борясь с головокружением и чувством нереальности происходящего. 
—  Рейти, — просто ответила она.
— Очень рад, — Бойль наконец взял себя в руки и осторожно поднялся на ноги. — Я Мартин. Извините, что... 
Из-за угла донесся душераздирающий крик и плач. 
— Что за черт! — не обращая внимания на попытку Рейти остановить его, Мартин бросился в направлении звука. 
Свернув за угол, он увидел жуткую картину. 
Двое высоких лысых мужчин, одетых в черные рясы и вооруженных длинными изогнутыми ножами, с хищным взглядом надвигались на четверых маленьких детей. Дети оказались зажаты в угол и отчаянно вопили.
— Эй! — крикнул Бойль и побежал к черным фигурам. По пути он споткнулся, а когда встал, запах снова был на месте. Под ногами чавкала слизь. Дети превратились  в покрытые шерстью зубастые шары, прыгающие на маленьких тонких ножках. Черные жрецы оказались двумя мужчинами в спортивных костюмах. Один из них ударил зубастый шар кухонным ножом. Шар завизжал и попытался укусить его за руку.
Что-то резко дернуло Мартина назад и втащило обратно на главную улицу.  Повернувшись, он увидел стоящую рядом Рейти. Запаха и слизи снова не было, трава под ногами зеленела. Из-за угла раздавался плач.    
— Надо уходить, — быстро сказала девушка, и потянула Бойля за рукав.
— Подожди, — он уперся. Что происходит? Надо помочь! Там...
— Мы им ничем не поможем, — напряженно ответила Рейти.
— Но...
На другой стороне из переулка вышел еще десяток лысых мужчин в  мантиях и с загнутыми ножами в руках.
— Скорее за мной, — Рейти побежала вперед. Мартин последовал за ней, лелея надежду, что она знает куда направляется. Они несколько раз сворачивали в боковые проходы и, в конце концов, оказались в узком перешейке, соединяющим две улицы, но возвышающимся метра на три над их уровнем.  
— Хорошо, — Рейти перевела дух. — Какое-то время здесь никого не должно быть. 
— Что, черт возьми, тут твориться? — спросил Мартин, осторожно осматриваясь вокруг.
— Сложно объяснить. Как давно ты здесь?
— Вчера прибыл.
— Плохо. И что знаешь о Дрифте?
— Что это большой орбитальный город, финансируемый инопланетной разведкой, в котором процветает преступность, беззаконие и разврат.
— Вообще очаровательно, — Рейти вздохнула и присела на траву. 
— А что разве не так? Эти жрецы с ножами, щупальца...
— Такого никогда раньше не было. Понимаешь, Дрифт — виртуализированный город.
— Хочешь сказать это имитация? Типа игры?
— Да нет же! Не виртуальный, а виртуализированный. Здесь все настоящее, но взаимодействие работает через оверлей. Дополнительный слой совместимости.
— Чего?
— Эх. Ты на Земле кем работаешь?
— Журналистом.
— Беда. Ладно, слушай. Давным давно, когда компьютеры были большими, они все говорили на разных языках. И были устроены по-разному. Поэтому для каждой модели приходилось писать свою программу. Очень неудобно. И тогда придумали виртуальную машину. Это такой программно-аппаратный слой... короче программа видит на всех компьютерах привычную среду и взаимодействует с ней. А уже среда виртуальной машины транслирует команды в инструкции понятные данному компьютеру... Понимаешь?
— Не очень. При чем тут дети? Жрецы в черном?
— Ну это же просто. На Дрифте живут всякие существа. Разные инопланетяне, мутанты, моды. А за счет виртуализации все видят мир таким, каким привыкли. 
— Значит дети не настоящие?
— Настоящие. Только это дети Регланов. Совсем еще маленькие. А те двое придурков лезут на них с ножами. — На секунду Рейти отвернулась, и Мартин заметил, что ее глаза красные и мутные от слез.
— Кто-то выключил главный оверлей. И начался конец света. У меня есть маленький, — она извлекла из кармана миниатюрную коробочку. —  Но он тянет максимум двоих, и один из них обязательно я. Плюс радиус метров двадцать. Нам надо включить основной.
— И где он? 
— В техническом блоке. Прямо по вон той улице и наверх.
— Ну так идем. 
Но идти не удалось. С улицы донеслись крики и странные щелчки. Мартин выглянул из перешейка и увидел абсолютной хаос. Обезумевшие люди метались из стороны в сторону.
— Что еще за...? — Мартин прислушался, вспоминая где слышал такие щелчки. Тут он заметил ровные ряды мелких дырок на стене рядом. 
— Магрейл! — он схватил Рейти и потянул вглубь перешейка. Та не двинулась с места.
— Что случилось?
— Это магрейл. Спрячься!
— Что?
— Оружие, стреляющее металлической стружкой, разгоняемой до звуковых скоростей магнитным полем.  Так понятно?
— Проклятье!
Рейти принялась ощупывать стену.
— Что ты делаешь?
— Подожди... Вот! — она провела рукой, изобразив сложный знак, и часть стенки отодвинулась, открыв черный прямоугольник входа. — Технический туннель. Пошли!
Мартин задумался. Магрейл означал земной спецназ. Возможно особую операцию. Разумно было устраниться от самодеятельности и сомнительных связей. Например, переждать все в безопасном месте. Где только его взять, это безопасное место? А пробираться сквозь толпу психов, и доказывать, что он свой — хороший шанс превратится в труп. Бойль отлично знал, что в подобных ситуациях легко оказаться совсем ненужным свидетелем.  Приведя себе все эти аргументы, он со вздохом двинулся за Рейти.     

Резервный туннель оказался большой трубой с двумя маленькими дорожками по бокам. Подойдя к бортику, Бойль взглянул вниз. Глубоко. 
— Немаленькая конструкция, — заметил он.
— Просто строители слегка больше людей. Размерами, — тихо сказала Рейти.
— Понятно. Ладно, мы здесь. Что теперь? 
Девушка ничего не ответила. Повернувшись, Мартин заметил, что она неподвижно стоит, уставившись невидящим взглядом в одну точку на стене туннеля.
— Эй! — Мартин окликнул ее громче, но Рейти по-прежнему не реагировала на слова. Тогда он подошел ближе, и осторожно потряс ее за плечо:
— Эй! Все в порядке?
В ответ послышался нервный смешок.
— Конечно. Мой мир превратили в кровавую бойню. Только и всего. Подумаешь, какая чепуха. Правда?
Голос Рейти звучал надрывно, почти срываясь то ли на крик, то ли на плач. На секунду Мартин растерялся. Истерики всегда вызывали у него желание оказаться где-нибудь в другом месте. «Хорошо, что здесь нет посуды, которую можно разбить», — промелькнула глупая мысль. Что делают в таких случаях? Казалось, в памяти не было никаких рецептов. 
Потом, повинуясь внезапному импульсу, он осторожно обнял девушку. Тело Рейти сотрясала мелкая частая дрожь. Мартин вспомнил, как очень давно, его обнимала мама. «Не бойся малыш, все будет хорошо»  
Прижимая теплую Рейти к себе и тихо бормоча успокаивающие слова, он подумал о том, как она выглядит на самом деле. Может быть покрыта шерстью. Или с глазами на стебельках. В череде сюрреалистических событий это казалось уже неважным. 
Незаметно тянулись минуты. Наконец, Рейти перестала дрожать и глубоко вздохнула.
— Спасибо. Извини за сцену.
— Да... не страшно. 
— Я просто совсем растерялась. Не знаю что делать.
«Что делать? — подумал Мартин. — Бежать куда-нибудь отсюда».
— У вас есть здесь армия? Полиция? Оружие? — спросил он вслух.
— Нашим лучшим оружием всегда была правда.  
— Мда. 
На несколько секунд возникла пауза.
— Есть запасной оверлей, — наконец сказала Рейти.
— Запасной? 
— Ну... не совсем. Понимаешь, когда технология только создавалась, существовало две конструкции. Одну утвердили, про вторую забыли. Но модуль там полностью готов, его надо просто включить.
— Откуда ты только знаешь все это? – удивился Мартин.
— Откуда… Я создатель оверлея, конечно. Одна из. Работала во второй группе. Знаешь, не могу забыть то время… — она едва заметно улыбнулась, очевидно поглощенная потоком воспоминаний. — Помню, за день до голосования, я даже пришла на работу ночью. Не смогла усидеть дома. И представляешь, все другие тоже пришли… Мы знали, что это поворотный пункт. Неважно даже, чей проект выберут, главное, чтобы приняли оверлей.  Я так гордилась, что сделала что-то нужное… для всех. 
Рейти замолчала, а Мартин задумался, что значит делать нужное для всех. Всеобщее благо было для него инструментом. Удобным способом запихать в статью нужную мысль. «Общественные интересы требуют…» А что именно они требуют постоянно менялось. Сегодня сверху спустили одно, завтра другое. Какая разница? И какой может быть смысл в работе, кроме денег? Бойль потряс головой. Дурацкие мысли. 
— А что, они сильно отличаются, эти две конструкции? – спросил он, чтобы прервать неловкую тишину.  
— Да нет. Эстетическими деталями.
— Ясно. И где этот второй модуль?
Рейти достала ручку и блокнот. 
— Смотри.
Она быстро нарисовала схему. 
— На самом деле, здесь недалеко. Километра два. Маленькая дверь, помеченная вот таким знаком.
Рейти написала слово «ВХОД». 
— Нет, извини. Не так.
  Она выдрала лист, и медленно нарисовала сложный знак из полукруга и нескольких линий. Через несколько секунд он расплылся, и снова появилась надпись «ВХОД».
— Мой оверлей переводит слова для тебя. Но все равно, запомни символ. На всякий случай. Дверь открывается надавливанием на знак. Внутри панель, там одна красная кнопка. Ее надо нажать. Теперь пошли.   


Металлические щелчки магрейла нарушили тишину резервного туннеля. Стена в метре над головой Мартина украсилась серией ровных круглых дырок. Он тупо посмотрел наверх и почувствовал сильный, сбивающий с ног рывок в сторону.
— Быстрее! Тут уже близко!  — почти прошипела Рейти, втаскивая Мартина в боковой проход. 
— Куда? 
Ответ утонул в резком звоне ударов очереди магрейлов. Сверху посыпались изрезанные ошметки проводов, в воздухе повисло облако мелкой железной пыли. Внезапно раздался странный скрежет, и одновременно погас свет. «Замыкание», — мелькнула мысль у Мартина, невольно повернувшего голову на звук.  
— Пряяяяямооо, — голос Рейти превратился в раздирающий уши визг, переходящий в ультразвук.  В тусклом синеватом свете аварийных ламп  перед глазами Мартина промелькнуло огромное, покрытое блестящей чешуей щупальце. Еще одна очередь магрейла раздробила щупальце в нескольких местах, разбросав вокруг липкую зеленую слизь.
Очнувшись от ступора, Мартин побежал вперед. Сердце глухо стучало в висках. Дверь. Должна быть дверь. Которая? Все указатели превратились в непонятные наборы закорючек. Полукруг, три линии вниз, одна стрелка наверх. Здесь! Он остановился. Маркер. Надавить. Не поддается. Сильнее. Раздался тихий щелчок и дверь ушла в стену.
Мартин тяжело ввалился внутрь. Эхо шагов отразилось от стен. «Куда я залез? Какой-то ангар. Дерьмо», — на секунду он замер, пораженный размером помещения. «Ах, чёрт, у них же все такое».
Он устремился к противоположной стене. Большая, шириной в ладонь кнопка торчала на самом виду. Тяжело дыша, Мартин положил на неё руку.
— Не стоит этого делать, — послышался за спиной хрипловатый голос. — Отойдите от выключателя.
Марин обернулся, но не сдвинулся с места. В метрах пятнадцати от него стоял высокий мужчина в камуфляжной форме и с магрейлом в руках. Лицо закрывал тонированный щиток шлема.
— Ну что вы на меня уставились? — спокойно спросил мужчина в шлеме. — Майор Беланский, спецотряд. Мы три года готовили ликвидацию этого гадюшника, а вы нам помогли. Получите медаль. 
— Зачем? — тихо спросил Мартин.
— Зачем медаль? — Беланский медленно приближался. — За помощь в борьбе с угрозой национальной безопасности. Без вас мы бы это место долго искали.
— Какой угрозой?
— Да бросьте. Вы же сами писали. Такие вдохновенные статьи. О целостности культуры. Традиции как основа государства... —  майор сделал ещё несколько шагов. — Оверлей — угроза обществу.  Наркотик. Жизнь в иллюзии. Деградация. В нем все относительно, все условно.
Мартин вспомнил чёрных жрецов с ножами. На секунду эта картинка промелькнула перед глазами и исчезла, уступив место темному ангару и приближающемуся Беланскому. Тот продолжал болтать,  отвлекая внимание журналиста от кнопки.
— ... Гнездо грязного разврата. Бездушные монстры, совращающие наших детей. Это никак нельзя терпеть. Заговор против культуры. Попрание всей морали...
Мартин подумал о Рейти. Вспомнил ее мимолетную улыбку. Вспомнил тяжелую решимость и тщательно спрятанную боль в спокойных голубых глазах. 
Вдалеке раздался и быстро стих жуткий рев. Беланский чуть-чуть повернул голову.
— Кажется, одним чудищем стало меньше, — усмехнулся он. — Живучие гады, пока на кусочки не разрежешь, не издыхают... — Уберите руку от кнопки! — крикнул майор неожиданно командным тоном, подняв магрейл. — Героическая смерть вам ничем не поможет. Включенный оверлей взорвать не сложнее. А вас спишем на монстряков.
Мартин зажмурил глаза и с размаху ударил кулаком по выключателю, ожидая ударов металлических пуль. Медленно тянулись секунды. Ничего не происходило.
Наконец он открыл глаза. Магрейл валялся на полу. Майор сидел на коленях, беспорядочно вращая головой. Было очевидно, что он ничего не видит. «Нашим оружием, — услышал Мартин в голове голос Рейти, — всегда была правда».
— Предрассудки ослепляют везде, - тихо сказал журналист. — Но только здесь это происходит буквально.
Под ярким солнечным светом он медленно побрел к выходу.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования