Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Лигхт Аге - Кто ворует пшеницу?

Лигхт Аге - Кто ворует пшеницу?

 
А это ленивый и толстый пастух,  
Который бранится с коровницей строгою,  
Которая доит корову безрогую,  
Лягнувшую старого пса без хвоста,  
Который за шиворот треплет кота,  
Который пугает и ловит синицу,  
Которая часто ворует пшеницу,  
Которая в темном чулане хранится  
В доме,  
Который построил Джек.  
Английское народное стихотворение  
(перевод С.Я. Маршак)  
 
- И что? Неужели ничего нельзя сделать? – Я уже выбился из сил объяснять полисмену, что мне просто необходимо присутствие полиции на ферме.  
- Я вам в который раз объясняю: у нас нет свободных сотрудников. Все заняты поиском серийного убийцы. Это, между прочим, важнее, чем ваша пшеница! – Полисмен был невозмутим.  
- И что мне теперь делать? Вы считаете, что у меня в каждом чулане - тонны пшеницы? Это вот только что собранный урожай, который должен был бы кормить меня всю зиму!  
- Ждите, когда у нас появятся свободные сотрудники.  
- И долго это ждать?  
- Около двух - трех недель, сэр.  
- Да я в Скотланд-Ярд позвоню!  
- Хоть самой Королеве. Раньше мы ни чем не сможем вам помочь.  
- Но тот, кто украл пшеницу, уже наверняка успеет ее продать и сбежать из графства!  
- К сожалению, это не исключено. Но мы сделаем все, что в наших силах, когда хоть один сотрудник освободится.  
* * *  
Это было вчера. Разговор, кружась каруселью, продолжался часа два. Полисмен всячески отпирался, но я все-таки одолел его. Не зря про меня говорили: «Джек вырастит пшеницу даже на скалах». И сегодня, проснувшись c петухами и быстро осмотрев ферму (во мне все еще жило чувство, что я случайно не заметил пшеницу, и она все так же лежит в амбаре), пошел на выпас посмотреть, не украл ли кто часом моих коров. Коровы были на месте, пастух тоже. Он, как и всегда, лежал в тени дуба, который в обхвате был лишь немногим меньше его самого. В руках он держал какое-то портативное устройство и настойчиво тыкал в него пальцем.  
- Доброе утро, сэр Джек. – Пастух лениво поднял голову и, щурясь, посмотрел на меня – я редко приходил в его владения.  
- Доброе утро, Билли. Как коровы?  
- Хорошо, сэр. Кушают травку, нагуливают молоко, толстеют.  
- Ясно. - Я оглядел стадо. Почти все стадо почему-то толпилось у подножия холма. Мне что-то совсем не показалось, что они толстеют. Даже возникло ощущение, что Билли гораздо толще большинства моих коров. – Ты вчера или позавчера не видел ничего подозрительного?  
- Нет, сэр. А что я должен был видеть?  
Я уже открыл рот, чтобы ответить, но услышал за спиной какой-то посторонний металлический звон и не стал ничего говорить. Обернувшись, я увидел молодого человека в полицейской форме. Он с трудом круча педали велосипеда, трясясь на кочках и чуть не падая, заезжал на холм, где сейчас находились мы с Билли. Спустя пару минут он слез с велосипеда и вытянулся передо мной по стойке смирно.  
- Констебль Бенджамин Бэннон к вашим услугам, сэр! – Чеканя каждое слово, прокричал он.  
- Доброе утро, мистер Бэннон. – Я был оглушен его приветствием настолько, что и не сразу сообразил, зачем он сюда явился. – Чем могу вам помочь?  
Глаза Бэннона, расширились, его рот раскрылся, видимо для еще одной оглушающей тирады, потом он почесал голову, закрыл рот и достал из весящей через плечо сумки какую-то папку.  
- Вы мистер, - Он сверился с записями в папке, - Грин?  
- Да. – Я немного отошел от него. Его голос и манера держать себя действовали на меня пагубно.  
Вытянувшись по струнке, он даже не представлял, как неуместно все его облачение и манеры посреди пастбища. Похоже, он даже не представлял, что находится на пастбище, а в двух шагах за его спиной, как раз рядом с велосипедом бродит корова со сломанным рогом. Судя по всему, это было его первое лично дело, и он вел себя точно так, как учили его в Школе полиции.  
- Вчера в восемнадцать сорок три по Гринвичу вы звонили в управление полиции графства и просили прислать кого-нибудь для проведения расследования об исчезновении пшеницы из вашего амбара!  
- У вас украли пшеницу, сэр? – Билли так резко вскочил на ноги, что выронил устройство (судя по всему, это был какой-то мини-компьютер) из рук: сделав в воздухе широкую дугу, компьютер плюхнулся в свежую коровью лепешку.  
- Да, Билли. – Ответил я пастуху. – Значит, это дело будете расследовать вы, констебль Бэннон?  
- Да, сэр! – Почему-то радостно отрапортовал Бэннон.  
Я закатил глаза и глубоко вздохнул. Уж не думал я вчера, что мне пришлют юнца, который и месяца не отработал в полиции. Да максимум, что он расследовал – это убийство таракана на кухне. А еще эти его крики, как будто он не на ферму расследовать приехал, а перед генералом отчитывается. Похоже, полоса удач, сменилась полосой невезения. А прибытие этого «зеленеющего» констебля только доказывало, насколько все плохо.  
- Вот повезло! – Вывел меня из состояния задумчивости голос Билли.  
- Что именно, Билли? То, что у меня украли зерно – это везение?  
- Нет, сэр, конечно. – Билли потупил взор, сжимая в руках измазанный мини-компьютер, на дисплее я заметил изображение самолета и какую-то таблицу. Это несчастье, сэр. А повезло в том, что мой планшет упал в коровий навоз и почти не запачкался.  
- Да ты везунчик, Билли. У тебя, видимо, счастливая полоса настала в жизни.  
- Наверное, сэр.  
- Что ж. Это хорошо, Билли. – Я повернулся к ожидающему ответа констеблю. – Пойдемте в дом, констебль Бэннон. Там поговорим. И советую, не вынимайте свой велосипед из-под коровы, он очень не любит, когда ей мешают спать. Вечером она с него слезет и его можно будет забрать без проблем.  
Бэннон повернулся к велосипеду и, увидев лежащую на его велосипеде корову, испустил испуганный вопль.  
* * *  
В доме я провел огорченного временной потерей велосипеда Бэннона на кухню. Налил чаю, поставил на стол молоко, достал напеченных Мэри (моей экономкой) пирожков с крыжовником и стал ждать, пока полисмен сможет продолжать беседу. Сделав пару глотков чаю (молока констебль наливать не стал) и, съев четыре пирожка, полисмен прибодрился и приготовился что-то мне сказать.  
- Будьте добры, констебль, не кричите так, будто вы обращаетесь к старшему по званию. Говорите тише, а то у меня от всей этой ситуации голова болит.  
Бэннон, уже широко распахнувший рот, прикрыл его, почесал затылок и снова, но уже не так широко, открыл.  
- Расскажите, что именно произошло. – Его нормальный голос оказался удивительно приятным.  
- Не так давно, дней десять назад, закончилась страда. Вся пшеница была собрана и помещена под замок в мой амбар. Вчера был жуткий ливень и я, чтобы проверить, все ли хорошо укрыто, обходил ферму. Увидел, что возле амбара кошек - я их держу, чтобы они гоняли мышей. Сначала, я подумал, что мыши забрались в амбар, а кошки их пытаются оттуда достать, но потом, вспомнив насколько амбар изолирован, я подивился этой мысли, однако, все равно решил все проверить. Открыв дверь, я обнаружил, что амбар пуст, а внутри летают синицы, которых и учуяли кошки.  
- Может быть, синицы и склевали всю пшеницу, сэр? – Отставив чашку на середину стола, констебль достал папку и теперь старательно записывал туда все мои слова.  
- Вы что? Синиц было мало, а пшеницы много. Да и выбраться из амбара птицы бы никак не могли.  
- Но ведь как-то они туда попали?  
- Попали, но, скорее всего в тот момент, когда злоумышленники выносили зерно.  
- Хм… - Констебль сунул кончик ручки в рот, задумавшись. – Может, покажете мне сам амбар?  
- Да, конечно.  
* * *  
Амбар, стоя здесь посдери поля, казался детищем высоких технологий: невысокая, элегантная постройка, выкрашенная в зеленый цвет, с множеством ворот, элеваторов и коробов воздухозаборов. Стоявшие радом с ним новенькие и блестящие комбайн и грузовик добавляли в окружающей пейзаж футуристичности. Те двадцать минут, пока мы с констеблем шли от дома до амбара, я успел ответить на десятки вопросов, касающихся организации труда, сбора урожая, устройства кондиционеров в амбаре, своей жизни и многого другого, непонятно почему интересовавшего Бэннона. Мы вплотную подошли к амбару, и я остановился, пытаясь достать из кармана ключи. Констебль в это время подошел к машинам, потер мыском дорожную пыль, подергал двери, покрутил заляпанные грязью зеркала заднего вида, посмотрел на застрявший под колесом грузовика раздавленный хвост моего неудачливого пса, потом вынул из сумки папку и что-то записал внутрь.  
- Вот, взгляните, констебль. Амбар пуст.  
Полисмен посмотрел внутрь и опять что-то чиркнул в папке.  
- Как много людей работает сейчас у вас?  
- Сейчас только трое: пастух – вы его видели, коровница – она занимается дойкой коров (доильная находится недалеко от пастбища, где мы были) и экономка.  
- И что, коровница сама управляется со всем стадом?  
- Нет, конечно. Она пользуется помощью деревенских (деревня расположена буквально в трех сотнях ярдов от доильной) – они не прочь подзаработать. Деревня-то хилая, там ничего нет. У меня с фермы туда, кроме коровницы никто и не ходит.  
- А куда?  
- В город. Сейчас, когда есть машины, в город быстрее съездить, чем добраться до этой деревеньки.  
- А коровница нанимает каждый день новых людей или пользуется услугами каких-то определенных?  
- Никогда не интересовался этим. – Я совершенно не понимал, к чему он клонит. – Мне главное, чтобы удои были.  
Оглядывая амбар, констебль постоянно что-то трогал, ощупывал, нюхал, зарисовывал. В какой-то момент он забрался на балюстраду, что-то там поднял, удивленно присвистнул, положил на место и спустился вниз.  
- А ваша коровница имеет доступ к ключам от амбара.  
- Ну, в общем-то, да. Ключи висят в доме совершенно открыто.  
- То есть их мог бы взять любой посторонний?  
- Нет. Посторонний не сможет попасть в дом.  
- Стало быть, коровница может зайти в дом?  
- Да, и коровница, и пастух могут беспрепятственно зайти и взять ключи, так же как и я. Иногда, когда я в отъезде, я поручаю им дела не связанные с их основной работой.  
- Так… Понятно.  
- Вы думаете это она? – Сказать, что я был удивлен, значит не сказать про мое состояние ничего. Я был просто ошарашен подобным предположением.  
- Больше некому.  
Мы вышли из амбара, и я молча закрыл дверь на замок. Еще минут пять мы шли в полной тишине: я погруженный в мысли о том, как человек, который работает на меня, смог бы меня обокрасть, а Бэннон, по-видимому, наслаждался природой, которой не часто встретишь в городе.  
- Почему это не может быть моя экономка или пастух. Или их сообщники.  
- Нет, это точно не они. Да и сообщники абсолютно исключаются. Перед приездом к вам я проверил – никаких незнакомцев в последнюю неделю в округе не появлялось. А из округа не выезжала ни одна груженая машина. К тому же, только ваша коровница общается с деревенскими.  
- А чем экономка и пастух лучше коровницы? – Я все еще не совсем понимал ход мыслей новоявленного Шерлока Холмса. Вообще, этот юнец удивлял меня. Удивлял, причем в лучшую сторону. Даже если он и не прав в своих догадках, то его хватка мне нравилась.  
- Как вы говорите, зерно пропало в последние два-три дня, однако, у вашей экономки не было бы времени: она пекла те замечательные пирожки, которыми вы меня угощали. А чтобы напечь такую гору пирожков, надо много времени. А ведь еще необходимо собрать и начистить крыжовник. Да и за порядком в доме следить надо. Если бы она крала зерно, то просто бы не стала ничего печь.  
- Что ж, логично. А что с пастухом?  
- Он целый день с коровами. Если бы он оставил их, то они бы разбрелись по всему пастбищу и вряд ли бы он так спокойно валялся под деревом сегодня утром.  
Я задумался над словами Бэннона. Все вроде бы выглядело логично. Действительно, чтобы вывести все зерно из амбара потребовалось бы немало времени. И стадо бы точно разбрелось. Предположение про занятость экономки тоже было вполне обосновано. Я действительно видел, сколько времени она потратила на приготовление пирожков.  
- Я сделаю звонок начальству – они пришлют кого-нибудь мне на подмогу, и мы арестуем вашу коровницу. – Заявил Бэннон, после того, как я подтвердил адекватность его рассуждений.  
Пока констебль разговаривал с полицейским управлением, я облокотился на ограду. Радостно лая, размахивая обрубком хвоста, ко мне подбежал мой пес, тоже, кстати, Джек. Я потрепал его по холке, почесал за ухом, а когда он успокоился, посмотрел, как его раненый хвост.  
- А что у вашего пса с хвостом, мистер Грин? – Бэннон довольный – видимо начальство похвалило его – подошел ко мне.  
- Он попал под машину. В смысле, хвост. Как раз когда парковали грузовик рядом с амбаром.  
Глаза констебля расширились.  
- О, нет! Кажется, я ошибся! – Он завопил, будто его сейчас убьют и, не дожидаясь моей реакции, рванул в сторону дома.  
- Постойте, констебль Бэннон! – Я побежал вслед за ним.  
- Гав-гав-гав! – Рядом со мной бежал Джек.  
Вопреки моим предположениям он бежал не в дом, а дальше, к холму, где остался его велосипед. Будучи моложе - он сильно обогнал меня. Мне осталось бежать еще ярдов пятьдесят, но я уже видел, что ни коров, ни пастуха нет на своих местах. Бэннон схватил запачканный навозом велосипед, вскочил на него и быстро поехал в сторону леса, в мгновение ока, скрывшись от моего взора за холмом. Когда мы Джеком поднялись на вершину холма, я уже порядком запыхался, поэтому решил отдохнуть, здраво посчитав, что полисмен справится и без меня. Если, конечно, будет с чем справляться. Почему-то идеи о том, что пшеницу своровал кто-то из моих работников, совсем не укладывались в моей голове. Я присел, облокотившись на дуб, обнял подбежавшего пса и стал думать о том, как провести зиму без зерна и денег, которые я должен был получить за него.  
Минут через пять в лесу раздался выстрел. Джек вскочил с места и любопытно уставился в сторону, куда поехал Бэннон. Я тоже смотрел в ту сторону, но мое внимание теперь привлекал не лес, а небольшая борозда, тянущаяся от подножия холма в лес. Я подошел ближе и увидел, что тут и там блестят зернышки пшеницы, а там, где сегодня толпилось все стадо, пшеницы было еще больше. И я мог поклясться, что это была пшеница из моего амбара!  
Пока я разглядывал зерна, из леса показалась весьма примечательная процессия: впереди шли коровы, к ним были привязаны импровизированные сани, груженые пухлыми мешками, потом еще одни сани и еще. Всего шесть штук, за ними шел мой пастух, а следом, держа на вытянутой руке пистолет – констебль Бэннон.  
* * *  
Констебль ел уже пятый пирожок. Мэри стояла рядом, улыбалась и весьма назойливо щебетала:  
- Спасибо, констебль Бэннон. Огромное вам спасибо, что нашли пшеницу мистера Грина. Спасибо большое. Вот съешьте еще пирожок. А хотите я вам с собой еще положу.  
Я молча пил чай и смотрел как от дома отъезжает полицейская машина, с сидящим внутри пастухом Билли. Он совсем не сопротивлялся и сразу признал свою вину.  
- Скажите, мистер Бэннон. А как вы все-таки догадались, что вор – пастух.  
- По хвосту. – Коротко ответил полисмен.  
- Что? – Воскликнула Мэри, прижав руки к груди. – У Билли есть хвост?!  
- Нет, Мэри. Констебль имеет в виду хвост несчастного Джека.  
- Да точно. – Жуя пирожок, продолжал Бэннон. – Сначала я думал, что это ваша коровница (как я вам и сказал), но увидев хвост вашего пса… Вернее, не увидев хвоста у пса и вспомнив, что хвост остался на колесе грузовика, у меня возникли сомнения. Ведь коровница могла вывезти пшеницу только на этом грузовике, но последние два дня шел дождь, и если бы машина сдвигалась с места, то хвост бы отвалился и потерялся бы где-нибудь в грязи. Но хвост был под колесом и никуда не делся. Следовательно, машины не трогали. Других машин на территорию вашей фермы не въезжало – как я говорил раньше. Таким образом, получается, что пшеницу вывезли иным способом. У вас на ферме нет иной тягловой силы, кроме коров, а с коровами лучше всех справляется пастух. К тому же они сегодня с утра очень странно паслись. Я знаю, как пасутся коровы – они редко так кучкуются, будто связаны между собой. Но отчасти они правда были связаны, плюс зерно, рассыпанное на земле только в одном месте – видимо, там порвался мешок. И потом я вспомнил, что на планшете вашего пастуха (кстати, зачем пастуху такая дорогая вещь, как планшет?), так неудачно упавшем в навоз, был открыт сайт по продаже авиабилетов. Тогда я все понял и побежал, чтобы не дать ему уйти за территорию фермы, где он бы мог сказать, что и коровы, и зерно – его собственность.  
- Гениально, констебль. Признаться, я совсем недооценил, когда увидел вас первый раз.  
- Спасибо, мистер Грин. – Полисмен зарделся как красная девица, которая впервые вышла в свет.  
- Есть только еще один маленький вопрос.  
- Да?  
- Когда вы предположили, что виновны синицы, вы шутили?  
- Нет.  
- Нет?  
- Ну ведь правда же, что синицы часто воруют пшеницу! Гораздо чаще, чем пастухи, сэр.  
 
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования