Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Александр Никоноров - Добро пожаловать в Мегаполис

Александр Никоноров - Добро пожаловать в Мегаполис

 
Мегаполис возвышался над ними мрачным надзирателем. Над каждым из них. Как преподаватель за спиной ученика, пристально смотрящий за тем, не списывает ли юный хитрец. Окна — точь-в-точь строгие глаза; они неотрывно следят за каждым незванным, пришедшим сюда оттуда. На улицах Мегаполиса тихо, мертвенно и пусто. Можно подумать, что стройка только завершилась, но город еще не обжили… Однако он больше похож на декорацию к фильму ужасов или постапокалиптическому триллеру. Он не пережил конец света, здесь не горят фонари, а по растрескавшемуся асфальту не едут автомобили, шаркая шинами точно старик, еле волочащий ноги. Тут нет пестрой рекламы, громогласных газетчиков и извечных курьеров-торопыг. У него и имени-то нет. Так, дурная кличка и не более.
Действительно, зачем имя тому, кто появляется время от времени при острой необходимости? Именно кто.
Вы не приедете сюда на автомобиле, случайно свернув не туда, не придете пешком, и даже самый лихой поворот судьбы никогда не сведет вас с Мегаполисом без должного повода или причины.
Если только он сам не захочет.
***
Его звали Сэм. Тучный, неповоротливый, с вечной одышкой и постоянными каплями пота на лбу. Под мышками и на спине у него всегда были мокрые пятна, и никакой дезодорант, даже самый дорогой, не справлялся с кислым запахом пота. О, этот тяжелый запашок… Что-то среднее между творогом и протухшим кефиром — визитная карточка всех толстых людей. Его бросила жена. "Как ты можешь спать со мной, если сам лет пять уже не видишь своего героя?" — почему-то именно эта фраза задела больше всех и уязвила его самолюбие. Благо, ему хватило ума, чтобы не сказать: "Дорогая, для этих целей я пользуюсь нашим большим зеркалом в прихожей". Она переехала к двоюродной сестре вместе с дочкой-подростком. От него отвернулись друзья детства, друзья супруги, и все про него забыли. Даже сам город стал к нему враждебным, зиждущим очередную каверзу: подсунуть под подошву кроссовка обледенелую лужицу, сделать входную дверь универмага в квартале отсюда более узкой, а проход между рядами товаров — еще теснее. И только Мегаполис принял его к себе.
Сэм бродил мимо высоток, натыкаясь на забегаловки и харчевни, рестораны и палатки с выпечкой, кулинарии, кофейни, бары… И везде ему радовались. Его приветствовали, улыбались и зазывали к себе, и никому из добродушных людей Сэм не в силах был противостоять. Где еще он встретит столько тепла? Конечно же он не откажет им и заскочит, перекусит сандвич или выпьет пару коктейлей. А самое главное — все за счет заведения. Как почетному гостю этого города.
Вечерело. Забегаловки закрывались. На город опускалась мгла. Где-то вдалеке Сэм заприметил светлое пятно и со всей доступной его комплекции скоростью поспешил туда. Хотя какой там спешить, когда брюхо набито до отвала, а любое резкое движение порождает смутный позыв к тошноте. Светлое пятно оказалось одним из ресторанчиков популярной сети быстрого питания "Вкуснее всех". Он отворил дверь и вошел внутрь.
Никого.
Людей нет, столы пусты, за кассами если кто и стоит, то только призраки. Ни голосочка, ни шума шагов и обычной рабочей суеты, никто не оповещает о свободной кассе, никаких выкриков о просьбе оперативно сделать то или иное блюдо… И пахнет гамбургерами, картошкой фри и барбекю.
"Да ведь это же мечта! — подумал он и направился к кассам. Кое-как протиснувшись между стеной и откинутой перегородкой, он занял место продавца. — Свободно!"
Он поднял руку, призывая невидимого покупателя.
— О, Сэм, привет, дружище! Что будешь? А, как обычно? Да без проблем. Эй, Сэм, приготовь-ка двойной чизбургер, большую картошку и средний клубничный коктейль!.. Можешь забирать, Сэм. Спасибо, Сэм!
Мужчина двинулся вглубь, мимо металлических столов и больших фритюрниц, в которых шкворчали тонкие ломтики картофеля. У одного из стендов его ждали аккуратные собранные коробочки со всевозможными роллами, острыми крылышками и сырными крокетами…
"И это все мое", — удовлетворенно подумал Сэм, потирая руки и распаковывая первую коробку.
В Мегаполисе наступило утро. Неторопливое солнце обливало город теплыми лучами. Они, точно острый язычок, облизывали окна и огромные жидкокристаллические панели, такие темные и неживые; проходились по улочкам, уложенным плиткой; заглядывали то в одно, то в другое здание. Один из лучей добрался и до "Вкуснее всех". Сначала он "потрогал" цоколь, затем окно, позже кафельный пол ресторана и добрался до нескольких разноцветных коробочек с оставшимися на дне салатом и каплями горчицы; рядом — пустые стаканы и рассыпанная картошка. И истоптанный ботинок.
Это был ботинок Сэма.
Мертвого Сэма.
***
Салли попала сюда совершенно случайно. Вообще-то она ехала к тетушке на день рождения, но, стоя в пробке на выезде из города, внезапно обнаружила, что в бардачке почему-то отсутствует пудра. Стиснув зубы, она поехала вперед с твердым намерением свернуть к ближайшему населенному пункту и восполнить потерю, потому что так не вовремя выскочивший на подбородке прыщик, который она заметила, глядя в зеркало, не давал ей покоя последние полчаса.
Город она увидела издалека. Странно. Никаких указателей, знаков или хотя бы отметки на карте. Обновление было скачано сегодня утром специально для долгой поездки… Так почему он отсутствовал на дисплее навигатора?
Плевать. Есть или нет, а пудру купить все же необходимо. Кажется, этот гаденыш на подбородке становился больше, точно его кто-то поливал, а он, подобно саженцу, вырастал, медленно, но заметно. Едва она свернула с шоссе, как раздался телефонный звонок, и Салли, захлестнутая разговором, даже не поняла, что ехала по самому центру города, а повсюду, куда ни глянь, косметические салоны, салоны красоты, услуги по маникюру, педикюру, пиллингу, скраббингу и всему-всему-всему. Тонны магазинов именитых брендов, лучшие из лучших, ее любимые или те, о которых она слышала и издавна мечтала заиметь в своей коллекции, но за неимением денег была вынуждена перебиваться чем-то побюджетнее. Витрины пестрели вывесками о скидках, безумных и совершенно немыслимых скидках. Такое упустить нельзя!
Но почему же магазины пустовали? Где были люди? Воодушевленные девушки с горящими безумством глазами, любопытные сорванцы, хватающие все подряд и девушки-подростки, которые подробно вчитываются в состав и со знанием дела отставляют очередной пузырек. Где хлопанье бесконечно открывающихся-закрывающихся дверей? где вообще кто-либо?!
Она припарковалась и зашла в ближайший магазин. Ни единой души.
— Привет!
Тишина.
— Есть тут кто-нибудь?
Ответа не последовало.
Салли пожала плечами и пошла в соседний магазин. То же самое. И в последующих двух тоже.
"Может, все на празднике? Или эвакуированы? Пожалуй, и мне не стоит задерживаться. Вот только возьму пудру… Все равно никто не заметит".
Она подошла к прилавку и выбрала ту, что подороже.
— Вы же не обидитесь? — крикнула она. — Эгей! Я предлагаю вам за нее заплатить!.. Ну ладно, я не виновата.
Салли прильнула к зеркалу и нанесла пудру на жирную кожу. Самое время навести на лице порядок и замаскировать эту ужасную шишечку. Ну за что она? Только весь вид портила!
"Черт, тушь осталась в машине! — выругалась она, но осекла себя. — Думаю, они не обеднеют, если я возьму и тушь…"
Прошел час. Девушка радовалась как дитя. Она сбросила туфли, положила сумку на кассу и носилась от одного стеллажа к другому, трогала баночки, перебирала флакончики и — дико представить! — повизгивала от восторга. Потом она смывала макияж, обувалась, подхватывала сумку и штурмовала следующий магазин, где занималась тем же самым и визжала от восторга. Салли пищала, стискивала кулачки и танцевала. Она чувствовала себя десятилетней девочкой, которую родители задаривали подарками по случаю дня рождения…
Порыв ветра мчался по бульвару. Он веселился и подхватывал выкинутые мимо урны чеки, подбрасывал целлофановые обертки из-под сигаретных пачек, подгонял окурки к сливным решеткам и мчался дальше. Он наводил порядок. Набрав скорость, он распахнул дверь одного из павильонов. Дохнуло тяжелой смесью дорогих духов. Но пахло чем-то еще. Ветер прогнал с пути тюбик помады, колпачок от флакона туалетной воды и замер. Он узнал запах.
Ногти на руках превратились в куски гнилого мяса, а под накрашенными фиолетовым лаком обломками ползали личинки, вгрызаясь в розоватую плоть. Ветер поддернул широкую юбку, взметнул ворот блузки и добрался до иссохшихся волос, чей странный цвет напоминал деревянную столешницу, которую не протирали несколько десятков лет. Едва дуновение коснулось пряди, как она надломилась и упала, прилипнув к истекающей гноем шее. Длинные кучерявые лоскутья кожи свисали с подбородка, облепленные мухами и набежавшими жуками. Брови стали похожими на тяжелые занавеси, а в разжиженных глазах — теперь уже не узнать, какими они были при жизни — увязла оса. Нос усох, став совсем крохотным, дырявые щеки напоминали прожженную сигаретой ткань, половина зубов почернела, а десны сгнили и приобрели зеленовато-коричневый оттенок.
Салли так и не привела себя в порядок.
***
Тони готов был начать материться. По-настоящему, по-взрослому. Этот Интернет такой медленный! На окраине города сигнал сети очень слабый, и зайти на сайт, написанный на одном из постеров по ту сторону плексигласового стекла, было более чем мучительно. "САЙТ СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ ТЕБЯ! МЫ ЗНАЕМ, ЧТО НУЖНО ИМЕННО ТЕБЕ!" — гласила надпись.
Сегодня Тони повезло меньше всех. Его одноклассники уехали быстрее него, и теперь он вынужден перебиваться один. Только верный смартфон и любимая электронная музыка не давали ему впасть в уныние. Наконец, страница загрузилась. Ни картинок, ни ссылок, а только надпись: "ХОЧЕШЬ УВИДЕТЬ МИР ЧУДЕС И ТЕХНОЛОГИЙ? ХОЧЕШЬ ПОПАСТЬ В БУДУЩЕЕ? ТОГДА ТЕБЕ К НАМ В МЕГАПОЛИС. ОТКРЫТИЕ СЕГОДНЯ, ПОСПЕШИ! ПРОЕХАТЬ К НАМ МОЖНО НА БЕСПЛАТНОМ АВТОБУСЕ № 389; ОТПРАВЛЕНИЕ В 15:30".
Мальчик взглянул на часы. 15:29.
— Ого! — воскликнул он. Хорошо хоть никого не было рядом, а то сочли бы его дураком и, чего доброго, вызвали полицейских.
Если верить объявлению, то автобус должен быть меньше чем через минуту. Часы не врут — синхронизация с Интернетом позволит ему быть более чем точным, так что вся ответственность за своевременное прибытие лежит на автобусе. Полминуты. Сейчас появится.
Так и случилось. Автобус поравнялся с остановкой и распахнул переднюю дверь, приглашая войти. Тони сделал шаг вперед, поставил ногу на первую ступеньку, но спохватился. Кабина водителя была пуста!
Он поколебался, но все-таки решил разузнать, в чем тут дело, и зашел в салон. Там его ждало новое объявление.
"НЕ ПУГАЙСЯ, ТОНИ, ЗДЕСЬ ВСЕ НА АВТОМАТИКЕ. МЫ ДАЖЕ ИМЯ ТВОЕ ВЫЧИСЛИИ. ПРИСАЖИВАЙСЯ НА ПЕРЕДНЕЕ СИДЕНЬЕ. НА ДВАДЦАТЬ МИНУТ МОЖЕШЬ ЗАСЕСТЬ ЗА НОВЕНЬКУЮ WEGATEX! УВЕРЕНЫ, ТЫ НЕ ОТКАЖЕШЬСЯ.".
"Ого!" — Тони округлил глаза и сломя голову побежал к сиденью.
WEGATEX — новейшая портативная игровая приставка, анонсированная в прошлом месяце. Все ребята, не только с его класса, но и старшеклассники, мечтали стать ее владельцем.
Мальчик нажал на кнопку включения, и на приветственном экране загорелись буквы: "БУДЕМ СЧИТАТЬ, ЧТО ПРИГЛАШЕНИЕ ПРИНЯТО.". Дверь автобуса с легким шипением захлопнулась, он фыркнул и взял ходу.
— Ну и ладно, — невозмутимо сказал Тони, погружаясь в игру.
По его ощущениям, автобус ехал не быстро; ход был плавным и спокойным, но почему-то мелькающие по ту сторону окон полосы деревьев, шоссейные сигнальные столбики и машины оставались позади столь стремительно, что невольно захватывало дух…
Он вышел из автобуса, не забыв прихватить с собой приставку. Вокруг — длинные невысокие постройки, изобилующие всеразличными вывесками. Компьютерные клубы, павильоны виртуальной реальности, магазины игр, офисы для тестирования новейших разработок. И связывала их не только причастность к компьютерной сфере, гаджетам и технологиям. На каждой из дверей висела табличка.
"МЫ ЖДЕМ ТЕБЯ, ТОНИ. ЭТО ВСЕ ТВОЕ.".
Мальчику вскружило голову. Совершенно не заметив полного отсутствия народа, — что ему делать на улице, когда кругом такие возможности?! — он влетел в ближайшее здание. Да он же попал в будущее! Тонны безделушек, сотню раз виданных им в мультфильмах и нашумевших блокбастерах о футуристическом будущем, целый склад технологических фантазий, воплощенных в реальность… Он брал одно, но потом взгляд Тони обращался на что-то еще, и руки отбрасывали очередной портативный компьютер, хватали новый, изучали, крутили, вертели.
В нездоровом азарте он прошел весь квартал, попутно заглядывая чуть ли не в каждую дверь. Последнее здание. Последняя вывеска. "ВЫЖИВИ ИЛИ УМРИ".
"Ух ты! Это, должно быть, интересно, — подумал он, заходя внутрь. — Эх, кому расскажи — не поверят. Надо было все на видео снимать, устройств-то вон сколько!"
Ему предлагалось надеть шлем виртуальной реальности. Из него торчали проводки, отчего он был похож на маленького спрута. Холодный глянцевый пластик с ярким логотипом кольнул ладони мальчика. Он надел шлем и погрузился в пучину ужаса и мрака. Тони, вооруженный длинным плазменным резаком, сокрушал целые скопища всяких щупалец, насекомых, невиданных зверей и прочих тварей — продуктов компьютерного кода.
— Слишком скучно! — недовольно пробурчал он и выбрал уровень сложности "Божественный".
Щупальца размножились и окружили его со всех сторон. Они обвивали его руки, стянули ноги, оплели все тело. Потом гигантский гибрид кальмара и осьминога поднял Тони в воздух и погрузил в толщу воды, на самое дно океана.
"Где выход? Где выход? — судорожно думал мальчик, пытаясь вызвать меню. — Почему его нет?! Я хочу выйти из игры!"
Он попытался снять шлем, но руки по-прежнему находились в плену щупалец.
"ТЫ ПРОИГРАЛ, ТОНИ…"
Шмель летел по Мегаполису и уворачивался от фонарных столбов и угасших светофоров. Он спустился ближе к земле, влетел в просторный зал: мониторы, системные блоки, источники бесперебойного питания, огромные дисплеи и плакаты с инструкциями по применению шлемов виртуальной реальности. По центру зала — непонятное существо, будто бы сотканное из тысячи то ли макаронин, то ли веревок.
Подлетев, насекомое увидело мальчика. Синеватое лицо с высунутым наружу распухшим языком преисполнено страха и отчаяния. Глаза навыкате. Они подернуты белесой пленкой и устремлены куда-то вдаль, за грань здешнего мира. Шею не видно под тугим пучком всевозможных проводов и кабельных разъемов; его конечности также оплетены серо-черными путами. Ладони до того синие, что еще немного, и они станут фиолетово-черными.
Кто-то пожелал оставить тело мальчика в виде буквы "Х".
Шмель взмыл к потолку, и если бы он умел читать, то увидел бы слово WEGATEX, где роль последней буквы исполнял Тони.
***
Джеральд свернул за угол и отдышался. Наконец-то можно успокоиться и передохнуть. Здесь его не найдут. Он поскреб щетину, и та отозвалась тихим хрустом, как будто маленькое насекомое скребет своими лапками где-то около уха.
"Побриться бы", — подумал он совершенно ни к месту.
Тысячи зданий; и все раскрыты и готовы принять его. Кажется, покинувшие этот город жители совсем не знали о предназначении ключей и замков, отчего все двери открывались простым движением руки. Джеральд может долго скрываться от копов, и вряд ли они найдут его. Продуктовых — полно, магазинов одежды тоже, но самое главное — оружейные лавки. Они открыты ему. Смешное дело! Там даже ценников нет. Продавцы не требуют с него документов и денег, потому что спрашивать-то и некому.
А человеку, совершившему двойное убийство, тому, кто скрылся с места преступления и чудом ушел от полицейских лесами-полями, это очень пригодится. Как никогда. Правда, давно стихли сирены, а безмолвный город не доносил никаких шагов или звука работающего двигателя автомобиля. Джеральд сам с собой. Наедине с лучшим другом, ха-ха. Смейся не смейся, а с этой минуты он может надеяться только на себя и ни на кого больше. Рано или поздно копы явятся. И он встретит их.
Да, он встретит.
— Я жду вас, котятки, — промурлыкал Джеральд и вошел в магазин "Бери — убивай".
И сразу же схватился за дробовик, покоящийся на двух арматурных обрезках, торчащих из бетонной перегородки. Он перезарядил его и выстрелил в обитую листовым металлом стену. Мелкая дробь проделала множество вмятин, а звук напомнил мнущуюся под ногой пустую жестяную банку.
— Отлично! — восторженно гаркнул Джеральд. — Но это подойдет только для тесного контакта. А мне с ними интим не нужен.
Он громко рассмеялся и присосался к прихваченной с собой бутылке виски. Алкоголь обжег горло, воспламеняя не только внутренности, но и мысли.
— Тогда встречу их чем-нибудь посерьезнее. Вот, например, единственным надежным русским продуктом.
Он схватил автомат Калашникова и зарядил его. Армейские руки двигались сами собой. Прошло уже двадцать лет, но он ничего не забыл и действовал инстинктивно, на уровне рефлексов. Джеральд повесил оружие на плечо, допил виски и вышел на улицу.
"Где бы мне поупражняться? И на чем? Мне нужен тир. Должен же тут быть тир?"
Должен. И он встретил его. Огромный баннер сообщал: "ЧЕМ ТОЧНЕЕ ВЫСТРЕЛ, ТЕМ БОЛЬШЕ ЭКОНОМИШЬ ПАТРОНОВ". Однако мужчину ждало…
Разочарование? Удивление? Восторг?
А кто его знает? Что вообще чувствует человек, когда ему предлагают в качестве мишеней… Людей.
— Вздор какой. Ну, давайте попробуем что ли? Как тут, говорите? Нажать на кнопку и выбрать число мишеней?
Он несколько раз ткнул пальцем в большую консоль, задал необходимые параметры и нажал на кнопку "ПУСК". На противоположном конце помещения ушла в сторону боковая заслонка, и роботизированный механизм явил семь людей разного пола и возраста. Они были в стоячем положении и как будто бы парили в воздухе.
"Надо же… Как реалистично! Пора потренироваться".
Он выстрелил в голову самому противному из них — мужчину лет тридцати в костюме ковбоя. Пуля вошла точно между бровей. На белое полотно позади мишеней попали ярко-алые брызги. Человек дернулся и закрыл глаза.
— Какие натуральные роботы. Надо бы сходить за чипсами. Кетчупа в вас предостаточно!
Следующим он расстрелял молодую пятнадцатилетнюю девочку, прострелив ей сначала ноги, затем руки. С попаданием в живот глаза девочки закрылись.
"И по какому принципу они работают? Пойду гляну".
Подойдя к мишеням, он охнул. Как натурально! Гладкая кожа девочки, еще теплое тело… Женщина рядом так вообще дышит. Ну и дела. Владельцы тира наверняка отвалили кругленькую сумму за то, чтобы оборудовать помещение таким технологичными мишенями. Почему же тогда они так просто оставили эту нехилую развлекаловку в городе на попечение случайно заблудших?
Он вернулся к консоли и решил посмотреть, какими еще интересными функциями она обладает. Выбор формы, позы, количества… Это все стандартно. А вот очень занятно: "Информация о мишенях". После нажатия дисплей явил ему набор лиц. Портреты. Трое из них были заметно более тусклыми по сравнению с остальными. Присмотревшись, Джеральд узнал в них тех, кого он застрелил. Он попробовал нажать на лицо. Развернулось окошко с информацией:
 
Имя: Лизи Хасберн.
Возраст: 9 лет.
Откуда: Мемфис, штат Теннесси.
Диагноз: полная двусторонняя парализация.
 
"Ты подумай, они им еще и истории придумали. Ну а этот ковбой чего?"
 
Имя: Терри Поинт.
Возраст: 34 года.
Откуда: Оклахома-Сити, штат Оклахома.
Диагноз: церебральная кома.
 
Джеральд рассмеялся и прочел мелкий текст в самом низу.
"Все мишени — неизлечимо больные люди. Каждый из них находится либо в коме, либо полностью парализован. Кто-то введен в состояние искусственного анабиоза. Их родственники дали согласие на передачу тел собственности Майка Рэйна, генерального директора фирмы "Меткий глаз", и подписали соответствующий контракт. Новейшая программа Мегаполиса при сотрудничестве с "Метким глазом" предлагает избавить людей от несчастья и мучений, при этом она готова помочь им материально. В разделе "Сотрудничество" вы можете ознакомиться с ценами на предлагаемые товары".
— Что?! — взревел Джеральд и перечитал текст. Потом еще и еще. — Да нет, это розыгрыш!
Он побежал к еще целым мишеням. Дышат. Теплые. А если присмотреться, можно увидеть, как нет-нет да дернется глаз. Он посвятил фонариком прямо в лицо пожилому мужчине, и его зрачок, среагировав на свет, сузился.
— О боги. Нет! Господи Иисусе!
Что он натворил? Немощных, не способных на действие… Взял и убил.
"И черт бы с ними, старина Джер, все равно им не помочь!" — успокаивал он сам себя.
Какая разница? Они же не виноваты! Он не должен был так поступать.
"А ты знал? Что ты разнылся тут как сопляк?!"
Он не разнылся. Он просто поставил себя на их место… Смотреть, как смерть медленно-медленно приближается к тебе, видеть дуло ствола и молниеносную вспышку…
"Расслабься ты, Джер, они же овощи! А овощи боли не чувствуют…"
И его совершенно не заботило, что молодая девушка, к которой он домогался, и пришедший на помощь парень, тоже были невиновны. У них хотя бы был шанс на сопротивление, он будто бы давал им фору, лазеечку. А у этих?
У этих ничего.
"И почему меня это так уязвляет? — сам себя спросил Джеральд, но сам же себе и возразил: — Да чего уж! Чудить, так на полную катушку. Чего терять?"
Он расстегнул кобуру и достал револьвер, заранее прихваченный в одном из магазинов. Почудить? Нечего терять? Пожалуй, что нечего. Но что он приобретет?
"Теперь я понял смысл фразы. Доподлинный смысл. Выстрел будет точным. И чем точнее он будет, тем меньше потратится патронов".
В ночной тиши Мегаполиса раздался выстрел.
Теперь Джеральд точно больше ничего не потратит.
***
Саманта изрядно выбилась из сил. Спортивная девушка решила устроить себе плодотворный уик-энд и выбралась за город, пустившись в небольшое велосипедное путешествие. Надо держать форму в идеале. С собой в рюкзаке лоток с салатом, пакет с овощами и протеиновый коктейль. А еще — новенький мобильник. Ее общение. Ее жизнь. Хранилище десятков фотоальбомов с ней любимой.
К ним в банк пришел работать очень хорошенький юрист — спортивный крепыш с невероятно сексуальной щетиной. Без кольца на пальце! Как тут не взяться за себя еще интенсивнее? Красивой картине — соответствующую рамку.
Шоссе привело ее к городу. И как она не видела издалека этих высоких небоскребов, шпилей телевизионных вышек и больших торговых центров? Словно город вырос только что, за секунду до того, как она подняла голову. На кованной арке из толстой чугунной проволоки сварено название: "Мегаполис".
"Парк аттракционов что ли? — подумалось ей. — Новая мода на развлечения? После этих сериалов и популярных книг постапокалиптический жанр стал невероятно востребованным. О! Тут, должно быть, кино снимают!"
Она насела на педали и въехала в город. Но не встретила на своем пути ни съемочную группу, ни актеров, ни оборудования. Никаких тебе фургонов или пустых стаканчиков из-под кофе. Безмолвие.
"Ну и ладно. Зато пофоткаюсь на фоне этого безумия".
Она любила фотографироваться. Просто обожала. Жажда новых снимков ослепила ее настолько, что девушка даже не задалась вопросом, почему в городе ни души. А вдруг вирус? А вдруг это оплот серийного убийцы или преступной группировки? Какой вздор! Она предпочла не думать об этом. Саманта подрабатывала фотомоделью в небольшом журнальчике и была на пике популярности. Красотка даже бросила институт, чтобы полностью посвятить все свое время собственному телу и теперь уже профессиональной деятельности под прицелом объективов. Банк все чаще уходил на задний план, на второе место. А сколько ее знакомых-парней регулярно приглашали Саманту на фотосессии? Отличная возможность: и потренироваться в фотографии, и полюбоваться стройным телом красавицы-банкирши.
Телефон щелкал и щелкал. Передняя камера трудилась без продыху. Саманта на фоне выросшего посреди дороги дерева. Саманта на фоне фонарного столба, на вершине которого не то ворон, не то еще кто. Саманта на фоне черного зева старого дома. Саманта на фоне бездушных темных окон. Она ловила свое отражение в витринах, в полированной стали фонарных столбов, в лужах...
Делая очередную фотографию, девушка наткнулась на салон печати. Она улыбнулась и собралась было разочароваться тому, что не взяла с собой денег, но хмыкнула и решительно пошла ко входу. Кто откажет такой девочке? Одна ее улыбка, и какой-нибудь прыщавый юнец, подрабатывающий в свободное от университета время, сделает все бесплатно и в лучшем виде.
Оказалось, что в салоне стояли экспериментальные аппараты по печати фотографий прямо из телефона. Набор необходимых шнуров прилагался. И самое главное — в целях тестирования услуги предоставляются бесплатно. Подарок судьбы! Она подключила телефон и стала распечатывать снимки.
Первая фотография показалась в лотке, и она взяла ее. Какое качество! Просто супер! Но что это? Откуда у нее вон та морщинка под глазом? У Саманты! У девушки, которая не помнила ни одного вечера без какой-нибудь маски. Ее внешность безупречна, и ни одной морщины не было места на ее коже, на ее кукольном личике. Ни одной!
Она достала зеркальце из кармана бриджей и взглянула на себя.
— Ой, и вправду… — охнула она.
"Может, не заметила. Может, долго щурилась на солнце, и осталась складочка…"
Готов следующий снимок.
И вроде бы все хорошо, но откуда этот странный оттенок на ее безупречных зубах? Игра солнца? Саманта перепроверила и это. Выяснилось, что и аккуратные зубки девушки почему-то пожелтели, ровный ряд нарушился, они покосились как деревянный забор после шторма.
"Что за дурость? Это не я! Я не такая, совершенно не такая!"
А в лотке уже торчали еще пятнадцать фотографий…
Кошка шмыгнула в соседнюю комнату. Сколько тут для нее игрушек! Всякие карточки. Десяток карточек… Их можно кусать, их можно царапать и рвать на мелкие части. Она подскочила к одной из них и увидела что-то знакомое. Да, она видела такие силуэты прежде. И задние виды позади человека были ей знакомы; на вот этот столб она даже пыталась как-то взобраться. А вот человек странный. Вроде как женщина. Длинные седые волосы, отслоившиеся хлопья кожи головы, красные пятна, будто макушку очень сильно чесали длинными ногтями. На другой карточке та же женщина. Но там уже и глаза впали заметно глубже, и нос обвис, и пухлые губы будто высохли или лопнули как набухшая мозоль.
А вот и виновница. Точнее, это один сплошной сверток одежды, а само лицо — его набросок на остром черепе, — потерявшее объем, впало и его было почти не разглядеть. Она царапнул щеку лапкой, но ветхая кожа прорвалась, и кошачий коготок скребнул по жесткой скуле.
— Мяу, — сказала кошка и порскнула к выходу.
***
Мегаполис. Царство грехов и самых мерзких людских стремлений, что осели здесь тяжкими хлопьями смерти. Последнее пристанище жадной и извращенной души, чей курс сбился без надежды на то, чтобы войти в колею. Мегаполис — мозаика. Мозаика из слепых желаний, обуявших человека. Город-ловушка.
Он видел Сэма там, в иной жизни. И жизнь эта не сулила ему ни комфорта, ни радости. Тупая жажда поднять пластиковую трубку с заляпанными кетчупом кнопками, между которыми застыли хлебные крошки и мелкие волоски. Заказать пиццу, острые крылышки, соус и пиво. День за днем, день за днем. Еда, телевизор, внезапная остановка сердца. Мегаполис подарил ему красивую смерть, он успел налакомить жертву перед тем, как уберечь ее от грузного и неповоротливого будущего.
Над тощими детишками в обносках не будут издеваться ни во дворе, ни в начальной школе, ни в парке. А детишки не будут вставать на цыпочки, чтобы из-за чужого плеча посмотреть на новенький телефон в руках сверстника, потому что не будет ни Джозефа, ни Эшли. Младшенькая Эшли не будет психовать, когда светло-синие джинсы брата перейдут ей по наследству только из-за того, что этот Джозеф, бамбук среди детей, растет непомерно быстро. Они не увидят жизнь без денег, без отца и без матери, тратящей всю зарплату в первую очередь на косметику и новенький лак, а не на новую куртку для дочери или спортивные штаны с той же ежегодной домашней распродажи Сайерсов, их соседей. А теперь Салли не увидит дочь, ради денег начавшую торговать своим телом, и сына, ввязавшегося в наркоторговлю. Впоследствии Эшли подцепит СПИД и заразит им несколько человек, а Джозефа, с рождения неумеху, при первой же сделке повяжут копы и посадят в тюрьму, где будет убит сокамерником-негром.
Город видел дальше, много дальше. И те две жертвы — не единственные приглашенные в чертоги небес. Он успел заглянуть в будущее и рассмотреть простреленную щеку лейтенанта Файера, маленькую дырочку в шее новичка, впервые попавшего на такое задание, и еще трех человек. Зачем ему здесь лишние трупы?
Кто там еще? Тони. Тони… А чем этот Тони лучше Джеральда? Смертей за ним числилось бы еще больше, чем за убийцей-паникером, решившим позабавиться с молодой девушкой. Люди, чей разум поработили компьютерные игры, поработили до того, что они встают с продавленного кресла, берут нож и кусок арматуры с заднего двора, идут в школу и убивают одноклассников забавы ради и просто для сравнения — в реальной жизни так же или нет? — не должны жить. Раз родители не сумели дать должного воспитания, а лишь разбаловали чадо, раз сам Тони не сумел отделить зерен от плевел, хорошее от плохого и разумное от неразумного, то Мегаполис сумеет.
Он видел будущее. Он в праве. Он в праве предупредить ситуацию, когда мама, забегавшись на дорожке со спортивном браслетом на руке и излюбленной музыкой в ушах напрочь забыла о том, что дома ее дожидается сын. Она всего лишь забыла и решила позаниматься подольше, потому что бочка, так называемые "попины уши", стали слишком заметными, непозволительно заметными для ее фигуры. Фигурки. Саманта пришла бы домой и увидела своего сыночка, мертвого семилетнего парнишку с волосами дыбом, закатившимися глазами и обугленными пальцами на правой руке. Он и хотел-то — приготовить поесть, но полез включать в сеть тостер, не вытерев ладони, и любознательная рука потянулась к розетке…
Мегаполис зазывает к себе. Он делает мир чище и спокойнее. Он избавляет Землю от навсегда потерянных особей. Это чистилище. Город-фильтр, отстойник. Он меняет судьбы только так — радикально — и никак иначе. Он не стрелочник на железной дороге и не навигатор, чтобы вести по правильному пути и уберегать от ложных троп, ведущих в капкан или ловушку. Мегаполис — садовод, отсекающий лишние побеги и отростки.
Может, когда-нибудь найдется тот, кто выберется из него и расскажет людям, что они неправы и пора остепениться. Может быть, они задумаются. А если нет… Что ж, в таком случае добро пожаловать в Мегаполис.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования