Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Y-78-UF - Щёлкнутая родина

Y-78-UF - Щёлкнутая родина

 
- Доколе?! - вскричала фиолетовая жаба.
К тому, что автоматический переводчик орал мне в ухо, я привык. Я примирился и с тем, что вести переговоры о вступлении Земли в Галактический Союз Мыслящих Рас, сокращённо Гасомыра, мне пришлось с эр-ха-до-си-ан-цем, тьфу, язык сломаешь, то есть с этой вот жабьей мордой. Ладно. И не с такими договаривались. Первые высадившиеся на Землю представители Гасомыры вообще были клубнями на колёсиках. И ничего, нашли общие темы. Помнится, даже неплохо торганули редкими формулами крахмалов-сахаров.
Но как же бесил этот вычурный слог, как будто нарочно заложенный программистами с... ну это название я вообще не смогу произнести, даже мысленно. И что самое обидное, у жабы вообще не было рта. Она просто физически не могла орать, да ещё и так литературно. Она мигала разноцветными пятнами бугристой кожи, строила рожи, кривлялась, изгибалась в немыслимых для земных благочинных лягушек позах, а дурацкий автотранслятор кричал мне в ухо. Интересно, жабе так же неприятно от перевода моих слов зелёной нашлёпкой у среднего глаза? Видимо, да. Хотя земноводный физиогномист из меня аховый.
Я тщательно подбирал в уме слова, надеясь на лучший исход, то есть на поломку транслятора.
- Тьюи сон ункли регарди пу ля фам, - ответствовал я и грустно добавил, понизив голос, - ком селя.
Жаба покраснела, пошла радужными пятнами, яростно затрясла верхней половиной тела, постучала по нашлёпке своего транслятора, сорвала его и гигантским прыжком скрылась из вида.
А что я сказал такого? Обычный тарабарско-французский. У нас в ООН очень даже распространённый язык. Особенно, если перерыв в заседании нужен. Задвинешь речугу, и, пока несчастные переводчики в своих кабинках штудируют допотопные бумажные словари, все участники совещания успевают покурить, выпить и закусить. Прекрасный язык, выразительный.
Но смех смехом, а отсрочку я получил небольшую. Максимум день-два. И за это время мне предстоит объединить Землю под своим руководством, уладить все конфликты и разоружить все армии мира. А что делать? Такова планида генерального секретаря ООН - делать невозможное, точнее, делать вид, что можешь невозможное сделать.
Я выбрался из хрустальной ванны, наполненной шипучим шампанским (уж если вести переговоры, то на высшем уровне, нес па?), надел земную одежду: гавайку, шорты и шлёпки, и телепортировался в посольство Земли. Ко всем чудесам техники привыкаешь, даже будь они сделаны умельцами с планеты Хрен-Назовёшь. Кроме транслятора.
Земное посольство выглядело... по-земному. Обычный двухэтажный особнячок в стиле барокко. Немного длинноват, конечно, зато по пятницам мы устраиваем гонки на мотоциклах по центральной анфиладе. Для поднятия духа сотрудников: Николая Семёнова, Джонни Шерби и моего, Павла Степановича Трудолюбова. А дух в нашем деле - самое главное. Без него нас бы ещё неделю назад выперли. Как недостойных вступления.
Но что же делать? Я поднялся в свои апартаменты и плюхнулся на пятиместную кровать, заправленную сшитыми вместе шкурками редкого микроскопического животного из созвездия Волопаса. Как ни крути, а жабомордый прав. Устав Гасомыры чётко гласит: "Вступить в братство может миролюбивая раса любого космического тела." Уж как мы только не ловчили, придираясь к каждому слову. Но нам разъяснили, что "раса" - это всё человечество, "миролюбивая" означает, что нет конфликтов, и внутренних, и внешних. Короче, либо мы разоружаемся и создаём единое правительство Земли, либо остаёмся на своей периферии и пьём кефир от зависти.
Пришло время для ежедневного мозгового штурма. Я постучал по переднему зубу, активируя систему видеосвязи, затем прощёлкал код Николая. Экран показал первого секретаря в зипуне на льдине - Семёнов, темнокожий уроженец Мадагаскара, закалял характер в посольском бассейне.
- Колян, - позвал я его. - Хватит доказывать любовь к пингвинам, пошли штурманём напоследок.
- Слушаюсь, мой шеф! - ответил Семёнов и отключился, ударив кулаком в нос.
Что и говорить, система связи здесь, в Галактическом Центре, отличалась от привычных земных мыслефонов. Чудаковатые умельцы хрен-названцы сочли управление приборами с помощью мысленных приказов слишком примитивным и настроили работу с оборудованием посольства на звуковые сигналы - щелчки. Беда в том, что добиться нужного тона и тембра земляне могли лишь стуча себя по зубам. Непривычно, но настоящий дипломат быстро учится. А ля гер ком а ля гер. Уже через неделю я лихо выстукивал зубодробительные коды межгалактической связи. А вот Колян так и не освоил до конца сию премудрость, отчего и ходил с расквашенным носом. Так-то, задавака Семёнов, столичный житель в пятом поколении.
- Джонни, - связался я с последним членом нашей команды. Изображения не было, но я и так знал, где он и чем занимается. - Если ты не очень занят, спускайся в конференц-зал. А если не знаешь, как туда переместиться, постучи по верхнему левому резцу три раза.
Бедный-бедный Джонни! Кругом столько неземных удовольствий, а усидчивый англофранк всё пытается обыграть меня в национальную руссоиндускую игру - чапаевские шахматы. Тренируется целыми днями. И на скорость, и на точность, и на силу удара - и каждый раз проигрывает.
Парой щелчков по зубам я телепортировался в конференц-зал. Вот за что уважаю галактов, так это за отсутствие роботов. Все эти скрипучие, жужжащие железяки дико раздражали меня с детства. И запах сгоревшей проводки! Зайдёт такая чувырла в баню, весь кайф сломает. А в Галактическом Центре роботов нет. Вдарил по зубам - и прямо из воздуха стакан мартини и ведро пивка. Удобно. Эстетично.
Я развалился на диване, потягивая пиво половником. Слежки внутри посольства я не опасался, но бережёного бог бережёт. Уж лучше я перепьюсь пивом, чем выставлю землян в дурном свете. Я и приказ издал по посольству: "Всем сотрудникам ежедневно выпивать не менее десяти литров жидкости."
Дело в том, что в галактике бытует мнение, что по-настоящему разумны и цивилизованны только те виды, которые одной ногой-лапой-клешнёй стоят на суше, а другую должны держать в воде. Типа, море - колыбель жизни, а кто оторвался - тот отщепенец и варвар. Амфибии, дельфинотюлени и растения - вот элита галактической тусовки. Я эту фишку сразу просёк и заявил, что земляне тоже ну никак без воды жить не могут. Поэтому все переговоры проводил в ванне. И пиво дул литрами.
А иначе могло получиться, как с хрен-названцами. Они всю Галактику обслуживают, чудо-технику поставляют, а считаются низшей расой. Почему? Правильно, потому что выглядят как аморфные облачки и пиво не пьют. И посольство у них - какая-то будка два на два метра. Ангэс пьи кью ле воль.
Напротив меня материализовался Колян в валенках, плавках и шапке-ушанке. И сразу плюхнулся на диван. Не на мой диван, на другой. У нас в конференц-зале этих диванов - ... много. Очень много. Пока я осваивался с этой зубодолбёжкой, на диванах тренировался. Возвращать неудобно, да я и не знал, как. Так что диваны были всякие: и с алмазным напылением, и из кожи разных тварей, и перьевые, и даже гранитный.
А вот и Джонни, наконец-то. Со своим неизменным складным стульчиком из панциря эй-черепахи. Эстет. В костюме-тройке и туфлях крокодиловой кожи.
Я сразу перешёл к делу:
- Надо объединить человечество и замирить. На всё про всё - сутки. Какие будут предложения?
Наступило молчание. Все усиленно пили пиво. Я заказал ещё два ведра, мозговой штурм грозил затянуться.
- Дядя Паша, - наконец сказал Колян. - Это нереально. Даже если всех усыпить или зомбировать. Всё равно передерутся.
- Да, Пал Степаныч, нереально, - поддержал Коляна Джонни. - Даже если всех уничтожить, оставив по одному представителю каждой страны.
- А это мысль, Джонни, - ответил я. - Но не успеем. За сутки всех уничтожить - нереально. Обязательно какой-нибудь американский фермер укроется в личном бомбоубежище, и хрен его оттуда выковыришь.
- О да, - согласился Джонни, - Америка - это нация кротов.
Я дохлебал мартини и заказал ещё два.
- Ладно, вопрос с повестки снимается, - сказал я. Все облегчённо вздохнули. - Но ставлю другой вопрос: как нам, блин, тут остаться?
Колян оживился:
- Я местных поспрашивал, говорят, можно расу сменить.
- И лишиться посольских привилегий?! - взорвался я. - Да на какой хрен мне вся эта галактика, если я не смогу пользоваться здешней роскошью?
- Можно сменить представляемую расу, - ответил Колян.
Я не стал ему говорить, что уже пробовал этот вариант, иначе, откуда, как вы думаете, я знаю, что хрен-названцы ютятся в коробке. Мне бы выговорить название их планеты, тогда ещё есть шанс. Но вслух я этого, конечно, не сказал.
- Нет, Колян, мы - патриоты Земли, и менять человечество на непонятную ботву с глазками не будем, - заявил я.
- Тогда абзац и кирдык, - расстроился Колян. - Пойду собирать вещи.
- Есть один вариант, - вмешался в разговор Джонни. - Я мало что понял, но есть некто, готовый нам помочь.
- Где этот спаситель человечества?! Немедленно зови его в гостевую! - заорал я и напомнил. - Резец, коренной, резец.
 
И вот лежу я в ванне шампанского, дожидаясь неведомого благодетеля. Нет, я не наивен. Конечно, он потребует плату. Но что я, генсек ООН Земли, могу предложить такому могущественному существу? Должность помощника по второстепенным вопросам? Но я обещал уже это место сестре жены двоюродного брата. Заместитель помощника? Тоже занято. Я прикидывал так и эдак, перетасовывая должности в многотысячной организации ООН и дочерних структур, но не находил ни одного достойного варианта. Даже уборщики и посудомойки попадали в ООН по большому блату.
Ну конечно! Внештатный корреспондент газеты "Вести из-за", Визза! Их полным-полно, они не числятся в бухгалтерских ведомостях, платить зарплату им не нужно. Да половина террористов и бандитов планеты имеют корочки Визза.
Я с облегчением вздохнул и тут же заметил материализацию гостя. Высокий, метра три в высоту, и худой до измождённости, он оказался гуманоидом на все сто процентов, если не принимать во внимание необычный рост, крылья, рога и хвост. А цвет? После всех этих разноцветных пятнистых жаб так приятно было увидеть однотонного красного пришельца.
- Не желаете ли что-нибудь выпить? - предложил я и вдруг вспомнил, что забыл нацепить автопереводчик. Как же я пойму незнакомца?
- Нет, спасибо, - на чистом русском произнёс посетитель. - И не волнуйтесь, переводчик не понадобится. Я вкладываю мысли напрямую вам в голову.
- Отлично, - успокоился я. - Тогда позвольте перейти к проблеме, которую вы так любезно согласились решить. Мне бы хотелось узнать...
- Сначала о цене, - перебил мою вступительную речь гуманоид. - В качестве платы я требую всё ваше имущество.
Неслабо. А он не дурак. Впрочем, может, и дурак. На моё имя записан только сарай в Казанской губернии и домик на Кипре. Основные приобретения недвижимости в столице я предусмотрительно делал на имя покойной прабабки.
- Что ж, я где-то почти согласен, однако, можете ли вы дать гарантию, что Земля вступит в Гасомыру? - уклончиво ответил я.
- Нет. Наоборот. Земля никогда ни при каких обстоятельствах не вступит в Гасомыру.
Оригинально! А я уж было поверил этому проходимцу.
- Но, - продолжил рогатый обманщик, - я гарантирую, что вы останетесь в должности полномочного посла и руководителя... как это по-земному... ансамбле диль.
Я ничего не понял. Но признаваться в невежестве несолидно. Что ж, спрошу в лоб.
- Особнячок и обслуживание останутся?
- Безусловно.
- И чудо-штучки умельцев с планеты...
- ... - проскрежетал мой собеседник.
- Простите?
- ... - опять скрежет. - Так называется их планета.
- А нет ли у этой планеты другого названия? - полюбопытствовал я.
- Конечно, для рас, неспособных выучить третий галактический язык (скрежет)цы согласились называться (свист)цами. Кстати, именно они, войдя в ваше положение, предоставили технику для создания ансамбля.
Ага, проговорился. Выдал имя поставщика. Теперь и посредник не нужен. Выучить бы третий галактический.
- К сожалению, оборудование настолько уникально, что создалась длинная очередь из желающих им воспользоваться. Мне удалось убедить (скрежет)цев переместить мою, то есть вашу, заявку в самый верх очереди, - рогоносец обворожительно улыбнулся.
Да, уел. Сроки-то поджимают. Что ж, придётся иметь дело с этим краснокожим сохатым.
- Хорошо. Но в договоре должно быть чётко прописано, что вы гарантируете сохранение моей должности и условий проживания, иначе сделка отменяется, - сказал я.
- Равноценной должности, - уточнил хвостатый делец. - В обмен на всё имущество на Земле.
- На всё моё, - уточнил в свою очередь я, - имущество.
- А с вами приятно иметь дело. Предлагаю оформить документы.
Я тёрся в этой галакто-бюрократической машине не первую неделю и знал, что означает эта фраза. Бумаг тут не терпели. Вместо этого две договаривающиеся стороны должны были слиться ментально и, что самое неприятное, физически тесно прижаться друг к другу. Происходило действо в специальной "кабинке согласия", там же были и душевые. Кода вызова касо я не знал, но мой партнёр исправил этот промах.
Кончиком задранного хвоста он выбил дробь на своих рогах, и прямо между нами появилась касо. Я уже был голый и мокрый, так что сразу юркнул внутрь. Ждать пришлось довольно долго. Каково же было моё удивление, когда открылась дверь и вместо рогато-хвостато-крылатого краснорожего гиганта в касо вполз слизняк полметра в длину ярко-зелёного цвета с оранжевым гребнем сверху.
Я уже хотел было крикнуть "занято", но существо успокоило меня ментальным посылом:
- Не беспокойтесь, это я, Всхлип-Всхлип, настоящий. А то была устрашающая маскировка.
Честно говоря, именно теперь я и устрашился. Прижаться грудью к худому тёплому телу совсем не то же самое, что обниматься с комком слизи. Я решил проявить космополитизм и вежливость.
- Ну что вы, я ничуть не беспокоюсь. Вы очень симпатично выглядите, - заверил я своего визави.
- Приступим? - обрадовался слизняк.
- Приступим, - уныло ответил я и широко, по-земному, улыбнулся.
- Возьмите меня на руки и прижмите к себе, - проинструктировал меня Всхлип-Всхлип.
Что ж, со слизнями жить - по-слизнячьи выть. Я отключил органы чувств, подхватил партнёра и крепко обнял.
 
Полчаса спустя я отмокал в обычной ванне с горячей водой и эвкалиптовым маслом. На какие жертвы только не пойдёшь ради человечества. И разве это ценят? Нет.
Я с головой погрузился в воду. Итак, подведём баланс.
Вова, как я мысленно стал называть слизняка уже на второй минуте слияния, передал мне кнопку, нажав на которую я запускаю исполнение договора. Вован получает сарай под Казанью и домик на Средиземном море, я же в течение двадцати минут должен стать директором ансамбля и его же представителем в Гасомыре. Что за ансамбль такой, я так и не выяснил: слизняк темнил до последнего. И кто такие дили, которые в этом ансамбле играют? Надеюсь, не цирковые блохи. А впрочем, какая разница? Они - там, я - тут, в особнячке, их представляю и возглавляю. Смущала моя неспособность к галактическим языкам. Все эти скрежеты, свисты и всхлипы никак не различало моё ухо. А ведь я считался лучшим лингвистом в ООН. "Тронсмеаж шинё, мон ами." "Ля ренью эттермини ассоси." Да, были времена...
Позвонил жабомордый. Наладили свистцы ему переводчик. "Соблаговолите исполнить условия вступления в течение двух часов." И отключился. Что ж, попробую в последний раз.
Я связался со штаб-квартирой ООН в столице Земли, в Антананариву.
- Пак манак туп лепуп, - раздалось с экрана. Между нами расстояние с пятьсот световых лет, а изображение и звук, как будто звонишь в соседнюю деревню.
- Василь, ты? - Я этого стервеца по носу узнал. С таким носом Сирано нужно играть.
- Я, Пал Степаныч, извините, не узнал.
- Хватит бездельничать, собирай общак через пять минут.
- Всё так плохо? - спросил Василий и шмыгнул носом.
- Даже хуже, - признался я, - Семёнов уже пакует чемоданы. Так что поторопись. Последний шанс у нас.
Я вылез из ванны и оделся в официальную форму генсека ООН: тростниковую юбочку и ожерелье из клыков ягуара. Навёл марафет, потратив полбанки белой краски. Вставил в нос кость опоссума, в пупок воткнул лотос, взял в руку копьё и уселся на трон из секвойи. Всё, я готов. Зубовная дробь - и видеозвонок на Землю переведён на большой, три на два метра, экран.
На генеральную ассамблею ООН явились почти все её члены, шестнадцать представителей стран-участниц. Не было только полинезийца, что не критично, и посла Объединённой Зулусии. Последнее обстоятельство сильно удручало.
- Слово предоставляется генеральному секретарю ООН Павлу Степановичу Трудолюбову, - официальным тоном объявил Васька.
Я прокашлялся. В зале заседаний ООН повисла мрачная тишина.
- Кэмарады, - сказал я. - Величайшим достижением человечества является обретение им разума. Именно разум отличает нас от всех остальных обитателей Земли. Только с помощью разума смогли мы возвыситься над другими животными, найти пропитание и построить цивилизацию. Культура, искусство, наука - ничего этого не было бы, оставаясь мы неразумными. Признанием наших заслуг, обретением статуса истинно разумного вида стало бы для землян вступление в Галактический союз мыслящих рас. Да, условия приёма в эту организацию трудны: разоружение и объединение. Но объяснимы. Разве истинно разумные существа будут уничтожать себе подобных? Разве по-настоящему мыслящий вид согласится жить на планете, где нет единого руководства? Так давайте же проявим себя как истинно разумные существа: объединимся и разоружимся.
Зал взорвался аплодисментами.
Вся моя речь была абсолютно бессмысленна. Присутствующие на ассамблее представители Англо-франкского королевства, Германо-турецкого пакта, Руссо-индийской федерации, Китайской народной республики, Персидского халифата, Латиноамериканского союза, Арабского нефтяного консорциума, Конфедерации Индийского океана (Мадагаскар, Шри-Ланка, Индонезия, Австралия), Объединённой Скандинаво-Восточной Европы, Бразильского ханства, Великого Туркестана, Чилийско-гавайской алохи, Южноафриканского братства, Соединённых штатов Северной Америки, Израиля и Новой Зеландии и без моей речи были за объединение и разоружение. Полинезийца мы бы уговорили.
Основная проблема была в зулусах. Воинственные гордецы, захватившие почти всю центральную Африку, они провозгласили себя высшей расой, полноценными людьми, а потомков тех, кто покинул родной континент сто тысяч лет назад, величали генетическим отребьем, трусливыми выродками и искателями лёгкой жизни. В чём-то они были правы, безусловно. Лишь жители африканских саванн обладали стопроцентным генетическим разнообразием, неся в себе все гены человека разумного. И правда, что беглецы скрещивались с неандертальцами и прочими близкими видами, в то время как африканцы блюли чистоту человеческой крови. Но разве жизнь вне бананового рая была столь легка и беззаботна, как это утверждают зулусы?
Кстати, афроарийцев следовало бы называть банту, поскольку среди них было больше представителей шона, руанда, конго и других племён банту, чем только зулусов, но кто рискнёт произнести это вслух? После трёхлетней блокады Мадагаскара - никто.
Что ж, я сделал всё, что мог. Моя речь транслировалась по всему миру и будет выложена в моём блоге. Остался заключительный штрих.
Я встал со своего трона и воздел копьё вверх.
- Прошу у Генеральной ассамблеи чрезвычайных полномочий для ведения дальнейших переговоров по вступлению земного человечества в Гасомыру, - и стукнул копьём об пол в знак того, что это моё последнее слово.
Наступила гробовая тишина. Фактически я просил сделать меня диктатором Земли, единолично распоряжавшимся всей военной, административной и хозяйственной мощью планеты. Лишь однажды в истории генсек ООН получал такие права. На двадцать минут, пока его не застрелил фанатик Лиги борьбы с авторитаризмом. Но и за двадцать минут Пак Хон Тыр успел запретить ставить мышеловки в городах с населением менее ста тысяч человек (историки до сих пор гадают, зачем он это сделал) и засеять кукурузой Антильские острова. Поскольку я был недосягаем для любых земных фанатиков, кроме Джонни и Коляна, моё единоличное правление грозило затянуться не менее чем на день.
С другой стороны, делегаты понимали, что только чрезвычайные меры могли спасти Землю от позора и унижения. Ведь быть расой, которую отказались принять в Гасомыру, равноценно тому, что быть неразумной расой. Обидно, когда тебя называют кретином, но... но жить можно.
Я не сомневался в провале своей затеи. Главное, чтобы в учебники истории вошла эта сцена: Трудолюбов просил, но ему отказали. К моему удивлению, собравшиеся поступили ровно наоборот. Эмоциональное нежелание числиться среди идиотов и придурков Галактики перевесило доводы разума, восстающего против диктатуры. Одним словом, делегаты повели себя как дебилы, которые не хотят называться дебилами. Даже полинезиец прискакал в зал заседаний, вытягивая вверх обе руки.
Я почувствовал себя пастухом стада баранов, который не знает дорогу на пастбище. Но делать нечего: я провёл остриём копья по груди, оставляя кровавую черту в знак того, что благодарю за оказанное доверие и не пожалею ничего ради достижения цели. Зал взорвался криками "браво" и хлопаньем ладош, и я оборвал связь.
Колян и Джонни валялись на полу не поднимая голов - традиционное приветствие Владыки Земли и Околоземного Пространства, сокращённо ВЗОП.
- Ладно, ребята, поприкалывались и хватит. Пошли собирать вещи, - сказал я. - Возвращаемся на Землю.
- А как же благодетель, с которым вы встречались? Неужели не поможет? - спросил Джонни.
- Этот зелё... то есть красный большой рогатый проходимец? - уточнил я. - Нет, Джонни, он не поможет, - с грустью в голосе сказал я. - Нам никто не поможет, надежды нет. Мы, земляне, будем отлучены от благ галактической цивилизации и станем прозябать на крохотной провинциальной планетке.
Мне удалось выдавить из себя слезу. Джонни понуро опустил голову. Коля посерел.
Потребовалось ещё десять минут прочувственных речей, мужских рыданий на плече верного друга и прочей сентиментальной чепухи, прежде чем мне удалось избавиться от ненужных свидетелей. Пообещав вылететь вслед за ними минут через пять, я наконец-то остался один.
Время поджимало, поэтому я сразу отыскал чудо-кнопку, переданную мне слизнем. Взвесив ещё раз судьбу человечества и собственную карьеру, я сделал выбор.
Ничего не произошло. Ни вокруг меня, ни внутри. А кнопка исчезла. Я обеспокоился, неужели не сработало? Я вызубил часы из швейцарского дуба, инкрустированные изумрудами, и стал отсчитывать время. Пять минут - ничего, десять - тишина, пятнадцать...
Я отложил в сторону церемониальное копьё и уже собирался снять тростниковую юбочку, как засветился экран видеофона, показав красно-радужного жабомордого.
- Вам это так с рук не сойдёт! Вы за это ответите! - орал автотранслятор видеофона, переводя бешенство жабы в привычную русскую речь. - Вы всё спланировали заранее!
Я не понимал, что происходит, но я же дипломат, надо держать марку.
Я побагровел и заорал в ответ:
- Это вы во всём виноваты! Вы вынудили меня пойти на такой шаг! Провал переговоров - на вашей совести! - и обвинительно наставил на него палец.
Галактический бюрократ позеленел (не помню, что это значит), прикрыл краевые глазки (ага, раздумывает), и сменил цвет на фиолетовый (нормальная степень неудовольствия окружающим миром).
- Досточтимый сэр, - это он мне, неплохо, - имею честь предложить вам начать переговоры о вступлении опекаемых вами рас в великое братство Гасомыры.
- Всего ансамбля? - вырвалось у меня.
- Порядок ведения переговоров и их очерёдность будет согласована позже. Всего наилучшего, сэр, - и отключился.
Ну что ж, Всхлип Всхлипыч не соврал. Особнячок остаётся за мной ещё на очень продолжительное время.
Я решил кинуть последний взгляд на планету неудачников - свою родину. Колян и Джонни уже должны были быть на месте.
- Как дела, ребята? - приветствовал я бывших своих подчинённых.
- Дядь Паш, ты не поверишь! Земли больше нет! - тактично сообщил Колян. - Смотри! - и указал на иллюминатор.
На месте привычного голубого шарика в космосе кружились какие-то обломки, куски непонятной формы.
Я вытер выступивший пот со лба и приказал:
- Дайте увеличение на видеофон.
Картинка приблизилась, и я смог рассмотреть детали. Что-то мне это напоминало, где-то я это видел... Несколько секунд я мучительно напрягал память. Ну конечно! Политическая карта Земли! Вон тот обломок - вылитая Руссоиндия, а вон тот - восьмиконечный крест бразильского ханства. И как я мог не узнать скандинаво-восточную Европу с гренландским довеском! Вся земная поверхность была разрублена-разъята точнёхонько по границам государств-членов ООН. Каждая страна обособилась от остальных и плыла в черноте космоса отдельным астероидом. Островом, можно сказать.
И вновь я хлопнул себя по лбу. Дили, ансамбли - я же учил в школе настоящий французский! Ile - остров, ensemble - группа, набор. Ensemble d`iles - группа островов, а не ансамбль неведомых дилей.
Я похолодел. Есть ли в Галактическом Центре выдача преступников, и по какой статье меня будут судить? Проболтается ли слизняк? Наверняка, ему-то что, сарай под Казанью он честно оттяпал. И кнопка пропала! Как - мне - всё - это - от - ме - нить?!
Уже чувствуя себя на эшафоте, с верёвкой на шее, я сказал то, что говорят все преступники перед казнью:
- Я действовал из благих побуждений. Другого выхода не было.
- Так это ваша работа? - спросил Джонни.
Я не стал отпираться:
- Моя, - и склонил голову. Топор занесён, и умолять палача бесполезно.
- Я немедленно свяжусь с Антананариву, - огорошил меня верный соратник Колька Семёнов.
- Да-да, все должны это узнать, - не отставал от него шахматный спарринг-партнёр Джонни Шерби. - Это грандиозно!
- Восхитительно! Великолепно! - добавил Колян.
Я поднял голову, расправил плечи и поправил тростниковую юбочку. Возможно, мне ещё удастся выкрутиться из этой передряги. На что там намекал жабомордый? Серия переговоров?
- Жаль, что лишились Антарктиды и океанов, но раз такова цена... - пожал плечами Колян.
Почему лишились, хотел спросить я, но вспомнил условия договора и в третий раз хватил себя по лбу. Ай да зелёный безногий уродец! Ай да делец! Будучи ВЗОПом, я становился владельцем всех территорий, принадлежащих ООН. Международные воды, Антарктида, Луна - всё захапал знаток французского. Про судьбу своего личного сарайчика и кипрского домика я уточнять не стал. И так понятно, что ушлый делец завладел и ими.
- Все почести потом, - заявил я. - Немедленно возвращайтесь. Нас ждёт работа, которую никто, кроме нас, не выполнит. Земляне станут членами Гасомыры, обещаю, или я не ВЗОП, - и щёлкнул по переднему зубу.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования