Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Sad story - Две души

Sad story - Две души


В этот день Марина всё делала как обычно. Заносила данные в рабочую программу, иногда отвлекалась на написание сообщений на форуме. Девушка, не глядя на клавиатуру, быстро перебирала пальцами по кнопкам. Она поддерживала связь вне своей маленькой вселенной-квартиры лишь с несколькими людьми, которых нашла на одном сайте.

«Сегодня, - Марина уверенно набирала новое сообщение. Необходимость делиться с друзьями, чья личность ограничивалась аватарками, была для девушки естественной. – Этот день настал, больше медлить я не хочу».

Рабочий день заканчивался.  Девушка потянулась, встала и приоткрыла окно. Большинство людей только собирались по домам. Надевали верхнюю одежду, рассчитывали время, чтобы успеть на автобус. Обычная суета. Только не для всех. Марина посмотрела на настенный календарь. Сегодняшний день она обвела красным маркером ещё неделю назад. Первое время после такого важного решения даже не могла заснуть, хотя обычно проваливалась в сон в считанные минуты. Но потом пришло умиротворение. Апатичное, тягучее, зато беспокойство словно исчезло.

Девушка вновь зашла на форум и улыбнулась. Появилось два новых ответа.

«Это твоё право, - писала Flora. – Мне тебя будет не хватать, это правда, но поступай, как считаешь нужным».

«Привет, Mari. Я как чувствовал, что ты решишь сделать это в ближайшие дни. Интернет-оракул говорил мне что-то такое, - Lex313 прикрепил грустный смайлик. – Не бойся. А если сможешь передать нам какое-нибудь послание, то будем ждать. И… ты молодец!» – закончил парень улыбающимся смайликом.

Почти все воспоминания Марины касались квартиры, в которой она жила с родителями и бабушкой, или больниц. Долгие прогулки, посиделки с друзьями, работа – всё было чуждо девушке. С мамой она с детства часто ездила по больницам, но окончательный диагноз никому так и не удалось поставить. Отчего так часто бывали обмороки, чувствовалась слабость, если организм работал нормально? Без присмотра Марина не могла даже пойти в кино. От этого и с друзьями не везло. Переходный возраст – косметика, мальчики, сплетни, – а она на домашнем обучении, с книгой в руках или в обществе телевизора. Каждый сантиметр квартиры был знаком до тошноты, а лучшие воспоминания – любимые моменты из фильмов и сериалов.

Недолгие прогулки по улице не делали жизнь светлее. Да и дышать свежим воздухом Марина привыкла из окна. Пару раз в парке она теряла сознание, поэтому гулять дольше часа-полтора девушка боялась. Бывало, увозили на «скорой», но в больнице она просиживала недолго.

 «Здоровый человек с аномальной склонностью к переутомлению».

Одно время Мариной даже заинтересовались врачи. Для них – интересный случай, может быть, открытие новой болезни. Но изучение организма девушки так и не дало ни результатов, ни выводов.

Девушка могла потерять сознание, занимаясь каким-нибудь делом. Читала книгу, разогревала еду, бродила по просторам интернета и вдруг проваливалась во тьму, унося из неё обрывки сновидений и головную боль.

От непрерывной апатичной усталости не спасало ничего. Иногда девушка меланхолично разглядывала свои бледные руки, задерживая взгляд на запястьях. За всё время своего существования Марина собиралась покончить с жизнью раз десять. А пыталась только дважды. Но оба раза страх брал своё и девушка, погружённая в депрессию, вновь возвращалась к обыденному существованию.

Через несколько лет в доме появился безлимитный интернет. Благодаря ему получилось найти работу на дому. Марина заносила данные в программу каждый день. Единственной отдушиной стали бесконечные сайты. Столько красоты открылось девушке, волею судьбы заточённой в квартире, множество интересных открытий, фотографий. И людей, которые по каким-либо причинам, как и она, не могли наслаждаться полной жизнью. На сайте, куда забрела однажды Марина, такие несчастные организовали небольшой форум только для «своих». Lex313 был инвалидом-колясочником. Работать он не хотел, знал почти всё об играх и любил размышлять о потустороннем мире. Flora пыталась покончить с собой три раза. Побывала на реабилитации в психиатрической клинике, теперь мечтала написать роман о тридцати пяти способах самоубийства. Она и правда много об этом знала.

«Если не сегодня, - думала Марина, - то уже никогда».

 

Рейна открыла глаза. Лучи утреннего солнца просачивались через щели неплотно задёрнутых штор. Лёгкие пылинки кружили в воздухе, сияя золотом в оконных просветах. Тишину в просторной комнате не нарушал и малейший шорох. Только гулкие удары сердца стучали в ушах. Жалящие нити тревоги с каждым днём всё сильнее сдавливали душу Рейны.

Привычный вид комнаты немного успокоил девушку. Она окинула взглядом светлые стены с тончайшими витыми узорами, столик, на котором лежало несколько потрёпанных книг. Над камином висела картина, созерцание которой всегда давало провидице сил и спокойствия: на белом небе синяя звезда надежды, обрамлённая серебряным сиянием.

В последние годы в королевстве царило благополучием. Горцы уже не беспокоили своими набегами деревни. Соседние правители не грозили войной, ко всем удалось найти подход. Благодаря её дару провиденья стольких бед удалось избежать их королевству, многие грозы прошли стороной. В последнее время Рейна жила в прекрасном доме из белого камня, не зная недостатков и нужд. До этого ей то и дело приходилось скитаться по разным городам. Хотя те суетливые годы прошли, но на сердце девушки лежала тяжесть, от которой не могло избавить ни изысканное вино, ни вкуснейшие яства.

Провидица встала и, оделась и направилась в подземные комнаты. Она захватила по пути клетку с сойками. Птички прыгали внутри и громко щебетали.  Чувство нависшей угрозы не отпускало девушку ни на минуту. За массивной кованой дверью в подземелье скрывалась алтарная комната. Провидица часто обращалась к высшим силам за ответами, получая то, что искала.

В центре комнаты располагался небольшой каменный алтарь. На нём мог бы поместиться и человек, но кроме животных и растений Рейна больше ничего в жертву не приносила. Провидица зажгла свечи, взяла нужные травы и окурила ими принесённую клетку. Одурманенные птицы притихли, и девушка начала доставать по одной сойке, распарывая каждую тонким стилетом. Пять крохотных сердец провидица разложила в медном блюде и залила их родниковой водой. После надреза пальца несколько капель её крови создали узор на поверхности воды. Рейна запела слова, обращаясь к духам, прося их дать ответ.

Прошло немного времени. Пять птичьих сердец одно за другим запульсировали в блюде, меняя кровяной узор. Духи предсказывали провидице долгую и счастливую жизнь. Но, несмотря на это, в скором времени она должна была умереть.

Рейна долго всматривалась в блюдо, вслушивалась в биение сердец, но ответ оставался неизменным.

 

 

Бабушка выпила своё снотворное, и примерно через час оно должно было подействовать. Она всегда ложилась спать в одно и то же время. Удачным для Марины вышло и то, что отец уехал в командировку на два дня, а мама к своим родителям. Другая бабушка была совсем плохой в последнее время.

Без последнего слова Марина уходить не хотела. Она села за стол и начала печатать прощальное письмо.

«…и прошу, не вините себя и других. Я решилась на этот шаг сама…»

Вначале девушка хотела написать текст от руки, но не смогла. Почерк – что-то личное, словно частичка её существа. Так тяжело оказалось рассказывать о принятом решении, выводя буквы на листе бумаги, оставляя последнее воспоминание о себе таким образом. Поэтому Марина решила напечатать последние слова и поставить в конце подпись. Набирать текст, слушая знакомое постукивание клавиш, оказалось гораздо легче. Она словно писала сообщение для своих друзей на форуме. Так привычно, как если бы всё происходило не с ней, а с Mari, чьим лицом была всего лишь аватарка.

Принтер выплюнул готовое письмо и Марина, не перечитывая его, поставила внизу подпись.

 

Рейна решила провести другой обряд. Но тени, что выплетали узоры на стене, смолчали. Словно духи не могли ответить. Или им что-то мешало.

Оставался только один способ развеять свои страхи. Несмотря на то, что Ливиус с детства обучал Рейну управлять её даром, встречаться со старым магом девушка не хотела без лишней нужды. Старик стал безумен с годами. Пары магических зелий  разъели его разум, он только и твердил, что о мечте стать бессмертным. Для своих изысканий Ливиус избирал весьма тёмные способы.

В тусклой комнате, склонившись к заляпанному чернилами пергаменту, сидел старый маг. Его губы бесшумно шевелились, а немигающий взгляд что-то выискивал в написанных на листе строках.

- Учитель, мне необходима ваша помощь, - голос Рейны дрожал. Ливиус остался неподвижен, но глаза перестали бродить по строкам. Провидица продолжила, - в последнее время мне неспокойно, а сегодня чувство страха не отпускает меня ни на минуту. Одно из гаданий дало противоречивый ответ, а в другом духи впервые смолчали. Стоит ли мне опасаться чего-то?

- Духи не ответят тебе, - после долгого молчания изрёк старый маг. – Но я вижу смерть, нависшую над твоей душой.

- Что же мне делать, учитель?

- Отдай мне ту часть, что тебе всё равно не нужна. Я сделаю ещё один шаг к бессмертию, а ты останешься жива.

- Это невозможно, - сердце Рейны сжалось от страха безысходности. – Не мне решать чужую судьбу!

- Иначе невозможно, ученица, - ответил Ливиус. – Ты помнишь уродцев? Людей, скреплённых одним телом, но имевшим две головы, два сердца. Что произошло, когда умерла одна «половина»? Так что ты хочешь от душ, скреплённых намертво?

- Нет!

- Твоё право, - усмехнулся старик и более не обращал внимания на Рейну.

Провидица выбежала из жилища учителя. Если вся проблема заключалась в душе, то она догадывалась, что за беда грозила ей.

 

У Марины из всех драгоценностей имелось только серебряное кольцо. Его украшал матовый синий камень, вырезанный в форме звезды. Кольцо ей подарил отец, привёз после очередной командировки. Когда девушке становилось совсем плохо и одиноко она разглядывала каменную звезду. Марина представляла, как та сияет где-то далеко в небесах только для неё и обещает, что однажды жизнь девушки изменится к лучшему. Но в последнее время не помогала и эта мелочь.

Бабушка уже легла спать. Её мирное дыхание – единственное, что нарушало тишину в комнате.

«Если бы я не написала на форум о своём решении, то заметили бы друзья моё отсутствие? – размышляла Марина, краем глаза поглядывая на распечатанный текст письма. – Или они забыли бы обо мне через пару дней? Не так уж и близки мы были… Да и кто вообще вспомнит про меня вне этого маленького мира из четырёх стен?»

В квартире слова «болезнь», «инвалид», «безысходность» висели в воздухе, а если их и произносил кто вслух, то шёпотом. Словно домочадцы боялись разрушить хрупкую надежду на чудо, говоря всё напрямую и без переглядываний. Каждый день Марина, глядя на своё бледное отражение в зеркале, видела все эти слова. Инвалидом она себя не считала, да и не являлась им. А вот изгоем поневоле – да.

Родители Марины возвращались домой поздно. Разговоров особых никто не затевал. Иногда девушке казалось, что кроме усталости и раздражения в их семье нечем и делиться. На кухне вместо яркой люстры включали тусклый светильник. Мама говорила, что её глазам нужен отдых. А, может, просто не хотела всматриваться в лица других. Так они обычно и ужинали в полутьме.

Ночью девушка тоже не находила покоя. Сколько помнила себя, всю жизнь она видела одинаковые сны. Тревожные, непонятные. Главной героиней в царстве Морфея была не она, а некая провидица. В детских снах Марина видела маленькую девочку Рейну. Шли годы. Юная провидица росла вместе с ней.

«Хотя бы раз увидеть что-то другое, - думала Марина. – Не спасать чужие жизни во сне, не скитаться по разным непонятным городам. Одно и то же, из года в год…»

Марина вошла в ванную комнату и включила тёплую воду. Минут через пять всё будет готово. Flora писала, что если выпрыгнуть из окна, то есть вероятность остаться в живых, навсегда приковав себя к инвалидному креслу. Вариант с включённым газом казался быстрым, простым. Девушка могла бы захватить с собой любимую бабушку. Но нет, смерть должна была стать такой же тихой и незаметной, как и вся её жизнь. Тёплая вода, нож, одиночество.

 

Просторная светлая комната, в которую вошла провидица, не имела мебели. Оконные витражи отбрасывали на пол из белого дерева разноцветную мозаику. Высокие стены украшала затейливая серебристая роспись, перемежавшаяся с витыми рунами. В центре комнаты Рейна составила круг из свечей, положив в центр широкую чашу с водой. Фитили вспыхнули рыжим огнём. В тот же момент до того светлая комната наполнилась полутьмой. Рейна встала на колени в центр дрожащего огоньками круга и приложила указательные пальцы к вискам. Вода всегда была отличным проводником в обитель духов. Рейна верила, что сможет прикоснуться таким образом и к другому миру.

Реальность дрогнула, как только провидица начала произносить первые слова заклинания. Связь с другим миром, словно тонкая и до предела натянутая нить, могла оборваться в любой момент. Рейна нащупывала внутренним взором малейшую брешь там, куда она стремилась сознанием. Если всё получится, то сможет создать связь с девушкой, чья душа волею судьбы оказалась сплетённой с её собственной. Тысячи образов ощущала провидица, выискивая то, что могло её направить. Путь не толще волоса к иной реальности, к чужой душе.

 

Марина, одетая в любимое ситцевое платье забралась в ванну. Ткань моментально пропиталась тёплой водой, прилипнув к телу. Это вызвало ощущение тяжести и неудобства, но девушка не хотела, чтобы её нашли обнажённой.

Наточенный нож сверкнул лезвием в тёплом свете электрической лампы. Обратного пути не было. Либо сейчас, либо…

Девушку затрясло от страха. Размышлять об этом, продумывать мелочи оказалось проще, чем сделать одно единственное движение.

- Давай же, - проговорила Марина охрипшим голосом, пытаясь проглотить комок в горле. – Ты уже пыталась сделать это и трусила каждый раз. Сегодня. Сейчас.

Острая сталь обожгла руку. Девушка замешкалась. Она начала судорожно дышать, не решаясь ни отнять нож от запястья, ни продолжить вести лезвием дальше.

В воде, куда успело упасть несколько капель крови, Марина увидела чьи-то глаза. Она так испугалась, что чуть не закричала, но неожиданное озарение прервало начавшуюся панику. Из глубины окрашенной кровью воды на девушку смотрели до боли знакомые глаза Рейны из её бесконечных снов. Через несколько секунд где-то в голове раздался тихий, но отчётливый голос. Провидица говорила с ней.

 

Шли годы и Марина из мира, где магия спала, становилась старше вместе с Рейной. Сны у провидицы раскрывали чужую жизнь постепенно, подбрасывая обрывки дней, видимых иными глазами. Рейна, не желая зла, словно воровала часть жизни Марины, когда просыпалась посреди ночи, чтобы завершить свои дела. Ранее непрерывный сон для провидицы считался роскошью, многое не давало покоя. Она словно вырывала чужое время, присваивая его себе. Провидица бодрствовала, а та девушка находилась без сознания до тех пор, пока Рейна не ложилась вновь спать. Изо дня в день, из года в год продолжалась эта история. Она ничем не могла помочь Марине. Лишь попытаться всё объяснить и попросить не совершать того, что девушка собиралась сделать.

Рейна провела между мирами весь день, выискивая ту тонкую нить-связь, что ей была необходима. Началась ночь, но провидица, погружённая в медитацию, продолжала свой путь.

Перед внутренним взором Рейны мелькнул образ синей звезды. Сознание захлестнула чужая боль, неимоверное отчаяние, жгучий страх. Провидица вздрогнула, грозя оборвать тончайшую связь между мирами.

«Я понимаю, в чём дело. Смогу ли предотвратить это? Если связь порвётся, то часть моего сознания навсегда может потеряться в межмирье. Риск велик, но если не попробую, всё равно случится непоправимое».

- Марина, прошу, услышь меня и поверь тому, что произнесу, - Рейна говорила спокойным голосом, подбирая правильные слова. Её речь, преображённая заклинанием, должна была стать понятна девушке из снов. Реальность дрожала, обволакивая провидицу размытыми фрагментами иного мира. Рейна чувствовала тонкую связь, натянутую так сильно, что её собственное тело ломило от боли. – С самого рождения наши души связаны столь крепко, словно их было не две, а лишь одна. Ты видела мою жизнь, как я – твою. Знаю, что существовать наполовину нелегко. В твоих лишениях и муках виновата я, хоть и не по своей воле отнимала часть чужой жизни. Дар провидения изменил столько судеб, помог предотвратить немало бед, и ты была свидетелем всех этих событий. Прошу, Марина, живи и тогда мы вместе совершим ещё много благих дел. Не думай о смерти, как об избавлении. Если ты покинешь свой мир, то пропаду и я. От нас обеих зависит судьба многих людей. Прошу…

 

Голова у Марины раскалывалась. Она не сразу поняла, где находится. Вода в ванной успела остыть, нож лежал на подоле платья. На руке остался лишь небольшой порез.

Порез…

Девушка быстро встала, расплескав воду, и выбежала из ванной комнаты.

«Там же письмо на столе. Если бабушка успела его прочитать…»

В комнате было темно. Бабушка мирно спала в своей кровати. Марина взглянула на часы и поняла, что находилась без сознания не больше часа. Вода тонкими ручейками стекала с платья. Девушка ещё раз взглянула на спящую бабушку и направилась к своему столу, на котором она оставила предсмертное письмо. Все движения Марины были словно автоматическими. Не думаю ни о чём, она спрятала письмо под стопку книг, переоделась, слила воду в ванной, убрала нож. Девушка даже не задумалась, сможет ли она заснуть, когда ложилась в постель. Сон пришёл почти сразу. Рейна, встревоженная и измученная, вновь оказалась героиней ночных грёз. Всё осталось как прежде.

На следующее утро Марина проснулась и долго смотрела в потолок, пытаясь собраться с мыслями. Потом взгляд скользнул по настенному календарю. Обведенный красным маркером день остался позади. Но это не так волновало девушку, как то, что вчера с ней разговаривала Рейна. Та, которую Марина всю жизнь считала лишь иллюзией, созданной болезненным состоянием организма. Чем-то вроде побега от реальности. Но провидица не померещилась Марине. Она была настоящей. Перед тем, как девушка потеряла сознание, Рейна протянула к ней руку. Прямо из воды, словно на дне ванной был портал в другой мир или что-то вроде этого. И рука даже успела коснуться лица девушки.

«Далёкий мир, магия, королевство, спасение жизней… Так это на самом деле? Всё, что я видела во снах на протяжении стольких лет?»

По календарю значилась суббота. Выходной день, работать не нужно. Марина хотела зайти на любимый сайт, чтобы рассказать друзьям о случившемся, но застыла рядом с компьютером, так и не включив его.

«Я же «умерла», - отстранённо подумала девушка. – Для них меня больше нет».

Бабушка приготовила завтрак. Она ни о чём не догадывалась, когда нарезала сыр для бутербродов тем самым ножом, которым вчера поздно вечером Марина собиралась перерезать себе вены.

Весь день девушка ходила с отсутствующим видом. Мысли в её голове, казалось, стали героями второго плана в абстрактном театре её жизни. Главным действующим лицом выступала темнота, из которой на Марину смотрели глаза провидицы из другого мира.

Во второй половине дня, решив сделать себе кофе, девушка застыла на кухне с банкой в руках. Мысли стали с бешеной скоростью проноситься в голове, вставать на свои места. Через пару минут Марина увидела реальность: до конца своих дней она проживёт болезненным никчёмным существом, а где-то в чужом мире Рейна продолжит свои благие дела ценой её страданий. Ненависти к провидице девушка не испытывала, но почувствовать чужую боль и страхи, превозмогая собственное горе вряд ли сможет. В ту же минуту Марина решила действовать.

«Если добавить ложку кофе в Кока-колу, то бессонницы как не бывало, - написал как-то Lex313. – Я пробовал – мощная вещь! Сердце колотится как сумасшедшее, в глаза искры, а о сне даже не думаешь».

Кока-колу Марина любила, поэтому бутылка этого напитка всегда имелась в запасе. Девушка жадными глотками выпила две чашки смеси. Через минуту сердце забилось словно бешеное.

В её недавнем плане оказалось столько пробелов, что Марина сама себе удивилась. Ближе к вечеру она подсыпала бабушке ещё снотворного в еду. Двойная доза должна была заставить старушку провалиться в глубочайший сон. Ужин прошёл отлично. Бабушка радовалась, что её внучка вела себя особенно весело. Сразу после ужина старушка уже спала, еле добравшись до кровати.

Марина выпила ещё Кока-колы, смешанной с кофе. Необычный привкус, горьковатый. Необходимо было оставаться в сознании, Рейна могла вновь повлиять на её жизнь, если почувствует опасность. Предсмертное письмо девушка достала из-под книг и положила на письменный стол. Следовало действовать быстро. Отец должен был приехать не раньше десяти вечера, а мама позвонила и сказала, что задержится ещё на день. После разговора Марина выдернула телефонный шнур. Ничего не должно помешать. Она вновь отхлебнула бодрящего напитка и пошла в ванную. Время было на её стороне.

- Воду включу погорячее. Так лучше.

Платье за день успело высохнуть. Марина вновь облачилась в него и, забираясь в наполненную ванну, усмехнулась забавному дежавю. В душе царило удивительное спокойствие, которого девушка раньше не ощущала. Вчера ещё оставались сомнения, призрачные надежды, страх, затаившийся в глубине души. Но не теперь, нет. Она уверенно поднесла нож к руке, но на секунду замешкалась. Марина попыталась всмотреться в прозрачную воду, но ничего потустороннего там не обнаружила.

- Рейна, не знаю, слышишь ты меня или нет. Знай, зла я не держу, и мне правда жаль, что не могу оправдать твоих надежд. Вот только не получится жить, понимая, что никогда не получу ни семьи, ни нормальной жизни. Прости, Рейна.

И Марина лёгким движением полоснула по запястью остро наточенным ножом.


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования