Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Tisha - О незначительных людях и несделанных открытиях

Tisha - О незначительных людях и несделанных открытиях

 
Выражаю искреннюю благодарность одному из самых
любимых мной писателей-фантастов, Роберту Шекли,
открывшему планету З-М-22 в звездном скоплении Пророкоугольника.
 
Каждый вечер в "Космическом волке", затерявшемся среди хозяйственных построек космодрома маленьком ресторанчике, обслуживавшем только летный состав, сидел старик. Он приходил к открытию и уходил последним. Он давно уже не летал, ни с кем не разговаривал, только тихо сидел в углу и пил пиво – одну кружку за вечер. Но когда в ресторанчик заваливалась команда вернувшегося из дальнего рейса корабля, старик забывал про пиво. Шутки космонавтов, рассказы, бурная радость от встречи с Землей возвращали его в собственную молодость. Тогда он мечтал тоже стать пилотом дальней разведки.
Он отлетал без малого пятьдесят лет, но водил испытанные серийные грузовики по проложенным другими трассам. Списался из летного состава, поработал диспетчером-консультантом, а потом и вовсе ушел на покой. На его долю не выпало ни подвигов, ни великих открытий. Простая, самая обычная жизнь.
***
Константин Архипович Архипов совершенно не собирался в звездное скопление Пророкоугольника. Он должен был всего лишь перегнать корабль с космодрома на Марсе на орбитальную станцию Валерианы. Учитывая, что корабль был новым, а полет до Валерианы через гиперпространство занимал не более трех суток, задание было на редкость простым. Да сложное никто бы Косте и не доверил. Вчерашний курсант мог выполнить это задание с легкостью. Он бы и выполнил, если бы через сутки полета не забарахлил гиперпространственный преобразователь.
Видимо, заводской брак. Починить работающий преобразователь невозможно. Да и вообще, такой ремонт делается только в доках, там, где есть специальная аппаратура. Но выбора не было. Косте удалось вынырнуть из гиперпространства как раз в звездном скоплении Пророкоугольника. Заглушив двигатель, он принялся за ремонт. Двое суток ушло на попытки починить преобразователь, Костя заменил все блоки, которые мог, но ручаться за результат не стал бы. С замиранием сердца он нажал кнопку запуска, преобразователь несколько раз чихнул и замолк. Надо было вызывать помощь.
Регулярные рейсы, ни пассажирские, ни торговые, через звездное скопление Пророкоугольника не производятся. Население здесь отсутствует, кислородных планет крайне мало, и они еще ждут своих исследователей.
Требовалось уточнить координаты, определить, где находится ближайшая автоматическая станция, и направленным лучом передать сообщение о случившемся. А потом оставалось только ждать.
Техника – штука капризная. Трудно сказать, что случилось, но отправить сообщение Костя не успел. Преобразователь вдруг ожил, корабль рванулся вперед, в гиперпространство не вышел, а по странной прихоти судьбы устремился к планете красной звезды, находящейся в нескольких часах полета. Константин бросился к информатору и уточнил параметры. Ему крупно повезло. Планета была кислородной. Не заселена, опасных микроорганизмов не обнаружено. Правда, имеются крупные хищники. Но в любом случае выбора не было.
Корабль двигался рывками. Косте удавалось кое-как удерживать направление, но назвать движение полетом язык не поворачивался. Преобразователь то включался, то выключался, заглатывал отрезки пространства, создавал временные турбулентности. У Кости кружилась голова, желудок сжимался в комок, то наваливалась немыслимая тяжесть, то ее сменяла невесомость. Когда корабль вошел в плотные слои атмосферы, Константин потерял сознание, успев перед этим выключить преобразователь. Программа посадки активировалась автоматически.
Современные корабли имеют капсульную структуру. В какой-то момент стало ясно, что катапультировать экипаж недостаточно. Даже оставшись в живых, люди имеют мало шансов выжить в чужих мирах, не имея еды и воды, медикаментов и простейших жизненно важных приспособлений. Поэтому каждый отсек формируется как отдельная капсула, способная противостоять внешним воздействиям. Даже если некоторые из них при посадке погибнут, оставшиеся обеспечат экипаж минимальным набором средств для выживания.
 
Корабль ударился о поверхность планеты и разбросал в разные стороны модули-капсулы, а потом загорелся. Костя лежал в своей капсуле, порядком покореженной и лопнувшей в месте соприкосновения с землей, то есть с поверхностью З-М-22. Удар был очень силен. Автоматика отказала, но через трещину в капсулу проникал местный воздух. Трудно сказать, сколько прошло времени. То ли подействовал ночной холод, то ли организм справился с шоком. Костя огляделся. Вокруг была ночь. Синяя, бархатная, полная звезд и запахов незнакомых трав. Он пошевелил руками – руки действовали. Попробовал пошевелить ногами – и понял, что ноги сломаны. Обе. Кроме того, было очень больно дышать. По всему выходило, что сломано еще несколько рёбер.
Костя попробовал открыть люк, но у него ничего не получилось. Механический затвор надо было поворачивать с усилием, для этого следовало упереться ногами… Костя лежал и думал, что где-то поблизости лежит капсула медблока. Даже если она раскололась, диагност мог уцелеть. И тогда, если доползти до него и суметь подключиться, боль уйдет.
Конечно, радиус разброса капсул мог быть довольно велик, но Костя просто мечтал, а в мечтах можно ведь представить себе все, что угодно. Если бы у него не болели ноги, он открыл бы люк и выполз наружу. Даже при сломанных ребрах можно было бы предпринять поиски. Если идти медленно, было бы вполне терпимо. Через некоторое время в его мечтах стал все чаще возникать блок жизнеобеспечения. В капсуле находился атомный синтезатор и небольшой запас консервов и питательных таблеток на тот маловероятный случай, если он выйдет из строя. Таблетки есть и здесь, в капсуле пилота, в аварийном запасе, но ему их не достать.
Очень хотелось есть и особенно пить. Ноги распухли и пульсировали болью. Костя ощупал их и понял, что ходить он не сможет долго. Что это означает для человека, потерпевшего крушение на чужой планете вдали от основных транспортных путей, он думать не хотел. Похолодало. От голода и боли кружилась голова. Сам не заметив, как, Костя начал дремать. В полудреме он думал о том, что все происшедшее – просто кошмарный сон. Вот он проснется утром, и окажется, что ноги целы, просто сильный ушиб. Он быстренько найдет блок жизнеобеспечения, плотно позавтракает, а потом передаст сообщение о том, что нуждается в помощи, в широком диапазоне. Он будет повторять его снова и снова, и его услышат. Если синтезатор не поврежден, то подождать пару недель, пока его выручат – плевое дело. Просто незапланированный отпуск.
А если синтезатор не работает, можно найти что-нибудь съедобное на планете. Вот он завтра проснется и займется этим вплотную. С этими мыслями он провалился в спасительный сон.
Утро выдалось жаркое, солнечное. Костя проснулся от бьющего в лицо света и первым делом взглянул на ноги. Опухоль спала. Он ощупал поврежденные места. Боли не было, хотя чувствительность сохранилась. Костя попробовал пошевелить ногами и понял, что произошло чудо. Переломов не было. То есть совсем. Он резко сел и вскрикнул от боли. Зажили только ноги, ребра по-прежнему были сломаны. Или ему показалось, что он ломал ноги? Нет, как такое может показаться? Дикая боль, которую он испытал, пытаясь открыть люк, врезалась ему в память. Тогда в чем же дело?
Впрочем, этот вопрос можно было отложить на потом. Костя уперся ногами в основание капсулы и осторожно, чтобы не тревожить больные ребра, повернул затвор. Люк открылся. Охая и придерживая поврежденный бок рукой, Костя выполз из капсулы и поднялся на ноги.
Вокруг расстилалась степь. Неподалеку виднелись заросли кустарника, слева от них дымились останки догоревшего корабля. Остальных капсул видно не было.
Аварийный набор в капсуле пилота включал бластер, нож и котелок. Этот набор Костя всегда считал анахронизмом, прижившимся на кораблях в те времена, когда не было ни синтезаторов, ни диагностов, ни прочей современной техники. Два бинта, питательные таблетки, универсальный антидот и кислородная маска. Весь этот перечень курсанты заучивали наизусть еще на первом курсе. И Костя готов был поручиться, что открывать чемоданчик ему не придется никогда в жизни. Но те, кто составлял инструкции и заставлял курсантов учить список, знали о космических путешествиях гораздо больше…
Осторожно встав на четвереньки, Костя запустил руку в капсулу и вытянул чемоданчик. Первым делом он проглотил пару питательных таблеток и через пять минут почувствовал себя лучше. Бластер он положил в карман, а нож закрепил на поясе. Теперь можно было идти на разведку.
На месте падения корабля делать было нечего. Он прикинул радиус разброса капсул, исходя из расстояния между местом падения и точкой приземления своей капсулы, мысленно вычертил окружность с центром в виде дымящихся обломков и медленно пошел по кругу. Капсулы имели разный вес, и, соответственно, должны были находиться на разном расстоянии от точки падения, поэтому Костя внимательно вглядывался в колышущиеся на ветру травы, стараясь ничего не пропустить. Именно это и спасло ему жизнь.
Огромное животное, похожее на пантеру, но зеленого цвета и без глаз и ушей вышло из ложбинки по левую руку от Кости и уверенно двинулось в его сторону. Животное перемещалось большими прыжками, бесшумно и грациозно. Костя вскинул бластер. Луч разрезал "пантеру" пополам, Костя осмотрел останки и подумал, что животное могло быть съедобным. Впрочем, рисковать не хотелось.
Весь день прошел в бесплодных поисках. Косте удалось обнаружить только блок связи, да и тот был поврежден. Можно было бы попробовать его починить, но сначала надо было устроить лагерь. Костя устал, ребра жгло, как огнем, к тому же приближалась ночь. Лезть в разбитую капсулу и еще ночь ютиться там между пультом и покореженным креслом – об этом страшно было подумать.
Для ночлега он выбрал ровную площадку неподалеку от капсулы. Очистил ножом грунт от травы, собрал сухие ветки в зарослях кустарника, а потом долго, часа три пилил кусты ножом, придерживая левой рукой сломанные ребра. Из собранного хвороста он сложил горки и, поставив бластер на "Самый малый", зажег огонь.
Костя лежал и пытался заснуть, но сон не шел. Костры горели ровно, можно было не опасаться, что какой-нибудь из местных хищников захочет навестить спящего. В голову лезла всякая чепуха. Как странно выглядел подстреленный хищник! Широкая пасть с двумя рядами плоских, острых, как ножи, зубов. И никаких признаков глаз и ушей.
Как они здесь живут? Любопытно. Допустим, они телепаты. Кстати, что-то такое выдавал информатор, когда он пытался определиться с планетой. Допустим. Но как они находят воду? Место для логова? Или логовища? Все равно. И вообще, они должны спотыкаться на каждом шагу, но зверь, которого он подстрелил, выглядел опасным, ловким и вполне уверенным в себе.
Страшно зачесался нос. Костя поднял руку, потер зудящее место и обнаружил, что рука в крови. Значит, здесь есть насекомые, кровососущие.
Пришлось снова вставать, рвать траву и листья и бросать в костры. Ветра не было, дым поднимался немного вверх и, прижатый ночным туманом, стелился над землей. Самое время было заснуть, пока листья не прогорели.
Однако натруженный бок дергало, как нарыв. Чтобы отвлечься, Костя принялся мечтать.
Вчера он был уверен, что ноги сломаны, а утром они оказались целы. Вот бы и ребра срослись за ночь! А что? Возможно, здесь в воздухе присутствуют какие-то вещества, способствующие восстановлению человеческого организма. Тогда завтра он встанет и…
Что "и", Костя пока не придумал. Без связи, вдали от транспортных путей шансов на то, что его найдут, не было никаких.
Чтобы не тревожить больные места, он старался лежать спокойно. Синее ночное небо дружески подмигивало ему незнакомыми созвездиями. Костя решил придумать им названия. В конце концов, он, как Робинзон Крузо, может остаться здесь на много лет. Но об этом думать не стоило, от таких мыслей по спине бежали мурашки и хотелось плакать. Поэтому Костя сосредоточился на созвездиях.
Над самой головой расположился овал из восьми ярких звезд, с двумя звездочками поменьше в узкой части. Похоже на латинское "Q". Но такое название совсем не подходит для созвездия. Нельзя сидеть на скамейке, обняв любимую, и говорить: "Посмотри, какая яркая сегодня Q!" Совершенно никакой романтики. Костя попытался придумать что-нибудь получше. В голове вертелся обрывок старинной песенки: "Огуречик, огуречик, не ходи на тот конечик". Что там с ним было дальше, Костя не помнил. Но Огуречик все-таки лучше, чем Q.
Ниже, у самого горизонта, расположилась тройка ярких звезд, образующая равносторонний треугольник. В голову ничего подходящего не приходило. Тогда Костя стал добавлять к треугольнику соседние звезды, стараясь увидеть в них какое-нибудь животное.
Дым стлался над головой, но в нос не лез. Ласково шуршали травы, колеблемые ночным ветерком. Уже засыпая, Костя подумал о том, что хорошо бы проснуться здоровым, а еще лучше на борту корабля на антигравитационной тяге. Неважно, что таких кораблей еще не изобрели. Тогда можно было бы подняться с планеты на антиграве, а там уже нырнуть в гиперпространство. Несколько дней – и дома. Уже засыпая, он представил себе пульт этого еще не изобретенного звездолета. Да и спать в нем гораздо безопаснее, чем на земле среди костров.
Во сне Костя повернулся на бок, взмахнул рукой и ударился о переборку. Открыв глаза, он увидел над собой серую мглу. Листья еще не прогорели? Но мгла казалась твердой и быстро наливалась светом. Он подскочил и сел на койке. В первый момент понять, где он, Костя не смог. Потолок перешел в обычный дневной режим, широкая мягкая пластикатовая койка была вполне материальна и прогнулась, принимая форму Костиной "пятой точки". Он потряс головой, прогоняя наваждение. Неужели крушение и все прочее ему просто приснилось? Но уж очень правдивым и реалистичным был этот сон.
Спустив ноги с койки, Костя ступил на теплый ворсистый пол, который зашевелился под ступнями. Все было обычно и привычно. Однако что-то подсказывало, что надо пойти в рубку, проверить исправность приборов. Странно, ему почему-то очень хотелось убедиться, что сон был именно сном.
Рубка выглядела так же, как всегда. Костя глубоко вздохнул, но перевести дыхание так и не смог. Его взгляд упал на панель управления. Она выглядела совершенно необычно. Осторожно приблизившись к ней, он обнаружил, что не изменились только сенсоры жизнеобеспечения, кухни и других вспомогательных служб. Двигательная секция сократилась всего до нескольких коротких панелей. Они что-то напоминали Косте, но он не мог сразу вспомнить, что. И вдруг в мозгу словно что-то прощелкнуло! Он вспомнил, как лежа между костров, представлял себе корабль будущего на гравитационной тяге.
Ему рисовалась именно такая панель, простая и функциональная. Надо только задать координаты и время полета, а потом переключиться на выход в гиперпространство. Все расчеты и корректировки, поддержание силы тяжести в жилых помещениях, все вообще должно было производиться автоматически.
Машинально Костя включил внешний обзор и перевел изображение на обшивку. Корабль представлял собой конструкцию, больше всего напоминающую половинку яйца с сильно заостренной верхушкой. Нижняя часть была совершенно плоской и не соприкасалась с землей. Было видно, как ветер колышет траву под днищем. В нескольких метрах от корабля виднелись следы от костров.
Стараясь ни о чем не думать, Костя прошел в санитарный отсек и умылся холодной водой. Что все это значит?!
Только теперь он заметил, что совершенно не болят сломанные ребра. Ощупав себя, Костя понял, что от переломов не осталось и следа. Можно было подключиться к диагносту, но и без этого он не сомневался, что все цело.
Костя вернулся в каюту и лег на койку. Так легче думалось.
Похоже, что ответы на вопросы, каким образом срослись переломы, откуда взялся корабль и как местные животные умудряются передвигаться по пересеченной местности, ничего не видя, лежат в одной плоскости. Это всего один ответ: животные являются частью планеты, живой разумной планеты. Выходит, это именно она воспринимает телепатические сигналы живых существ, регулирует происходящее на поверхности, а может быть, и за ее пределами, и способна к общению.
Но тогда полученный Костей корабль – это лишь малая толика того, что может дать планета. Надо бы попробовать взлететь. Вдруг корабль – просто макет, воплощение его фантазий? Но ведь ребра срослись по-настоящему…
Получается, достаточно подробно вообразить себе что угодно, и планета воплотит твои фантазии в металл и пластик. А может быть, и в живую протоплазму! Здорово! Вернуться на Землю с таким открытием – об этом можно только мечтать!
Косте живо представилось приземление первого в истории человечества антигравитационного корабля. Толпы встречающих, сенсовидение. И, конечно, Лиза… На Лизе он подробно останавливаться не стал. На всякий случай. Вдруг планета воплотит и эту мечту? Костю аж передернуло. Лучше уж быть тут одному, чем с биороботом-Лизой, улыбающейся тебе дежурной улыбкой.
А вот технические возможности безграничны. Конечно, массовое производство надо будет организовывать на спутниках. Но принцип работы двигателя можно установить, разобрав корабль по косточкам. И не надо долгих лет мучений, проб и ошибок. Планета выдаст все, что только сможет вообразить человеческий разум. А там – по накатанной схеме. Разобрали, разобрались, наладили производство.
Постепенно мысли приобрели совершенно другое, не такое радужное направление. Интересно, каково будет всем тем ученым, инженерам, изобретателям, которые потратили годы жизни на то, чтобы подарить человечеству свои открытия? Глупо об этом думать, ведь прогресс не остановишь. Все равно многие профессии отмирают, становятся не нужны. Люди вынуждены переучиваться или просто остаются не у дел. Так о чем тогда размышлять?! Ведь любая мелодия, любое художественное полотно или скульптура могут быть воплощены единым движением мысли!
Только вот долго ли продлится такое изобилие? Захочет ли планета работать для удовлетворения людских потребностей? И хорошо ведь, если откажется сразу. А если начнет, мы откажемся от науки, искусства, разучимся думать сами. И тут она решит, что хватит. В каком положении окажутся люди Земли?
Да и кроме того, разные бывают люди и разные у них могут возникнуть желания. Кому-то нужны корабли и картины, а кому-то может сниться безграничная власть. И планета может обеспечить его любым оружием, даже таким, до которого люди еще не додумались. В конце концов, эпоха войн завершилась не так уж давно. Даже запасы ядерного, нейтронного и нейтринного оружия еще лежали в подземных хранилищах, а лучшие умы человечества пытались придумать, как от них избавиться, не причиняя вреда природе. Да, разные бывают у людей желания…
Как-то само-собой получилось, что Костя уже ни в чем больше не сомневался. Он опробовал двигатели. Все работало.
А потом три дня ушло на то, чтобы собрать разлетевшиеся из корабля капсулы и часть грунта и обгорелых останков его собственного корабля. Даже с помощью имевшихся на борту полевых роботов это оказалось не такой уж легкой задачей. Когда все было погружено, он бросил прощальный взгляд на планету. Вполне может быть, что корабль был вежливым намеком на то, что пора убираться и оставить планету в покое. Кто знает?
Костя выбрал небольшую кислородную планету в значительном удалении от З-М-22 и направил корабль к ней. Аккуратно выгрузил собранные модули, расположил их на рассчетном расстоянии от центра предполагаемого крушения. А в центре развел огромный костер, в который выбросил останки старого корабля. Новый же корабль перевел в автоматический режим и отправил обратно.
С блоком связи пришлось повозиться. Но еще через двое суток он смог отправить направленное сообщение к ближайшей автоматической станции.
Эта неудача в одном из первых полетов испортила, конечно, Косте карьеру. Не суметь перегнать серийный корабль по стандартному маршруту! Его назначили в каботажный флот, хотя он мечтал о дальней разведке. Но со временем Костя смирился. Он делал нужное дело, а ответственность, которую берут на себя пилоты дальней разведки, действительно очень тяжела. По крайней мере, планеты З-М-22 Косте хватило на всю жизнь.
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования