Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Пилот-Одиночка - Неуловимая звезда

Пилот-Одиночка - Неуловимая звезда

 
В таверне "Адмирал Бенбоу" было, мягко говоря, немноголюдно. Я кивнул бармену, пересёк пустующий зал и занял привычный столик у дальней стены. Через минуту официантка принесла мне типовой бизнес-ланч и длинную распечатку неоплаченных счетов. Бегло просмотрев список, я наткнулся на сделанную от руки приписку: "Через 5 дней кредитное обслуживание будет приостановлено".
В недоумении я посмотрел на бармена. Железный Бен развёл механическими руками, всем своим видом показывая: "А кому сейчас легко?"
Действительно, в последнее время дела у клиентов таверны шли неважно, как, впрочем, и во всём секторе Веги, охваченном экономическим кризисом. После того, как в Конфедерации Ориона нашли астероидный пояс, богатый редкоземельными металлами, биржевые цены на лантан упали ниже себестоимости. Металлургические компании свернули добычу в труднодоступных местах, оставив без работы пилотов-частников вроде меня. Какое-то время мне ещё перепадали заказы на вывоз оборудования с остановленных выработок, но сейчас и этой работы не осталось.
Сложив долг перед таверной с суммой счёта за космодромное обслуживание "Буревестника", я понял, что вскоре мне придётся или заложить корабль, в надежде дождаться лучших времён, или сразу его продать и отправляться искать счастья на новом месте.
С космофлотской боевой подготовкой и огромным опытом пилотирования мне не составило бы труда найти денежную работёнку, но наниматься на службу к новоявленным магнатам Конфедерации или вырождающимся аристократам старой Империи мне как-то не улыбалось. К тому же полуживой пример "адмирала" Бена был, что называется, налицо.
Несмотря на звучное название таверны, Бен как был, так и остался сержантом. Отслужив четверть века в имперской армии, он не стал довольствоваться скромной ветеранской пенсией и пошёл наёмником в частную армию одного из миров Конфедерации Ориона. Там за несколько лет он лишился обеих рук, глаза и части черепной коробки, но приобрёл капитал, достаточный для получения лицензий на продажу алкоголя и нотариальную деятельность – ровно то, что нужно владельцу космодромного бара на такой захолустной планете, как Пальмира.
Краем глаза я заметил знакомые пейзажи. На экране, висящем над барной стойкой, сменялись открыточные виды Идиллии: лазурное небо, изумрудное море, золотой песок, неприступные скалы, пёстрые леса, величественные дворцы… Я прибавил звук настольного динамика.
– … идёт полным ходом, – бодро протараторил диктор. – Без преувеличения можно сказать, что все подданные королевства Идиллия готовятся к встрече высоких гостей. Своё участие в праздничных торжествах уже подтвердили принц Карл-Густав от императорского дома Терры и герцог Оберон от Конфедерации…
На экране промелькнула миловидная блондинка в лёгком, струящемся на ветру, розовом платье.
Я отключил звук.
Конечно, кое-какие связи со времён службы в Идиллийской звёздной гвардии остались, но вернуться на лётную службу после всего приключившегося было практически нереально.
"Лучше бы заказ нашёлся", – подумал я и вздохнул.
В этот момент входная дверь чудесным образом отворилась и в таверну впорхнула молодая светловолосая девушка в обтягивающем лётном комбинезоне. Она подошла к бармену и что-то негромко спросила. Железный Бен на секунду задумался и кивнул в мою сторону. Девушка обернулась, поблагодарила бармена и подошла к моему столику.
– Вы Роберт Бризер? Владелец корабля "Буревестник"?– спросила она.
Девушке едва ли было восемнадцать. Симпатичная. Локоны цвета красного золота мелкими кудряшками ниспадали на плечи, обрамляя округлое личико. А узкие стёкла очков-невидимок добавляли беззащитности её ярко-голубым глазам.
– Так точно! – чуть помедлив, ответил я. – Владелец, капитан и пилот транспортника "Буревестник" класса "Зеро-блэк" к вашим услугам, юная леди.
– Отлично. – Девушка села на стул, специально поставленный для потенциальных клиентов. – Меня зовут Эльза, и я хочу предложить вам работу. Сложную. Срочную. Опасную.
– Три в одном?! – я деланно приподнял бровь, прикидывая, сколько можно стрясти с клиентки.
– Я готова заплатить за рейс по тройной ставке каботажного фрахта.
– Хм… – Я с огромным трудом состроил озабоченную гримасу. Три каботажных рейса по стандартной ставке – это год безбедной жизни. – Куда нужно лететь?
– На Аврору, – просто проговорила Эльза.
Я задумался. Сложности и опасности прояснились.
– Для работы на Авроре нужен транспорт класса "Зеро-рэд" для горячих атмосфер. Попробуйте найти Малькольма Макдауэла, его "Афалин" будет в самый раз.
– "Афалина" нет в секторе Веги. – Девушка погрустнела.
"Ещё бы, – подумал я. – Все востребованные корабли давно нашли работу на новом месте, один я застрял".
– Поймите, юная леди, – продолжил я набивать цену, – класс "Зеро-блэк" для холодных мегабарных атмосфер. Обычно я вожу рудный концентрат с Торбола. Там давление выше, чем на Авроре, но температуры крайне низкие. В горячей атмосфере Авроры климатизатор "Буревестника" долго не продержится…
– А долго и не нужно, – приободрившись, заверила меня Эльза. – Нужно забрать один груз – небольшой и довольно лёгкий.
Девушка опасливо оглянулась, затем наклонилась поближе, явив моему взору очень соблазнительную ложбинку в глубине расстёгнутого воротника, и прошептала:
– К тому же, Роберт, мне очень хочется, чтобы эту работу выполнили именно вы…
– Это почему же? – проговорил я, старательно глядя только ей в глаза.
– Из патриотических соображений. Вы идиллиец, верно?
– Верно, но я ущемлён в гражданских правах и отправлен в бессрочную ссылку. Так что, юная леди, упоминание о подданстве не будит во мне патриотического порыва…
– Но… – протянула Эльза, ожидая продолжения.
– Но я помогу вам при условии, что кроме оговоренной суммы вы оплатите космодромное обслуживание и полную заправку "Буревестника", а также выдадите аванс сразу после заключения договора.
Девушка чуть задумалась, а потом произнесла:
– По рукам, но при условии, что я лечу с вами, а вы не задаёте лишних вопросов.
Мы пожали друг другу руки. Широко улыбаясь, я дал знак Бену, что для обеих его лицензий нашлось применение.
***
Полёт от Пальмиры до Авроры занял десять дней. Пять дней ушло на разгон до субсветовой скорости, ещё пять на торможение и маневрирование для выхода на орбиту. Всё это время Эльза провела в каюте с какими-то своими мудрёными приборами, лишь пару раз заглядывала в рубку, узнать, как дела. Вообще-то в транспортнике не предусмотрены пассажирские каюты, но космофлотская подготовка позволяла мне обходиться без штурмана. Помимо наличия свободной каюты, такое совмещение позволяло мне какое-то время безболезненно снижать цены на перевозки и оставаться на плаву, пока конкуренты один за другим покидали сектор Веги.
Завершив орбитальное маневрирование, я по внутренней связи позвал Эльзу в рубку. Она пришла, немного заспанная и растрёпанная.
– Доброе утро, юная леди! Куда будем сажать эту колымагу?! – жизнерадостно поинтересовался я, чтобы взбодрить девушку.
– В каньон Анаконда, сейчас введу координаты, – негромко проговорила Эльза, зевнула и наклонилась к пульту.
"Да уж, про опасность она не преувеличивала", – подумал я, а вслух предупредил:
– Нам непременно нужно всё успеть за три часа, иначе рубка "Буревестника" превратится в скороварку с двумя большими фрикадельками.
– Я всецело полагаюсь на ваше мастерство, капитан.
Девушка вышла, а я принялся рассчитывать манёвр посадки.
Вернулась она незадолго до входа "Буревестника" в атмосферу. Не отрывая взгляда от экранов, я отметил, что девушка успела прихорошиться. Эльза села в кресло штурмана, пристегнулась и без особого интереса стала рассматривать Аврору на обзорном экране. Иссиня-серый шар в растрёпанных полосах серебряных облаков медленно надвигался на нас, занимая весь экран.
Вход в плотные слои атмосферы прошёл довольно гладко. По сравнению с метаново-аммиачной "жижей" Торбола горячая азотно-углекислая аврорианская атмосфера не создавала особых помех пилотированию. "Буревестник" лишь немного потрясло, когда мы попали в восходящий поток у границы каньона.
Я вывел на экран таймер, чтобы контролировать время нахождения на планете. Раскалённая лава, клокочущая на дне разлома, нагревала воздух до четырёхсот по Цельсию. Плотные облака пара и сажи сильно ограничивали видимость, а инфракрасные камеры слепли на жаре. Лететь пришлось, ориентируясь исключительно на показания радара.
Вскоре локатор нащупал в каньоне большой остров, с двух сторон омываемый потоками лавы. Этот остров и значился пунктом назначения на лётной карте. В центре острова обнаружился крупный металлический объект.
– Вы это ищите? – спросил я, указав на отметку на экране.
Эльза присмотрелась и произнесла:
– Да… Это он – "Пурпурный Квазар" – дредноут галактического класса.
– Неужели тот самый?
– Тот самый. Легендарный "Квазар" – герой второй войны новых миров. Он шесть дней отбивался от атак орионцев, прикрывая отступление имперской эскадры из сектора Веги. Сумел повредить семь из десяти вражеских вымпелов, а после исчерпания боеприпасов и топлива был "затоплен" экипажем на Авроре. У орионцев после того боя не осталось ресурсов для развития наступления. Вторая война новых миров на том и закончилась.
– Вы хорошо знаете историю, юная леди, – сделал я комплимент Эльзе.
– Это моя профессия, – поговорила девушка, но развивать тему не стала.
Мы как раз подлетали к дредноуту. Его корпус показался в разрыве облаков. "Пурпурный квазар" напоминал тушу выброшенного на берег огромного кита. Он распластался на скалах, выставив вверх "плавник" бортовых ракетных установок, и тускло поблёскивал бронёй.
– Он выглядит удивительно целым… – сказал я, присмотревшись.
– Будьте осторожны, его системы безопасности тоже могли уцелеть.
После слов Эльзы я передумал облетать "Квазар" в поисках удобной площадки и посадил "Буревестник" на первую же плоскую горизонтальную скалу, откуда робот-погрузчик смог бы добраться до дредноута.
На табло натикало тридцать минут.
Я повернулся к пульту управления погрузчиком и активировал Карго-мастера. На экране показались внутренности грузового трюма. Стоявший в углу робот шевельнулся, выходя из "спячки", поднял платформу с окулярами видеокамер и прогундосил:
– Для меня нашлась работёнка, хозяин?
– Это разве работа? – пошутил я. – В сравнении с Торболом – настоящий курорт, главное – не обгореть на солнышке.
Робот привстал на четыре ноги, покрутил клешнями-манипуляторами на руках, зашёл в шлюзовую камеру и гордо заявил:
– Я готов!
– Начинаем. – Я запустил процесс шлюзования.
Когда давление в камере сравнялось с наружным, дверца шлюза плавно отворилась. Карго-мастер одним прыжком выскочил на поверхность Авроры, осмотрелся и доложил:
– Всё чисто.
На экране, показывающем вид из глаз робота, не было ничего примечательного, лишь бурые скалы, валуны и мелкий песок, перекатывающийся под порывами ветра.
– За скалой справа разбитый боевой корабль. Подойди к нему и найди вход внутрь корпуса.
– О’кей, хозяин.
Робот трусцой побежал к "Квазару".
– Вы знаете, что и где искать? – обратился я к Эльзе.
– Знаю. – Девушка достала из кармана комбинезона какой-то приборчик с усиками антенн и маленьким экраном. – В общих чертах.
– Какая-то реликвия, имеющая сугубо историческую ценность?
– Можно сказать и так, – уклончиво ответила Эльза.
– Роб, дружище, в какую авантюру ты меня втравил на этот раз? – Вмешался в разговор робот, как раз подошедший к дредноуту. – Тут радиация фонит хуже, чем носки боцмана.
– Груз должен быть рядом с реактором, – подсказала девушка.
– Мастер, видишь пробоину в борту? Полезай туда.
– Будет сделано, но мне это не нравится, и не говорите потом, что я не предупреждал…
Робот включил прожектор и осмотрелся. На экране стали видны внутренности корабля. Палуба была сильно наклонена. Из стен торчали оборванные провода и погнутые трубы. Вдоль дальней стены сгрудились какие-то помятые машинные корпуса.
– Блок Си, третья палуба. – Эльза указала на надпись, появившуюся в углу экрана. – Это десантная палуба. Реакторный зал на второй палубе блока Ди. Там в углу дверь в соседний отсек.
– Мастер, открой ту дверь, – попросил я. – Но будь осторожен.
Робот нашёл выступ в двери, потянул. Дверь с густым ржавым скрипом отъехала в сторону.
– Что за!!! – воскликнул робот.
Вид на экране резко сменился. Оглушительно бухнуло, и на экране замельтешили пятна белого шума.
– Мастер, ты цел?! – обеспокоено спросил я.
– Обидно, слушай... Честное слово, ничего ж не сделал – только вошёл...
У меня отлегло на сердце.
– Что случилось? – спросил я.
– Был короткий радио-запрос, потом в дверь саданули из бластера, я едва успел отскочить. Обделался лёгким испугом и засвеченными окулярами. Пару минут надо посидеть, пока восстановятся.
– Это охранная система, – пояснила Эльза, а в микрофон попросила: – Мастер, передай мне код радио-запроса.
На пульт пришёл файл. Эльза вынула из кармана коробочку голограммного дисковода, отодвинула меня от пульта и подключила диск. На экран вывелось окно какой-то программы. Эльза ввела пару команд, и по окну побежали колонки цифр.
Появилось слегка размытое изображение с окуляров Карго-мастера.
– Пока только чёрно-белое… – прокомментировал робот
Бег цифр на экране прекратился. Эльза снова что-то ввела с клавиатуры и скомандовала:
– Мастер, передай ответный код.
– Передал. Теперь снова лезть под пули?
– Попробуй сунуть что-нибудь в проход, – предложил я.
Робот нашёл на полу что-то округлое и блестящее, поднёс к глазам-окулярам и, прежде чем я распознал его находку, трагическим тоном проговорил:
– Бедный Йорик…
– Подойдёт! – скомандовала Эльза. – Надень его на кость, там рядом лежит…
Мастер подобрал длинную кость, насадил на неё череп и выставил в дверной проём. В коридоре послышалось слабое жужжание, но выстрела не последовало.
Робот заглянул в коридор одним окуляром. В дальнем конце коридора из потолка свисала автотурель. Она держала Мастера на прицеле, но не стреляла.
– До конца коридора и направо, – приказала Эльза. – И быстро!
– Совсем вы меня не бережёте, – пробормотал робот, но всё же вошёл в коридор.
Сначала он двигался осторожным шагом, потом трусцой, мимо турели он побежал на полном ходу.
– Теперь налево и вниз по наклонному ходу в реакторный зал.
– Хозяин, может, не надо, а? – запричитал робот.
– Сделаешь всё быстро – получишь двойной дезактивационный душ, – предложил я, а затем привёл решающий аргумент: – А ещё я тебе поставлю обновление с пошлыми шуточками.
– Тогда я мигом, хозяин. – Робот бодро зацокал по пандусу всеми четырьмя ногами.
В реакторном зале датчик радиационного фона зашкаливал.
– Ищи резервный комплект стержней замедлителя у правого борта, – посоветовала Эльза.
Робот подошёл к стене, которая на всю длину была занята стеллажами с ящиками разных размеров.
– Вон тот стеллаж, у центра, – сообщила девушка, – ящики с маркировкой MR-4. Ищи среди них тот, который короче других дюймов на десять.
Я посмотрел на таймер. Минуло всего-то полтора часа, а в рубке уже становилось жарко.
Мастер быстро наловчился проверять ящики. Он резво снимал фиксаторы, вынимал ящик и ставил рядом с соседним. Те были равны, как на подбор. Прикинув, сколько времени понадобится Мастеру, я вытер со лба проступивший пот и достаточно громко проговорил:
– Я, конечно, понимаю… Историческая ценности и всё такое…Но, может быть, не стоит так секретничать? У Мастера есть рентгенсканер. Он в полминуты прошерстит все коробки и найдёт нужную. Знать бы только, что конкретно нужно искать…
– Это не ваше… – начала Эльза, но её перебил мой догадливый робот.
– Всюду бериллий, лишь в одной коробке углерод – около пятидесяти килограммов.
– Хватай короб с углеродом и бегом на "Буревестник".
Я вернулся к пилотажному пульту и стал запускать системы корабля для взлёта.
Когда ноги робота зацокали по трапу грузового отсека, всё было уже готово к взлёту. "Буревестник" взмыл ввысь ещё до того, как люк шлюзовой камеры закрылся полностью.
– Я требую свой душ! – капризно заявил Карго-мастер.
Я включил продувку шлюза, выбрасывая с корабля радиоактивную пыль.
– Будет тебе душ. Выйдем на орбиту – зайдёшь в кабинку дезактиватора. И груз захвати.
"Буревестник" мелко вибрировал, набирая скорость и высоту. Температура в рубке поднялась под сорок. Эльза, нахмурившись, сидела в кресле штурмана.
– Бриллианты? – решил уточнить я.
Вместо ответа Эльза отвернулась, по-детски вздёрнув носик.
Я улыбнулся и сосредоточился на пилотировании.
Когда "Буревестник" вышел на орбиту, я ещё раз продул шлюзовую камеру и открыл люк в грузовой трюм. Карго-мастер сразу забрался в кабинку дезактиватора и замурлыкал под струями очищающей пены.
Я сориентировал корабль по звёздам, запустил расчёт траектории к Пальмире и, сугубо рефлекторно, посмотрел на экран гравитационного сканера дальнего обзора. Сканер зафиксировал наличие двух объектов с огромной скоростью движущихся в нашу сторону.
Я побарабанил пальцами по краю пульта. Дело принимало серьёзный оборот. Приняв решение, я перевёл реактор в режим повышенной мощности, активировал противометеорное силовое поле и включил на прогрев гипердрайв.
"Хорошо, что оба движка заправили заранее", – подумал я, а вслух сказал:
– Когда вернёмся на Пальмиру, и Железный Бен заверит выполнение контракта по доставке груза, мы можем заключить новый контракт. Поправьте, если ошибаюсь, юная леди, вы с бриллиантами отправитесь сразу на Идиллию?
– Откуда?... – встрепенулась Эльза, но тут же осеклась: – О чёрт…
– Даже два. – Я показал на экран грависканера. – Эти черти всего в каких-то тридцати тысячах километров от нас и рьяно сбрасывают скорость после субсветового полёта. Такое под силу лишь боевым машинам с безумно ёмкими гравикомпенсаторами. Думаю, это абордажно-штурмовые катера орионцев…
На пульте как раз замигал индикатор голосового вызова. Я включил связь.
– Именем Конфедерации, приказываю оставаться на занятой орбите, – донеслось из динамиков. – Предупреждаю, при попытке маневрирования, мы откроем огонь.
– Совсем обнаглели, а…
Я повернулся к Эльзе. Та была бледнее мела.
– Так что, юная леди, расскажете, как всё обстоит на самом деле, или предпочитаете общаться с орионцами? Они будут здесь минут через пять.
И тут девушку пробило на откровенность.
– Вы не понимаете! Это наш последний шанс. Я шесть лет искала его. Обшарила больше сотни астероидов в секторе Веги и ещё с десяток миров на границах с Конфедерацией. И надо же было так случиться, что я поймала шифрованный сигнал, случайно пролетая мимо Авроры, когда возвращалась на Пальмиру для дозаправки. До помолвки Хельги оставалось меньше двадцати дней, а на всей Пальмире не нашлось ни одного корабля, способного спуститься в аврорианское пекло. Вы были моей последней надеждой! Роберт, прошу вас, помогите мне, и королевский дом Идиллии щедро отблагодарит вас.
Эльза заплакала.
– Ну что ты, девочка… – Я подошёл к девушке, приобнял, прижимая лицом к своей груди, погладил её по волосам. – Я спасу и тебя, и всё королевство. А пока успокойся, пристегни ремни и крепко возьмись за поручни.
Я вернулся к пульту и посмотрел на экран. Абордажные катера были уже совсем близко, заходили с двух сторон. Я включил двигатели.
– Немедленно прекратите маневрирование! – Раздалось из динамиков. – На счёт три мы откроем огонь! Раз…
– Да валяйте!
Я подал команду на выброс дезактивационного раствора. "Буревестник" окутало плотное облако пара. Это ненадолго защитит нас от лазерных лучей, а бластеры и кинетические снаряды не пробьют защитное поле.
– Держитесь, юная леди! – выкрикнул я и опустил рычаг гиперпривода.
Тряхнуло так, что в ушах зазвенело, а перед глазами заплясали разноцветные круги.
Глянув на показания сканера и не обнаружив преследователей, я спросил у Эльзы.
– Как вы себя чувствуете, юная леди?
– Бывало и лучше, – хрипло проговорила она. – Что это было? По нам стреляют?
– Пускай стреляют… – Я улыбнулся. – Мы теперь очень далеко. Это был гипер-с-места – уход в гиперпространство без набора субсветовой скорости. Самое то, когда нужно быстро унести ноги. Космофлотские штучки. На обычных кораблях такой способ перемещения практически не используют. Перегрузки колоссальные, хоть и длятся ничтожную долю секунды.
– И где мы сейчас? – поинтересовалась Эльза. Он понемногу приходила в себя.
– Понятия не имею! Нас отбросило от Веги где-то на четверть светового года – гипергравитационное выталкивание. Это эффект от действия тёмной энергии. Корабль, вошедший в гиперпространство на малой скорости, выталкивается из зоны повышенной гравитации в межзвёздное пространство. Обычный гиперпрыжок осуществляют после набора субсветовой скорости, это позволяет стабилизировать точку выхода. Правда, нужно очень точно рассчитать вектор входа в гипер с учётом всех гравитационных эффектов вдоль трассы гиперперехода.
– Я что-то об этом слышала, – негромко сказала Эльза. – Из-за выталкивания создание гиперпривода запоздало на сотни лет. Повезло исследователям в системе орионского красного карлика. Гипердрайв позволил орионцам за каких-то двести лет создать своё государство, равное по могуществу старой Империи Терры, которая веками строилась за счёт колонизации новых миров субсветовыми звездолётами.
– Зато "Буревестник" им сейчас не догнать.
– Мы полетим на Идиллию? – с надеждой спросила Эльза.
– К сожалению, не получится. У меня нет актуальной гравитационной лоции для межзвёздного прыжка к Идиллии. Можно промахнуться на пару парсек, а заряд для гипердрайва остался всего один. Ничего, на Пальмиру мы вернёмся с лёгкостью. Чинно и благородно, с набором субсветовой скорости для стабилизации прыжка. Там заправимся, обновим лоцию и заключим новый контракт…
Эльза погрустнела и задумалась.
– Осталось всего шестнадцать дней. Сложно успеть, даже на скоростной яхте.
– Успеем, – заверил её я. – Если хорошо "прицелиться", после гиперпрыжка можно не тратить время на торможение. А сейчас, юная леди, пока реактор охлаждается и нам нечем больше заняться, может быть, соизволите рассказать, что это за бриллианты такие? И зачем они нужны на Идиллии так срочно?
– Там один бриллиант, – гордо произнесла Эльза. – "Звезда Короны" – единственный во всей Вселенной голубой бриллиант в четверть миллиона карат. Его похитил капер Конфедерации по кличке Джек-Соловей в период между второй и третьей войнами новых миров. Тогда в Империи только начинали строить корабли с гипердрайвом, и субсветовые яхты знати становились лёгкой добычей пиратов. Джек-Соловей похитил "Звезду Короны" и где-то спрятал. Больше полутора веков её никто не мог найти. Нужно быть таким мерзким извращенцем, как Джек-Соловей, чтобы спрятать величайшую реликвию Идиллии в таком адском пекле, как Аврора, да ещё в радиоактивном нутре легендарного дредноута, вместе с которым погибли лучшие сыны Идиллии.
– Кажется, я догадываюсь, зачем вам понадобился бриллиант, юная леди. Кто владеет "Звездой Короны", тот владеет внешними мирами Империи?
– Вы правы, Роберт, хоть это и присказка, но в сложившейся ситуации спасти Идиллию от нападения орионцев может лишь возвращение бриллианта законному владельцу. Скоро принцесса Хельга, наследница трона Идиллии, станет совершеннолетней. А по давней традиции на следующий день после двадцатилетия к девушке могут свататься женихи. Их двое – принц Империи Карл-Густав и орионский герцог Оберон. Карл-Густав высокомерен, он сделает предложение Хельге, лишь если у неё будет достойное приданное, например, "Звезда Короны". В этом случае Империя защитит Идиллию от агрессии орионцев. Герцог Оберон тоже собирается сделать Хельге предложение. Если она ответит отказом, орионцы объявят войну, используя оскорбительный отказ как повод для вторжения. Если примет, тогда Идиллия достанется Оберону без боя. Впрочем, это совершенно невозможно, ведь Оберон потомок пиратов, опустошавших Идиллию в позапрошлом веке.
– А зачем Оберону Идиллия? Там же нет никаких ресурсов, кроме солнца, моря и свежего воздуха?
– Там есть здравницы и санатории… – Эльза вздохнула, словно отвлёкшись на воспоминания. – Идиллия практически готовый госпиталь на миллион коек в непосредственной близости от линии фронта.
– Орионцы готовятся к войне с Империей?
– После открытия лантановых астероидов они штампуют гипердрайвы как сосиски. Скоро у них будет огромный флот… Я могу спасти Идиллию и всю Империю, лишь вовремя передав бриллиант се… – Эльза зажала рот ладошкой, но было поздно. Впрочем, я давно уже обо всём догадался.
– Принцесса Элизабет?! – деланно удивился я. – А ведь я заметил сходство с принцессой Хельгой, но не понял, что к чему. Когда я последний раз видел вас в новостях, Вам было лет десять…
– В одиннадцать я отправилась на поиски "Звезды Короны". Понимаете, это дело нельзя было поручить постороннему.
– Понимаю, юная леди. – Я повернулся к пультовым экранам. – Думаю, Вам не помешает отдохнуть, а я пока подготовлю корабль к перелёту до Пальмиры.
***
В те четыре дня, пока "Буревестник" набирал скорость перед гиперпрыжком, Эльза регулярно наведывалась в рубку. Она интересовалась управлением корабля, расспрашивала про добычу руды на Торболе, немного рассказала о своих странствиях. Она пыталась разузнать о моей службе в космофлоте и причинах ухода из него. Я отделался общими фразами о том, что история мутная и вспоминать нет никакого желания. Впрочем, Эльза не слишком донимала меня расспросами, так как нашла в лице карго-мастера замечательного собеседника. Тот никак не мог нарадоваться новой базе с шутками и острословил по поводу и без. Эльза то хихикала или ржала в полный голос, то заливалась румянцем, когда шуточки опускались ниже ватерлинии. Девушке очень понравилось общаться с Мастером. Она даже расстроилась, узнав, что в грузовой отсек можно попасть только через наружный грузовой шлюз после приземления.
Гиперпрыжок прошёл без сучка, без задоринки. Мы вышли из гипера в какой-то сотне тысяч километров от Пальмиры со скоростью чуть выше орбитальной. Эффект гипервыталкивания погасил скорость, набранную для стабилизации скачка.
Незадолго до посадки Эльза вошла в рубку. Она сменила лётный комбинезон на лёгкий бежевый сарафан, перехваченный широким коричневым поясом, и наложила яркий макияж. В таком наряде девушка выглядела просто сногсшибательно, к тому же от неё очень приятно пахло духами. Когда Эльза села в кресло штурмана, по рубке распространился лёгкий цветочный аромат с тонкой ноткой какой-то животной страсти. Мне даже захотелось перед ней покрасоваться. Выходя на посадочную глиссаду, я заложил лихой вираж, выжав максимум из двигателей "Буревестника".
Когда посадочные опоры транспортника плавно коснулись бетонных плит космодрома, Эльза негромко поаплодировала и сказала:
– Ура! – Она достала из пакета бутылку идиллийского игристого и два фужера на высокой ножке. – Давайте отметим успешное завершение полёта, капитан!
Элизабет откупорила бутылку. Пока я отключал бортовое оборудование, она разлила вино и протянула мне фужер.
– Я хочу выпить за вас, капитан! Лишь благодаря вашему опыту и смекалке мы смогли выбраться с Авроры целыми и невредимыми. Королевский дом щедро вознаградит вас за отвагу и преданность.
Я принял бокал из её рук, посмотрел на бутылку и произнёс:
– "Райский сюрприз"? Само это вино уже достойное вознаграждение. За вас, юная принцесса!
Мы чокнулись и выпили. Из-за особенностей идиллийского розового винограда вино подчас давало непредсказуемый наркотический эффект, оттого оно и называлось "Райский сюрприз". Вкус напитка был бесподобен. Девушка закатила глаза, наслаждаясь вином, поставила бокал на край пульта и подошла ко мне вплотную.
– Роберт, вы даже не представляете, как я вам благодарна… За всё… – проговорила она и, наклонившись, поцеловала меня в губы.
Я растерялся и не отдёрнулся лишь из-за подголовника пилотского кресла, но вино и аромат духов мгновенной вскружили мне голову. Я схватил Эльзу за затылок, крепче прижимая её губы к своим, другой рукой привлёк девушку за талию, усаживая к себе на колени. Губы принцессы были нежными и сладкими, как клубника. После продолжительного поцелуя она оторвалась от моих губ, судорожно вдохнув воздуха. Кончиком языка я провёл по её подбородку и щеке и вцепился губами в мочку уха. Аромат духов вновь всколыхнул меня до самых глубин, разжигая животную страсть. Скользнув губами по шее девушки, я впился жадным поцелуем в ложбинку между ключицами, одновременно отыскивая застёжку-молнию на сарафане.
Одним движением я расстегнул молнию и стянул бретельки с её плеч, выпуская на волю упругие груди с отвердевшими нежно-розовыми сосками. Скользнув губами в ложбинку между грудями, я на миг остановился перевести дух и запустил руки под подол её сарафана, ощупывая ягодицы. На Эльзе не обнаружилось нижнего белья, а попка оказалась столь обольстительно упруга, что я не удержал сладострастного стона и впился губами в её сосок, нежно его покусывая.
Эльза откинулась и крепко ухватила через ткань комбинезона моё орудие любви, находящееся в полной боевой готовности. Каким-то невероятным образом она сумела расстегнуть ширинку и выпустить мою страсть наружу. Пройдясь пальцами вдоль ствола, она водрузилась на навершие жезла и застонала от наслаждения.
Проникновение оказалось мучительно приятным. Я замер, затаив дыхание. Эльза чуть подалась вверх и вновь со стоном опустилась. Потом ещё и ещё, всё ускоряя ритм. Мне, пристёгнутому ремнями к противоперегрузочному креслу, оставалось лишь ласкать её спину, талию и бёдра. Груди подпрыгивали так высоко и быстро, что мне не удавалось вновь припасть с поцелуем к её соскам.
Эльза вдруг сменила направление движений, вращая бёдрами и прижимаясь ко мне животом. Я застонал от щемящее-нежного наслаждения и обнял её едва ли не со всей возможной силой. Эльза прижалась ко мне, часто-часто задышала и вдруг вздрогнула всем своим молодым гибким телом. Перекатывающиеся волны пульсирующего наслаждения накрывали меня одна за другой, и тут я тоже не выдержал, взорвавшись, как сверхновая, и выбрасывая во вселенную неудержимые потоки раскалённой плазмы.
Время словно замерло для меня. Где-то в бесконечных далях пространства-времени первородная плазма остывала, превращаясь в газопылевые туманности. В туманностях зарождались неоднородности, стягивающиеся в протопланетные диски. Ядро диска уплотнялось, пока не вспыхивало молодой звездой, вычищая окрестности от газа и пыли. Вот на железокаменный шарик, вращающийся вокруг звезды не слишком далеко и не слишком близко, одна за другой падают кометы – сугробы первозданной материи с окраин системы. Они несут с собой воду и углеводороды, покрывая юную планету океанами, в которых закономерно зарождается новая жизнь.
Стремительной круговертью проносятся дни, годы и тысячелетия. Жизнь развивается во всём многообразии и как вершина эволюции появляется человек. Человек бросает дерзновенный вызов Вселенной, пересекает бесконечную пустоту межзвёздного пространства и, наконец, находит то, что было заповедано Создателем – райский уголок галактики – планету Идиллия.
Я вдруг понимаю, что я и есть этот Человек – покоритель бескрайнего космоса, который наконец-то нашёл своё счастье. И счастье это – нескончаемо нежная и желанная юная девушка, которая где-то рядом, а я в расслабленном блаженстве нежусь на тёплом песке под нежными лучами недавно взошедшего солнца…
Но где же моё счастье?
– Эй, боец! Ты уснул, что ли?
Я нехотя понимаю, что мне всё это только приснилось, и открываю глаза. Передо мной стоит Железный Бен с планшеткой, из которой выглядывает уголок листка с контрактом. Всё правильно, я ещё с орбиты предупредил его, что нужно закрыть предыдущий контракт и заключить новый, и попросил зайти на "Буревестник" вскоре после посадки.
Осмотревшись, я обнаружил закупоренную бутылку идиллийского игристого. Выходит, не все из сладких грёз мне просто привиделись. Я успел привязаться к Эльзе, а она вдруг исчезла. На душе стало тоскливо, хоть волком на луну вой. Впрочем, воем делу не поможешь, да и нет у Пальмиры своих лун. Глубоко вдохнув, я сосредоточился на дальнейших действиях.
Беглый разбор ситуации показал, что Карго-мастер каких-то сорок минут назад, без зазрения совести, отдал Элизабет ящик со "Звездой Короны", а пятнадцать минут назад скоростная одноместная яхта "Night Star" вышла на орбиту.
– Облапошила тебя клиентка, – проговорил Бен. – Хорошо, хоть аванс догадался взять…
– Даже не знаю… – Я задумался, прикидывая варианты дальнейших действий. – Может статься, она оставила в оплату бутылку Идиллийского игристого.
– Да неужели? – Бен заинтересованно осмотрел бутылку. – Может статься, что ты ничуть не прогадал. Вино урожая 3115 года – да это же любовь в чистом виде! К тому же концентрирования…
– Слушай, Бен, у тебя нет никого знакомого на космодроме, кто поможет достать билет на завтрашний экспресс до Идиллии?
– Ха! – Бен усмехнулся – А то сам не знаешь?
– Знаю, потому сразу к тебе и обращаюсь. Время не терпит.
***
Начинались сумерки. Мы с Крисом и ещё тремя гвардейцами затаились за голографическими кустами возле аллеи, ведущей к гостевому флигелю. Здесь, в дальнем углу дворцового парка поселили делегацию Конфедерации Ориона. Королевский дворец был охвачен суматохой последних приготовлений перед празднованием дня рождения принцессы Хельги. Моё появление добавило немного суматохи, но она терялась на общем фоне.
К счастью Крис Скайлайн, мой сослуживец по космофлоту, не только всё ещё служил в гвардии, но и дослужился до начальника дворцовой стражи. Я связался с Крисом заранее, поэтому мне удалось, не привлекая лишнего внимания, попасть во дворец и подробно объяснить ему сложившуюся ситуацию. Крис всё понял и быстро организовал наблюдение за вернувшейся из долгих странствий принцессой Элизабет. Как я и ожидал, Эльза не бросилась в объятия сестры с увесистым рюкзаком за плечами, а заперлась в своей комнате.
Крис прижал к уху рацию.
– Принято, – негромко проговорил он и, обернувшись ко мне, прошептал: – Идёт.
Я присмотрелся. С боковой тропинки показалась девичья фигурка, ссутуленная тяжёлой ношей. Эльза поминутно оглядывалась, но заметить нас не могла.
Когда принцесса проходила мимо засады, маскировочная голограмма растворилась, и аллею залило ярким белым светом. Крис вышел на тропинку и строго сказал:
– Остановитесь, Ваше Высочество!
Рядом с ним встали двое гвардейцев, ещё один перекрыл Эльзе путь к отступлению.
– Что здесь происходит? – возмущённо воскликнула Эльза. – Я принцесса и имею право…
– Вот сейчас мы и выясним, что здесь происходит на самом деле, – сказал я, выходя на тропинку. – Крис, короля позвали?
– Да. Он будем здесь минут через пять. – Крис отступил на шаг, давая мне право вести беседу.
– Эльза, надеюсь, ты шла не на встречу с герцогом Обероном, чтобы отдать ему "Звезду Короны" и всё королевство в придачу? – сказал я и, с нажимом, добавил: – Ты просто вышла прогуляться перед сном, а бриллиант взяла с собой, чтобы он ненароком не потерялся? И планов стать королевой при короле Обероне у тебя никогда не было?
– Но, как ты сумел?!..
– Идиллийский экспресс, милая. Помнишь гипер-с-места? Экспресс скачком выходит в зону чистую от гравитации, а уже там набирает скорость стабилизирующую гиперпереход. Вдали от звёзд разгоняться проще. Я опередил тебя всего на шесть часов, но этого оказалось достаточно.
– И что теперь? Ты сдашь меня отцу?
– Зачем это мне? Мы поступим так, как и планировали с самого начала. Сейчас ты отдашь королю "Звезду Короны", а меня представишь как своего главного соратника в поисках.
– Но как ты догадался?
– Элементарно. Пиратское поисковое оборудование, образцы кодов для отключения охраны, а главное – слишком распущенное для аристократки поведение. Думаю, ты вышла на представителей Конфедерации, перепробовав другие способы поиска, тут-то тебе и сделали предложение, от которого трудно отказаться. Сами они не знали, где спрятан клад, иначе давно нашли бы сами, но были осведомлены о повадках Джека-Соловья… – Я заметил отблески света, просвечивающие сквозь кусты живой изгороди. – Впрочем, это уже не важно. Давай рюкзак.
Я протянул руку. Эльза нехотя сняла рюкзак и передала мне.
– Король идёт, – сообщил Крис.
Из-за поворота показался пожилой мужчина в сопровождении двух гвардейцев. Не узнать Конора IV было сложно, хотя, со времён парада в честь семидесятилетия победы в третьей войне новых миров, когда я впервые видел короля "вживую", благородной седины в его волосах и бороде изрядно прибавилось.
– Ваше Величество, – сказал Крис и коротко поклонился.
– Отец? – Эльза понурила голову.
– Элизабет! – воскликнул король. – Днём я слышал, что ты вернулась после долгого отсутствия. Почему ты сразу меня не навестила?
– Извини, папа, я ждала своего друга, он…
– Добрый вечер, Ваше Величество. – Я вышел вперёд. – Простите, я немного задержался в пути, а мы с Эльзой хотели вместе отдать Вам то, что много лет искали, и что по праву принадлежит Вам.
Я расстегнул рюкзак и вынул из него огромный драгоценный камень. Воцарилось молчание. Все восхищенно рассматривали бриллиант, переливающийся всеми цветами радуги в свете фонарей.
– О, мой Бог… – Конор IV осторожно принял из моих рук увесистый самоцвет. – Это "Звезда Короны"?! Бесценная реликвия, возможности лицезреть которую были лишены шесть поколений идиллийцев?!
– Это она, Ваше Величество, – сказал я и поклонился.
– Отец, моего друга зовут Роберт Бризер, – сказала Эльза. Кажется, она взяла себя в руку. – Роберт оказал мне неоценимую помощь в поисках…
– Роберт? – Король внимательно посмотрел на меня. – На какой планете вы родились?
– Ваше Величество, я имею честь быть подданным королевства Идиллия. Раньше служил в космофлоте, бок о бок с Крисом Скайлайном.
– Крис, что скажете?
– Ваше Величество, Роберт великолепный пилот и достойный человек. Он смел, находчив, целеустремлён и бесконечно предан Идиллии.
– Что ж… – сказал Конор IV, чуть поразмыслив. – За неоценимую помощь королевству я жалую сэру Роберту дворянское звание и титул графа…
– Мегабарных атмосфер, – подсказала Эльза.
– Титул графа мегабарных атмосфер, – согласился король, хоть и приподнял бровь от удивления. – Что вы хотите в благодарность за ваши подвиги, сэр Роберт?
– Ваше Величество, мы с Эльзой многое пережили вместе и стали очень близки. Я хотел просить руки вашей дочери. Ничего более мне не нужно.
– Эльза? – Король вновь был очень удивлён. – Ты не против?
Надо было видеть в этот момент выражение лица принцессы – смесь гнева, восхищения и удивления. Эльза быстро поборола эмоции, вот что значит аристократическое воспитание, и уверенно произнесла:
– Роберт очень дорог мне, папа. Я буду счастлива стать его женой, когда достигну совершеннолетия.
Король Конор IV серьёзно задумался. Крис подошёл к нему и что-то прошептал. Я расслышал только фразу "затронута честь".
– О! – вновь удивился король. – В таком случае, дети мои, даю вам своё благословение. С этого дня вы официально помолвлены. Живите счастливо.
Мы с Эльзой взялись за руки и дружно поклонились.
– А с тобой, Элизабет, я ещё поговорю, – сказал король и передал тяжёлый бриллиант начальнику стражи. – Пойдёмте, Крис, нам предстоит организовать переговоры с принцем Карлом-Густавом. А молодым, наверняка, не терпится остаться наедине.
Когда Конор IV в сопровождении гвардейцев скрылся из виду, я улыбнулся самой искренней улыбкой, на которую только был способен, и проговорил:
– Ты даже не представляешь, как я по тебе соскучился…
Эльза наконец-то дала волю эмоциям.
– Каков нахал! – воскликнула она. – Наглец! Безродный плебей, а в женихи как ловко набился?!
Я подошёл к ней ближе.
– Негодяй!
Принцесса ударила меня кулачком в грудь, замахнулась вновь, но я схватил её за руку, притянул к себе, обнял и поцеловал. Сначала она пыталась вырваться, но через мгновение расслабилась, обняла меня за плечи и ответила на поцелуй.
Думаю, всё у нас будет хорошо.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования