Литературный конкурс-семинар Креатив
Креатив 22: «Ветер перемен, или Не Уроборосом единым»

Роланд Малер - Рождение героя

Роланд Малер - Рождение героя

 
Из души глубин  
Просыпается,  
Богатырь с былины  
Начинается.  
И вынесет как взрывом с избушки ворота,  
Ядрёность — образ жизни.  
Татитаритата!  
Нейромонах Феофан – Ядрёность образ жизни  
 
 
Великий Рандом проснулся в холодном поту. До рассвета оставался еще час, однако лечь досыпать ему не хотелось – ночной кошмар отогнал сонливость почище ведра кофе, заваренного в энергетике вместо воды. К слову, подобным снадобьем Рандом периодически пользовался, когда дедлайны подступали совсем близко и скалили, скалили свои кривые, неумолимые пасти. Зелье Последнего Момента, как его окрестил сам Рандом, работало безотказно – бог непринятых решений успевал в считанные минуты свернуть горы, развернуть бурную деятельность, закатать губу и раскатать проблемы в лепёшку. Правда, потом приходилось отсыпаться. Неделями. Иногда месяцами.
– Хозяин, хозяин, – к кровати Рандома подбежал Четырнадцать. – Что с вами? Вы кричали во сне!
– Мне приснился кошмар, будто мой младший сын превратился в купидона, стал, знаешь, таким ма-аленьким, пу-ухленьким херувимом с крылышками, но потом влюбился в смертную и пошёл против системы… б-р-р, до сих пор жутко.
– Страшный сон, хозяин!
– Не то слово, Четырнадцать. Слушай, ты не видел мой второй носок?
– Рандом! – Фейт ворвалась в спальню распахнув двери так, что те грохнули о стены, свалив с последних несколько картин. – Твой младший сын…
– Стал купидоном?! – Хором воскликнули Рандом и его слуга.
– Чего? Каким еще купидоном? Он сбежал!
– Сбежал?
– Да, сбежал. Это когда натихую собирают манатки и посреди ночи сваливают из дворца, оставив на холодильнике записку: "Мама, папа, я ушёл искать приключения. К обеду не ждите. Люблю, ваш сын Хиро. P.S. Бард пошёл со мной, передайте дяде и тёте, чтобы они не волновались!"
– Так он и Барда с собой прихватил? Ну, милая, им же седьмой век пошёл, возраст такой. Погуляют, проголодаются, да и вернутся. Тем более Хиро не в первый раз убегает.
– Вот именно! Помнишь, что он вытворил, когда сбежал в первый раз?
– Эм-м…
– Он отправился в Древнегреческую Мифологию, забрался в царство Аида и всех "бабушек" и "дедушек" перевёз через Стикс! Да ещё и покалечил ту милую собачку...
– Да ладно, Аид же всё понял, всё-таки родственник, пусть и дальний. Да и Харону я одну из своих яхт тогда подарил, его старое корыто давно уже дышало на ладан…
– Во второй раз он решил победить дракона…
– Ну это да, со Смаугом неудобно получилось…
– Затем он наигрался в стрелялки, и "пошёл бить супер-мутантов"!
– Да, с ётунами вышло ещё неудобнее. Утгард он тогда разнёс так, что мама не горюй…
– Мне продолжать?
– Понял-понял-понял! Четырнадцать, принеси из моего кабинета Компас Всех Путей, пожалуйста. А, и брюки какие-нибудь! Как мы будем его искать-то?
– Судьба всегда найдёт своего героя, – то ли мрачно, то ли всё-таки с гордостью, ответила Фейт.
 
***
 
– Где это мы? – спросил Рандом, оглядываясь по сторонам. – О, пагоды! Похоже, мы в Азии.
– Да, и к нам бегут вооружённые люди.
– Злые вооружённые люди, – уточнил Рандом, приглядевшись. – Как думаешь, Хиро всё-таки был здесь?
– Бей вандалов, бей! – кричали злые вооружённые люди.
Рандом двинулся к ним на встречу, миролюбиво подняв руки:
– Хе-хей, добрые люди, мы не желаем вам зла! Вы всего-лишь ищем нашего сына и его друга. Они потерялись! Твоя моя понимать?
– Ваш сын – высокий, статный юноша малого ума, с золотыми кучерявыми волосами, а его друг всё время дерёт струны на лютне и орёт дурным голосом странные песни? – Спросил предводитель злых вооружённых людей.
– Не сказал бы, что это исчерпывающее определение, но отдалённое сходство имеется, да…
– Вандалы!
– Да что вы всё заладили "вандалы, вандалы"? – недовольно спросила Фейт, незаметно подкручивая заводные головки Компаса.
– Он совершил святотатство! Он оторвал головы священных статуй Львов во всех храмах!
– О… да, неприятно. Фейт, долго ты там еще будешь возиться?!
– Не торопи меня! – зашипела супруга в ответ.
– Взять их! – приказал предводитель злым вооружённым людям.
– Стоп-стоп-стоп! – закричал Рандом. – Сначала скажите, какова вероятность того, что у всех вас внезапно лопнут пояса, и ваши штаны, которые, к слову сказать, состоят из двух отдельных ноговиц, упадут?
– Ха-ха-ха! – Предводителя вопрос явно позабавил. – Такое будет разве что в тот день, когда вороны кверху пузом полетят!
– Да пожалуйста, – улыбнулся Рандом, щелкнул пальцами и указал куда-то на северо-запад.
Все посмотрели в указанном направлении и ахнули от удивления: большая стая ворон летела, демонстрируя чудеса высшего пилотажа – часть из них действительно парила кверху пузом, другие делали "бочку", а некоторые и вовсе выписывали петли Иммельмана и Нестерова.
– А низко летят, дождик будет, – задумчиво пробормотал Рандом, за миг до того как они с Фейт исчезли.
Насмотревшись на необычных воронов и убедившись, что чародеи действительно пропали, злые вооружённые люди уныло разбрелись по домам, придерживая руками падающие штаны.
 
***

– Фейт, мы в тюрьме, его всё-таки арестовали!
– Да замолчи ты, это не тюрьма а зоопарк!
– Да, действительно, – согласился Рандом, оглядевшись. – И к нам опять кто-то бежит. На этот раз один. Но снова злой. Хе-хей, добрый человек, мы пришли с ми…
– Златокудрый дуралей с дубиной и бесноватый козлодёр – ваши дети?
– А что, похоже?
– Да! С вас один миллион триста восемьдесят семь тысяч пятсьот семьдесят два золотых галеона!
– Это что, требование выкупа?!
– Нет, это штраф за причиненный Центральному Зоологическому Саду Фантастических Зверей ущерб!
– Фейт? – прошептал Рандом. – У меня с собой нет столько…
– Пять минут! – тоже шёпотом ответила супруга.
– Но какой именно ущерб они причинили, на такую-то сумму?
– Сперва блондин сломал своей дубиной аквариум Лох-Несского чудовища. Затем он перелез через ограждение и устроил бой с кентаврами, покалечив семерых несчастных! Когда подоспела охрана, негодник уже был в вольере Критского быка, у которого в тот момент как раз была случка с уникальными коровами самого фермера Гериона! У несчастного животного теперь депрессия, а ведь это вымирающий вид!
– Жаль слышать…
– А нам жаль Стимфалийских птиц, которые от диких воплей парня с лютней пришли в бешенство и принялись заклёвывать друг друга насмерть!
– Что было дальше?
– В конце концов мы их схватили. Поскольку у них при себе не было денег, я решил, что они должны отработать причинённый ущерб, и, для начала, отправил их убирать навоз в конюшнях. Они сделали вид, что усердно работают и я ослабил бдительность, чем они воспользовались и сбежали через кухню, прихватив там несколько золотых яблок на дорожку!
– Очевидно мальчики проголодались,  вмешалась в разговор Фейт. – Милый, пора!
– Да-да-да, итак, сейчас я выпишу вам чек мистер.. э-э-э…
– Харгид. Хар-гид. Сначала "р", потом "г"! Вечно все путают, не понимаю почему!
– Да-да, так где же моя чековая… ух ты, лошадь Пржевальского! – воскликнул Рандом, указывая за спину смотрителя зоопарка.
– Где? – Харгид посмотрел в указанном направлении, в надежде увидеть уникальное, сказочное создание. Разумеется, за его спиной никого не было. А те, кто только что были прямо перед носом тоже исчезли.

***

– И где мы теперь?
– Марсово поле.
– Ну вот уточнила, так уточнила! Париж, Мюнхен, Рим, Питер, Афины?
– Милый, может ты уже протрешь глаза наконец? Это сильно похоже на Париж или Мюнхен?!
Рандом окинул взглядом пустынные холмы, увенчанные разнообразными руинами. Взглянул на затянутое свинцовыми тучами небо, подставив лицо под редкие, но крупные капли холодного дождя. Вдохнул сырой воздух, слегка пахнущий морем, и сказал:
– А, ну сразу бы сказала, что Питер. Хотя архитектура тут раньше была получше, да и Нева со всеми мостами куда-то подевалась…
– Идиот! Это оригинальное Марсово поле, самое изначальное! Ты что, так ничего и не понял?!
– Эм-м, вообще-то не очень. Но ты потом объясни, тут опять какие-то вооружённые люди бегут. Хотя постой… не к нам бегут… куда-то на север. Фейт, а ты куда?
– Не стой столбом, Хиро и Бард там!
– Хорошо, хорошо, – Рандом бросился вслед за женой. – Кстати, можешь пока объяснить…
– Милый, я тебя люблю, но ты кретин! Помнишь пропавший пояс моей двоюродной тёти Ипполиты?
– Это которая бой-баба? Припоминаю что-то такое…
– Так вот, я теперь уверена, что это дело рук Хиро.
– Вот же маленький извращенец! Хотя, если припомнить наших древнегреческих родственничков, то это так, невинная шалость…
– Дело не в этом! Оторванные головы львов, Стимфалийские птицы, Критский бык, золотые яблочки. Ну как, звенят колокольчики?
– А-а, подвиги одного из Зевсовых бастардов! Как же его звали… Оракул? Нет. Гомункул…
– Геракл!
– Да, точно, Геракл! Ну, видимо мальчик вдохновился…
– Рандом, нельзя повторять чужие подвиги!
– Да?
– Да! Подвиг на то и подвиг, он должен быть уникальным деянием каждого героя.
– И что, теперь Хиро будет всю жизнь бегать голый, с львиной башкой вместо шапки и раз в четыре года устраивать Олимпийские игры?!
– Нет!
– Фу-ух, отлегло…
– Рандом, даже два идентичных великих подвига сильно нарушают Мировой Баланс, и ты это прекрасно знаешь! А теперь представь, что тут не два, а двадцать четыре идентичных подвига!
– Да, и впрямь не фонтан…
– "Не фонтан"?! Милый, нарушение Баланса…
– Да не, я про пение, прислушайся.
– И вот он сразил тритыщиседьмого бойца, ударив его слегонца – послышалось из-за холмов.
– Это Бард! Рандом, быстрее, мы еще можем успеть!
– А вот подоспел и тритыщивосьмой и теперь всю житуху он будет косой!
Земля содрогнулась. Тучи, и без того мрачные, сгустились ещё сильнее.
– Тритыщидевятому ткнул пальцем в глаз, ну как тебе, нравится, ты пи…
Высокий столб сине-зеленого пламени ударил в землю, заглушив окончание песни. Сделав последний рывок, Рандом и Фейт перевалили через вершину холма и увидели внизу своего сына. Молодецким ударом дубины Хиро свалил с ног очередного врага, но тот развеялся прахом, не успев даже коснуться земли. Неподалеку, на большом валуне сидел Бард, и лихо лупил по струнам лютни. Основание огненного смерча лизало землю в сотне шагов за его спиной.
– Хиро! – закричала Фейт, побежав вниз. Муж последовал за ней. Но сбежать с холма им так и не удалось.
Первым на невидимую преграду налетел Рандом, больно стукнувшись головой. Увидевшая это Фейт успела немного сбавить скорость и выставить перед собой руки, так что болезненного и обидного столкновения ей удалось избежать.
– Сто это, дологая? – спросил Рандом, пытаясь вправить сломанный нос.
– Началось. Мы опоздали. Хиро, ей Хиро!
– Мама? Папа? – Хиро подошёл к невидимому барьеру. – Что вы здесь делаете?
– Слушай меня, сынок, видишь тот смерч?
– Да мама. Там враги?
– Там один враг. И он непобедим.
– Здравствуйте тётя Фейт, здравствуйте дядя Рандом! – Бард тоже подошёл к барьеру.
– Пливет Балд!
– Мальчики! Слушайте меня! Ваши похождения нарушили Баланс Мира, и теперь вы заперты в Сфере Сингулярности!
– Кру-уть! – протянули мальчишки.
– Клу-уть! – и Рандом.
– Да послушайте же! Хиро, ты повторил подвиги великого героя, а этого не должно было случится. А ты, Бард, еще воспел всё это дело! Баланс нарушен, и пытается восстановить себя сам, послав… его!
Мальчики обернулись. Посреди поля стоял трёхметровый великан, закованный в чернильно-чёрные рыцарские доспехи, выкованные очень злыми карликами, живущими в темнейших пещерах под Горами Отчаяния. В правой руке он сжимал двухметровый меч, который закаляли в огненном дыхании семиглавого дракона и охлаждали в крови и слезах тысячи девственниц, принесённых в жертву Владыке Мучительных Страданий. В левой руке у него был огромный боевой молот, доставшийся ему в наследство от отца, которого он отравил еще будучи ребёнком – злого тирана, державшего в страхе три планеты и поедавшего на завтрак новорожденных младенцев. По легенде, этим самым молотом снесли стены Иерихона, выбили пробку из Атлантиды заставив тем самым её утонуть, и откололи кусок от Царь-Колокола.
– Хе, чмошник! – Хиро сплюнул, взял дубину поудобнее и ринулся на врага.
– Враг велик, как гора, – затянул Бард. – Но в нём будет дыра. Он наносит удар, и в горах – обвал. Он наносит второй, друг, на месте не стой.
– Это бесполезно! Это существо невозможно победить!
– Да ладно, ма, – ответил Хиро, уворачиваясь от молота. – Ща я только его измотаю…
– Да нет же! Рандом, я не знаю что делать! – По щекам Фейт покатились слёзы. – Чем больше они сражаются, тем сильнее становится это существо. В итоге оно убьёт Хиро, и они… они просто исчезнут. Будто ни его, ни Барда и не было никогда!
– Так, значит это такой… сферический злодей в вакууме. Его невозможно победить, его подпитывает само сражение, он родился из-за геройств… Ага! Спокойно, милая, ща всё будет! Бард, эй Бард!
– Да, дядя Рандом?!
– Меняем трэк! Пой про то, какой этот мужик в железе крутой, а Хиро – слабак и неудачник.
– Но… он же обидится!
– Делай. Как. Он. Сказал!
– Хорошо, тётя Фейт, хорошо! Он – Владыка подземных миров, пред которым трепещут все твари. Ну а Хиро – всего-то лишь лох-пустозвон, чьих геройств мы вовек не видали!
– Эй, ты опух такое петь?! – Хиро с трудом ушёл от удара мечом. – За такие песни и в глаз получить можно!
– Хиро! Ты должен сдаться!
– Но пап!
– Положи дубину, поклонись и скажи, что ты сдаешься, будешь его слугой до конца дней и всё такое!
– Папа, я не могу!
– А ну слушай отца, а не то я сама сейчас приду и надеру тебе уши!
– Ну ладно, ладно! Эй, дядя, я сдаюсь! – Хиро бросил дубину на землю и встал на одно колено. – Обязуюсь быть вашим вечным рабом, чистить сапоги и всё-такое.
Великан взвыл от боли. Выронив молот, он стал пятиться. Доспехи пошли светящимися трещинами.
– Чего это с ним? – спросил Бард.
– Шаблон рвётся, – ответил Рандом. – Хиро, продолжай!
– Я обещаю никогда-никогда не брать в руки оружия, не предавать вас, и всегда звать Крутейшим, Наичумейшим и Опупейнейшим Владыкой Всех Властелинов!
Не выдержав невыразимого величия своего нового звания, великан лопнул. Буквально.
Невидимая преграда развеялась. Родители подбежали к Хиро, и крепко его обняли.
– Никогда, никогда, никогда больше так не делай! – приговаривала Фейт, взлохмачивая золотые кудри сына.
– Ну мам, ну я не маленький уже! Ну а что мне делать тогда?
– Твори свои подвиги, сынок, – серьезно сказал Рандом. – Есть бесчисленное множество миров и бесчисленное множество славных дел. И, раз ты уже взрослый, тебе пора перестать копировать своих кумиров, и начать творить свою собственную историю. А ты, Бард, проследи чтобы она не забылась!
– Замётано, дядя Рандом!
– Что ж, – сказала Фейт. – Если минутка мотивации закончена, то может быть вернёмся домой? Как раз к обеду поспеем.
– Я за! – отозвался Рандом. – Что там у нас на обед?
– Стейк из Керинейской лани, – с улыбкой ответила Фейт, и все четверо исчезли.






Испорченные дубли:

Щёлк!

– Рандом! – Фейт ворвалась в спальню распахнув двери так, что те грохнули о стены, свалив с последних несколько картин. – Твой младший сын…

– Стал Скуби-ду?! – Воскликнул Рандом.

– Стоп!

 

Щёлк!

– Где это мы? – спросил Рандом, оглядываясь по сторонам. – О, пагоды! Похоже, мы в Азии.

– Нэ, пагоды, дарагой, эта не Азыя!

– Хы.

– Стоп!

 

Щёлк!

Рандом окинул взглядом пустынные холмы, среди которых недавно развернулось кровопролитное сражение. Над павшими воинами рыдали безутешные родные и друзья:

– Ты не должен был пасть так рано!

– О, Боги, почему ваш выбор пал на него?!

– Я не верю! Не верю! На твоём месте должен был быть кто-то другой!

Участь выживших также была незавидна, измотанные, усталые, они пытались хоть немного отдохнуть и зализать свои раны – эта битва была явно не последней.

– Слушай, Фейт, а мы точно туда попали? – спросил Рандом.

– Ох блин, так это ж Креатив, оглашение итогов первого тура! Мы павильоном ошиблись!

 

 Щёлк!

– Златокудрый дуралей с дубиной и бесноватый козадёр – ваши дети?

– Козлодёр.

– Что?

– Козлодёр, а не козадёр!

– Эм-м, а есть разница?

– Ещё какая! Так, мы же это переснимем, да?

 

Щёлк!

– Што это, шолнышко? – спросил Рандом, пытаясь вправить сломанный нос. - Пашему мы не мошем пройти?

– Слушай, ты нос сломал или польский выучил?

– Не, ну а как по-твоему надо?

– "Сто это, дологая?", "Пливет, Балд".

– Ну, ладно… Еще дубль?


Авторский комментарий: Первый рассказ о Великом Рандоме тут: http://litkreativ.ru/index.php?m=works&nr=2677
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 22
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования