Литературный конкурс-семинар Креатив
Рассказы Креатива

Mario Puzo - Голодные твари

Mario Puzo - Голодные твари

 
Однажды в Шайенн прибыл дилижанс, экипаж которого взбудоражил местных жителей. Женщины теряли сознание. Мальчишки с интересом заглядывали внутрь, но их прогоняли. Мужчины изо всех сил старались не выдать волнение и страх.
В салоне дилижанса обнаружили лишь пятерых мертвецов.
- Нет никакой романтики в том, чтобы ловить воров, насильников и убийц. Посмотрите на меня, с недавних пор мне пришлось стать охотником за головами. Несколько дней продолжается преследование опасного грабителя, известного под прозвищем Артист. Я благоухаю как выгребная яма; не помню, когда в последний раз принимал ванную. Седло в кровь растерло пах. Кроме адской боли это еще и высокий риск подцепить заразу. Компанию мне составляют двое грязных парней, у которых моральных принципов, возможно, поменьше, чем у самого Артиста. Что там и говорить, любой из них за сотню долларов согласится убить родную мать…
- Эй, Англичанин! Что ты там лопочешь? Завязывай. Матушка Вождя, вероятно, давно накормила своей плотью койотов и грифов. А свою я бы и бесплатно прикончил, если б кто дал мне знать, как выглядит эта шлюха и где её искать.
Трое всадников стояли на вершине холма в окружении низкорослых дубов, вглядываясь в грозовые тучи, нависшие вдалеке над долиной.
- Невозможно творить, когда вокруг настолько далекие от искусства люди, - ответствовал тот, которого звали Англичанин, убирая лист бумаги и перо в седельную сумку. – Когда я вернусь на британские острова, моя книга потрясет весь Старый Свет, - он провел большим и указательным пальцем по светлым усам.
- Блондинчик, я пока еще не совсем уверен, что ты вообще писать-то умеешь, - хриплым басом проговорил второй.
- С ненавистью в глазах он взирал на наш бренный мир! Значение слова "любовь" было ему чуждо. Он рос одиноким мальчиком, держа в душе обиду на собственную мать. На мать, которая бросила его в детстве, не вскормив грудью, - с драматизмом в голосе произнес Англичанин. Второй, сняв с головы коричневый стетсон, уставил на него небритое лицо.
- Я должен о Судье написать, - оправдываясь, добавил Англичанин. – Читателю интересно знать, почему ты стал таким кровожадным ублюдком.
- Эле, - их перебил третий всадник. Его смуглое лицо с массивным подбородком густо обрамляли длинные иссиня черные волосы. - Га`аль биш ту шаман.
- Что Вождь говорит? – спросил тот, которого звали Судья.
- Нам повезло, - ответил Англичанин. – Он говорит, что гроза уходит в противоположную сторону. На север.
- Его фраза звучала несколько короче, - заметил Судья.
- Вождь немногословен. А мой перевод – литературный.
- Ладно, - Судья водрузил на голову стетсон. – Пора спускаться в долину.
Всадники двинули по узкой тропинке, вьющейся змейкой вниз. Над их головами пролетела стая куропаток, вспугнутая хищником.
- Художник украшает полотно красками, а его лицо украшали шрамами разномастные бандиты и убийцы. Кстати, Судья, кто оставил этот вертикальный разрез, что зияет на твоей правой щеке?
- Если не заткнешься, у тебя появится такой же.
Литтл-Рок - небольшой захолустный городишко, в котором обитало несколько сотен жителей. Круглый день они работали на фермах, пасли скот на пастбищах. Вечерами, как правило, отдыхали в местном салуне у Боба. Свои сбережения жители считали нужным держать в Национальном банке, который располагался по соседству с салуном.
Весть о том, что на мельнице видели Артиста, подействовала на Литтл-Рок таким же образом, как на водную гладь действует взрыв динамитной шашки. Новость разнеслась столь быстро, что сложно было выяснить, кто, собственно, увидел Артиста? Кто распустил слух? Всё это уже не имело значения, начало всеобщему безумию было положено. Спокойный провинциальный городок неожиданно превратился в муравейник. Люди боялись, ведь Артиста знали как искусного грабителя банков.
Прозвище Артист заработал благодаря незаурядной изобретательности. Однажды он ограбил банк, вырядившись старушкой. Никто не замечал подвоха ровно до тех пор, пока эта достопочтенная хрупкая пожилая леди не вытащила из-под подола платья револьвер сорок пятого калибра.
Другим известным случаем, который характеризует остроту ума Артиста, можно считать ограбление банка в Уинситон Хиллс. В тот жаркий летний день служащие банка долгое время не обращали внимания на посыльного мальчишку-негра. Все спохватились лишь в тот момент, когда на сцене появились мистер Смит и мистер Уэссон, но было уже поздно. Шесть точных выстрелов и шестеро охранников банка повалились на пол, так и не осознав до конца, что произошло.
Кстати, когда по Литтл-року пронеслась весть об Артисте, единственным человеком, который радостно потер свои сморщенные от старости ручонки, был старина Хэммет. Все дело в том, что он работал гробовщиком. Артист редко оставлял свидетелей, цинично и безжалостно убивая на месте преступления.
- Признаться, я скептически относился к россказням фермеров о мистическом духе, обитающем в долине, - негромко произнес Англичанин. – Что возьмешь с деревенщин, которые умеют лишь коров пасти да бобовые выращивать?
Из-за густого тумана низкорослые дубы, а также огромные валуны, которые покоились посреди вереска, ковром застелившего землю, словно бы из ниоткуда появлялись перед носом путников. Силуэт Вождя, скакавшего впереди и указывавшего дорогу, казался призрачным.
- Однако, оказавшись здесь, я могу подтвердить, что место это приятным не назовешь, - закончил Англичанин, поежившись в седле. Его лошадь заржала, встав на дыбы, а скакун Судьи зафыркал, мотая головой.
- Не только фермерам не нравится эта долина, но и нашим лошадям, - заметил Судья.
Вождь остановился, склонившись к коню. Успокаивающе поглаживая, индеец будто бы уговаривал того не волноваться и продолжать путь.
- Балун биг тан? – обратился к Вождю Англичанин, когда, наконец, совладал с конем.
- К’ин, - ответил тот.
- Вождь говорит, что нам придется заночевать в долине. До мельницы не добраться до захода солнца.
- Знал, что дело дрянь, - пробурчал Судья.
Вскоре стал слышен шум водопада. То была река Моми. Говоря о ней, местные часто использовали эпитеты "мистическая" и "таинственная", всё остальное Судья пропустил мимо ушей. Мифы и суеверия жителей Литтл-Рока его мало интересовали.
Путь троицы лежал вдоль Моми. За водопадом течение реки стало спокойным и размеренным – она разлилась вширь. Впрочем, определить ширину реки не представлялось возможным из-за вездесущего тумана.
Англичанин спешился, похлопав коня. Затем неспешно отправился к реке, пробираясь через камыш и снимая перчатки на ходу.
- Блондинчик, если ты решил утопиться, то выбрал не совсем подходящий момент для этого, - сказал Судья, сплюнув. Вместе с Вождем они развернули коней и наблюдали за происходящим. – Но, если так уж хочешь, можешь сделать это на обратном пути.
Англичанин присел на корточки и, набрав полные ладони холодной воды, умылся. Посмотрев на дрожащее отражение в реке, он не сразу заметил кровь на глазах. Темное пятно на лбу, напоминающее пулевое ранение, кровоточило. Увиденное заставило Англичанина вскочить, как ошпаренного. Он бросил короткий взгляд на Судью и Вождя, а потом вновь на речную гладь под ногами. Но в этот раз не увидел ничего – ни крови, ни ранения. Ни даже самого себя. Просто мутная жидкость свинцового цвета. Англичанин попятился, утираясь рукавом.
Все споры об Артисте в салуне утихли, когда Судья по-хозяйски уверенно распахнул так называемые "крылья летучей мыши", дверцы на входе. Окинув помещение быстрым, но цепким взглядом, он отметил, что лишь один посетитель из толпы выглядел чужеродно. А значит, потенциально, таил угрозу. Щеголеватого вида блондин в черных брюках и пиджаке из темного сукна, в белой шелковой рубашке. В отличие от всех остальных простаков, находившихся в салуне, он единственный, кто даже не посмотрел в сторону Судьи. Блондин сидел за барной стойкой со стаканом виски, и Судья, под пристальным взором открывших рты фермеров, разместился рядом.
- Добро пожаловать в Литтл-Рок, - пробормотал бармен. Его румяное и круглое лицо не больше чем на фут возвышалось над стойкой. – Боб меня зовут.
Судья молча, знаком дал указание налить виски. С помощью лестницы бармен добрался до верхней полки стеллажа, кряхтя, выудил бутылку, и вернулся к стойке с самодовольным видом хозяина, предлагающего гостю лучший напиток, что у него есть. Выпив содержимое стакана одним глотком, Судья потребовал добавки.
- Ядовитое пойло, - произнес он.
Изумленный Боб хотел было что-то сказать в ответ, но, начав говорить, передумал, смущенно покраснев. Потом неуверенно засмеялся и окинул взглядом посетителей, словно ища поддержку.
- Мне и моему хорошему другу нужен ночлег, - повелительным тоном сказал Судья.
- Это можно, – воспрял духом бармен. – У меня есть замечательные комнаты на втором этаже…
- Я займу лучшую из твоих комнат на втором этаже, а вот моему другу больше подойдет подвальное помещение.
Боб нервно захихикал в ответ, не зная, что ответить. Сначала Артист, теперь этот незнакомец, чье лицо укрыто шрамами. Слишком много для одного дня.
- Когда прибудет дилижанс до Шайенна? – спросил Судья.
- Неизвестно, сэр. Они ходят не регулярно, городок у нас маленький…
- Ладно, коротышка, - хлопнув в ладоши, сказал Судья. – Пойдем, поможешь мне поселить друга. Сил у тебя, конечно, как у ребенка, но вот повозка наверняка имеется. А она бы мне не помешала.
На южной дороге в миле от Литтл-рока Боб вместе с Судьей наткнулись на черную карету. Коротышка отметил, что передняя ось кареты сломана об валун, лежавший на обочине возле куста боярышника. Сквозь пыльное окошко Боб разглядел пассажира.
- Погрузим его в твою повозку и возвращаемся назад, - скомандовал Судья, открывая дверцу кареты. – Бери за ноги, коротышка, так легче. Он не слишком крупный парень.
Глаза Боба округлились, когда он рассмотрел пассажира. Кожа посинела, а лицо, жужжа, облепили мухи. Одна из них вылетела из приоткрытого рта.
- Мне его нужно до Шайенна доставить. Надеюсь, подвал у тебя достаточно холодный, - сняв стетсон и утерев лоб, задумчиво проговорил Судья, пока коротышка блевал у обочины. – Не люблю я это время года. То ли дело зима, положишь тело в сугроб и никаких проблем. Ну что ты там, в порядке, коротышка?
Костер потрескивал. Пронизывающий ветер играл с пламенем, а то, в свою очередь, отбрасывало тени, выглядящие ирреально в синеватом тумане. Трое путников пытались согреться. Они укутались в одеяла, жались поближе к костру, пили горячий кофе из жестяных кружек. Они слушали тишину леса, которую нарушали лишь спокойное течение Моми и наглая ворона, без устали каркающая целый час.
Вождь отставил кружку в сторону и, не снимая одеяла с плеч, ушел в темноту.
- Куда это он? – спросил Англичанин. То были первые слова с тех пор, как он увидел странное отражение в речной глади.
- Откуда мне знать? Может, по-маленькому пошел.
- Слушай, Судья, - заговорщицки прищурив глаза, шепотом произнес Англичанин. – А тебе не кажется, что Вождь на поверку может оказаться Артистом?
Судья, допив кофе, неторопливо вытащил из внутреннего кармана куртки коробочку со снюсом - жевательным табаком.
- Нонсенс, – коротко ответил он, положив в рот порцию табака.
- Посуди сам. Артист может имитировать кого угодно. Говорят, однажды черномазым прикинулся. Стать на время краснокожим для такого, как он, плевое дело.
- А смысл в чем?
- Мы единственные, кто может помешать ограбить банк в Литтл-Роке, - произнес Англичанин и скривился, будто осознав несостоятельность аргумента.
- Не собирался я ему мешать. Пусть грабит на здоровье.
- Артист может отвезти в Шайенн твоего мертвеца и получить награду. Достаточно расправиться с нами в этой глуши.
- Боишься, блондинчик? – улыбка на лице Судьи, украшенном шрамами, смотрелась неестественно.
Послышались шаги – Вождь вернулся с охапкой веток.
- С недавних пор Артист меня не интересует, - мягко сказал Судья, осушив очередной стакан.
- Еще виски? – спросил, заискивающе, Боб.
- Пожалуй.
- И вновь за счет заведения?
- Разумеется.
В салуне Боба наблюдался аншлаг. Мужчины заняли все столики, кому не хватило места – те просто стояли, подперев стену или стойку. Они делали вид, что им нет никакого дела до Судьи. Но в действительности из-за него здесь и собрались. Женщины и мальчишки заглядывали в окна, входную дверь. Постояльцы глядели со второго этажа, свесившись с балюстрады.
- Но, Судья, послушайте, - пробормотал Боб, наливая свое лучшее виски. - Артист может дорого стоить сейчас…
- Десять тысяч, - поправил бармена блондин в черном пиджаке. – Простите за бестактность. Люблю точность.
Судья окинул его суровым взглядом, но никак не отреагировал на замечание. Боб снова, смутившись, захихикал.
- Если вам так дороги деньги банка, почему бы самим не охранять его? У вас найдется сотня вооруженных мужчин, - заметил Судья. Это была правда – у каждого из присутствующих на поясе висел револьвер.
- Оружие они воспринимают, скорее, как предмет одежды. Тому, кто решит понаблюдать за стрельбой местных ковбоев, лучше залечь на землю, - язвительно произнес блондин.
- Мы всего лишь миролюбивые фермеры, а не солдаты, - развел руками Боб.
- Я вообще не уверен, что кто-то из вас мог видеть Артиста. Точнее, я уверен, что вы его не могли видеть. Кто видел Артиста? – спросил Судья.
В салуне воцарилось молчание.
- Кхм, - прочистил горло Боб. – Арни, это же ты сегодня утром мне сказал, так?
- Старик Хэммет, гробовщик, обещал, что за свой счет всех виски угостит. От него я и узнал, - подал голос Арни. - Но с тех пор Хэммета я не видал. Сам, небось, нажрался.
- Хэммету я сообщил. А мне – Коул, - произнес один из ковбоев.
- Нет! Это ты мне сказал, а не я тебе. Совсем уже чокнулся?
Галдеж и споры нарастали ровно до тех пор, пока один из ковбоев не сказал: "Вспомнил. Его же индеец видел". Тотчас все обернулись в направлении индейца, который тихо ел бобы прямо со сковороды в углу салуна.
- А теперь расскажите мне об этом индейце, - прозвучал бас Судьи.
- Значит так, блондинчик. План такой. Я остаюсь здесь, прикрываю тебя. А ты идешь вперед.
- Прошу прощения, Судья. Кто это тебя главным назначил?
Все трое спешились, когда Вождь объявил, что до мельницы осталось десять минут ходьбы. Привязав лошадей к ветвям дерева, они продолжили движение. Молча, прислушиваясь к каждому звуку. Видимость значительно улучшилась – утром туман рассеялся. Вместе с тем долина потеряла большую часть своей мистической таинственности.
Добравшись до прогалины, индеец знаком показал, что они у цели. Троица заняла удобные позиции, с которых мельница – старое деревянное строение – хорошо просматривалась. Низкорослые дубы и кусты боярышника обеспечивали хорошее прикрытие.
- А что, у тебя есть лучше план? – шепотом спросил Судья, просматривая прогалину. Лучи солнца, стоявшего в зените, отражались от полуразбитых окон мельницы. Сама же прогалина поросла высоким бурьяном.
- Конечно, Судья. Я могу остаться здесь, а ты пойдешь вперед. Заметь, мой план намного лучше твоего.
- Могу в два счета доказать несостоятельность твоего плана, Англичанин. У тебя два Кольта сорок пятого калибра. А у меня, помимо моего револьвера Ремингтона, есть карабин Спенсера, - сказал Судья, похлопав винтовку за плечом. - С помощью этой штуки я могу, оставаясь здесь, прикрывать тебя.
- Очень заботливо с твоей стороны, Судья. Но, если ты напряжешь извилины, то сможешь вспомнить, что с тобой я пошел лишь в качестве переводчика. Давай свой карабин, и я тебя прикрою.
- Мне кажется, ты умеешь пользоваться только языком. А с карабином ты опаснее для меня, чем для наших врагов.
Судья, конечно же, лукавил. Кольт сорок пятого калибра - не то оружие, которое будет у фермера или богатенького щеголя. Фермер такой револьвер не смог бы позволить, а богач, не разбирающийся в оружии, но имеющий кучу денег, приобрел бы себе что-то дороже, но хуже с практической точки зрения.
- Кот цуц! Акан тен, - недовольно проворчал Вождь.
- Вождь спрашивает, долго ли мы будем препираться?
- Вождь свою работу уже выполнил. Скажи ему, пусть проваливает.
Англичанин перевел индейцу сказанное. Тот, бросив свирепый взгляд на Судью, побрел восвояси.
- Ладно, - сказал Судья, когда шаги индейца стихли. – Подождем некоторое время. Может быть тот, кто находится в мельнице, выйдет сам.
И Судья, и Англичанин присели, опершись о стволы деревьев. Птицы приятно пели в вышине, растительность благоухала. Ничто не предвещало развернувшегося через некоторое время кровопролития.
- Индеец? – озадаченно похлопал глазками Боб. – Он здесь всего несколько недель. Охотится, приносит мне дичь. Я его кормлю бобами и даю кров над головой.
- Эй. Краснокожий, пойди-ка сюда, - окликнул Судья.
- Говорить с ним проблематично. Он английский не знает, - заметил Боб. Однако Вождь оторвался от сковороды и подошел к стойке, невозмутимо уставившись на Судью.
- Так ты, значит, Артиста видел? – вытащив коробочку со снюсом, спросил Судья. Но Вождь продолжал стоять молча. – Онемел, что ли?
- Он вас не понимает, сэр, - повторился Боб.
- Тогда как, мать твою, он смог объяснить, что видел Артиста? - проговорил Судья, укладывая табак между верхней губой и десной.
- Вождь не разговорчив, мы думали, что он немой, но потом… - неуверенно начал Боб, но его перебил блондин, который бегло заговорил с индейцем на непонятном языке.
- Что это за тарабарщина? – удивленно уставился на блондина Судья.
Вождь проговорил что-то в ответ. После чего порылся в поясной сумке и протянул Судье свернутый лист бумаги.
- Нарисовано заурядно, но это Артист, - осмотрев сверток, констатировал Судья.
Глаза Боба округлились, когда он увидел рисунок. Столь знакомое лицо, этого человека он встречал совсем недавно! Возможно, даже сегодня…
- Награда, - сказал вдруг Вождь на ломаном английском.
Надпись под изображением Артиста гласила: "Награда - десять тысяч долларов. За живого или мертвого".
- Он говорит, что видел человека, изображенного на рисунке, возле мельницы, - произнес блондин.
- Откуда ты знаешь язык индейцев?
- Я много лет назад приехал из Англии. А мы, англичане, народ любознательный, - лукаво усмехнулся Англичанин.
- Так вы беретесь за дело, Судья? – спросил Боб с надеждой в голосе. – Как видите, оплата достойная.
Фермеры за столиками вокруг, постояльцы на втором этаже – все притихли, в ожидании ответа Судьи.
- Коротышка, мне нужно переговорить с тобой с глазу на глаз, - произнес, наконец, Судья.
- Пора, блондинчик.
Судья поднялся и отряхнул джинсы. Затем протянул карабин Англичанину. Блондин сначала посмотрел в глаза Судье, потом бросил взгляд на винтовку. Наконец, снял перчатки и, покрасневшими от холода руками, принял оружие. Англичанин держал карабин аккуратно, с благоговением, как будто то была талия любимой женщины.
- Отличная винтовка, Судья. Я тебя прикрою. Ступай.
Вытащив из кобуры Ремингтон, Судья направился к мельнице. Шагая неспешно и, по возможности, тихо.
Англичанин осмотрел старое здание в прицел карабина Спенсера. Он лежал на холодной земле, уперев приклад винтовки в плечо. Ему почудилось, что мельница на самом деле являлась головой монстра. Два разбитых окна напоминали глаза, а темная дверь - рот чудовища.
Когда Судья отошел футов на пятьдесят, Англичанин поймал в перекрестье прицела его макушку. Палец нежно, с трепетом, лег на спусковой крючок. Он был готов выстрелить, пока Судья неторопливо продвигался к мельнице. Но не выстрелил – одумался. Карабин пятьдесят второго калибра пробьет голову насквозь, как спелую дыню. Как тогда докажешь, что это действительно Судья? Если лицо, в лучшем случае, превратится в кровавое месиво? А потому опустил прицел чуть пониже - в область левой лопатки. Точное попадание в сердце и песенка Судьи будет спета. Блондин нажал на спусковой крючок.
- Кто этот блондин? – спросил Судья у Боба, оказавшись вдвоем в тесной задней комнате. Когда они выходили из главного помещения, посетители вновь загалдели. Но сюда шум практически не проникал. По одну сторону комнаты стояли стеллажи с бутылями, а напротив располагались продукты. Пахло алкоголем. Повсюду жужжали мухи.
- Да кто его знает. Говорит, что писатель из Англии, - почесав затылок, произнес хозяин заведения.
- Давно он приехал?
- Наверное, несколько недель назад. Днями сидит у меня в салуне, пишет что-то.
- Одновременно с Вождем, что ли? – подумав, спросил Судья.
- Парой суток больше, парой меньше.
- Никакой он не писатель…
Дверь отворилась неожиданно, впуская в комнатку шум салуна. Судья молниеносно вытащил револьвер, но на пороге стоял один из работников Боба. Увидев оружие, парень быстро захлопнул дверь.
- Его кобура, - продолжил Судья. – Слишком изношена. Весь одет безупречно, с иголочки. А вот кобура… Заметно, что пользуется ею регулярно. Кольт сорок пятого калибра – типичное оружие охотников за головами. Обрати внимание, коротышка, как этот Англичанин держится. Его рука всегда на рукояти одного из револьверов.
- Не писатель?
- Скорее всего, он даже и не англичанин. Этот блондин – один из нас, наемник за головами. И его интересую я.
- Вы? – непонимающе похлопал глазами Боб.
- Да, коротышка. Я убил многих людей. Возможно, кто-то из их близких жаждет отмщения. Только вот план его провалился. Блондину далеко до Артиста.
- Вы знаете Артиста?
- Очень хорошо, коротышка, очень, - задумавшись, проговорил Судья. – Насчет Вождя я не уверен. Возможно, это другой наемник. Или они работают в паре.
Слишком много информации для Боба. Он окончательно запутался. Сначала в город приехали два незнакомца, по отдельности, англичанин и индеец. Затем один из них обнаружил поблизости Артиста, знаменитого грабителя банков. Потом в город приехал наемник, да не один, а с мертвецом. Теперь этот Судья утверждает, что те, остальные, тоже охотники за головами?
- Коротышка, ты меня слушаешь вообще?
- А? – вернулся из раздумий несчастный бармен. – Да, конечно.
- Банк же тут по соседству с твоим салуном? Мэр поставил какую-то охрану дополнительно?
- Мэр отобрал лучших парней города, и они круглосуточно дежурят снаружи банка. Но они не воины, а простые фермеры...
- Да-да.
- Мы бы хотели, чтобы вы, Судья, занялись Артистом.
- Ладно. Посмотрим, что можно сделать.
Жадность сгубила Вождя. Несколько дней назад он видел Артиста возле заброшенной мельницы. И не нанес удар, хотя прекрасно знал, сколько тот стоит. Просто Вождю пришла в голову безумная идея. Что, если использовать Артиста в качестве приманки? Ведь если распустить слух о том, что неподалеку блуждает знаменитый грабитель банков, на него, как пчелы на мед, накинутся все головорезы! Вернувшись в Литтл-Рок, Вождь сразу положил глаз на хорошо одетого щеголя-блондина. Наверняка наемник, наверняка имеет свою цену. Потом в городе появился Судья, чья стоимость в определенных местах может соответствовать цене Артиста. За мерзавцем десятки убитых людей, кто-то уж точно желает увидеть его мертвым. Но чем обернулась вся затея? В решающий момент Судья повелительно приказал Вождю уйти, и тот, словно поджавшая хвост собака, убежал.
Теперь индеец выжидал. Он превратился в животное, слившись с окружением, как хамелеон. Вождь стал такой же частью леса, как тот куст боярышника или низкорослый дуб. Он всегда отличался настойчивостью и терпением.
Другой отличительной чертой Вождя являлся ярко выраженный инстинкт самосохранения. Граничащий с трусостью. Поэтому он удивился сам себе, когда, услышав два выстрела, помчался на всех парах к прогалине. Лишь в последний момент, уже увидев мельницу, он перешел на осторожный шаг.
А может, Вождь из-за трусости не напал на Артиста несколько дней назад? Вероятно. Сейчас же, увидев на прогалине два трупа, сердце Вождя забилось чаще. Уж не этого ли он добивался? Судья лежал лицом вниз, волосы и шея  в крови. Чуть поодаль – револьвер Ремингтон и коричневый стетсон. В руках Англичанина был карабин Спенсера, а в его лбу – пулевое ранение. Кровь стекала по лицу, заливая глаза, шею, грудь.
Англичанин явно мертв, а Судья? Проверить пульс? Скорее всего, они подстрелили друг друга. Но что, если с ними разделался Артист? И до сих пор сидит в засаде, ожидая, когда Вождь выйдет из укрытия?
Мудрость это или трусость, сила или слабость, но Вождь сбежал с прогалины тем же путем, каким добрался.
Ничего не произошло, когда блондин нажал на спусковой крючок. Лишь щелчок – никакого выстрела.
- Ты думал, я такой идиот, что отдам тебе заряженный Спенсер, блондинчик? – заулыбался Судья, направив револьвер на Англичанина.
Говорят, что перед смертью весь жизненный путь пролетает перед глазами. Смерть Англичанина случилась слишком внезапно, так что для всей жизни банально не хватило времени. Однако, один момент он вспомнил прежде, чем пуля сорок пятого калибра долетела до его лба. Это отражение в водной глади реки Моми; ранение в голове и кровь, застилающая глаза. Так всё и произошло.
- Профессия наша не прощает ошибок, - пробормотал Судья, выстрелив повторно. На этот раз в небо.
Отбросив в сторону стетсон и револьвер, Судья проворно подскочил к трупу. После чего измазался кровью блондина, обильно вытекающей из смертельной раны. И, с ножом в руке, улегся на холодную землю, поджидая Вождя.
Возвращаясь в салун, Судья заметил с десяток вооруженных мужчин перед национальным банком, который находился по соседству. Одетые в дешевые джинсовые костюмы, вооруженные дешевыми револьверами, они делали важный вид, поглядывая на проезжающего мимо Судью.
- Фермеры, - ухмыльнувшись и покачав головой, произнес тот.
Зайдя в салун, Судья не проронил ни слова, пока не осушил пару стаканов виски, услужливо налитых Бобом.
- Что с Артистом? – спросил бармен. – Где Вождь и Англичанин?
- Вождь и Англичанин, как я предполагал, оказались охотниками за головами. Блондина я прикончил, а вот индеец сбежал.
- А что с Артистом?
- А с Артистом, коротышка, всё в порядке. Он в твоем подвале. Я собираюсь вместе с ним отправиться в Шайенн сейчас же. Если дилижанса нет, то попробую перевезти его верхом на лошади.
Боб с минуту обдумывал услышанное. Потом понял, почему портрет Артиста на рисунке Вождя был таким знакомым.
- Вам повезло, - обдумав всё, сказал Боб. – Всего час назад прибыл дилижанс. Обычно они не приезжают в такое время…
- Тогда пойдем, заберем моего друга, - довольно хлопнув в ладоши, перебил бармена Судья.
Дилижанс мчался по узкой дороге, петляющей вверх, в горы. 
Прыщавый паренек-кучер, лет пятнадцати, согласился ехать на Шайенн сразу же, не дожидаясь отправления по графику. В итоге Судья оказался единственным пассажиром. Если не считать Артиста, которого Судья усадил в карету рядом с собой. Между ними, в ногах, покоился мешок. Судья вынес его из подвала вместе с мертвецом. Весь Литтл-Рок радовался тому, что грабитель уже не представляет угрозы, так что никто не обратил внимания на серый, невзрачный мешок.
За окошком проносились одно за другим стволы деревьев. На ухабистой дороге карету то и дело подбрасывало из стороны в сторону. Кучер кричал, подгоняя лошадей.
- Странный паренек, - произнес Судья. – Куда он так мчится?
Судья посмотрел на измазанное землей лицо Артиста. Голова опрокинута назад, рот – открыт.
- Хватит, Артист. Дело сделано, мы отъехали от Литтл-Рока.
Мертвец открыл глаза. Потом вдохнул полной грудью.
- Артист вжился в свою роль. Теперь сложно почувствовать себя живым. Вновь, - сказал он. Голос Артиста отличался бархатной нежностью. Говорил он неспешно, флегматично.
- Ты едва всё не испортил, умник. Тебя индеец видел в долине, возле мельницы.
Грабитель размялся, хрустя суставами.
- Артист видел индейца. И был готов его убить, придушить собственными руками. Но тот скрылся в последний момент.
- Примерно то же самое он и со мной проделал, - рассмеялся Судья. – И в итоге выжил.
Артист удалял куски воска, из которых была слеплена маска мертвеца. Судья посмотрел в окошко. Где-то там таинственная река Моми, в которой, согласно мифам, можно увидеть будущее. Где-то там заброшенная мельница, возле которой лежит тело Англичанина, расплатившегося жизнью за единственную ошибку. На волоске от смерти висел Судья в тот день, но повезло. В очередной раз.
- Каково это, быть мертвым? – спросил вдруг Судья. – Твоя лучшая роль, как считаешь?
- Артист считает, что его лучшие роли впереди. А мертвым быть неплохо. Достаточно времени для размышлений.
- Знаешь, в той долине, меня ведь чуть не прикончили те двое. Работа оказалась более опасной, чем планировалось.
- Артист слушает внимательно, Судья, но пока не понимает, к чему ты клонишь, - произнес грабитель, управившись, наконец, с воском.
- Десять процентов слишком мало. Я считаю, что пятьдесят на пятьдесят может стать отличной сделкой для нас обоих, дружище.
- Пятьдесят на пятьдесят могло бы стать отличной сделкой. Но только не в том случае, когда уже заключена сделка один к девяти.
Ни один мускул не дрогнул на лице Артиста. Он невозмутимо смотрел в глаза Судье, в то время как тот, засмеявшись, вытащил из кобуры Ремингтон. Карету покачивало, кучер прикрикивал на лошадей, а стволы деревьев за окном проносились с бешеной скоростью.
- Видишь ли, какое дело, Артист, - начал Судья. – У меня револьвер, у тебя - грязь под ногтями. А между нами мешок, наполненный до отказа долларами. Знаешь, я считаю, что при таком раскладе пятьдесят на пятьдесят – это, мать его, щедрое предложение с моей стороны.
- Несколько дней Артист копал туннель от салуна к банку. Никто из местных не заподозрил неладное. Тебя провожали, как героя, освободившего город от Артиста. И теперь ты, Судья, угрожаешь Артисту?
- Как бы я посмел угрожать своему другу? Я всего лишь отменяю предыдущую сделку. Но поскольку мы живем в свободной демократической стране, взамен я тебе предлагаю две другие сделки. На выбор.
- Первая сделка – Артист и Судья делят деньги пополам. А вторая – Судья стреляет в Артиста и забирает все деньги себе.
- Вот за что я тебя люблю, Артист, так это за остроту ума.
Тем временем, карета остановилась.
- Эй, парень! Почему стоим? – крикнул Судья, держа на мушке Артиста.
Не дождавшись ответа, Судья осторожно приоткрыл дверцу и выглянул. Кучер – долговязый паренек – стоял неподалеку от лошадей спиной к карете.
- Эй, идиот! – рявкнул Судья. – Ты оглох там? Я к тебе обращаюсь!
- Что-то с лошадью, - бросил кучер в ответ.
- Не наделай глупостей. Попытаешься бежать – пришью, - проговорил Судья Артисту, выходя из кареты.
Кучер все еще возился с лошадьми, когда Судья приставил ствол револьвера к его затылку.
- И что же там, парень?
- Сэр, - голос кучера дрогнул. – Сэр, здесь мои друзья. Они за вашей спиной и вооружены.
Прогремел выстрел и, когда Судья распластался на земле, кучер преобразился. Он захохотал, как сущий дьявол. Он вытащил револьвер из кобуры и ухватил Судью за волосы. Трое дружков кучера, такие же прыщавые, худые и тщедушные, подхватили его смех. Все вчетвером они напоминали стаю гиен, окруживших старого, умирающего льва.
- Что, старик? Думал, бессмертен?
Судья оскалился, обнажив покрывшиеся кровью зубы. Малолетний ублюдок рядом, он такой хилый и слабый, но, тем не менее, празднует победу.
- Пожалуй, в Шайенне нам неплохо заплатят за тебя, Судья.
Они смеялись прямо в лицо Судье, тыча дешевыми револьверами.
- Артист! – взвыл Судья. – Артист, помоги!
- Совсем с ума сошел? Забыл, как нес его на собственных плечах? Артист мертв!
Они смеялись, пока им это не наскучило. А как надоело – выстрелили Судье в голову, погрузили тело в карету и поехали в Шайенн.
 *
Единственным человеком в Шайенне, который не поддался общей панике, увидев в салоне дилижанса пятерых мертвецов, оказался индеец. Этот подозрительный тип приехал в город несколькими часами ранее. Большую часть времени он молча сидел в салуне, уминая бобы и запивая их виски.
Когда началась шумиха с дилижансом, индеец бросил еду и спиртное, протиснулся сквозь строй зевак и, под изумленные возгласы окружающих, принялся осматривать тела.
Местные расступились, когда индеец, подхватив мертвеца, направился к коновязи. Уложив труп на коня, индеец громко расхохотался и ускакал восвояси.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2019. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования