Литературный конкурс-семинар Креатив
Летний блиц 2017: «Жулики на каникулах, или Чудеса today»

Красная панда - Ку цзинь гань лай

Красная панда - Ку цзинь гань лай

– Матушка! Не кажется ли вам, что наши каникулы слишком уж затянулись? 
– Ку цзинь гань лай. 
– Я понимаю, матушка, но всё же пора бы нам вернуться домой… 
 
Объявление висело на стенде "Аллеи славы", приклеенное к тыльной стороне металлического щита. На белом листе было напечатано крупным шрифтом: "Простые чудеса. Недорого". Ниже указывались номер телефона и адрес сайта в интернете. Антон Смирнов беззвучно выругался. "Ну что за идиоты? Ведь стоит одному паршивцу начать свинячить, как его тут же поддержат другие. И дня не пройдёт, как всю заднюю поверхность щита заклеят рекламными объявлениями, а потом перейдут и на лицевую! Теория разбитых окон, мать её так!"
Антон подошёл к стенду и отодрал от него бумажку. Смирнов любил порядок и гордился этим. Урны поблизости не оказалось, поэтому объявление отправилось в карман куртки. Мужчина протопал через двор до подъезда, вход в который был увит разросшимся диким виноградом, потом поднялся в лифте на четвёртый этаж. Не успел он вставить ключ в замок, как из квартиры послышались цокот когтей и возбуждённое повизгивание. Когда дверь открылась, из-за неё вылетела стремительная белая короткошёрстная тушка с коричневыми пятнами на морде и спинке, и начала прыгать вокруг Антона, пытаясь лизнуть его в лицо.
– Буська! Я тоже очень рад тебя видеть! Хорошая! Хорошая! Всё, не стой в дверях, заходи обратно.
Собака вошла в прихожую и сразу же села так, что хвост оказался на пороге.
– Глупое-глупое зверище! А если тебе хвост дверью прищемит?
Буська радостно замахала тем самым хвостиком, но с места не сдвинулась. Пришлось Антону подтолкнуть собаку сзади. Лишь после этого удалось закрыть дверь в квартиру.
Мишка уже вернулся с занятий и сидел за компьютером, рубясь в "Deus Ex" и, одновременно, слушая что-то на планшете. Смирнов-старший громко спросил:
– Кто сегодня с Буськой гуляет? – но в ответ не донеслось ни звука.
– Понятно.
Тем временем собака принесла своему хозяину любимую игрушку, синий мячик, пищащий при нажиме, положила его у ног Антона и посмотрела на человека преданным взглядом.
– Ну, хорошо! Пару раз тебе брошу, а потом пойду переодеваться.
Мужчина катнул мяч по полу, и животное бросилось за игрушкой. Раздался писк, после чего Буська вернулась и беззвучно попросила повторить процедуру. Смирнов бросил ещё раз, потом ещё, плавно перемещаясь в спальню. А при четвёртом броске рука пошла куда-то в сторону, и игрушка, вместо того, чтобы упасть на пол, взвилась вверх и попала на стеллаж у кровати.
– О! Нет! Только не это! – взмолился Антон, но было уже поздно. Мяч оказался на полочке среди миниатюрных статуэток, которые собирала Татьяна. Эта коллекция являлась предметом особого внимания жены. Больше всего супруга любила фигурки ангелов. И вот сейчас синяя игрушка Буськи покатилась по полированному дереву и спихнула несколько маленьких крылатых изваяний с полочки. Как при замедленной съёмке Смирнов наблюдал за падением керамических ангелов, не в силах что-либо предпринять.
– …! Твою мать! – выругался мужчина, глядя на осколки на полу. – Что ж я за дебил! Надо же было уродиться таким криворуким!
Собрав в мешочек то, что осталось от маленьких фигурок, Антон сел прямо на пол. Тут же подбежала Буська и лизнула хозяина в лицо.
– Эх! Буська-Буська! Твой хозяин – идиот! Клинический!
Собака не поверила и лизнула Смирнова-старшего в ухо, потом в щёку.
– Танька и так сейчас какая-то потерянная. А если увидит этот разгром – то и вовсе впадёт в депрессию, начнёт искать в этом дурные знаки… Что делать, Бусь? Скажи, зверище!
Зверище бросилось в прихожую и притащило Антону его куртку, радостно помахивая хвостиком.
– Понятно, ты гулять хочешь.
И тут мужчина вспомнил про объявление, которое лежало в правом кармане. Он достал бумажку, расправил и снова окинул взглядом текст.
– Значит, говорите, чудеса? – и потянулся за телефоном. Ответили ему почти сразу. Мужской голос на ломаном русском проговорил, что сможет принять Антона через полчаса. Идти нужно было на соседнюю улицу.
– Ну что, Буська? Пойдём за чудом, как Иванушка-дурачок?
Собака сразу же побежала в прихожую и улеглась перед дверью, демонстрируя свою готовность отправиться с хозяином хоть на край света. Смирнов накинул куртку, обулся. В правый карман положил полиэтиленовые пакетики, понятно для чего, в левый – синий мяч. Потом снял с вешалки рулетку с поводком и застегнул на терьерше ошейник.
– Миш! Мишка! Мы пошли гулять. Запри дверь!
Творец простых чудес обитал в убогой двушке, расположенной на первом этаже старой панельной пятиэтажки. Антону открыла узкоглазая тётушка неопределённого возраста, подозрительно зыркнувшая на Буську, потом указавшая мужчине на табурет в проходе. Из комнаты доносились приглушённые голоса. Через несколько минут дверь распахнулась и маленький коридор заполнила необъятная спина, обладатель которой, пятясь, благодарил кого-то:
– Спасибо вам, доктор Цзы!
А голос с иностранным акцентом отвечал с лёгким недовольством:
– Я не доктор. Я просветлённый, я Цзюнь-цзы. А вы больше думать о свой ци, и не думать о еда!
Человек-слон прошествовал по коридору, едва не наступив на Буську, а Цзюнь-цзы, оказавшийся довольно высоким китайцем средних лет, пригласил Антона в комнату. Там он плюхнулся в потёртое кресло, а посетителю предложил располагаться на видавшем виды диване. Увидев Буську, китаец улыбнулся, после чего перевёл взгляд на своего гостя:
– Рад вас видеть. Как вас зовут? Сколько вам лет?
Смирнов ответил. Затем Цзюнь-цзы поинтересовался тем, кем он работает, какая у него семья, как зовут собаку и какой она породы. И лишь выслушав всё это, он спросил, чем может помочь. Антон, чуть смутившись, рассказал о своей беде.
– В объявлении было написано "Простые чудеса". Вот я и подумал… – тут мужчина замялся, подыскивая нужные слова. Китаец терпеливо дожидался, пока Смирнов закончит фразу, отчего хозяин Буськи смутился ещё больше. И лишь после этого просветлённый молвил:
– Вы не стыдиться желания, если желания не вредить живое существо. Что вы хотеть восстановить?
Антон протянул китайцу матерчатый мешочек. Тот заглянул внутрь, потом хмыкнул, положил на одну ладонь, другой прикрыл. Затем просветлённый зажмурился и откинулся в кресле. Посидев так с минуту, Цзюнь-цзы вернул мешочек Смирнову.
– Что, ничего не получилось? – но китаец лишь показал пальцами, что надо открыть мешочек. Антон так и сделал. Фигурки ангелов оказались целыми, как будто и не падали на пол.
– Как вам это удалось?
– Вы не понимать.
– Ну, а всё же?
– Что вы знать о дыхание природы? Что вы знать о изначальный ци?
– Ничего.
– Тогда я слишком долго объяснять.
– Хорошо. Сколько я вам должен? – спросил Антон, доставая кошелёк.
– Немного ваш юань-ци.
– А-а-а, у меня разве есть такое?
Китаец, не говоря ни слова, протянул к Смирнову руки и проделал какие-то пассы вокруг головы своего гостя. Хозяин Буськи ничего не почувствовал, но просветлённый кивнул, удовлетворённый результатом своих действий.
– Всё. Мы по рукам. Было приятно с вами познакомиться.
– А для чего вам моя ци?
– Я познаю дао весь мой жизнь. Я искать то, что утратил этот мир и хотеть дать гармония. Но для этого мне нужно много истинный ци. Я помогать вы, другой человек, третий человек, и брать немного ци взамен, а потом обращаться к Тайцзи и искать то, что пропадать в прошлое, чтобы улучшать будущее.
Когда Антон вернулся домой, Татьяна уже хлопотала на кухне. Вымыв Буське лапы в ванной комнате, мужчина отпустил собаку, и та помчалась к любимой хозяйке выпрашивать угощение. В этот момент можно было прошмыгнуть в спальню и осторожно вернуть фигурки ангелов на место.
"Фу-у-у! Пронесло!" – подумал Смирнов. Но бумажку с номером телефона на всякий случай оставил. И случай не замедлил представиться уже на следующий день. В самый разгар совещания у шефа, где обсуждали коллекцию предметов, недавно найденных в одной из московских усадеб, смирновский телефон загрохотал "Имперский марш". Антон извинился и вышел в коридор. В трубке послышался взволнованный голос Мишки:
– Алё! Па! Ты меня слышишь?
– Привет, студент! Чем порадуешь старика-отца?
– Па! У меня проблема!
– Да ну! А я-то думал, что ты меня вытащил с важного совещания у шефа, чтобы рассказать о том, какая сегодня стоит прекрасная погода. Что случилось?
– Па! Меня к сессии не допускают. Зубов зачёт не хочет ставить. Говорит, что я ему лабы не сдал, а я ему их все сдал, до единой, просто он их не отметил. И вообще он какой-то злобный!
– Блин! Этого ещё не хватало! Поменьше нужно на компе в игрушки играть! Провалял дурака весь семестр, а теперь у него Зубов злобный!
– Па! Но я ему всё сдавал!
– Ну, так пойди и добейся зачёта!
– Па! Он упёрся, как баран, и не ставит.
– Ладно. Я подумаю и тебе перезвоню.
Антон сделал глубокий вдох, потом с шумом выдохнул воздух. Мишка, конечно, раздолбай ещё тот, но, вполне возможно, что ему просто не повезло. В выпускном классе сыну как-то влепили две двойки по физике за лабораторные. Физичка утверждала, что он их не сдавал, Мишка же бил себя пяткой в грудь, что он всё сделал и положил после урока на стол учительнице. В конце концов, злополучные тетрадки нашлись, но для того, чтобы исправить "двойки" на "четвёрки", понадобилось вмешательство классной руководительницы. А вот кто мог бы так же вступиться за студента в институте, Антон себе даже не представлял. И тут он вспомнил про Цзюнь-цзы…
В назначенный час оба Смирнова сидели на табуретках в проходе той самой убогой двушки. Из комнаты доносились голоса. Через несколько минут дверь распахнулась и в коридор выскочила темноволосая женщина с перекошенным лицом.
– Я этого так не оставлю! Я на вас жаловаться пойду!
Потом она уставилась на Антона и гаркнула:
– Не ходите к этому шарлатану! Он обманщик! – потом кинула взгляд назад и сразу заторопилась к входной двери.
Мишка зашептал:
– Может, пойдём отсюда?
Но тут их пригласили в комнату. Китаец упал в кресло и указал посетителям на продавленный диван. Антон тут же задал вопрос:
– А что она так кричала?
– Женщина очень просить меня навести порча на соседка. Я немножко разозлиться и показать, как порча падать на женщина. Женщина сильно ругаться. Наверное, это ей не нравиться.
Затем просветлённый познакомился с Мишкой, узнал, чем он занимается и очень быстро выяснил суть проблемы. Китаец нахмурился, потом взглянул на Антона:
– Я помочь ваш сын, но я взять у вас обоих много юань-ци. Вы отдать столько много ци?
Мишка с удивлением воззрился на отца, а мужчина уставился на Цзюнь-цзы:
– А в чём проблема? Вчера вы не задавали такого вопроса.
– Я брать много ци – вы потом болеть. Плохо. Вы решать, я – делать.
– Ну что, студент? Рискнём здоровьем родителя ради твоего образования?
– Ну, можно попробовать…
– Решено. Берите у нас эту ци – как-нибудь переживём!
Китаец протянул руки к Антону, проделал манипуляции, потом повторил их над Мишкой. Затем он пристально взглянул на Смирновых и пробормотал:
– Завтра юноша идти в институт и говорить свой учитель. И всё будет хорошо.
 
– Ты тратишь столько сил на этих лаоваев, сын. Знаешь ли ты, куда приведёт тебя эта дорога?
– Матушка! Искушение сдаться бывает особенно сильным незадолго до победы. Но помни: то, что случается, случается вовремя. Мне кажется, что я вот-вот зачерпну воду, и луна будет в моей руке.
– Ку цзинь гань лай.
 
Просветлённый не подвёл. На следующий день Мишка позвонил Антону перед обедом и, захлёбываясь от восторга, рассказал, что Зубов-таки нашёл тетрадки с его лабами и поставил долгожданный зачёт. Пришлось чуть умерить восторги сына и напомнить, что допуск к сессии ещё не означает её успешную сдачу. Потом Антон сидел над фотографиями недавно найденных предметов и внимательно рассматривал мельчайшие детали. Получалась какая-то нелепица: не могли же в московской усадьбе XIX века появиться китайские артефакты шестого или пятого веков до нашей эры? Но эксперты из музея утверждали, что манера, в которой были выполнены бронзовые предметы, свидетельствовала о том, что их создали в период Вёсен и Осеней. Теперь предстояло решать, что делать с этими предметами и как это скажется на планах реконструкции усадьбы. А к вечеру у Смирнова-старшего разболелась левая коленка. Давным-давно, когда Мишка только-только научился ходить и на прогулках предпочитал рыться в дворовых песочницах, Антон отсидел себе левую ногу. К травматологу он, конечно же, не пошёл, и потом полгода чуть прихрамывал при ходьбе. Со временем коленка расходилась, но иногда напоминала о себе в самый неподходящий момент.
Буська же, как нарочно, в тот вечер носилась по соседним дворам, как безумная. Антон едва успевал за разгулявшейся собакой. Придя домой, он смазал колено лечебным гелем, но злополучный сустав продолжал побаливать. И тут Татьяна внезапно закатила скандал, начала одну из тех бессмысленных ссор, которые она устраивала время от времени без всяких видимых причин. Сорвалась на Мишке, затем накинулась на Антона, вспоминая к месту и не к месту его прегрешения за все годы супружеской жизни. Швырнула на пол чашку, из которой пила кофе. Чашка, конечно же, разлетелась мелкими осколками, поцарапав паркет. Буська от страха забилась в щель между диваном и стеной, и там застряла.
За то время, что они были женаты, Смирнов испробовал разные линии поведения во время истерик Татьяны, но ни одна из них не оказалась удачной. Раз за разом эти нелепые свары продолжались часами, до предела выматывая обоих. Антон вздохнул и попытался что-нибудь придумать, чтобы привести супругу в чувство. На душе было паскудно, как будто туда плевали. И тут мужчина почувствовал, как сердце его ёкнуло, будто кто-то сдавил его невидимой безжалостной рукой. Смирнов попытался вдохнуть, но не смог. Его бросило в жар, потом на лбу выступила холодная испарина. Ноги сделались ватными, по телу разлилась слабость. Антон медленно осел по стеночке на пол. Всё вокруг закружилось, и комната перед глазами начала темнеть…
Очнулся Смирнов от того, что его пальцев касались чем-то мокрым и шершавым. Он повернул голову и открыл глаза. Буська, взвизгнув от радости, потянулась к Антону, пару раз чихнув от избытка чувств, и так сильно виляя хвостиком, что казалось, что она сейчас взлетит. Собака лизнула хозяина в ухо, потом в щёку и в лоб. Смирнов захотел погладить терьершу, но рука была такой тяжёлой, что не поднималась и на пару сантиметров.
Из коридора донёсся какой-то шум. Грохнули парные двери, и в комнату влетел высокий мужчина. За ним зашла Татьяна с побелевшим от злости лицом.
– Значит, так, узкоглазый! Если сейчас же, немедленно не вылечишь моего Антона, я не знаю, что с тобой сделаю! И никаких отговорок!
– Но я же говорить, что мы с Антон по рукам. Он сам решать, он сам рискнуть здоровье.
– Да я тебе сейчас глаза выцарапаю, шарлатан криворожий! Я сейчас так рискну твоим здоровьем, что ты забудешь, как рис есть палочками!
Буська, на всякий случай, спряталась под кроватью. Китаец, наверное, увидел что-то ужасающее в лице Татьяны, потому что сразу перестал пререкаться и рванул к лежащему мужчине. Дрожащими руками он проделал пассы вокруг головы Смирнова, потом прислушался к чему-то и повторил процедуру. Мишка всё это время простоял в коридоре, не решаясь войти в комнату.
Цзюнь-цзы испуганно глянул на Татьяну, после чего обратился к Антону:
– Попробуйте сесть.
Смирнов-старший опёрся на руку китайца и приподнялся. Ему действительно стало получше. Опустив ноги на пол, Антон выпрямил спину и поднял голову. Татьяна стояла, напружинившись, готовая в любую секунду наброситься на китайца. Маленький нахохлившийся воробушек рядом с ястребом. Её глаза не обещали просветлённому ничего хорошего.
– Милая, не сердись! Он тут не при чём. Это я сам решил, а он даже предупреждал, что я могу заболеть…
Тут женщина не выдержала, устремилась к Антону, прижала руки к его груди и зарыдала на плече мужа. Сквозь плач и всхлипы доносились слова укоризны:
– Тошка-Тошка… Какой же ты дурной! Ну, разве так можно? А обо мне ты подумал?..
А потом все вместе пили чай на кухне. Татьяна сгоняла Мишку в магазин за столь любимыми Антоном заварными пирожными. Китаец уплетал их за обе щеки. Буська дремала под сиденьем, поскуливая во сне от пережитого потрясения. Антон смотрел на свою жену, такую домашнюю, хрупкую и нежную, и вспоминал, как она орала на китайца. Просветлённый, как будто прочитав мысли Смирнова-старшего, тоже глянул на Татьяну и заметил:
– У вас очень много истинный ци. Вы не хотеть лечить других человек?
– Да куда уж мне. Кто бы меня вылечил!
– А что у вас болеть?
– Спина и шея. Иногда так прихватывает, что сил никаких нет!
– Можно я посмотреть?
– Попробуй.
Китаец встал со стула и подошёл к Татьяне со спины. Подняв руки, он провёл ими над головой и плечами женщины, не касаясь тела. Потом просветлённый сделал несколько пассов правой над позвоночником. Глаза Татьяны округлились:
– Ой! Отпустило! Легче стало, как после мази. Ну, спасибо! Помог, так помог!
Уходя, китаец очень тепло попрощался с каждым из семьи Смирновых. Он даже погладил Буську и почесал у собаки за ушами.
Ночью Антону приснилось, что он идёт куда-то по спящему городу вместе с женой и сыном. Сзади семенила терьерша. Смирнову захотелось спросить у Татьяны, куда они направляются, но, как это часто бывает во сне, тело не повиновалось его разуму. Всё семейство кралось по тёмным мокрым дорожкам, избегая освещённых улиц. Шагали довольно долго, и, в конце концов, очутились возле дворянской усадьбы с небольшим парком, огороженным забором.
Смирновы остановились у ворот, не зная, куда двигаться дальше, но тут Буська проскочила через отверстие в решётке, а через минуту щёлкнул замок, и открылась калитка. Антон вошёл первым и направился к особняку. Главный вход был закрыт, но Смирнов-старший, почему-то, знал, что ему нужно зайти сбоку, просунуть руку в водосточную трубу и взять там ключ от подсобки. Отперев дверь, обитую оцинкованным железом, все тихо проникли в хранилище хозяйственного инвентаря. Буська, вбежав в пыльное помещение последней, громко чихнула и возмущённо помотала головой.
Антон тем временем открыл шкаф, встроенный в стену, и нащупал заднюю панель. Он знал, непонятно откуда, что если надавить на неё посильнее, то откроется тайный ход. Так и произошло. Вскоре вся семья пробиралась по очень узкому коридору, в котором не убирались уже много-много лет. Тут уже чихала не только собака.
Проход закончился тупиком, в котором стоял огромный сундук. Антон с Мишей приподняли этот здоровенный ларь за один край, а Татьяна с Буськой пролезли в образовавшееся отверстие. Сразу после этого, чтобы не лопнуть от натуги, мужчинам пришлось опустить громоздкий предмет и ждать сигнала. Даже во сне чувствовалось, как ныли мышцы от чрезмерных усилий. Через пять минут раздался стук. Пришлось поднимать край сундука ещё раз. Сначала выбежала собака с какой-то коробкой в зубах, затем выползла Татьяна, вся в пыли. И вся семья Смирновых отправилась в обратный путь.
Антону очень хотелось глянуть, что за футляр сжимает в зубах терьерша, но снова ему что-то мешало. Идти, открывать и закрывать двери он мог, а вот сделать что-то другое – не получалось. Машинально переставляя ноги, Антон ещё подумал, что этот сон какой-то очень странный, какой-то на редкость реалистичный.
Когда Смирновы оказались возле старой панельной пятиэтажки, Буська шмыгнула в подъезд и вскоре вернулась, но уже без коробки, после чего все зашагали по лужам в сторону такого знакомого подъезда, вход в который был увит разросшимся диким виноградом.
Поднявшись утром с кровати, Смирнов-старший ощущал себя совершенно невыспавшимся и разбитым. Мышцы рук и ног болели. Буська спала на одеяле между Антоном и Татьяной. Потянувшись, чтобы погладить собаку, Смирнов с удивлением обнаружил, что лапы терьерши мокрые…
 
– Ну что, матушка, похоже, наши каникулы закончились. Не зря я говорил, что незнакомая собака в доме сулит благополучие. А с этой реликвией на родине нас встретят с распростёртыми объятиями! Подумать только, найти кольцо самого Конфуция у лаоваев! 
– Ку цзинь гань лай. 
________________________________________________________________________________
 
ku jin gan lai – на смену неудаче приходит удача (горькое иссякнет, сладкое придет)
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Летнего Блица
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования