Литературный конкурс-семинар Креатив
Летний блиц 2017: «Жулики на каникулах, или Чудеса today»

Господин Дадж - Рукастым робот не помеха!

Господин Дадж - Рукастым робот не помеха!

 
Маленький пальчик вдавил кнопку, и внутри помятой, видавшей лучшие времена модели ракетоплана что-то негодующе скрежетнуло.
— Не, так он не взлетить, — скрипуче отозвался дед, широко рассевшись на поваленном стволе, символизирующем скамеечку.
Он с внуком разместился у ограды детского сада, посередь густой травы, а сзади их прикрывала щербатая многоэтажка. На балконах корабельными флагами развевались вереницы сохнущей одежды.
За широким шоссе распахнул двери магазин самообслуживания, а перед ним вышагивало счастье ребяческое — робот! И не робот-маляр или асфальтоукладчик какой-нибудь, а робот, задорно верещащий: "Морр-роженое! Мор-роженое! С вас червончик — с нас пломбирчик!" Минуту назад к роботу подбежала парочка школьников и вытащила из железного нутра двойные порции. У деда, конечно, монетки в кармане позванивали. Он тоже мог прикупить сладость холодную — внучка осчастливить. Да не таков был дед.
— Брось ракету, — ворчливо приказал он. — Делом займёмся. Сейчас пультик на другую цель перепрограммируем, и будет нам и мороженое, и робот на запчасти.
И заботливый дедушка стал воспитывать внука, показывая, как казённого служащего увести, пока не видит никто. Щёлкнуло что-то в устройстве, которое так и не запустило ракетоплан. Кнопка нажалась — слабо засветился красный огонёк спереди.
— В голову, в голову болвану металлическому свети! Рубильник этот дёргай.
— Получится, а? Дедушка? — синие глаза внука вопросительно буравили старика.
— Щаз разве кто в электронике кумекает? — усмехнулся дед. — Механизмы сами себя собирают и сами себя чинють. А были ж времена… Мы на практике вот этими самыми руками, — мозолистые пальцы помахали перед лицом внука, — роботов таких по винтикам разбирали. Я там каждой загогулине, понимаешь, смысл мог придать. Да ты сам глянь. Железяка эта, смотри, к нам уже топает.
Дед медленно повернул колёсико, схожее с регулятором громкости.
— Это мы ему картинку меняем. Сейчас в память пишется, будто две девчонки лет пяти его поманили.
Сверкая объективами камер, робот безропотно приблизился и замер у насторожившейся парочки. Дед клацнул по кнопке. На табло у робота вспыхнуло число "10".
— Вишь, — дед на всякий случай сбавил голос до шёпота. — Думает, что мы десятку ему сунули.
И палец застучал по пульту, а сумма на табло заманчиво возрастала.
— Мы теперь ему начальники, — пояснил старик, вытаскивая дымящиеся холодным инеем порции мороженого. — А не какой-то там магазин.
— Но, дедушка, — вдруг спросил внук, откусывая уголок ледяной сладости. — А почему мы просто не можем купить?
— Ээээ, малёк, — дедова рука взъерошила внуку волосы. — Придут времена трудные, а ты и робота обмануть не сможешь. С голодухи помрёшь?
— Почему помру? — не согласился внук. — Я куплю!
— А если денег вдруг не окажется, — прищурился дед. — Вот ни монетины.
— Заработаю, — твёрдо сказал внук.
— Это ты молодец, конечно, — кивнул дед. — Но если не будет для тебя никакой работы?
— Как же не будет? — удивился внук. — Даже пословица есть народная: был бы человек, работа найдётся.
— Работа робота ищет, — тяжко вздохнул дед. — Думаешь, всегда были механизмы энти? Да когда я твоих лет был, бегал за мороженым к лотку. А торговал не робот. Женщина торговала. Толстая. Хмурая. Пальцы, как сардельки. И всегда норовила сдачу на монетку-другую меньше вернуть. Где-то она теперь?
И дед ещё раз вздохнул. Ещё тяжелее. Будто печалился не столько о монетах недополученных, а о женщине, безвестно сгинувшей, когда повсеместно торговать стала электроника.
— Теперь работу так просто не сыскать, — продолжил дед трудную тему. — Канавы роботы роют. Дома роботы строят. Сказки, что я перед сном тебе читаю, роботы сочиняют. Заработать, Димка, теперь ох как непросто.
А детские печали коротки. Внучок уже смеялся заливисто, кушая клубничное мороженое даром и в неограниченном количестве.
— Теперь он нам всегда мороженое носить станет? — весело спросил он
— Не, всегда не получится, — разубедил дед. — Пойдёт подзаправиться, так в магазине и поймут, сбойнуло у него что-то. Взлома нет. Денег нет. Мороженого тоже. И не отпустят уже с товаром-то. Но мы к другому магазину отправимся. А там ты уж сам конструировать начнёшь.
 
* * *
 
Во времена эти в городе, да и повсюду, роботов и дронов было видимо-невидимо. Кто за кушанья отвечал вредные и полезные, кто летал, сверху фиксируя, что на улицах творится. А кто штраф выставлял парковщикам нерадивым и в полицию отсылал сведения о личностях подозрительных. Иные людей развлекали за малую денежку. А кое-какие даже операции хирургические вели, хоть пока и под пристальным наблюдением человеческим. Триумф науки: в труде железяки людей повсеместно заменяли.
Но то тут, то там недостачи случаться стали. Парочка умельцев проказничала. Да не школьники-хулиганчики и не какие-нибудь мафиози иностранные. А дедок с внучком — развлечения ради. Деда в опознавателе Сергеем Геннадьевичем пропечатали, а внучка Димой кликали. Лето в разгаре. Димкины родители на моря отправились, поближе к славному городу Казантипу, где детей не очень-то привечали. Поэтому присматривать за ребёнком дедуле поручили. Тот пропадал в гараже безвылазно. То паял что-то, то склеивал. Мог кресло состолярничать, а мог и приспособления всяческие электронные, в быту полезные. У него свет щелчком пальцев включался, и кот сам себе корм насыпал посредством педали затейливой. До лета этого с внуком дед редко виделся. А тут привёл Димку в полный восторг. Димка-то и не подозревал, какие штуковины создавать можно!
Сергей Геннадьевич помимо рук золотых ещё и острый смешливый ум имел, который завсегда бой с моральными установками выигрывал.
Поэтому городку в тот период ох как не поздоровилось! День за днём, квартал за кварталом, а там глядишь, дроны и роботы уже под опекой собственной. Димка науку хитрую на лету схватывал. Семейка поедала мороженое в количестве неограниченном, пила коктейли фруктовые, смотрела через летающего дрона-камеру премьеру в кинотеатре, куда лишь богатеев местных пускали. Никто не возражал. Потому как внимания не привлекали: чуть-чуть мороженого съедят и отпускают робота. И так всякий раз — благо, железяк бестолковых вокруг завались! Вот и списывали не на жуликов, а на поломки мелкие или настройку некачественную.
 
* * *
 
— Там он, дедушка!
Димка крепко сжимал устройство, ласково названное "ключиком", но тут рука задрожала. "Ключик" стал греться. Красная лампочка на его голове лихорадочно мигала.
— Может, ну его, летуна непонятного.
Ни дед, ни внук не видали раньше такого увёртливого дрона. Тем сильнее ухватить хотелось. Это как рыбачья мечта: после карасей да ершей вдруг щуку на крючок подцепить. А то и сома даже! Именно поэтому шершавые дедушкины руки сомкнулись на молодых руках школьника, и они стали удить.
— Неужто у нас сломалось чего? — пыхтел дед. — Обратная связь странная! Станет горячее — бросай! Не хватало, чтоб в руках взорвался.
Но Димка упрямо держал "ключик", и его старания не напрасными оказались! Из-за забора (на этот раз дед с внуком обосновались в глухом тупике частного сектора, посреди травы, за гаражами) показался дрон. Дистанция сократилась, но две пары рук, сжимавшие "ключик", не переставали дрожать.
Теперь приманенный летун предстал во всех подробностях. Металлический кругляш с синим поясом, из которого по периметру вылезало восемь членистых ног, беспомощно трепыхавшихся в полёте. Шар закрывали пластины: то синие, то серебристые. И по кромке каждой шурупы с большими округлыми шляпками завинчены. На каждой пластине выпячивалась большая кнопка с буквой и цифрой, и вокруг неё — ещё россыпи разноцветные. Димка разглядел с десяток больших, а мелкие и считать не стал.
— Вот так да! — прошептал он, гадая, что же им за дрон такой достался.
— Ну-к, тяни его сюда! — приказал дед, играя боковыми регуляторами, на что со стороны дрона послышалось фырканье и дрожание тоненькими ножками.
— Тянуть — отставить, — вдруг отчётливо зазвучал металлический голосок. — Команда мне: добровольное сближение. Команда вам: представиться.
— Беофульф Сигизмундович, — отрекомендовался дед, внезапно уяснив, что за натужным подтягиванием дрона подменить картинку для его камеры как-то забылось.
— Дормидонт! — с восторгом включился в новую игру Димка. — Левиафанович.
Представляться настоящими именами не следовало. Поди разбери, кто потом в памяти у этого дрона копаться станет.
— Яфмамииасонд, — в свою очередь представился дрон.
— Ты мамин зонд?! — ликующе воскликнул Димка, думая, что по сочинительству имён дрон их обставил подчистую. — А кто твоя мама? И что ты зондируешь?
— Нет — мама! Нет — зондируешь, — голос шарообразного летуна словно задрожал от негодования. — Имя — Яфмамииасонд. Искусственный интеллект. Экспериментальный дрон.
— А что ты умеешь? — с живым любопытством спросил Димка, но дрон не обращал на него внимания. Он целенаправленно подбирался к "ключику".
— Сигнал. Сигнал, — произнёс Яф-Яф, как его кратко обозначил для себя Димка.
Пластины внезапно разъехались. Из нутра на манер языка высунулась отвёртка. "Ключик" накрепко к нему примагнитился, и дрон его проглотил вмиг, вызвав изумлённые вздохи "рыбаков". Димка дотянулся до кнопки возле металлического рта и смело надавил, надеясь, что "ключик" ещё не переварился в загадочном нутре дрона и будет выплюнут. Новый делать — та ещё забота...
Но челюсть не отпала, а залязгала:
— Инструкция. Инструкция. Нажать кнопку и максимум три подкнопки.
— Это он нам? — ошарашено спросил Димка.
— Кому ж ещё? Да не боись, разберёмся! Кнопки, это, стало быть, большие которые, — мигом просёк дед. — Подкнопки — вокруг них мелочь. Что ж не нажать, раз железяка требует.
В другой бы раз Сергей Геннадьевич схватил бы внука в охапку да ноги давно сделал. Но хотелось разобраться с дроном нетипичным! Поглядеть, можно ли интеллект искусственный и в этот раз для пользы своей приспособить! Это вам не разносчика мороженого на десятку обжулить.
— Займись-ка, внучок, — предложил дед, помня, что для воспитания молодого поколения нелишне предоставлять им свободу действий. Да и поломается чего, с ребёнка какой спрос? Всегда можно сказать, что отвернулся на секунду, а дрон этот уже в полуразобранном состоянии. И, быть может, только в целях самозащиты.
Димка внимательно осмотрел Яф-Яфа. Больших кнопок ровно дюжина. С числом и буквой каждая. Вокруг — двенадцать маленьких. И была ещё самая большая, представлявшая нос дрона — чёрная. Рука сама к ней потянулась. И отдёрнулась. Как-то угрожающе она выглядела. Поэтому Димка нажал на большую "М5" и три маленьких: синюю, прозрачную и в форме капли изумрудной.
— Данные приняты, — металлически послышалось от дрона.
И всё стихло. Только негромко гудело внутри Яф-Яфа. Может, там переваривался их "ключик".
— Что он будет делать с этими данными? — напряжённо прошептал Димка.
— Может, хозяевам отправит, — пожал плечами старик. — Нам пока — дело малое. Если что, попросили нас, мы и нажали.
А глаза зыркали. Глаза искали в дроне место слабое. Чтобы приконтачиться. Или отвинтить чего, в хозяйстве полезное.
— Гружу данные, — снова послышалось из шара. — Гружу данные: май. Гружу данные: 21:00, темнеет. Гружу данные: ветер. Выбор скорости. Скорость: 10 м/с. Гружу данные: гроза.
После оглашения вердикта Яф-Яф трансформировался в ёжика металлического. Открывались клапаны. Выползали отростки. Между ними возникали кружащиеся разнородные дымки, устремлявшиеся к небу, смешивающиеся с ним. По ясной голубой поверхности расплылась сизая тучность. Меж тем, на земле маленький смерчик набирал обороты, тоскливо подвывая и возле магазина дальнего, и в глубине садика дикого, и между гаражами хмурыми, древними, ободранными. А потом грянул гром.
— Люблю грозу в начале мая, — горделиво и величественно пророкотал Яф-Яф.
Ни один сайт любого из метеобюро не предрекал никаких гроз — обещали засушливость и редкостную жару. Невероятную грозу обсуждали потом сотню тысяч раз даже те, кто обычно помалкивал.
Лило как из ведра.
— В подъезд, — рявкнул дед и тремя прыжками подскочил к двери, где за секунду мощным тычком и парой вдавленных кнопок договорился с домофоном. Димка не отставал. Прикрыв дверь, спасшиеся от грозы в четыре глаза наблюдали через узкую щель за разворачивающимися событиями.
Среди грозы магической чёрной луной властвовал Яф-Яф, поблёскивая в свете молний и сверкая собственными индикаторами.
— Мощь, — уважительно покачал головой Сергей Геннадьевич. — Да мы с тобой его по деревням свозим. На одних поливках озолотимся!
Димка не возражал. От громыхания внутри него что-то счастливо подрагивало, и он готов был ехать за дедом хоть за край света.
Внезапно, словно вывалившись из тумана, возле дрона образовалась троица. Сергей Геннадьевич напрягся и уменьшил ширину щели. А Димка с восторгом смотрел на незнакомцев. Особенно ему понравились суставчатые перчатки на их руках. От внимания деда не ускользнули приборы за поясами, напоминавшие пульты управления высшей категории сложности. Самый высокий из пришедших надавил на дроне пару рычажков, и гроза тут же закончилась. Яф-Яф из ёжика мигом превратился в блестящий шар, всосав внутрь и ножки, и антеннки, и даже кнопки.
— Внимание, — тихо сказал второй пришедший (Димка с Сергеем Геннадьевичем из подъезда едва расслышали). — Лаборатория "Великий Устюг". Пропавший экспериментальный погодный дрон Яфмамииасонд найден. Возвращаемся. Приказ: подготовить дронов-ищеек для прочистки местности — надо найти хулиганьё.
— Заметут нас, — огорчился Димка. — Пока новый пульт сваяем…
— Вывернемся, — дед тычком заставил внука заткнуться. — Их слушай. Может, дельное чего предложат.
К разговору подключился третий из сотрудников "Устюга". В голосе его свозило и напряжение, и тревога, и изумление.
— Кто-то манипулировал дроном? Невозможно! Без нашей аппаратуры никто бы не смог даже сбить Яфмамииасонд с маршрута. Что уж говорить о настройке погодных условий! Я думаю, это внутренняя ошибка!
— Внутренняя? — криво усмехнулся высокий и, кажется, главный. — Сейчас мы и поглядим. В дроне посторонний объект, о чём говорит надпись на дисплее.
Миниатюрный дисплей, который дед с внуком не заметили, казался чуть ли не самым тёмным пятном на южном полюсе шара. Сотрудник лаборатории снял с пояса устройство и начал задавать команды. Пасть Яфмамииасонда широко раскрылась, выставив слегка покорёженный "ключик". Димка охнул, и дед зажал ему рот рукой.
— Ах ты ж проныры, — весьма неодобрительно бормотал второй, вертя в руках находку (малец этот здорово шурупит в технике — подумал дед). Пальцы попробовали одну кнопку, другую, и загорелся красный огонёк.
— Топорная кустарщина, — сделал он вывод. — Однако, не лишена оригинальности. Слабое место дрона теперь известно, и мы устраним его...
— Нюансы осветишь в лаборатории! — резко одёрнул его высокий. — Создателей прибора ищи. Они могут помешать в разработках.
— Это, дедушка, кто? — прошептал Димка. — Шпионы?
— Шпионам только и дело с погодой баловаться, — покачал головой Сергей Геннадьевич, любуясь чужими пультами. — Глянь, "лентяйки" у них знатные. Мне бы одну такую, — он мечтательно прищурился. — У меня бы не только наш дом по команде строился, а весь квартал. Да что там! На город бы хватило!
— Попросим? — распахнул глаза Димка.
— Тихо сиди, — одёрнул его дед. — Пусть поищут сначала по окрестностям Беофульфа Сигизмундовича да Дормидонта Левиафановича.
Высокий накинул на дрона чёрный похрустывающий мешок, и шар, оказавшись внутри, безвольно спланировал на землю.
— Исчезаем? — спросил первый.
— Как можно скорее, — подтвердил второй.
Зато третий медлил.
— Вот ведь мастера-самоучки... — медленно произнёс он. — При должном обучении из них получатся отличные изобретатели. Людям, умеющим работать руками, а не скачивать лайфхаки из сети, сейчас платят на вес золота…
После этих слов дед не выдержал. Доброе слово и коту приятно, и дрону интеллектуальному, а уж человеку — так и вовсе.
Дверь подъезда распахнулась.
— Эй, господа, товарищи, судари!!! — вопль отразился звонким эхом.
Сергей Геннадьевич выбежал из подъезда… нет, выскочил… да что там, вылетел на блестящую от прошедшего дождя улицу, залитую миллионами солнечных бликов. Правой рукой он размахивал, как потерпевший кораблекрушение, завидевший парус. Левой он волок за собой недоумевавшего Димку.
 
* * *
 
Таинственная троица разом обернулась.
— Собственно, вот и мы, — притормозил Сергей Геннадьевич, выбрав в качестве собеседника третьего. — Вы сказали, на вес золота. А сколько в граммах? Ну, или если по биржевым котировкам пересчитать?
— Умение интуитивно перепрограммировать дронов ценится весьма высоко, — сухо молвил главный. — Сдаётся мне, вы не всегда используете это умение в благовидных целях. Но плохо то общество, которое не может поставить умельцу такую задачу, чтобы результат её был полезен обоюдно…
— А мы ещё и роботов умеем, — встрял Димка, чуя, что лишняя похвала сейчас не помешает.
— Столовая ложка энтузиазма, любопытство в качестве специй и рукастость как основная часть блюда, — хмыкнул третий.
— Так-то мы не напрашиваемся, — обиженно поджал губы Сергей Геннадьевич. — Просто, слышу, "на вес золота". Но если опять одна говорильня намечается…
— Пока робот не умеет обманывать робота, — сказал второй, поднимая мешок с Яф-Яфом, — человеку, обладающему такими способностями, всегда найдётся местечко тестировщика, — внезапно голос его обрёл тон беспрекословного приказа. — Прошу вас пройти с нами.
— А если… — начал придумывать дед более выгодные условия.
— А если выбор будет иным, — внезапно посуровел высокий. — Придётся в кратчайшие сроки возместить торговым организациям города и кинопрокату две тысячи сто тридцать восемь монет номиналом…
— Мы согласны, — торопливо перебил Сергей Геннадьевич. — Двигаем, Димка, за ними. Чую, сегодня насмотримся интересного. А роботам подсовывать виртуальные десятки с этого момента станет кто-то другой.
— Почему? — Димка даже остановился.
— Потому что у нас появился шанс их заработать, — хмыкнул дед. — И надо торопиться. Не сегодня-завтра и этим могут заняться роботы.
Они нырнули в туман. Город исчез. Что-то сладко замерло в груди у Димки, будто он смотрел захватывающее кино и вдруг шагнул прямо за экран с самую гущу приключений. И у деда внутри что-то счастливо ёкнуло, словно вспомнилась когда-то забытая мечта, которая внезапно решила сбыться.
Туман поредел. Клубы спрессовались в стены, выткав коридоры с высокими потолками. Сумрак местами разгоняли фонари со старинными причудливыми абажурами. Коридор упёрся в дверь, над которой золочёными буквищами пропечатали "Великий Устюг". А чуть ниже — "экспериментальная лаборатория".
— Мы вернёмся? — шёпотом спросил Димка.
Сергей Геннадьевич ответа на этот вопрос не знал.
— Выход в город будет на другом конце здания, — улыбнулся высокий, открывая дверь и пропуская новоприобретённых сотрудников внутрь. — Но прежде, чем до неё добраться, вам придётся многое пройти.
А Димка и не устал совсем. А Димка готов был шагать до бесконечности.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Летнего Блица
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования