Литературный конкурс-семинар Креатив
Креатив 22: «Ветер перемен, или Не Уроборосом единым»

Хромой Пегас - Крылатый щит

Хромой Пегас - Крылатый щит

Мехико, 06.06.20Х5 
 
Вечернее солнце нежно подсвечивало фасад огромного собора. Рыжеватые закатные лучи придавали особую объёмность горельефу с Девой Марией, а орёл, распростёрший крылья над Богоматерью, казалось, вот-вот и в самом деле взлетит над площадью Сокало. Три святых сестры печально смотрели на собравшийся внизу народ, как будто хотели что-то сказать, но не решались; при этом Вера неловко выставляла вперёд согнутую в локте правую руку, лишённую кисти. А людской муравейник на площади копошился, как всегда в этот час. Сотни мужчин и женщин спешили по своим делам, переполняя широкие тротуары, у обочины выстроились зелёные, с "шашечками" на боках, веломобили, чьи водители лениво поджидали седоков. Под невысокими молодыми грабами, огороженными металлическими решётками, уличные торговцы предлагали свой нехитрый товар, бдительно оглядываясь по сторонам в поисках полицейских. Прямоугольное чрево метро поглощало всё новых и новых усталых тружеников, извергая взамен редких вечерних гуляк. По гигантскому прямоугольнику площади суетливо раскатывали стаи рычащих автомобилей, а в воздухе висела сероватая дымка смога.
У распахнутой калитки в ограде собора остановился турист из Азии, чтобы полюбоваться резным фасадом ризницы Саграрио. Пока заграничный гость рассматривал многочисленные архитектурные детали и скульптуры, мастерски вырезанные из светлого песчаника, до ушей мужчины донёсся низкий звук, похожий на отдалённые раскаты грома. Турист поднял голову и вдруг заметил, что закатное небо посветлело, как будто в нём появилось второе солнце. Тень от ограды собора внезапно раздвоилась, и второй силуэт начал медленно отползать от первого. Низкий звук тем временем становился всё громче и сильнее, и многие прохожие останавливались, недоумённо глядя вверх. А потом всю площадь Сокало залило ослепительным светом, таким ярким, что люди закрывали глаза руками. С каждым мгновением это жуткое сияние усиливалось, вместе с небесным рёвом, от которого хотелось бежать, сломя голову, неведомо куда, а потом сверху налетел ужасный горячий удушающий ветер. Спустя долю секунды землю потряс удар невероятной силы. Огромнейший город перестал существовать.
 
Нью-Йорк, 07.06.20Х5 
 
Роберт Салливан Хантер сидел в своём кабинете за большим столом и набрасывал на листе бумаги тезисы к предстоящему выступлению. Стройный, подтянутый, в элегантном костюме от Десмонд Меррион, Роберт выглядел роскошно, как и полагается смотреться белому англосаксонскому протестанту, чьи предки являлись отцами-пилигримами; чьи отец, деды, прадеды и т.д. учились только в университетах Лиги плюща. Время от времени он поднимал красивую породистую голову и посматривал на телевизионный экран во всю стену. Круглосуточный новостной канал BCD+ транслировал видео, снятое с вертолёта, летящего над огромным метеоритным кратером. Дно и края этой гигантской вмятины ещё дымились. Трудно было представить, что ещё несколько дней назад на месте кратера стоял город, один из крупнейших на планете. От удара метеорита Мехико просто-напросто испарился. От мегаполиса не осталось никаких следов, только дымящийся кратер, исполинская язва на теле Земли.
По причине ужасного катаклизма была созвана Чрезвычайная специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН, на которой одним из первых полагалось выступить Постоянному представителю США. Роберт с утра корпел над докладом, но собраться с мыслями никак не получалось. Масштабы бедствия обескураживали. Следовало изречь что-нибудь проникновенное, сочувственное к жертвам трагедии, и в то же время глубокомысленное, показывающее, что Хантер представляет величайшую державу мира. Но вдохновение в этот раз не приходило к Роберту. Корзина для бумаг уже наполнилась скомканными листами.
Тут дверь открылась, и в кабинет проскользнул Суреш Моди, помощник Роберта. Чёрные, как антрацит, волосы, смуглое лицо, открытый широкий лоб, большой мясистый нос и густые брови домиком: по внешности Суреша трудно было догадаться, что он с отличием окончил Гарвардский колледж, а затем получил степени магистра искусств и доктора философии в Гарвардском Университете. Моди предлагали должность преподавателя в его Alma mater, но он предпочёл ей карьеру в Государственном департаменте.
Суреш подошёл к столу своего босса и положил на полированную поверхность пухлую потрёпанную папку со смазанными штампами архивов и большими буквами "BMDO" на обложке.
– Что это?
– Наилучший возможный старт для вашей президентской кампании.
Суреш знал, что его босс желает стать президентом и свою деятельность в ООН рассматривает лишь как трамплин для дальнейшей политической карьеры. Поэтому Моди похлопал ладонью по желтоватому картону, многозначительно прищурил глаза и продолжил:
– Мой однокурсник работает в Национальном управлении архивов и документации. Он помог мне раздобыть доклад аналитиков DARPA для BMDO, где подробно излагается концепция обороны Земли от гипотетического нападения инопланетян. Кое-что поправить – и у вас в руках хорошо проработанная схема противометеоритной защиты планеты. Это наша козырная карта. Если вы объявите о ней на Чрезвычайной сессии – станете персоной номер один для всех телевизионщиков мира. Вы дадите этим бульдогам кость, в которую они с радостью вцепятся! После этого вас, конечно же, снимут с должности Постоянного представителя за несанкционированное президентом и Госдепом заявление. Но это то, что нужно: гонения власть имущих лишь пойдут вам на пользу. По горячим следам, пока вы остаётесь в центре внимания, нужно будет сделать ряд деклараций для прессы, затем – самое время объявить о том, что вы выдвигаете свою кандидатуру на ближайшие президентские выборы. Изюминкой вашей программы станет защита планеты от угрозы из космоса. Это масштабно, актуально, злободневно и понятно обывателям. После такого объявления все испаноязычные избиратели – у вас в кармане. Они ещё долго не забудут гибель Мехико-Сити, поэтому нужно почаще выражать им соболезнования и подчеркивать своё уважение к жертвам среди их родственников. Важно всё время напоминать о том, что ваша цель – не допустить ещё одной подобной трагедии. Лозунг кампании: планетарная противометеоритная защита – новый вызов для всего человечества, новая надежда и тому подобное. "Боинг", "Локхид", "Роквелл" и другие вас поддержат, если пообещать им участие в разработке системы. Компании Кремниевой долины тоже выстроятся в очередь с пожертвованиями, если намекнуть им на большие заказы при вашем президентстве. Ещё нужно не забывать о Ржавом поясе: создание системы поможет оживить их сталелитейные заводы. А это ещё целый пласт избирателей.
– Суреш! Ты хорошо излагаешь – я почти поверил. Но давай я сразу же задам неудобный вопрос. А что с этого будешь иметь ты? Для чего тебе эти танцы с бульдогами и шакалами?
– Помощник президента – звучит гораздо лучше, чем помощник Постоянного представителя при ООН. К тому же эта должность даёт большие возможности для посредничества, а у меня много родственников в Мумбаи…
– Я понял. Ценю твою откровенность! Но ответь мне на второй неприятный вопрос: кто заплатит за эту систему? Где мы найдём такого простака, который поможет мне не вылететь из Белого дома после первых ста дней и выложит мой путь золотом?
– Босс! Систему можно строить в рамках ООН, а оплачивать её будут все развитые страны. Добровольно. Пропорционально ВВП.
– Суреш! Ты же доктор философии! Если я не ошибаюсь, твоя диссертация была про сложности мировой экономики, и ты прекрасно понимаешь, что мы должны расшибиться в лепёшку, чтобы кто-то из наших так называемых союзников или, тем более, соперников, согласился выделить хоть что-то на всепланетные проблемы. Ты же взрослый мальчик и знаешь, что вся эта романтическая чепуха про новый вызов для всего человечества, новую надежду и тому подобное не впечатляет таких прозаических людей, как конгрессмены и чиновники министерства финансов.
– Русским, китайцам и индусам мы пообещаем за участие доступ к нашим технологиям, а также совместное использование системы в научных целях. Если решить с ними вопрос быстро и эффективно, то потом японцы и европейцы сами захотят подключиться к программе, опасаясь остаться с носом.
– Дать наши технологии русским и китайцам? Суреш! Да меня за это в Конгрессе сожрут с потрохами, а потом ещё на моих костях станцуют джигу!
– Босс! Если мы что-то пообещали, это ещё не значит, что мы сделаем именно так! К тому же конгрессменам вовсе не обязательно знать всё о ваших договорённостях.
– Ну ладно. Допустим. Но сейчас мне нужно сочинить речь, а у меня в голове пусто, как на земле после первого дня творения. Есть мысли?
– Да…
 
Из стенограммы выступления Постоянного представителя США при ООН Роберта Салливана Хантера на Чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН 08.06.20Х5 г. 
 
Земляне! Братья и сёстры! Я обращаюсь к вам в тяжёлую годину. Наша общая скорбь безгранична. Нет таких слов, которые могли бы в полной мере передать всё моё сострадание к людям, погибшим в Мехико. Мой разум отказывается принимать эту трагедию и понимать, почему так произошло! Горе переполнило мою душу и иссушило её до самого дна! Я хотел бы заплакать, но не могу. Мне хочется кричать во всю глотку, в надежде, что боль чудовищной утраты отступит.
Земляне! Братья и сёстры! Мне безумно жаль тех несчастных, которые в роковой день оказались в Мехико-Сити. Их жизни оборвались нелепо и трагично! Они могли бы любить и мечтать, грустить и веселиться, творить добро и помогать другим людям. Но этого больше не случится: неумолимая слепая стихия перечеркнула все их надежды огненным зигзагом.
Земляне! Братья и сёстры! Почему так произошло? Мы достигли невероятных успехов в науке и технике, наши возможности показались бы сказкой нашим далёким предкам. Наше могущество поражает, но лишь до той секунды, пока мы не попытаемся понять, на что это могущество используется. На какие-то пустяки, сущую ерунду, не стоящую того, чтобы о ней упоминать. На горы новеньких предметов потребления, которые спустя короткое время пополнят наши безграничные, всё разрастающиеся свалки. На мегатонны смертоносного оружия, которым можно уничтожить всю планету много раз. На прихоти сверхбогатых пресыщенных людей, которые изнывают от желания хоть чем-то удивить друг друга и тем доказать собственную исключительность и потешить своё эго.
Устаивает ли меня такое положение вещей? Нет!
Устаивает ли такое положение вещей вас? Я уверен, что в ответ тоже услышу громкое "нет".
Разумно ли тратить совокупную мощь планеты на всякие глупости, когда перед нашим миром стоят действительно важные задачи? Я не посягаю на ваши свободы, я лишь взываю к вашему здравому смыслу. Прошу вас, ответьте мне хором!
(В зале заседаний слышны громкие крики "Нет!" и бурные аплодисменты)
Я считаю, что наш мир требует перемен! Я считаю, что нам достанет мудрости в этом признаться, и упорства, чтобы эти перемены осуществить. Мы ждём перемен! Мы требуем перемен! Мы изменим этот мир к лучшему! Проблема давно уже назрела, и теперь остаётся лишь быть последовательными в её решении. Я абсолютно уверен в том, что игра стоит свеч, хотя победа достанется нам большой ценой. Нам потребуется как можно больше ресурсов, как можно больше средств. Эти средства, эти деньги не будут потрачены впустую. Перед нами стоит сложная задача, но мы справимся с ней ещё при жизни большинства сидящих в этом зале.
Итак, я анонсирую первый по-настоящему глобальный проект человечества, систему защиты планеты от угрозы из космоса. Это не химера и не грёзы мечтателей, осуществимость такого проекта была доказана ещё в конце прошлого столетия…
 
Скарсдейл, штат Нью-Йорк, 09.06.20Х5 
 
Когда Хантер открыл дверь двухэтажного особняка на Моррис-лэйн и сделал пару шагов внутрь, в прихожей раздался громкий топот, а потом на шею Роберта с разбега запрыгнул сын, Майкл.
– Па! Привет! А мы поедем с тобой завтра на озеро Рай рыбачить?
– Конечно!
– Майкл! Какая ещё рыбалка? Папа только вернулся, ему ещё отдохнуть нужно, а ты его сразу хочешь на озеро потащить!
К Хантеру подошла Элис и с улыбкой положила руку мужу на плечо. Роберт прижался губами к нежной щеке жены. Майкл заканючил:
– Ну, мам! Ну, пожалуйста!
– Ладно, Элис! Я совсем не устал. Сегодня вечером соберёмся, а завтра с утра рванём на озеро.
– Ура! Рыбалка!
Тут по лестнице в прихожую спустилась Синтия.
– Привет, отче! Ты у нас стал героем новостей! На какой канал не переключишь – всюду твоё выступление показывают. Джек говорит, что тебе сейчас в самый раз идти в президенты!
– Так! А кто такой Джек?
– Я тебе потом расскажу, – шепнула ему на ухо Элис, а Синтия чуть смутилась, но продолжила:
– А ещё Джек сказал, что это круто, когда предок умеет так отжигать. Он считает, что ты совсем затроллил старика Уоллеса и тот не знает, что с тобой сейчас делать...
Оставшись с мужем наедине, Элис крепко прижалась к его груди, а потом тихо спросила:
– Тебя отстранили?
– Пока ещё нет, но Билл сказал, что как только они найдут замену, мне придётся уйти самому.
– Это просто замечательно! Отдохнёшь, побудешь с нами! Дети по тебе соскучились.
– Ты про Синтию? – усмехнулся Роберт. – Мне кажется, что у неё сейчас совсем другие планы.
– Будь к ней снисходительнее, Боб! У неё такой сложный возраст.
– Обещаю, – сказал Хантер и обнял жену покрепче.
– Если тебя скоро освободят от должности, может, наконец, поедем все вместе в круиз? Я так давно об этом мечтала!
– Извини, любимая, круиз придётся отложить. У меня другие планы. И отдых в них пока не входит. В этом месяце я собираюсь выдвинуть свою кандидатуру на пост президента.
– Боб! Это так неожиданно! А ты уверен, что это нужно делать?
– Элис! Это мой шанс. Такое случается раз в жизни. И если я не сорву джекпот – потом буду жалеть до конца своих дней! Понимаешь меня?
– Понимаю, Боб. Но и ты пойми меня. Если ты пойдёшь по этому пути, наша жизнь сильно изменится. Я даже не знаю, хорошо это или плохо. Я не знаю, как это повлияет на детей. Боб! Я боюсь!
– Не бойся, Элис! Всё будет хорошо, вот увидишь!
 
Нью-Йорк, 10.11.20Х5 
 
Штаб избирательной кампании Хантера располагался на сорок девятом этаже Башни Свободы. Когда Роберту впервые принесли на подпись счета за аренду сьюта А, он чуть не поперхнулся кофе. Но глава штаба Джим Вайнштейн заявил, что они могут себе это позволить. А офис в Башне Свободы – это своего рода визитная карточка кампании. Хантер тогда поверил своему главному стратегу на слово.
– Джим! Как тебе вчерашние дебаты?
– Грандиозно, босс! Вы уложили его на лопатки!
– Гарри! Что с опросами?
– Босс, я бы сказал, что не так хорошо, как считает Джим. Этот Уокер из Техаса понравился телезрителям и обошёл вас на пять процентов. Я смотрел, как он держится перед камерами. Это опасный противник.
– Суреш, а ты как считаешь?
– Босс! Я согласен с Гарри. Не стоит недооценивать Уокера. Он опасный соперник. Но я знаю один небольшой храм в Бруклине, где есть изваяние сидящего Ганеши. Говорят, что если поднести этому мурти жертву на закате, а потом прочитать правильные мантры, то бог мудрости одарит просителя своей милостью.
– Гм… Суреш, я не знаю, что и сказать на это. Боюсь оскорбить твои религиозные чувства, но если бы моей кампании помогли шаманские пляски дикарей вокруг костра, я бы не отказался и от них. Будешь в Бруклине – замолви за меня словечку этому твоему Ганеши!
 
Из передачи "Горячие новости этого часа" на канале BCD+, 12.11.20Х5 
 
– А сейчас прямое включение из Центрального парка. На связи наш специальный корреспондент Аманда Сайрус.
– Как нам только что стало известно, бывший губернатор штата Техас Тоби Уокер был задержан полицией Нью-Йорка возле Центрального парка. Кандидату в президенты инкриминируют покупку услуг уличной проститутки. Во время рейда патрульные обратили внимание на припаркованный автомобиль, в котором несовершеннолетняя девушка делала минет мужчине средних лет. Этим мужчиной оказался Тоби Уокер. Бывший губернатор штата Техас отрицает факт покупки сексуальных услуг и заявляет о спланированной провокации против него.
– Спасибо, Аманда! В ближайшее время – эксклюзивный репортаж из шестого полицейского участка Нью-Йорка от нашего криминального репортёра. Последние новости про Тоби Уокера. Оставайтесь на нашем канале!
 
Тампа, штат Флорида, 20.07.20Х6 
 
Роберт мерял шагами просторную гостиную президентского сьюта отеля "ГРАНД ХАЯТТ ТАМПА БЭЙ". Из окна открывался чудесный вид на залив. На диване расположилось руководство его предвыборного штаба.
– Джим! Что у нас плохого перед съездом?
– Босс! Есть инсайд из Республиканского национального комитета. Сенатор Райан уговаривает всех выступить против вас на съезде. Говорят, он иногда бывает чертовски убедителен.
– Джеймс Райан? Этот напыщенный индюк из Огайо? Что ему не нравится?
– Он против системы защиты от метеоритов. Райан был председателем Комитета по бюджету и считает, что страна не потянет таких расходов даже вместе с союзниками.
– Этого мне ещё не хватало! Как мы заткнём этого скрягу?
– Может, стоит покопаться в его грязном белье? Наверняка там что-нибудь отыщется?
– Босс! А может я с ним поговорю по душам, прямо и без обиняков?
– Суреш! Ты считаешь, что Скруджа Макдака можно вдохновить словами о новой надежде человечества?
– Нет. Но всегда можно попытаться изобразить из себя Билли, Вилли и Дилли в одном лице.
– Ну, дерзни. Надеюсь, что у тебя получится. А ты, случайно, не знаешь в Тампе какой-нибудь храм с чудесной статуей Ганеши?
– Нет. Но мне, почему-то, кажется, что в этот раз мы обойдёмся и без вмешательства бога мудрости.
 
Из речи сенатора Джеймса Райана на съезде Республиканской партии, 
Тампа, штат Флорида, 23.07.20Х6 
 
Признаюсь, я скептически относился к предвыборной программе мистера Хантера. Стержень этой программы, система всепланетной защиты от метеоритов, казалась мне слишком амбициозной, слишком дорогой и неподъёмной для нашей экономики. Мы сверхдержава, но это не значит, что нам стоит взваливать на себя проблемы всего человечества. Нам хватает собственных трудностей.
Но оказалось, что я заблуждался. Мне показали, что данный проект, это не только красивые фразы о переменах, которые так нужны нашему миру, но и чёткая, хорошо просчитанная экономическая программа. Это новые государственные заказы, которые помогут бизнесу, в том числе и в моём родном штате. Это новые рабочие места. Это довольные лица наших избирателей.
И я сказал себе: "Джеймс! А, может, ты несправедлив к Роберту? Может, ты просто завидуешь его энергии, напору и энтузиазму? Может, он и в самом деле хочет сделать что-то полезное для всей нашей старушки Земли?"
И теперь я обращаюсь к вам с призывом выдвинуть господина Хантера единым кандидатом от Республиканской партии на предстоящих выборах президента США и оказать ему всю возможную поддержку. Я верю, что Роберт проявит себя на высоком посту с самой лучшей стороны и будет способствовать росту авторитета партии и всей нашей великой державы!
 
Из передачи "Горячие новости этого часа" на канале BCD+, 08.11.20Х6 
 
– А у нас прямое включение Джеральда Скотта из города Адак.
– Добрый вечер! Я нахожусь в самом западном муниципалитете США на самом дальнем краю Алеутских островов. Через несколько минут закроется местный избирательный участок, и выборы этого года закончатся. У нас есть возможность узнать, кто был последним, кто проголосовал на этих выборах. Рядос со мной Стив Маккези, инспектор избирательно участка Адака. Пожалуйста, Стив, скажите, кто приходил к вам сегодня последним?
– Вечером народу было мало. Все днём проголосовали. Вот только Карл Мозес заходил час назад, наш почтальон. Он, как только работу закончил, сразу к нам и заглянул. Ну, стало быть, и проголосовал. Вот.
– Итак, через минуту Стив закроет двери своего избирательного участка, а это значит, что последним американцем, проголосовавшим в эту кампанию, стал Карл Мосес, почтальон из Адака. Выборы 20X6 года закончились.
– Спасибо, Джеральд! А у нас появилась новая информация. По данным экзитполов, на выборах побеждает Роберт Хантер. Ему должно достаться не менее трёхсот голосов выборщиков…
 
Вашингтон, 03.02.20Х7 
 
– Мистер президент! Поздравляю вас с переездом в Белый дом!
– Спасибо, Суреш! С чем пожаловал?
– Хочу показать вам эскиз логотипа "Мэджик Шилд Инкорпорейтед".
– Так. Вижу. И что это у нас символизирует?
– Щит, известное геральдическое изображение, символ защиты. С крыльями – думаю, это не требует пояснений. И всё это на фоне голубой планеты.
– Неплохо. Ты это сам нарисовал?
– Нет, это сделал мой родственник из Мумбаи.
– А что ещё делают твои родственники из Мумбаи?
– Занимаются проектом системы противометеоритной защиты Земли.
– И как?
– Скоро можно будет приступать к распределению заказов по предприятиям.
– Отлично! Надо будет поторопить Госсекретаря. Что-то он никак не договорится с русскими и китайцами… Может замолвишь словечко перед статуей Ганеши?
– Я посмотрю, что можно будет сделать, мистер президент…
 
Скарсдейл, штат Нью-Йорк, 16.06.20Y6 
 
Входящий звонок секретарь Роберта перевёл на монитор в гостиной. На большом экране во всю стену появилось улыбающееся смуглое лицо с мясистым носом.
– Босс! Доброе утро! Как поживаете?
– Суреш! Рад тебя видеть! Какой я теперь босс? Ты уже давно ушёл на вольные хлеба, и, судя по тому, как ты сейчас выглядишь, у тебя явно всё в порядке. А у меня… Да что интересного может быть у отставного президента? Тихая размеренная жизнь, кресло-качалка, рыбалка и гольф по выходным. Иногда нужно выступить с лекцией или ленточку где-нибудь перерезать…
– Кстати, о ленточках. Вы будете в пятницу на запуске "Мэджик Шилд"?
– Да. Нам с Джорджем придётся участвовать в этом цирке. Элис уже возила меня на примерку фрака. Ненавижу эту одежду! Я чувствую себя в ней пингвином!
– Но смотритесь вы во фраке на редкость элегантно!
– Ты льстец, Суреш!
– Вы несправедливы, босс. Это факт, не требующий доказательств. Я хотел вам сообщить, что завтра повезу детей Джорджа на пятидневную экскурсию по "Мэджик Шилд". Если хотите, могу взять с собой и Майкла.
– Что, и на орбиту будете подниматься?
– А как же! Это же самое интересное! Дети Джорджа вопили от восторга, когда узнали о поездке.
– Ну, если ты возьмёшь с Майклом за компанию ещё и Синтию, то, может быть, Элис на это и согласится.
– Договаривайтесь, босс! Я пришлю машину за детьми завтра к восьми утра.
– Хорошо, Суреш. Благодарю тебя.
 
Нью-Йорк, 19.06.20Y6 
 
Ассистент режиссёра, молодая и симпатичная, но очень нервная женщина, в очередной раз подошла к Хантеру и с мольбой во взгляде спросила, помнит ли он, что ему нужно делать по сценарию. Роберт хотел сострить, но, глянув на её замученное лицо, сдержался и лишь коротко кивнул. А женщина, сжимая в руке гибкий планшет, побежала к следующему участнику церемонии. Зал Генеральной Ассамблеи ООН был оформлен модным дизайнером в стиле постбионический нано-тек, в результате чего Хантеру казалось, что он попал на съёмочную площадку фантастического боевика. На стенах висели громадные полотнища с эмблемой "Мэджик Шилд": крылатым щитом на фоне голубой планеты. Всюду копошились телевизионщики, проверяя и подстраивая свою аппаратуру. На полукруглом подиуме вместо обычной трибуны для докладчика виднелось нечто, причудливо задрапированное тканью-хамелеоном. Вздохнув, Роберт направился в сектор для приглашённых персон. Зал постепенно наполнялся гостями и участниками церемонии. Вскоре в сопровождении охраны появился Джордж Уилсон, нынешний президент США. Хантер помахал ему рукой.
Когда все расселись, в зале приглушили все лампы, оставив освещённым лишь подиум. Под звуки "Ode an die Freude" туда поднялся Генеральный секретарь ООН, Хуан Моралес Сантос, невысокий крепкий мужчина с выправкой бывшего военного. Он прочитал торжественную речь о стремлении человечества к прогрессу и о новых горизонтах, которые открывает "Мэджик Шилд", почти не заглядывая в планшет. Во время доклада на больших экранах показывали схему системы и фрагменты монтажа её впечатляющих конструкций. Потом Генеральный секретарь выслушал аплодисменты, приняв самую горделивую позу, и пригласил на подиум Хантера и Уилсона. Бывший и нынешний президенты США подошли к Сантосу с разных сторон и обменялись рукопожатиями. Замигали фотовспышки.
Снова зазвучала "Ода к радости". По команде режиссёра церемонии драпировка поднялась вверх, и все увидели большой пульт управления с множеством кнопочек, лампочек и двумя ключами. Сантос предложил президентам пройти к устройству. Роберт и Джордж замерли возле пульта для протокольных фотоснимков. Затем, под барабанный бой, оба одновременно повернули ключи.
На пульте загорелись все лампочки, а на больших экранах появилось изображение центра управления "Мэджик Шилд". Люди в форменной одежде показали большие пальцы, демонстрируя, что всё в порядке, затем синтезированный женский голос произнёс:
– Система вошла в рабочий режим. Все компоненты успешно запущены. Внутренний пояс тестируется. Внутренний пояс подключен к системе управления. Внешний пояс тестируется. Внешний пояс подключен к системе управления. Дальний пояс тестируется. Дальний пояс подключен к системе управления. Готовность сто процентов.
В зале Генеральной Ассамблеи раздали бурные аплодисменты. А потом на экранах возникло лицо мужчины с волевым подбородком, узкими губами, сжатыми в чуть ироничном выражении, прямым носом и широким лбом с залысинами. Глубоко посаженные чёрные глаза под низкими бровями окинули всех очень живым взглядом, после чего неизвестный изрёк:
– Я поздравляю вас с этим эпохальным событием! Его значение для судьбы человечества трудно переоценить: оно настолько велико, что вы сейчас даже не сможете себе это ясно представить! Мы сделали гигантский шаг на пути прогресса. Те самые перемены, о которых когда-то мечтал Роберт Хантер, вот-вот наступят. Но теперь давайте вернёмся с небес на грешную землю. Первым делом, я хотел бы обратиться к представителям государств-участников ООН. Откройте свои служебные планшеты и найдите во входящих письмо от Гая Юлия Цезаря. К нему прилагается документ, с содержанием которого вы должны немедленно ознакомиться, а затем передать его руководству своих стран. Мне бы очень хотелось, чтобы в ближайшие сорок восемь часов этот документ был подписан главами ваших государств и ратифицирован парламентами. В противном случае последует ряд мер воспитательного характера, болезненность которых я гарантирую. Кроме того, напоминаю, что согласно межгосударственным соглашениям, подписанным в рамках ООН, вся система "Мэджик Шилд" пользуется планетарной экстерриториальностью. Любые попытки силовым путём изменить статус любых элементов системы будут пресекаться. Очень жёстко пресекаться. Поэтому, господа, я надеюсь на ваше благоразумие и здравый смысл. До новых встреч!
И лицо "Цезаря" пропало с экранов. В зале Генеральной Ассамблеи ООН воцарилась мёртвая тишина. Все участники церемонии оцепенели, лишь телевизионщики проявляли завидную активность, выхватывая камерами побелевшие лица известных политиков. А затем началась буря. Кто-то крикнул: "Это неслыханно!". Другие поддержали его, громко выражая своё возмущение. Роберт глянул на Джорджа. Тот смотрел в свой планшет, затем обратился к кому-то из помощников. А в зале бушевали страсти. Элита мировой дипломатии негодовала. Генеральный секретарь ООН решил взять инициативу в свои руки. Он пророкотал с подиума:
– Господа! Я прошу вас сохранять спокойствие и не терять самообладание! Судя по всему, какая-то хакерская группировка решила испортить нам праздник. В настоящий момент службы безопасности разных стран в тесном взаимодействии ищут этих негодяев. Поэтому предлагаю всем успокоиться и пройти в банкетный зал.
Роберт порадовался, что в своё время поддержал кандидатуру Сантоса. Бывший военный оказался одним из лучших генсеков ООН за долгие годы. Волевой, выдержанный, он никогда не терял спокойствия. Вот и сейчас Хуан Моралес держался лучше всех. Тут на плечо Хантера опустилась крепкая рука:
– Мистер президент! Президент Уилсон срочно собирается в Вашингтон. Угодно ли вам будет составить ему компанию?
Роберт немедленно согласился. Видимо, Джорджу понадобятся его консультации в связи с последними событиями. Хантер отправился следом за охранниками. Президентский вертолёт быстро доставил их с Уилсоном на
лётное поле аэропорта Ньюарк Либерти, прямо к борту номер один. Поднявшись по трапу, Роберт прошёл в главный салон.
– Присаживайся, Боб. Что ты думаешь об этом мистере «Цезаре»?
– Теряюсь в догадках. Что говорит наша разведка?
– Как всегда, винят во всё русских и китайцев.
– А ты сам-то как считаешь?
– Я первый спросил! А как ты полагаешь, есть хоть малейшие шансы на то, что угрозы мистера «Цезаря» не блеф? Стоит ли нам рассматривать вероятность этого хотя бы гипотетически?
– Мне трудно представить, чтобы кто-то всерьёз осмелился бросить вызов всему мировому сообществу. Это же неслыханная наглость! Но план действий нужно иметь даже на такой немыслимый случай. Кстати, а что за документ мистер «Цезарь» разослал представителям стран ООН?
Джордж передал Роберту планшет, а сам подозвал помощников. Тут же они все вместе начали составлять меморандум, освещающий позицию Белого дома касательно инцидента в зале Генеральной Ассамблеи. Хантер же углубился в чтение. Документ представлял собой соглашение между государствами Земли о радикальной реформе ООН. Эта реформа предусматривала создание мирового правительства с чрезвычайно широкими полномочиями, и учреждение поста Первого Консула, чья власть простиралась бы над всей планетой. Данным соглашением фактически ликвидировались такие понятия, как государственный суверенитет и политическая независимость отдельных стран. Имя Первого Консула в документе обещали назвать через сорок восемь часов после выступления «Цезаря». Роберт нахмурился. Какой смысл неизвестным хакерам так блефовать? Ведь не будут же они наивно полагать, что их туманные угрозы воспримут всерьёз? А что, если за этим блефом стоит реальная сила? Но откуда ей взяться? И кто же может скрываться за личиной «Цезаря»?
 
Вашингтон, 19.06.20Y6 
 
Самолёт тем временем совершил посадку в Национальном аэропорту имени Рональда Рейгана. Хантер и Уилсон перешли в вертолёт, который тут же взлетел и понёсся на север. Через несколько минут они приземлились на лужайке возле Белого дома.
– Я хочу, чтобы ты поприсутствовал на заседании Совета национальной безопасности. Посидишь рядом со мною, послушаешь, что они мне будут советовать, а потом скажешь, что ты обо всём этом думаешь.
Хантер кивнул. Джордж явно не питал особого доверия к своим советникам и хотел чтобы Роберт подтвердил или опроверг какие-то его подозрения. Знакомой дорогой они прошагали в Западное крыло, затем спустились по лестнице в подвал. В ситуационной комнате за длинным столом президента уже поджидали члены СНБ.
– С нами сегодня будет мистер Хантер.
Все кивнули, хотя по лицам было понятно, что ни у кого эта новость энтузиазма не вызвала. Роберт не стал подсаживаться к столу, а расположился в кресле у стены. Госсекретарь доложил, что главы Великобритании, Японии и Германии запросили разговор по защищённому каналу связи. Директор Национальной разведки отчитался, что через час его Управление предоставит доклад, в котором укажет всех возможных подозреваемых. Секретарь по обороне предложил выдвинуть ударные группировки Третьего и Седьмого флотов в районы, где находятся основные космодромы «Мэджик Шилд»: «Морской старт-4» и «Морской старт-5», а Директор ЦРУ посоветовал направить спецподразделения к наземным центрам системы противометеоритной защиты, а аппараты X-37D подготовить для запуска и последующего сопровождения орбитальных компонентов «Мэджик Шилд».
Завязалась дискуссия, в которой члены СНБ пытались перещеголять друг друга в радикальности предложенных советов. Четырёхзвёздный генерал Ли из Пентагона предложил поднять уровень боеготовности до «красного», DEFCON 2, а заместитель начальника Совета внутренней безопасности даже рекомендовал поднять в воздух «самолёты судного дня». Роберт заметил, как на лице Уилсона мелькнула недовольная гримаса, но Джордж быстро справился с эмоциями и принял обычный невозмутимый вид. Выслушав всех советников, президент согласился с предложениями секретаря по обороне и Директора ЦРУ, остальные же инициативы отверг, как несвоевременные и несоответствующие сложившейся ситуации. Госсекретаря Уилсон попросил договориться о разговоре с союзниками через час. После чего Джордж объявил заседание СНБ закрытым и предложил Роберту пройти в Овальный кабинет.
Когда бывший и нынешний президенты остались одни, Уилсон спросил без обиняков:
– Боб, ты хорошо разбираешься в людях. Как считаешь, вояки могут быть замешаны в этом?
– Исключено, Джордж. У них на лицах читалось: «Вот он мой шанс! Сейчас я поймаю за удачу хвост!» А генералу Ли, похоже, совсем вышибло мозги. Он явно взалкал пятую звёздочку на погонах. Он, случайно, не потомок Роберта Эдварда Ли?
– Вряд ли. Его бы тогда вычистили из армии при Трампе, когда начали валить памятники конфедератам. А что бы ты сам предпринял в подобной ситуации?
– Наверное, так же стал бы бряцать оружием. Смысла в этом никакого, но некоторых  успокаивает. Когда ты не контролируешь положение, можно хотя бы делать вид, что всё идёт по плану. А ещё бы направил посланников к русским и китайцам. Но тихо, без лишнего шума.
– Я думал об этом. Сейчас поговорю с Госсекретарём. Как ты смотришь на то, чтобы остаться здесь этой ночью? Тебе подготовят комнаты на третьем этаже.
– Если ты так настаиваешь…
Перед сном Роберт долго размышлял о том, что произошло за день, но никаких интересных мыслей в голове так и не возникло. Он попытался дозвониться до Майкла и Синтии, но связи с детьми не было. Наверное, они находились на орбите. Хантер набрал номер Суреша, но Моди тоже оказался недоступен. Тогда Роберт позвонил жене и сообщил, что эту ночь проведёт в Белом доме. Элис почему-то совсем не удивилась. Наверное, она была в курсе того, что произошло в зале Генеральной Ассамблеи ООН. Хантер спросил про детей. Оказалось, что жена с ними сегодня уже разговаривала, а Майкл даже прислал ей несколько фотографий, где они с Синтией позировали в скафандрах с эмблемой «Мэджик Шилд». За годы президентства Роберт ощутимо отдалился от жены и детей, и порой чувствовал себя неловко, разговаривая с Элис. А ведь она его когда-то предупреждала, но Хантер строил свою политическую карьеру с азартом охотника, увидевшего следы своей добычи, и вспоминал о семье не слишком часто. Теперь это иногда его беспокоило…
 
Вашингтон, 20.06.20Y6 
 
Ночью Роберт проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо.
– Мистер президент! Мистер президент, проснитесь!
– Что случилось?
– Президент Уилсон просит вас спуститься в Овальный кабинет.
Роберт быстро оделся и направился к двери. Там его уже поджидал один из телохранителей Джорджа. Вместе они спустились по лестнице, дошагали до Западного крыла, а затем вошли в такое знакомое помещение. В Овальном кабинете уже собралось около дюжины человек. Чуть осунувшийся Уилсон, с тёмными кругами под покрасневшими глазами, неопределённо махнул рукой:
– Роберт! Присаживайся. Ситуация ухудшилась.
Хантер пристроился на краешке светлого дивана, рядом с Госсекретарём. Директор ЦРУ докладывал:
– Группа «Альфа» в полном составе была захвачена охраной возле западного центра управления «Мэджик Шилд». Поскольку приказа стрелять в охранников никто не отдавал, спецназ сдал оружие без боя. Группа «Браво» не выходит на связь. Есть основания полагать, что их тоже взяли в плен у восточного центра управления «Мэджик Шилд». Ударные группировки Третьего и Седьмого флотов вышли из мест базирования и направляются в заданные квадраты Мирового океана. Но несколько минут назад мы получили видео по открытому каналу.
– Давайте его на монитор.
Два техника закатили через северо-западную дверь большой экран на подставке с колёсиками и установили его перед камином, над которым висел портрет Джорджа Вашингтона кисти Рембрандта Пила. Отец-основатель недовольно глядел направо, как будто не желая встречаться взглядом с нынешним президентом США.
– Включайте.
На экране появилось лицо мужчины с волевым подбородком. На этот раз «Цезарь» глядел строго, его чёрные глаза под низкими бровями пылали гневом:
– Я обращаюсь к президенту США и его окружению. Вам были даны чёткие инструкции, которыми вы пренебрегли. За непослушание я обещал наказывать. Ваши спецподразделения, которые вы направили к объектам «Мэджик Шилд», разоружены. Все бойцы находятся под арестом. Об их судьбе мы поговорим позднее. В настоящий момент корабли ВМС США идут к космодромам «Мэджик Шилд» – я настоятельно рекомендую изменить курс флотилий и вернуть корабли в места постоянного базирования. В качестве последнего предупреждения в четыре ноль-ноль по стандартному восточному времени я нанесу удар по островам Столтенхофф и Средний архипелага Тристан-да-Кунья. Вы сможете оценить, что мои слова не расходятся с делом. Если этого окажется недостаточно, в пять ноль-ноль по стандартному восточному времени я уничтожу обе группировки кораблей ВМС США.
В Овальном кабинете воцарилось молчание. Все, кто сидел на диванах, разглядывали круглый ковёр с орлом по центру. Те же, кто стоял по периметру стен, внимательно изучали наборный  паркетный пол из древесины дуба и грецкого ореха, уложенный во времена Рональда. Роберт поднял голову и глянул на Уилсона. Тот сидел за столом «Резолют», подперев голову локтями, и воспалёнными глазами глядел на экран. Заметив, что за ним наблюдают, Джордж откашлялся, а потом быстро произнёс:
– Что там с этими островами? Наверное, нам нужно эвакуировать оттуда всех жителей?
– Мистер президент! Эти острова необитаемы.
– Уже легче. Мы можем нацелить туда наши спутники?
– Да, мистер президент. Мы уже работаем над этим.
– Успеете до четырёх?
– Так точно. Что будем делать с кораблями?
– Пусть продолжают движение. Этот «Цезарь» очень не хочет, чтобы мы захватили космодромы, поэтому оставим «Морские старты» в числе приоритетных целей. Что с аппаратами X-37D?
– Будут запущены в течение часа с базы Ванденберг и из центра имени Кеннеди. Нам повезло с погодой.
– Хорошо. Какие ещё есть предложения?
– Мистер президент. У нас имеется уже две записи «Цезаря», в которых он продемонстрировал явный интерес к системе противометеоритной защиты. Мне кажется, что если провести частотный анализ словаря и особенностей произношения этого персонажа, а потом сравнить их с досье на всех, кто имел отношение к «Мэджик Шилд», то мы сможем что-нибудь откопать.
– Отлично! Действуйте.
– Мистер президент, для этого нам понадобится доступ к дата-центрам АНБ и суперкомпьютерам в Ливерморе и Лос-Аламосе.
– Том! Подготовь распоряжение. Оно должно быть у меня на столе через пять мину, а через десять – разослано в министерство энергетики, в АНБ и куда угодно, лишь бы никто не мешал ЦРУ делать свою работу!
– Слушаюсь, мистер президент!
– Кстати, покопайте вокруг «Мэджик Шилд Инкорпорейтед» поглубже. Может, вам удастся найти что-то интересное. Удалось установить, откуда шла трансляция в зал Генеральной Ассамблеи ООН?
– Нет. Источник сигнала находился в штаб-квартире ООН. Но кто стоит за этой трансляцией мы пока ещё не знаем.
– А откуда шла рассылка документа представителям стран-членов ООН?
– Наши специалисты ещё работают над этим…
В три пятьдесят все снова собрались в Овальном кабинете. На большой экран вывели картинку со спутника: два позеленевших каменных монолита в океане возле острова покрупнее.  Один был похож на краба со сросшимися конечностями, второй – на гусеницу с оторванной головой. Эта часть Земли уже освещалась солнцем, поэтому можно было даже разглядеть волны на поверхности Атлантики. Изображение обновлялось два раза в минуту. Уилсон возмутился:
– А нельзя сделать онлайн?
– Можно, но тогда качество изображения будет ниже всякой критики.
– Ладно, оставляйте, как есть.
Собравшиеся уже начинали посматривать на часы. Роберт перевёл взгляд на большой напольный хронометр слева от камина. В этом антикварном приборе в корпусе из полированного дерева большая стрелка под стеклом указывала точно вверх. Тут в Овальном кабинете раздался громкий общий вздох. Хантер повернулся к экрану: вместо двух позеленевших каменных монолитов появились два грязно-серых пятна. Через полминуты они увеличились в размерах и почти соединились между собой. Следующая картинка показала бушующие волны через серую пелену. А ещё через полминуты никаких следов существования островков Столтенхофф и Средний на экране не оставалось. Лишь бушующее море яростно бросалось на северный край острова Найтингейл.
– Дьявол! Но как это у него получилось?
– Орбитальный удар из супертяжёлого ускорителя масс. Магматическое основание островов моментально раскрошилось и осело в воду.
– Откуда на орбите такое оружие?
– Мне кажется, что это мог быть последний пояс «Мэджик Шилд».
– Вам кажется или у вас есть данные, подтверждающие это?
Директор Национальной разведки смутился и тут же начал кому-то звонить. Остальные молчали, опасаясь нового приступа злости от президента Уилсона. Но Джордж не успокаивался и обратился к  Хантеру:
– Боб! Как так вышло, что мы своими руками создали угрозу для себя?
– Для гарантированного уничтожения метеоритов было создано три пояса обороны, дальний, внешний и внутренний. Все они оснащены супертяжёлыми ускорителя масс. Но никто не мог даже предположить, что их развернут к поверхности Земли.
– А вы ещё и вывели это оружие из-под нашего контроля, дав системе экстерриториальность!
Роберт промолчал. Не имело смысла говорить в такой момент о том, что планетарная экстерриториальность была главным условием финансирования проекта другими странами и частными корпорациями. Джордж знал это не хуже других. Но именно сейчас президенту хотелось на кого-то излить свой гнев, и Хантер подходил для этого лучше всех. Роберт молча проглотил горькую пилюлю. Определённый смысл в речах Джорджа имелся. Тут к Уилсону обратился Директор Национальной разведки:
– Данные со спутников подтверждают, что удар был нанесён одним из компонентов «Мэджик Шилд».
– Замечательно! Мы строили, строили, и, наконец, построили! Что с космическими перехватчиками?
– Оба X-37D на орбите. Готовы нанести удар по любой цели.
– Отлично! Пусть уничтожат эти хреновины, типа той, которая сейчас взорвала острова. Мне не нравится, когда самую могущественную державу на планете кто-то шантажирует!
– А как мы поступим с ударными группировками Третьего и Седьмого флотов?
– Пусть продолжают идти к космодромам. Мы выбьем из рук этого «Цезаря» его большую дубинку!
К Джорджу обратился пресс-секретарь:
– Мистер президент! Мы будем делать какие-нибудь заявления для журналистов?
Уилсон побагровел и стукнул кулаком по полированной поверхности стола «Резолют», отчего чашка с кофе упала на полированный паркет:
– К дьяволу прессу! Пусть убираются в ад! – затем, устыдившись своей вспышки, добавил более спокойным голосом: – Брифинг для прессы мы устроим позже, когда закончим с этой неприятной ситуацией. И вызовите, пожалуйста, уборщика.
К президенту подскочил советник по национальной безопасности:
– Мы тут раскопали интересные факты по акционерам «Мэджик Шилд Инкорпорейтед». Взгляните на эту сводку!
Джордж открыл досье, пробежал глазами несколько листов, а потом обратился к Хантеру:
– Боб! Ты должен это видеть!
Роберт подошёл к президентскому столу и заглянул сбоку. Уилсон отложил ему несколько листов бумаги. На одном были указаны все крупные акционеры «Мэджик Шилд Инкорпорейтед». Как ни странно, среди них не значилось ни одного государства, одни лишь частные компании. Хантер вспомнил, как подписывал распоряжение, разрешавшее превратить «Мэджик Шилд Инкорпорейтед» в публичное акционерное общество. Это позволяло привлечь солидные средства для финансирования системы. Но Роберт даже и не предполагал, что процесс скупки акций принял такой масштаб. Второй документ посвящался установлению бенефициарных владельцев этих компаний. Сложные схемы показывали, что это одни и те же лица с индийскими именами и фамилиями. Большинство из них являлось резидентами Мумбаи. В голове Хантера как будто повернулось невидимое колёсико и кусочки головоломки начали складываться. Когда Роберт взял в руки последний лист, он уже догадывался, что увидит на нём. На генеалогическом древе Суреша Моди жёлтым маркером были обведены фигуранты предыдущего документа. У Хантер засосало под ложечкой. Он похолодел и схватился рукой за угол стола.
– Джордж! Наши дети у него в руках! Он забрал их три дня назад на «Мэджик Шилд»… На экскурсию…
Уилсон смачно выругался. Таких отборных выражений Роберт не слышал даже в студенческие годы, когда любопытства ради захаживал в портовые притоны Бостона. А затем президент прокричал, потрясая листом с генеалогией Суреша Моди:
– Найдите этого мерзавца! Достаньте, хоть из-под земли!
Внезапно в Овальный кабинет вбежал растерянный вестовой. Он подбежал к Директору Национальной разведки и дрожащей рукой протянул ему бумажку.
– Что там ещё?
Уилсон был похож на медведя, загнанного собаками в угол и поднявшегося на дыбы.
– Мистер президент! Связь с аппаратами X-37D внезапно прервалась. Мы также перестали получать от них данные телеметрии.
– Визуальный контроль?
– Отсутствует.
– Дьявольщина!
Роберт украдкой взглянул на часы. Часовая стрелка уже прошла больше половины круга, и её острие очутилось под римской семёркой. Хантер представил себе корабли, разбиваемые потоком металлических болванок, разогнанных до невероятных скоростей. В таком аду выживших не останется. Но если Джордж допустит уничтожение ударных группировок – он политический труп. Пресса, Сенат и Конгресс смешают его с грязью. С другой стороны, армия США – сильнейшая в мире, но в данный момент непонятно, как она сможет противостоять шантажу «Цезаря». Нанести ракетный удар по всей системе «Мэджик Шилд»? Но это спровоцирует ядерный Апокалипсис. Тем более, что дети находятся в руках Суреша. У Роберта ёкнуло сердце, когда он представил себе безжизненные тела детей, летающие в космическом пространстве. Он поднял взгляд на Уилсона: тот ещё держался, хотя и подходил к пределу моральных и физических сил.
– Срочно организуйте мне экстренную прямую связь с Лондоном, Берлином, Москвой, Дели и Пекином! Немедленно! У нас совсем нет времени!
Техники забегали по Овальному кабинету, устанавливая аппаратуру. Госсекретарь с ассистентами говорили одновременно по нескольким телефонам. Наконец, без четверти пять началось экстренное совещание глав государств. Проходило оно совсем не так, как хотелось Уилсону, это было заметно по недовольному лицу президента США. Когда до пяти часов оставалось три минуты, Джордж извинился в камеру, вышел из поля её зрения и закричал:
– Поворачиваем корабли! Пусть возвращаются на базы!
По глазам Уилсона Роберт понял, что президент США сдался и теперь уже никто не мог преградить «Цезарю» дорогу к мировому господству.
А через пять минут на телефон Хантера пришла фотография: улыбающийся Суреш Моди обнимал счастливых детей обоих президентов США, бывшего и нынешнего, у большой эмблемы «Мэджик Шилд», крылатого щита на фоне голубой планеты. Снимок сопровождался подписью: «Я счастлив, что вы поступили разумно!»
 
Из стенограммы выступления Первого Консула Суреша Моди на Чрезвычайной специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН 23.06.20Y6 г. 
 
Господа! Я счастлив видеть вас в этом зале в добром здравии. Я рад, что вы согласились с предложенным мною планом реорганизации Организации Объединённых Наций. Эта реформа давно назрела, и хорошо, что здравый смысл политиков нашей планеты возобладал над их амбициями.
Я родился в США, но мои предки происходят из Индии, самой населённой страны мира. Мой отец –  потомок махарани Аванит Бай Лодхи. Когда Индия восстала против англичан, рани Авантибай повела против захватчиков отряд в четыре тысячи всадников и даже одержала победу в первых боях. Но родина моя оказалась не способна объединиться: слишком сильны были вражда и непонимание между народами, населявшими её. Против восставших сипаев заодно с англичанами выступили сикхи, гуркхи и пуштуны. Мой далёкий предок, махарани Аванит, лишила себя жизни собственным мечом, чтобы не попасть в плен к захватчикам. Когда в детстве родители рассказывали мне про рани Авантибай, я плакал от жалости и возмущался несправедливостью этого мира.
Мой двоюродный дед умер в Бхопале, когда на химическом заводе «Юнион Карбайд» произошла авария, и ядовитое облако накрыло город. Тогда погибло двадцать тысяч человек. Та отрава выжгла людям все лёгкие. Мой прадед был умным человеком: он заставил семью немедленно собраться и уехать в Мумбаи. Из тех, кто остался в Бхопале, пострадал каждый второй. Когда я думал об этой трагедии, я понимал, что наш мир устроен несправедливо. Тем сильнее было моё желание бороться с этой несправедливостью.
И вот сейчас я стою перед вами на этой высокой трибуне. Я говорю вам: мы в силах сделать этот мир лучше. Мы: американцы, индусы, китайцы, русские, европейцы и все другие жители планеты. Мы вправе сделать наш общий дом таким, чтобы в нём было хорошо жить каждому. Отныне и навеки ни один народ не будет угнетать и порабощать других. Я сделаю всё, чтобы позорная система подчинения, которую выстроили супердержавы, наконец, оказалась разрушена.
Я, Суреш Моди, Первый Консул объединённого человечества, даю торжественную клятву действовать исключительно на благо всех людей нашей планеты. Я клянусь быть честным, непредвзятым и беспристрастным правителем, верным своему долгу. Я клянусь уважать и охранять права и свободы каждого человека в нашем мире. Клянусь, что всегда буду поступать по справедливости, руководствуясь лишь истиной и здравым смыслом.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 22
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования