Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Agressor - Сообщество

Agressor - Сообщество

 
Сообщество
Воскресное утро двадцать седьмого августа в городке Оук-Лэнд, штат Миссури, началось с грохота, воплей и ругани.
Приоткрыв глаза, Джеймс проклял выпитые вчера полбутылки рома. Голова кружилась, во рту сухо, как в Сахаре, да еще этот шум, напоминающий бомбежку. Что там могло происходить? Лень и любопытство боролись, пока потолок комнаты медленно вращался над его головой. Пить надо меньше. Или не пить совсем. Выкарабкавшись из кровати, чувствуя себя словно в центрифуге, Джеймс медленно и со знанием дела шагал к окну. Обычно небольшая комната, казалось, растянулась на мили, препятствия окружали со всех сторон. Стол и стул. Ворох одежды. Сосредоточенно обходя угрозы, он все-таки пришел к цели. Выдохнув с чувством выполненного долга, Джеймс отдернул занавеску. Солнце тут же ослепило его. Шипя, словно поджаривающийся вампир, отошел в полумрак спальни. Грохот стихал, но грубые окрики все еще врывались в размягченный выпивкой мозг.
На улице несколько грузчиков заносили коробки, мебель и пакеты в дом Роджерсов. Хмыкнув, Джеймс удивился, что кто-то так быстро въехал в пустующее здание.
-Аккуратнее, пожалуйста, - яркая блондинка порхала около грузчиков, цепко смотря, чтобы ничто не упало или не побилось.
Симпатичная, вроде. Хотя и худоватая. Тут же возник черноволосый мужчина атлетического телосложения, и по-свойски обнял женщину. Она еще и замужняя. Как минимум, с бойфрендом. Все еще раздраженный внезапным пробуждением, Джеймс попробовал заснуть. Комната перестала крутиться, словно взбесившаяся карусель, и сон медленно обволакивал его. Грузчики вскоре уехали, и тишина в городке ласкала слух. Но тут же раздался тихий шорох у входной двери. Джеймсу показалось, что кто-то провел наждачкой по его нервам. Терпеть такие мытарства сил не было, и он угрюмо направился к двери. На пороге он увидел листовку, самодельную, но аккуратно напечатанную. Забыв о головной боли, поднял ее и прочел: "Помогите создать идеальное общество. Ваше участие поможет изменить мир к лучшему". Что за чепуха? Новые соседи – верующие фанатики? Или безумная современная парочка, помешавшаяся на диетах, вегетарианстве, здоровом образе жизни? Только чертовых идеалистов и не хватало в их квартале. Почти полный набор всевозможных стереотипов. Смешанная пара, лесбийская пара, неблагополучная семья… теперь вот еще и эти.
Часа через два, когда скомканная листовка уже валялась в мусорном ведре, а Джеймс и думать забыл о новых соседях, раздался звонок в дверь. Чертыхаясь, он накинул халат и поплелся открывать, догадываясь, кто это может быть. Может, они ему пирог принесли? Или это он должен подкармливать новую парочку? Не особо разбирающийся в этикете и правилах приличия, он все же на ходу поглядел в зеркало. Красавчик. И пофиг на торчащие во все стороны волосы, синяки под глазами и перегар.
-Здрассе, - поприветствовал он топчущуюся у порога парочку.
-Добрый день! Мы пришли познакомиться с новыми соседями. Такое очаровательное местечко, уверены, и люди здесь такие же милые! – блондинка почти снесла Джеймса с ног напором. Ее звонкий и жизнерадостный голос вызывал резкие боли в голове. Как хорошо было бы захлопнуть дверь перед ее веснушчатым носом, послав куда подальше. Но, собрав волю в кулак, Джеймс умудрился выдавить из себя кривую ухмылку.
-Рад знакомству, - пробормотал он, чувствуя, что перегар так и не прошел. Поморщившись, он уже приготовился прощаться, но остановить словесный поток блонды даже не было смысла пытаться.
-Что вы, что вы! Это мы так рады. Я и мой муж, - она с энтузиазмом выпихала вперед мужчину. Тот источал такую же мерзкую слащавую ухмылочку.
-Да-да, мы безмерно счастливы!
-Меня зовут Гвен. Моего супруга – Гордон.
-Приятно познакомиться, - совсем и не приятно, от их воодушевления хотелось выть, но что делать? Вежливость, куда уж без нее. – Я Джеймс. Простите, не расслышал вашу фамилию.
-Мейсон.
-Тредсон, - они произнесли в унисон, а затем испуганно посмотрели друг на друга, словно совершили ужасное преступление. – Да, мы недавно женаты, так и не привыкли к общей фамилии, - попыталась объяснить конфуз Гвен. – Мы бы хотели пригласить вас на собрание, посвященное созданию идеального общества, которое мы проведем сегодня вечером. Приглашены все жители квартала.
-Собрание?
-Вы не читали листовку? - такого искреннего удивления Джеймс никогда не видел. Казалось, Гвен сейчас разрыдается и рухнет на пол в припадке.
-Читал-читал, - он говорил быстро, чтобы успокоить женщину. Еще истерик ему с утра не хватало. – Но не видел про собрание…
-С обратной стороны, - Гордон с любопытством взглянул на Джеймса. –Страдаете дефицитом внимания? Гиперактивностью?
-Вообще-то, наслаждался благами субботнего вечера, - Джеймсу совсем не понравилось хамовитое замечание нового соседа. –Извините, я сейчас заня…
-Мы не отнимем много времени. Вам повезло – вы первый, к кому мы обратились. Вот хотели бы узнать о других соседях. Что нам ожидать от них?
-Э… ну тут все нормальные.
-Нормальные? Что для вас есть норма? – Гордон уже безумно раздражал Джеймса. Гвен, тем временем, бочком пропихнулась ко входной двери, и как бы ненароком поставила ногу на порог, чтобы он не мог ретироваться в безопасность квартиры и захлопнуть дверь перед ее носом.
-Ну… все мирные и тихие. Есть, конечно, нюансы.
-Вот-вот, всегда есть что-то такое. Но ничего, мы все исправим, - лучезарная улыбка Гордона словно приклеилась к его лицу. Джеймс заметил, что оба еще ни разу не моргнули. Упоротые, что ли? Столько экспрессии и эмоций. Точно на ЛСД.
-Кстати, вы первый претендент на членство в нашем клубе. Внешне подходите почти идеально, - Гвен сообщила это так, словно Джеймс всю жизнь только и ждал вступления в этот их идиотский клуб.
-Да-да, - энергично качал головой Гордон, словно китайский болванчик. – Вы, конечно, слегка преодолеваете трудности из-за своих горизонтальных пропорций, но ничего такого, чтобы не исправили интенсивные физические нагрузки.
-Простите, что?- Джеймс тупо пялился на них. Какие еще пропорции? Увидев пристальный взгляд, которым Гордон оценивал его небольшой пивной живот, он все понял. И рассвирепел. – Хотите сказать, что я толстый?!
-Что вы, что вы! – Гвен отшатнулась, словно он отвесил ей пощечину. –Конечно же нет, ну, разве что, совсем чуть-чуть. И будьте добры, выражайтесь политкорректно. Ну что это за жуткое слово – толстый? Просто с развитым телосложением.
Джеймс сжал ручку входной двери, чтобы не въехать обоим по наглым улыбающимся рожам. Что за хамство приходить к людям и оскорблять их?
-Не переживайте. Вы все же отлично впишетесь в наш коллектив после некоторых доработок. Усовершенствования, так сказать. Да, на чем мы остановились? Ах, соседи! – Гвен достала розовый блокнотик с нарисованной улыбающейся кошечкой. – Готова!
Чувствуя злорадное удовольствие, Джеймс начал:
-Что ж… В Оук-лэнде представлены почти все возможные политкорректные граждане. Например, Клэр и Элеонора –сестры-пенсионерки…
-Более старшие гражданки , - тут же поправил Гордон.
-Пусть будет так. Далее, Белла и Гарри, семейная пара. Кстати, она – черная.
-Афроамериканка, -прошипела сквозь зубы Гвен, продолжая записывать.
-Вероятно. Джесс и Шерон – пара лесбиянок.
-Женщины гомосексуальной ориентации, - полным отчаяния голосом, но так и не моргнув, учил Гордон.
-Ага. Джон и Лана. О, тут отдельный разговор. Он безработный. Семья почти нищая и голодающая. Так и до бездомных недалеко. А еще он роется в помойках.
Новая парочка вздрагивала от каждого слова, как от пощечин. И тут же поправляли его:
-Не безработный, а вынужденно отдыхающий. Ну что вы, не нищие и голодающие. Правильно – экономически ущемленные и лица, подвергнутые кулинарной недостаточности. Бездомные – испытывающие недостаток жилой площади.
-Да, но он же еще на помойках роется, - ехидно напомнил Джеймс.
-Коллекционер вещей, от которых отказались. Я бы посоветовал вам завести блокнот и записывать все неизвестные вам слова и выражения. В нашем клубе нет места неполиткорректности, - Гордон словно съежился от обилия обидных слов.
-Обязательно. Так, еще есть Эйлин, но она без недостатков. И Сэм. Тоже нормальный парень. А, ну еще парочка, которая обязательно вступит в ваш кружок.
-Клуб! – почти выкрикнула Гвен.
-Лады, клуб. Кайл и Синтия. Они уж вам точно придутся по душе. Донован и Дженнифер также вероятно присоединятся к вам. Кларк и Эмма вряд ли. Питер и Эмили…даже не знаю. У них трое детей…
-Это можно исправить,- серьезно кивая, запоминал Гордон. – Но они фертильные – это хорошо.
-Это все? – ручка, порхавшая над блокнотом, замерла.
-Ну были еще Роджерсы. Но они погибли неделю назад в городе, во время отдыха. Вы теперь в их доме живете. Двойное убийство. Обоих выпотрошили, кишки повсюду, лужи крови. Жуть какая, да? – он надеялся, что парочка все же моргнет. Но они не проявили никакого интереса к информации.
-Они все равно не подходили нам. Проблемы с алкоголем, знаете ли. Да и шумные. И дом вовремя освободился
-Вы откуда знаете? – по спине Джеймса пробежала волна дрожи.
-Что ж, теперь тут живем мы. Спасибо за информацию. Будем ждать вас сегодня на собрании. Явка обязательна.
-Не уверен, что смогу прийти.
-От вас зависит будущее общества. Равнодушие одного – это сила другого. Не дайте разрушить то, что может стать новой моделью существования, - тон Гордона стал чуть ли не угрожающим.
-До вечера, - прочирикала Гвен.
Парочка удалилась, Джеймс удивленно смотрел им вслед. И что это было?
Никакого желания посещать их собрание у него не было. И в то же время, можно прийти и поржать над их манерой общения. Сами они горизонтально ориентированные. Злясь на них, он все же посмотрел в зеркало на слой жира вокруг талии. Черт! Может, реально стоит заняться собой?
Ближе к закату он привередливо осмотрел свой гардероб. Ну и в чем люди приходят на такие вот собрания? Напялить лишь бы что ему не хотелось. Эти новенькие тут же заклюют его, скажут, что у него отстающие вкусы в мире современной моды, это моветон, или что похлеще. Да и некоторые из соседей не упустят шанс позлорадствовать. Ковыряясь в шкафу, он никак не мог выкинуть из головы рыбьи глаза Гвен и Гордона. Как люди могут не мигать? Может, они все-таки на каких-то препаратах? Размышляя, он в итоге выбрал черную рубашку на выпуск и черные же джинсы. Критически посмотрев на чуть выпирающий над ремнем жирок, он мысленно проклял новых соседей. Козлы. О какой политкорректности может идти речь, если они так нагло сообщили ему о лишнем весе?
У дома Роджерсов, теперь уже дома Мейсонов-Тредсонов, в общем, немигающих, он столкнулся с Кайлом и Синтией, будущей гордостью нового идеального общества. Уж эти-то радостно вцепятся в возможность диктовать свои условия. Идеальные прически, улыбки, тела. Две куклы. Придерживающиеся нейтральных политических взглядов, вкусов в музыке, литературе и кино. Он как-то с ними провел вечер. Этого было достаточно для взаимной неприязни, сменившейся чуть ли не ненавистью. Сухо кивнув друг другу, они позвонили в дверь.
-О, мы уже заждались вас, - лучезарная улыбка Гвен ослепляла. – Проходите, гости дорогие, мы собираемся в гостиной. Там выпивка и закуска.
Остальные соседи топтались в комнате, еле пропихиваясь, сталкиваясь и деланно улыбаясь. Джеймс тут же поплелся к столу с угощениями. Капец. Его тут же охватила тоска и грусть. Коктейль из шпината и зелени, канапешки, овсяные печеньки. Отвернувшись, он уже был готов убежать с криками из этого гадюшника, но тут вошли хозяева и попросили всех располагаться. Оглядываясь, Джеймс нашел свободное место на диване возле Эйлин и Сэма. Те радостно улыбнулись ему, и на их лицах он смог прочесть такое же нетерпение и брезгливость.
-Привет, - Сэм наклонился к нему, дохнув перегаром. О, оказывается, Джеймс не один страдал от вчерашних возлияний. – Какая-то херь, честное слово.
-Я долго не выдержу, - Эйлин нагнулась к Джеймсу с другой стороны. Словно заговорщики шептались они, пока Гвен и Гордон готовились начинать свое шоу.
-Они спрашивали как я отнесусь к кодексу Оук-Лэнда, - в голосе Сэма звучала нотка злости.
-Не понял.
-Свод законов и правил для нашего квартала, а потом и для городка в целом.
-Законов? - Джеймсу казалось, что он попал на другую планету. Или в дурдом.
-Ага. Ну я и сказал, куда им пойти. Так их возмутила моя "обсценная лексика", как они выразились. Но, в то же время, сказали, что я слишком ценный экземпляр, и некоторые доработки помогут мне стать на путь совершенства.
-Экземпляр? – Джеймс понимал, что закипает. Ему хотелось тут же послать хозяев к чертям, и уйти домой. Но любопытство все же пересилило.
-Итак, друзья! – Гордон стал у камина, словно профессиональный шоумен, одаряя всех искренней улыбкой, обаянием и ароматом дорогого парфюма. – Мы собрались здесь все не просто так. Представляя собой обеспокоенных жителей Оук-Лэнда, мы хотели бы…
-Обеспокоенных чем? – выкрикнул Джон. Лана топталась рядом с ним. Джеймс, не видевший их уже более недели, поразился, как ужасно они оба выглядят. Потрепанная одежда, сальные волосы, тусклые взгляды исподлобья.
-Обеспокоенных нежелательными элементами сообщества, населяющими наш почти идеальный городок, - не переставая улыбаться, отрезал Гордон.
-Как ты меня назвал? – Джон готов был ринуться в драку, но Лана кое-как его удержала.
-Здесь мы можем построить новый мир, - прощебетала Гвен. – Но каждые перемены требуют жертв.
-Не понял, вы хотите принести кого-то в жертву? – ужаснулась Клэр. Старушка сжала руку сестры, и обе замерли в ожидании ответа.
-Ну что за варварские замашки? – Гордон даже немного покраснел. – Мы не язычники, и совершать жертвоприношения не собираемся. Подразумевается достаточно тяжелая и изнуряющая работа по совершенствованию соседей и искоренению неисправимых.
Джеймс не верил ушам. Что они такое говорят? Некоторые соседи возмущенно перешептывались. Кайл и Синтия, чертовы Кен и Барби, от воодушевления аж рты раскрыли. Другие пока внимательно слушали.
-Завтра с утра мы распечатаем свод правил, нашу Конституцию. Даже Библию, если хотите, - Гвен подняла в руках достаточно увесистую книгу, наглядно продемонстрировав, как она выглядит.
-Не богохульничайте, милочка, - пришла в себя Клэр. Элеонора рядом согласно кивала головой. – Существует лишь одна Библия, написанная Господом нашим. Он не потерпит таких оскорблений.
-Вот об этом мы и хотели поговорить, - лицо Гордона тут же омрачилось, словно туча накрыла солнце. – О вашей отсталости и неполиткорректности. Разве вы не знаете, что Господа теперь не называют местоимением Он? Кто знает, может Бог – женщина, и вы сразу же ущемляете весь свой пол? Теперь никаких местоимений, пол Господа не определён научно, запомните, а лучше запишите это.
-Иисусе! – прошептала Элеонора, пока Клэр в ужасе искала выпавшую вставную челюсть на полу.
-Минутка религиозного обучения, - прокричала Гвен, привлекая внимание всех, особенно пожилых дам. – Запоминайте, Иисуса Христа можно называть Он только во время его пребывания на Земле в человеческом облике, после распятия – никаких Он!
Джеймс в ужасе оглянулся на старушек, боясь, что обе уже бьются в припадке. Но пенсионерки лишь сидели, вцепившись друг в друга, словно попали в ураган, готовый размести их в разные стороны.
-Ну-ну, - голос Гвен смягчился. – Здесь нет ничего страшного. Вы все привыкнете. Ну, почти все. Мы хотели обсудить критерии вступления в сообщество. К сожалению, наши беседы с вами сегодня показали, что из всех, только Кайл и Синтия уже готовы присоединиться к нам, - упомянутая парочка с презрением оглядела окружающих. – Некоторым из вас придется… измениться. Ну, а кое-кому придется покинуть территорию Оук-Лэнда, как несоответствующим высоким моральным и физическим стандартам сообщества.
-Да вы сошли с ума! – завопила Белла. Афроамериканка тут же поняла, что она попадет в число нежелательных элементов.
-Пока что нам совсем не подходят лишь Джон и Лана. Тут никакая работа над совершенствованием не поможет, - с этими словами все оглянулись. Неблагоприятная парочка уже уходила, напоследок послав Гвен и Гордона куда подальше. – Видите. Нет смысла тратить время на такие вот атавистические элементы.
-Теперь поговорим о тех, кто пока тоже в зоне риска, - Гордон привлек всеобщее внимание к себе. Огонь в камине за его спиной напоминал пламя ада. – Клэр и Леонора – ваш возраст несколько превышает лимит, а физические характеристики не соответствуют стандарт…
-Пошли вы к черту! – полукрича-полуплача, Элеонора схватила сестру за руку и уже хотела утащить ее, когда Гордон вкрадчиво отвлек их:
-Из этой ситуации есть выход. Если можете, останьтесь после собрания,- в его голосе было что-то такое, что заставило сестер замереть на месте, а потом усесться обратно на софу. – Так-так. Ага, Белла и Гордон. Что ж, к Гордону никаких претензий нет. Но вот его супруга…
-Мы идеально политкорректны, - подхватила эстафету Гвен. – Но все же в нашем сообществе нет места не-белым.
-Слышишь ты, сучка, я сейчас тебя так отхерачу, что ты сама почернеешь! – Белла вскочила со своего места, но муж крепко сжал ее руку. – Отпусти меня!
-Молчи, женщина. Она не договорила.
-Спасибо за своевременное вмешательство, - даже вспышка гнева Беллы не заставила Гвен моргнуть. – Цвет кожи, к сожалению, принципиальный для нашего сообщества фактор. Нам нужно лишь идеальное потомство.
-Гребаные арийцы, - прохрипела Белла, стараясь вырвать руку из хватки мужа, но тот лишь сильнее сжал пальцы, заставив женщину вскрикнуть от боли.
Джеймс сидел в шоке, глядя на разворачивающееся перед его глазами безумие. Что здесь происходит? Ку-клукс-клан какой-то! Все эти разговоры, бред, изрыгаемый парочкой, сбежавшей из психушки. И все, ну почти все, внимательно слушают.
-Как уже сказано, мы придаем этому значение, - Гордон снова включил режим странствующего проповедника, вкрадчиво искушающего доверчивых прихожан ради пожертвований. – Но и это исправимо. Прошу и вас остаться после собрания. Перейдем теперь к Джесс и Шерон, - женщины вздрогнули при этих словах. – Опять же, мы всегда поддерживаем однополые отношения, но где-то на стороне. По отдельности – вы идеальные кандидатки, но не сможете дать потомство в силу… ну сами понимаете.
-Я понимаю, что здесь и сейчас ущемляются права множества групп населения Америки, - Шерон гневно сжимала кулак, глядя на Гордона. Подруга пыталась усадить ее на место. – Вы только что прилюдно оскорбили меня, Беллу, Джесс и Клэр с Элеонорой. Ущемление прав ЛГБТ-сообщества. Расовая дискриминация. Возрастизм. И после этого вы хотите создать идеальное сообщество? Да это гребаный культ. Жидомасоны херовы! – Джесс все же резко дернула подругу за руку, усадив ее на диван.
-Размеризм, - пробормотал про себя Джеймс, вспомнив, как Гордон указал на его лишний вес.
-Мы никого не оскорбляем, даже ушедших Джона и Лану, - Гвен говорила с ними, словно с малыми детьми, искренне удивляясь их непонятливости. – Если вы не хотите присоединиться к нам, стать полноправными членами сообщества, вас никто не держит. Но, будьте добры, освободить свои дома в течении недели. На ваше место найдется много желающих. Но если вы не хотите покидать Оук-Лэнд и мечтаете стать частью нового мира, то соизвольте прислушаться к нам. Мы можем помочь всем усовершенствоваться. Измениться. Стать чем-то большим, единым целым организмом, - Гвен словно впала в транс от своих же слов, однако Гордон слегка одернул ее.
-Мы хотим помочь всем, кто хочет помочь себе сам. Давайте же дослушаем до конца список претендентов и тех, кто идеально подходит. Итак, Донован и Дженнифер подходят, менять ничего не надо. Кларк и Эмма –и вас мы ждем с распростертыми объятиями. Джеймс, Сэм, вы знаете о своих недостатках, но работать тут почти не с чем, уже хоть сейчас вы готовы стать частью нас,- с этими словами Джеймс поежился. Ему казалось, что непрошедшие отбор выжигают в его спине сквозную дыру. Он хотел повернуться и сказать им, что сам не хочет быть частью ничьего идеального сообщества, но все же, все же… -Хотя, Джеймс, такая тональность одежды может натолкнуть на мысли о депрессии и суицидальных наклонностях. Поменьше черного цвета…
-Сучка хотела сказать – поменьше афроамериканского цвета, или не-белого цвета, - гневно сверкая глазами, огрызнулась Белла. – Но при этом, одежду надо сжечь, как извращающую идеалы современного общества.
Гвен не обратила внимания на вспышку Беллы, и так же жизнерадостно продолжала:
-Так, остается Эйлин, - сидящая рядом с Джеймсом женщина подпрыгнула. – Я знаю, что у вас есть животное-компаньон?
-Что-что? – Эйлин непонимающе смотрела на Гвен. Та нетерпеливо ждала ответа.
-Кошка, я так понимаю? – вмешался Джеймс.
-А, ну да, у меня дома есть кошка. А что?
-Опять ваша необразованность, - прошипел Гордон. – Правильно говорить: "Кошка, согласившаяся разделить со мной жилище".
-Какой же бред мы выслушиваем, - Шерон отпихнула руку подруги и резко встала. – Пойду-ка я домой, лягу в кровать, согласившуюся принять меня в горизонтальном положении. А утром уберу в квартире пылесосом, согласившимся втягивать пыль в моем жилище. Это все маразм высшей степени.
Она ушла, а Джесс побежала за ней. Джеймс услышал их перебранку.
-Ну и Сэм, - Гордон словно не заметил ушедшую пару. – Говорят, что вы с нетрадиционной ориентацией рук?
-Чего? – Джеймс почувствовал, как напряглось тело парня рядом.
-Левша, - кривясь, выдавила из себя мерзкое слово Гвен. –Так понятнее?
-Да, я левша, что теперь? Отрубим мне руку? Или под гипнозом сделаете меня амбидекстером?
-Это крайние меры, есть варианты проще, - Гордон оглядел всех присутствующих. – Что ж, можно объявить собрание успешным. Подведем итоги. Завтра вы получите экземпляры Устава Идеального Сообщества, или, УИС. Так же, мы еще напечатаем словарик политкорректных выражений, ибо даже самые подходящие из вас все же пугают своим невежеством, - с этими словами он покосился на гордо лыбящихся Кайла и Синтию. Их сияющие лица тут же омрачились, словно он сказал, что их любимый хомячок сдох. – И, начиная с завтрашнего дня, начнем менять городок и его жителей. Все, кто не согласен, могут в течение недели покинуть пределы нашего квартала, но, лучше, всего Оук-Лэнда. Задержка и несогласие с правилами может привести к… последствиям.
-Вы нам угрожаете? – вскинулась до этого молчащая Мелани.
-Предупреждаю. Ах да, мы не обсудили вас. Идеально подходите, но на территории усовершенствованного Оук-Лэнда разрешено находится только детям, уже родившимся в новую эру, как мы это называем. Боюсь, вам придется искать отдельное жилище для ваших отпрысков, если вы решите вступить в наше сообщество.
Плюнув под ноги Гордону, Питер схватил жену за руку и потащил прочь из дома.
-Надо добавить штраф за обильное слюноотделение, - записала тут же в блокнотике Гвен. – И, Эйлин, вам придется также подыскать гостиницу для животных. Животным-компаньонам нет места в новом мире.
-Пошла ты на х..! – женщина поспешила прочь из дома сумасшедшей парочки.
-Ну вот, вроде все, - улыбка Гордона не дрогнула. Он так ни разу и не моргнул. – Завтрашний день станет новой вехой в истории городка. Мы откроем новую страницу, и с вашей помощью создадим образцовое общество. Благодарим всех за проявленное внимание и понимание. Попрошу остаться Клэр, Элеонору, Беллу и Шерон с Джесс.
Джеймс уже подходил к своему дому, когда увидел, Шерон, тащившую упирающуюся и матерящуюся Джесс.
Дурдом. Вечер потрачен зря. Новые соседи действительно сумасшедшие. Этот их идеализм просто нонсенс. Неужели кто-то поведется на их идеи? Устав? Улучшения жителей? Бред. Через два дня все забудут об этом комическом собрании.
Утром понедельника, нежась в кровати, Джеймс осознал все прелести отпуска. Не надо спешить, терпеть несносных клиентов, начальника-мудака. Весь день в его распоряжении. Остается придумать лишь, чем заняться.
Из нежной полудремы его выдернули вопли на улице. Что-то опять произошло. Накинув халат, он побрел к двери. Отворив ее, увидел лежащий на пороге сверток. Развернув, удивленно вылупился на обложку книги. Устав Идеального Сообщества. Так они не шутили? Солнечный день почему-то сразу помрачнел. Дурное предчувствие охватило его. Эти два идиота так просто не сдаются. Но и он не потерпит ущемления своих прав. Если хоть что-то в кодексе не будет ему по нраву…
-Да какое вы имеете право? – Джеймс оглянулся. Вопила Дженнифер. Женщина стояла у своей машины, а Гордон крепко сжимал ее руку, пока Гвен пыталась стянуть с ноги соседки туфель.
-Что происходит? – Джеймс разъяренно понесся к кричащим. Что они прицепились к Джен? – Отпустите ее немедленно, или я вызову полицию!
-Здесь мы закон, - ровным голосом произнес Гордон, но Джеймс уловил угрозу, исходящую от самой фигуры мужчины. – Вы должны были ознакомиться с УИС еще за завтраком. Если вы не удосужились прочесть… что ж, пеняйте на себя.
-Незнание закона не освобождает от ответственности, - пропыхтела Гвен, содравшая-таки обувь с Дженнифер.
-Я засужу вас, ублюдки. Затаскаю по всем судам, - Джеймс удивился, увидев слезы в глазах соседки. – Я могу и босой доехать, но вам это так не сойдет с рук.
-Да ну? Ознакомьтесь со сводом законов нашей страны. Уверен, вы найдете то же самое, что и в нашем кодексе,- Гордон спокойно и немигающе сверлил взглядом возмущенную женщину.
-О чем вообще речь? – Джеймс пытался понять, что послужило причиной скандала.
-Я вижу, здесь это массовое заболевание – несвоевременное ознакомление со сводом законов, - Гвен раздраженно смотрела на Джеймса. – У вас что, все-таки дефицит внимания? Или проблемы с памятью?
-Да как вы смеете..,- но закончить он не смог. Мимо проехала машина Кайла. Тот, притормозил и высунувшись из окна, злорадно осмотрел Джеймса и выдал:
-Разве в УИС не сказано, что выходить на улицу в домашней одежде запрещено?
-Мы прощаем на первый раз. Мы бы сорвали халат, но, боюсь, под ним он нагой, - Гвен поежилась от одной мысли об обнаженном теле Джеймса.
-Ну, хватит. Это маразм.
-Оскорбление членов сообщества карается штрафом. Но на первый раз прощаем.
-А я разве не член сообщества?
-О, еще нет. Работать надо не только над внешностью, но и над множеством иных недостатков.
-Отдайте мои туфли, - прошипела Дженнифер, о которой все забыли.
-Нет. В УИС четко прописано – никакой обуви на шпильке. И это не издевательство – мы печемся о вашей же безопасности. Вдруг каблук зацепиться за крышку люка на мостовой? Или вы даже просто вывихнете лодыжку? А прецеденты были. И не раз.
Дженнифер так хлопнула дверью машины, что в домах задребезжали стекла.
-А вам стоит ознакомиться с кодексом ближе, Джеймс, - одарив его искренними улыбками, парочка уплыла дальше по улице в поисках новых жертв.
Кларк кричал, стоя у своей машины, которую утягивал эвакуатор.
-Ну-ну, она будет на штрафплощадке, - успокаивал его Гордон. –Вы же читали, что машины перед домом парковать запрещено. Для этого у вас есть гараж.
Дома Джеймс читал. Смеялся. Ужасался. Но более всего, удивлялся. Какой безумец мог придумать все эти правила? Да еще и штрафы?
"Каждый неженатый мужчина в возрасте от двадцати до пятидесяти лет обязан платить ежемесячную пеню в размере ста долларов".
"В промежутке с марта по октябрь запрещается принимать ванну. Только лишь душ".
"Запрещается храпеть, только если окна и дверь спальни не закрыты плотно".
"Запрещено спать голым".
Джеймс бледнел, зеленел, краснел. Как гребаный хамелеон. Неужели это всерьез? Кто будет придерживаться всех этих правил? Их нарушения повлекут за собой штрафы. И приписочка о том, что если штрафы не заплачены, последствия не заставят себя ждать. Это угроза?
Весь день он просидел у окна, глядя на цирк, разворачивающийся на улице. Соседи по очереди выбегали из своих домов и с криками ломились в дом Гордона и Гвен. Иногда новенькие сами ломились к жителям. Смех и грех. Джеймс бы и расхохотался, да вот армия совершенного сообщества множилась. Не только Гордон и Гвен издевались над соседями. Приехавший с работы Кайл и его женушка помогали. Питер и Мелани, заперев детей дома, присоединились к рыскающим повсюду борцам за добро и справедливость. И Донован – муж Дженнифер.
-Как вы смеете? – вопила Эйлин, бегая вокруг Гордона, который демонстративно вынес из ее дома три вибратора.
-По закону, вы имеете права хранить лишь один фаллоимитатор. Можете выбрать любимый, остальные я уберу.
Эмма бегала по двору за Гвен, которая сорвала высыхающее на веревках белье. Это, оказывается, тоже противозаконно. Ее муж Кларк в этот момент пытался отбить у Гордона коллекцию боевиков на ДиВиДи. Фильмы, содержащие сцены преступлений, тоже вне закона.
Вечером Джеймс увидел рыдающую Эйлин. Ее кошку забирали в гостиницу для животных, но перед этим несчастное животное проходило весь день в ошейнике с тремя колокольчиками, дабы птицы заблаговременно узнавали о его местонахождении.
Балаган. Только так Джеймс мог описать хаос, воцарившийся на их улице. Уже ночью он увидел, как в дом Гордона и Гвен зашли Гарри и упирающаяся Белла. Зачем они так поздно пришли к ним? Тем более Белла не питала особой любви к новым соседям.
Заваривая чай, Джеймс вспомнил, что чаепитие следует начинать лишь тогда, когда температура воды остынет до 60-65 градусов. Во избежание вульгарного чавканья. Так в УИС и было написано. Плюнув, он большими глотками осушил чашку, обжигая язык, но чувствуя злорадное удовлетворение от того, что пошел против системы.
"Анархист хренов". Смеяться или плакать? Он теперь пьет кипяток назло соседям.
Следующее утро оказалось более мирным. Криков не слышно. Уже прогресс. За весь день особо интересных событий не было, лишь Дженнифер снова получила выговор за новую прическу. Оказывается, стричься она теперь может лишь с разрешения мужа.
Однако вечер принес новый сюрприз. Около девяти часов Гвен вышла на улицу с мегафоном в руке.
-Уважаемые друзья! Просьба собраться всем около нашего дома. Есть что обсудить.
Когда все столпились на газоне бывшего дома Роджерсов, Гордон ошарашил почти всех новостью.
-Завтра начнутся работы по усовершенствованию дворовых участков. Конечно же, большинство из вас не удосужились пролистать УИС далее десятой страницы. А в середине как раз есть постановление о смене входных дверей и строительстве заборов около каждого дома.
Поднявшийся шум спугнул заснувших птиц, но Гвен и Гордон, улыбаясь и источая флюиды полного счастья, отбились от всех претензий. Действительно, они имели право заставить всех поменять входные двери на открывающиеся только наружу. При пожарах будет легче покинуть здание.
-Какие, к чертовой матери, пожары? – вопила Дженнифер. – Я отказываюсь менять дверь!
-Мы сделаем все, как сказано в УИС, - злобно прошипел Донован.
-Поймите, мы не ущемляем ваши права, а лишь думаем о безопасности нашей большой и единой семьи, - успокаивала всех Гвен.
-Ну а заборы облагородят наш городок. Представьте себе, аккуратные беленькие заборчики, кому они помешают? А красивые крылечки лишь усилят ощущения сказочного городка. Это же приманит туристов! – Гордон светился, обуреваемый идеями.
-Туристы? На кой черт…я хотела спросить – зачем нам туристы? – Эйлин вовремя исправилась под гневным взглядом Гвен. Штраф за обсценную лексику – сто долларов. Терять деньги никто не хотел. Джеймс заметил, что стал реже материться.
Этим вечером к дому новых соседей подошли Джесс и Шерон. Одна из женщин плакала, и Джеймс знал, кто именно, хотя и не видел лица в темноте. Дом поглотил новых жертв.
Утром рабочие активно принялись строить заборы и украшать крылечки. Выломанные двери валялись на тротуаре. Все жители попрятались на своих задних дворах, и лишь Дженнифер, решившая прогулять работу, но не дать испортить дом, стояла около входа, не давая рабочим заняться ее участком. Донован уехал, и не мог препятствовать ей.
-Вы подвергаете себя риску пожара, - покачала головой Гвен.
-И выйти из дома может оказаться сложнее, чем вы представляете, - с этими словами Гордон удалился.
-Да, звонил ваш супруг. Сегодня он не сможет переночевать дома, - Гвен последовала за мужем, даже не попрощавшись с удивленной Дженнифер.
Уже стемнело, когда рабочие уехали. Джеймс вышел на новое крыльцо и осмотрелся. Что ж, стоило признать, аккуратные заборы, клумбы и красивые двери действительно украсили улицу. Может, не все законы УИС полный отстой? Заходя внутрь, он увидел бодро шагающих к дому Гордона и Гвен старушенций. Сестры, казалось, летели, словно внутри их ждал особый подарок.
Ночью Джеймс проснулся от переполоха на улице. Выглянув, он тут же побежал наружу, захватив телефон. Горел дом Дженнифер и Донована.
-Дверь не открывается! – вопил Кларк, яростно пытаясь выбить ее.
-Звоните пожарным! – побледневшая, Эйлин в ужасе смотрела на пламя, вырывающееся из окна второго этажа.
-Уже едут, - Эмма старалась сохранить спокойствие, но Джеймс видел, что у женщины дрожат ноги.
С той стороны двери раздавались вопли Дженнифер. Она билась, пытаясь выбраться, но безуспешно.
-Лезь в окно!- кричал Сэм.
-Ничего бы этого не было, если бы она согласилась на смену двери, - прокомментировал Кайл, немигающе глядя на Джеймса. И у него этот остекленевший взгляд. И у его жены.
-Что ты сказал? – Сэм повернулся к соседу, сжимая кулаки. Ветер распахну его рубашку. Кайл поглядел на него и сказал:
-Штраф сто долларов. Вижу, кто-то любит гладкую грудь.
-Что? – Сэм даже запнулся.
-В УИС сказано, что мужчинам запрещается брить грудь. А я четко вижу следы…
-Да пошел ты, - Сэм повернулся к двери.
Одно из окон разлетелось на осколки, затем вылетел стул. Дженнифер вылезла наружу, кашляя и затравленно оглядываясь по сторонам.
-Предлагаю вам переночевать у нас,- Гвен плохо удавалось скрыть удовлетворение от происходящего.
-Она может остаться со мной, - предложила Эйлин. Дженнифер благодарно посмотрела на соседку.
-Что ж, думаю, концерт окончен. Хорошо, что никто не пострадал из-за своего упрямства, - с этими словами Гордон увел Гвен.
Пожарные прибыли через пять минут и успешно потушили огонь. Дом выгорел, но серьезных повреждений не было. Соседи расходились. Джеймс удивленно смотрел на спокойствие окружающих. Никто не предположил даже, что это мог быть поджог. Хотя и он сам ничего не сказал. Ведь за клевету полагается штраф четыреста долларов.
Стоя у порога дома, любуясь свежей красотой улицы, Джеймс с утра увидел несущуюся со всех ног Дженнифер. Облегающее красное платье, туфли на шпильке. Она бешено барабанила в дверь Гордона и Гвен. Те вышли, как всегда красивые, подтянутые, словно и не спавшие.
-Это был поджог! – закричала Дженнифер, тыча в них пальцем. –Я этого так не оставлю. В городе я найду управу на вас.
-Это ваше право, - хладнокровно процедила Гвен.
-Не забудьте, туфли на высоких каблуках могут стать причиной несчастного случая, - лучезарно улыбаясь, Гордон захлопнул дверь перед носом соседки.
Вечером вернулся Донован с ужасной новостью – Дженнифер погибла. На мостовой у нее подвернулась нога, а вылетевшая из-за угла машина сбила ее. Смерть была мгновенной. Не мигая, он сообщил информацию, и пошел ночевать к Гордону и Гвен. Джеймс заметил отрывок красной ткани на бампере машины Донована.
Все еще потрясенный смертью Дженнифер, Джеймс утром увидел три пары, выходящие из дома Гордона и Гвен. Они спешили к своим домам. Чуть не подавившись холодным чаем, он смотрел на четырех человек, которых раньше здесь никогда не было. Хотя знакомые черты все же проступали под новыми лицами.
Симпатичная черноволосая блондинка со сливочно-белой кожей. Нос, глаза и губы… раньше так же выглядела Белла. Гарри волок женщину под руку, ухмыляясь и обнимая ее. Та хихикала, словно школьница.
-Белла? – лишь смог спросить Джеймс.
-О, Джеймс, дорогой! – проворковала белоснежная красотка. – Их программа усовершенствования действительно бесподобна!
За ними вышли две женщины лет под сорок. Они подпрыгивали, смеялись, смотрели друг на друга и на самих себя, и словно не верили своим глазам.
-Клэр! Элеонора! Вижу, программа идеального сообщества и вам пошла на пользу, - попытался улыбнуться Джеймс, но видя помолодевших сестер, внутри он почувствовал лишь леденящий душу страх.
-Да! Я давно не чувствовала себя такой…совершенной! – не мигая, обе сестры улыбнулись ему и поспешили к себе домой.
Когда же Джесс проходила мимо него, ведя под руку красивого мужчину, Джеймс уже не удивился.
-Джесс! Шерон?
-Теперь меня зовут Шон, - улыбнулась бывшая Шерон. – Зря я так упирался. Я чувствую себя на миллион долларов.
Смотря вслед обновленным соседям, Джеймс лишь сейчас осознал ужас произошедшего. Это не пластическая хирургия. Здесь происходит что-то…противоестественное. Нужно срочно собрать тех, кто еще не попал под влияние новых соседей. Джеймс не хотел становиться идеальным, теряя при этом саму свою суть. Нужно как-то остановить безумие.
Джон и Лана погибли в субботу. Неблагополучная пара отказывалась освобождать свой дом, несмотря на угрозы и предупреждения Гордона и Гвен. Ночью в пятницу их убили прямо в кровати. Лане перерезали горло, и бедная женщина смогла доползти до ванной, где и истекла кровью. Джону нанесли сорок ножевых ранений. Когда Джеймс обсуждал это с Питером и Мелани, те лишь бесстрастно обронили:
-Да, жуткое самоубийство.
-Ну что у них можно было украсть? – Эйлин съежилась на диване. – Все в Оук-Лэнде знают, что они на грани нищеты. И какое самоубийство? Там столько крови было.
-Их убили Гордон и Гвен, - Сэм яростно курил, хотя знал, что его могут за это оштрафовать. – Мы не можем ждать, пока нас всех поубивают. Они причастны к убийству Роджерсов.
-Остальные уже изменились, - добавила Эмма. – Я видела их глаза. Они тоже не мигают.
-Уверен, что Дженнифер сбил Донован. Он убил ее. Я видел красную ткань на бампере, - Джеймс понимал, что говорит правду, но боялся признать ее. Их жизни зависели теперь от банды взбалмошных соседей, которые могут принять любой закон. – И не думаю, что Джона и Лану убили сами Гордон и Гвен. Кайл и Синтия – вполне подходящие кандидаты.
-Что мы можем сделать? – этот вопрос повис в воздухе, словно призрак недавно погибших.
-Давайте понаблюдаем за ними, - предложил Сэм. – Можете смеяться, но я не верю, что они люди. И наши соседи теперь тоже изменились.
Прекрасным воскресным днем Сэм получал удовольствие, нарушая все возможные правила УИС. Сидя на туалете и тужась, он смотрел на потолок. По кодексу, в воскресенье это считалось чуть ли не преступлением, и штраф за это- восемьсот долларов. А все ради того, чтобы не оскорбить чувства верующих.
Позже он громко включил радио. Ходя по квартире и насвистывая, подпевая, топая в такт ногой и прищелкивая пальцами, он нарушал сразу несколько правил. Сколько же он уже должен заплатить? Сам не зная почему, он чувствовал воодушевление. Всего за неделю их лишили удовольствий, измучили постоянными придирками и штрафами. Больше всего бесил закон о подушках. Их нужно убрать с кровати, так как они считаются пассивным оружием. Сэм и не догадывался, что спать без подушек – полный отстой. Голова утром болит, шея затекает, ни о каком отдыхе и речи быть не может.
Днем он вышел на улицу в облегающих джинсах, ожидая криков соседей о нарушении правил. Только свободная одежда. Снаружи он увидел Эйлин, ожидающую его у дома Гвен и Гордона. Чуть далее бродили Кларк и Эмма, в поисках усовершенствованных жителей. Но Оук-Лэнд словно вымер. Где все? Почему никто не нападает с придирками? Джеймс в это время должен был следить за домом Гвен и Гордона. Может, он что-то узнает?
Позвонить Сэм ему не мог. Во-первых, смартфоны на территории городка запрещены, во-вторых, не хотел привлекать лишнее внимание.
Наконец, из дома вышли Питер и Мелани. По дороге их перехватили Кларк с Эммой.
-Куда собираетесь? Может, поужинаем вместе?- Эмма чуть ли не ухватила Мелани за пуговицу на блузке, не давая ей пройти.
-Сегодня у нас встреча в клубе, - пояснила та, аккуратно, но настойчиво стараясь обойти настырную соседку.
-Встреча? Почему же нас не пригласили?
-Вход только для избранных, - надменно сообщил Питер. – Как только вы избавитесь от своих недостатков, мы тут же пригласим и вас.
-Кстати, как ребята? – Эмма не знала, что еще спросить. Эти двое собирались пройти мимо, словно обходили препятствие.
-Кто? – удивилась Мелани.
-Ваши дети.
-У нас нет детей, - холодно бросила Мелани.
-Что вы с ними сделали? – наконец Эмма все же поняла, что эти люди не просто шизофреники, помешанные на идеализме. Они опасны и могут убить тех, кто мешает им.
-Ничего, - бесстрастный голос Мелани ужасал. –Мы отдали их в детдом. Отказались. Балласт нам не нужен. Всегда можно завести новых. Позволь пройти, пожалуйста, - с этими словами парочка обтекла преграждающих путь Эмм и Кларка и пошла к дому новых соседей.
Сэм тут же перешел дорогу и облокотился на забор в самой фривольной позе. Эйлин страстно обмахивалась раскрытым УИС, изображая утомленную кокетку.
-Ах, Эйлин, ты сегодня отлично выглядишь.
-Ты тоже, - заикаясь, ответила женщина, провожая взглядом Мелани и Питера.
-Может, я зашел бы к тебе? – Сэм пытался вспомнить всевозможные способы заигрывания, но под немигающими взглядами соседей почти все заготовленные реплики вылетели из головы.
-Это что, флирт? – прищурившись, осведомился Питер. –Вы же знаете -это запрещено. Запишу штраф обоим.
Сэм и Эйлин беспомощно переглянулись. Обычно следовали длинные и нудные нотации, просьбы не нарушать правила, но сегодня соседи спешили, точно на распродажу.
Вскоре Питер и Мелани скрылись в доме. Сэм спокойно и размеренно, как ему казалось, прошел мимо дома. Джеймс все это время заглядывал в окна, пытаясь рассмотреть хоть что-то в темноте комнат.
-Что ты хромаешь? – удивился Джеймс.
-Я..э...,- Сэм смутился. Значит, походка уверенного в себе мачо не получилась. – Не важно. Что ты видел?
-Они все спустились в подвал. Видимо, там все и происходит.
Эйлин, Кларк и Эмма подошли к мужчинам. Их растерянный вид пугал Джеймса. Так они могут и побояться проникнуть дом и узнать, что же все-таки скрывают Гвен и Гордон.
-Придерживаемся плана. Заходят двое, остальные на улице. Если мы не выйдем через двадцать минут, звоните в полицию.
Идти вызвались Джеймс и Сэм. Трясущимися руками, Джеймс держал фомку, которой собирался взломать заднюю дверь. Уже подходя к дому, он понял, что их группка совсем не подготовлена. Что если заработает охранная система? Или все же не все спустились в подвал? А что может быть там, внизу?
-Давай уже, -прошипел за его спиной Сэм.
Вставив фомку между косяком и дверным полотном, Джеймс напряг мышцы рук. Послышался легкий хруст. А затем дверь отворилась. Черт! Они даже не закрывали ее. Сэм нервно хохотнул. Мужчины прокрались на кухню. Здесь почти все осталось без изменений с момента смерти Роджерсов. Гордон и Гвен не привнесли с собой ничего нового, личного.
Выискивая смертельные ловушки на каждом шагу, Джеймс чуть не прошел мимо двери в подвал. В комнатах царила тишина и спокойствие. Никто не поджидал их, никаких опасностей. Слишком все просто.
Помахав рукой Сэму, Джеймс приоткрыл дверь. Легкий скрип, и тут же он почувствовал еле уловимый, но неприятный запах. Вдыхая затхлый воздух, он вспоминал гниющие на солнце водоросли. Спускаясь, он словно погружался под воду. Дышать стало тяжелее, каждый вдох словно приходилось проталкивать внутрь, а выдыхал он с присвистом. Что, если они распыляют какой-то газ, превращающий всех в зомби? Надо было взять респираторы! А еще оружие, много оружия. Но одним из первых законов УИС был отказ от любого вида огнестрельного оружия. Питер, любитель поохотиться, который еженедельно смазывал ружье, слишком спокойно с ним расстался. У остальных соседей ничего такого не было. Если из подвала что-то выберется на свет божий, им придется защищаться ножами, граблями и молотками.
Наконец они спустились. Тусклая лампочка над головой периодически мигала, погружая подвал в кромешный мрак. Стеллажи с закрутками, в некоторых углах скопилась рухлядь, но ни следа соседей.
-Что это? – Сэм указывал рукой в дальний угол.
Джеймс посмотрел, и недоуменно пожал плечами. Вешалки, как в магазинах одежды, с каким-то тряпьем. Он увидел нечто странное в самом дальнем и самом темном углу подвала.
-Смотри туда, - прошептал он Сэму, но того привлекли шмотки.
Джеймс, вцепившись в ломик, словно в спасательный круг, подходил все ближе и ближе к чему-то вроде небольшого бассейна. Зачем в подвале бассейн? Они тут что, плавают? Но места слишком мало, там с трудом могут поместиться два человека. И когда они его выкопали? Лампочка снова мигнула. И больше не загоралась. Сзади он услышал, как чертыхается Сэм. Молодцы, конечно, никто из них не взял фонарик.
-Нам надо срочно уходить отсюда! – голос Сэма дрогнул.
Джеймс не ответил. Он нащупал рукой край бассейна. Твердый, но пористый. Странный материал. Холодный и вязкий. Пальцы погрузились в воду.
"Только это не вода", - прошептал внутренний голос.
Липкая субстанция, словно в бассейн налили клей или патоку. Смола? Кислый смрад сбивал с ног. Сэм что-то бормотал. Молился, что ли? Скользкое прикосновение к ладони.
И тут свет загорелся вновь.
Джеймс закричал. Черная липкая субстанция обмоталась вокруг руки, выламывая пальцы. Словно перчатка, облегала она кожу, пузырясь и шипя. Джеймс чувствовал, как из него струйкой вытекает кровь, тут же поглощаемая массой. Внутри бассейна он разглядел смутные силуэты, вяло колышущиеся, но поднимающиеся вверх с таких глубин, каких он и не мог вообразить. Туда, глубже и глубже, тянуло его взгляд. Очертания полуразрушенных зданий и исковерканных туловищ. Сквозь пожирающую его руку вещество, он ощущал боль, страх и гнев существ, обитающих по ту сторону. Их мир погиб, или корчился в предсмертных муках. Но они нашли способ покинуть его. Будучи высокоразвитой цивилизацией, их ужасал примитивизм нашего мира, нелепые страхи, пустые мечты, несовершенство разумов и слабость тел. Но все можно изменить. Маленькие и сморщенные тела тех, кто оставался в родном мире, распылялись на мельчайшие частицы. Их шарообразные головы взрывались. Безносые лица искажались в муках. Крошечные рты, раззявленные в крике боли и страха, казалось, молили его помочь. Помочь ценой своей жизни, своего тела. Рыбьи немигающие глаза следили за каждым движением.
-Бежим! – кричал Сэм. Возможно, он звал его уже минуту, а, может, и больше. В разрушаемом мире, куда затягивала Джеймса черная масса, понятие времени растянулось в бесконечность. Безграничные страдания. Бескрайнее море боли и смерти.
Сэм оттянул его за плечо, волоча к выходу. Джеймс смотрел на свою руку, не понимая, что видит. Где пальцы? И что это за окровавленный кусок мяса? Черная субстанция стекала с него, словно ртуть, перетекая по полу обратно к бассейну.
Всплеск в темном углу подвала заставил мужчин обернуться. Из бездонной ямы в полу выползали бледные существа. Они пытались стоять, но тонкие ноги подкашивались и с хрустом ломались. Пробовали подтягивать себя руками, но кости выворачивались, прорывая тонкую кожу. Их лица искажала боль, но существа продолжали ползти, отталкиваясь от земли торчащими наружу ребрами. Словно жуткие гусеницы, проворно ползли они к стеллажам с одеждой, так привлекшей внимание Сэма. Джеймс видел, как на месте изломанных конечностей отрастают новые.
-Что там? Куда они ползут? – он крепко сжал плечо Сэма.
-Там их кожа.
Отпихнув соседа, Джеймс подошел к вешалкам. Лампочка над головой мерцала, погружая подвал в полумрак, но он смог все-таки увидеть. Кайл и Синтия. Старушки. Лесбиянки. Белла и Гарри. Мелани и Питер. Все они были там. Перекроенные, улучшенные, подогнанные. Концы вешалок вонзались в их плечи и кости, из ртов тянулись крюки, которыми они крепились к трубе. Джеймс услышал тихий скулящий плач. И только потом понял, что сам стонет в ужасе. Глаза соседей смотрели на него, и, в отличие от существ, ползущих к ним, мигали. Из их ртов доносился тонкий вой. Все они еще живы.
Ползущая на ребрах тварь проворно забралась по пустой коже Кайла, и ввинтилась в его рот. Джеймс видел, как потух огонь жизни в глазах мужчины, слышал хруст, с которым существо вонзало свои кости в плоть, наполняя ее, натягивая на себя, словно костюм. То, что когда-то было Кайлом, тряслось в припадке симбиоза, а затем рухнуло на пол. Два организма сливались в один, поглощая и заменяя друг друга.
Джеймс схватил Сэма и потащил наверх. Выбежал из дома под изумленные взгляды соседей. Быстро домой!
-Бензин! Нужно горючее! – кричал он на ходу.
Эйлин, Эмма и Кларк не спорили, увидев его безумный взгляд, и побежали по домам.
Потом Джеймс не мог вспомнить, как смог снова заставить себя спуститься в подвал, облить все горючим и поджечь. Он ощущал стоящего рядом Сэма и остальных, в ужасе смотрящих на содрогающиеся тела соседей, которых надели на себя твари из бездонной ямы. Они заперли дверь подвала, и, тяжело дыша, слушали, как существа по ту сторону вопили и стонали голосами их соседей. Жар обволакивал людей, запах паленой плоти, казалось, пронзил каждую пору, навсегда оставшись в их памяти. Жалобные крики существ и их жертв будут теперь частью кошмаров.
Пожарные потушили огонь. Дом почти не пострадал. Джеймс трясся от страха, ожидая криков спасателей, когда те обнаружат обгоревшие тела. Их могут обвинить в поджоге, предумышленном убийстве соседей. Но пожарные поднимались из подвала, никто не подходил к ним, словно там ничего не было.
А, может, там действительно ничего нет? Но как же бассейн? Яма, ведущая наизнанку нашего мира? Неужели они не видели разрушенных городов и умирающих существ? Не заметили обгоревшие людские тела, надетые кое-как, лишь бы скрыть истинную суть носителей?
Двое полицейских подошли к ним. Джеймс аккуратно спросил их, видели ли они что-нибудь в подвале? Ответ отрицательный. Никто не пострадал при пожаре. Один коп записывал, второй задавал вопросы. Его лицо напугало Джеймса, но он никак не мог понять чем. Уже лежа в кровати, все еще без подушек, он понял. Полицейский не мигал.
Утром к нему вломился Сэм. Растрепанный, лицо перекошено от страха.
-Кларк и Эмма мертвы!
Обоих нашла в их кровати Эйлин, решившая обсудить с ними происшедшее. На ее стук никто не отзывался. Войдя внутрь, она почувствовала легкий запах тины. Соседи лежали в кровати, задушенные подушками.
Через две недели в дом Кайла и Синтии переехала новая пара. Джеймс видел их идеальные улыбки. И немигающие глаза. В доме старушек поселились полицейские, допрашивавшие его о пожаре.
Джеймс понял, что нужно уезжать отсюда. Он паковал вещи, когда в дверь позвонили. Выбегая через заднюю дверь, он увидел машину Эйлин. Сэм сидел на переднем сидение, женщина вцепилась в руль. Они ждали его, не бросили.
Уже отъезжая, услышали хруст выломанной двери. Четыре фигуры проникли в дом Джеймса. Прикрыв глаза, с удивлением понял, что держит в руках томик УИС. С нескрываемой радостью он распахнул окно и выбросил книгу.
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования