Литературный конкурс-семинар Креатив
Креатив 22: «Ветер перемен, или Не Уроборосом единым»

Сан Саныч - По кочкам судьбы

Сан Саныч - По кочкам судьбы

 
По мотивам реальных событий. 
Чес-слово. 
 
 
Есть такой уровень холостяцкой жизни, когда начинаешь подъедать продукты, забытые кем-то в твоём холодильнике. Сначала макароны с сосисками от шеф-повара "очередная бывшая". Затем пельмени, благополучно пережившие встречу с друзьями и тёмным нефильтрованным. Яишенку: заветренную, но не сломленную. И наконец… что это за банка? Килька в томате – отлично! Причём сначала открываешь, пробуешь и только потом смотришь срок годности.
Чёрт, не с того начал. Простите, нервничаю. Не каждый день меняешь будущее человечества. Да я уже и сам слабо верю во всё произошедшее. В общем, расскажу, а вам судить: было и нет.
– Эй, парень, можно еще пару кружек? И чипсы.
По-хорошему, надо бы представиться. Георгий. Он же Гоша, он же Гора, он же Жора. Да-да, как в том фильме. Родился в год премьеры, мама была без ума от Баталова. Гогой только не зовите – с детства не люблю.
Хотел бы я сказать, что в то утро почувствовал какие-нибудь флуктуации биополя или колебания пространственно-временного континуума. Но нет. Утро как утро: умылся, побрился, поехал на работу. Единственное, накануне с Владом помянули очередной прожитый год. Впрочем, какая разница тридцать шесть тебе или тридцать семь, если твоя жизнь претендует на звание самого бесполезного проекта Вселенной?
Кто такой Влад? Друг. Лучший. Еще со студенческой скамьи, с "электротеха". Знаете, есть такие люди, которые за тобой и в огонь, и в воду… Нет, давайте-ка по порядку. К тому же, о Владе еще зайдет разговор...
 
 
В то утро моросил дождь. Такой особенно противный вид, когда зонт открывать рано, а на работу приезжаешь полностью мокрый. Закинул куртку на вешалку, попытался обсохнуть у радиатора. Хорошо, отопление уже дали. Включил комп. И тут, внезапно, звонок: "Жор, тебя к директору!"
"Странно, – думаю, – чем я успел провиниться? Времени до конца месяца навалом – план выполнить успею. Может, из клиентов кто нажаловался?"
В приемной Оксана, не переставая печатать, кивнула на дверь с позолоченной табличкой. Интересно, как женщины умудряются попадать по клавишам такими ногтями?
Постучался, заглянул:
– Виктор Сергеевич, можно?
Директор отвернулся от монитора, махнул:
– А, Георгий? Заходите, присаживайтесь.
Мы с директором почти ровесники, но выглядит он раза в два респектабельнее. И дело тут не в костюме или ухоженной бороде. У него аршинными буквами на лбу написано: "руководитель ведущего регионального отделения огромной холдинговой компании".
– Георгий… э-э… Иванович, – директор раскрыл лежащую перед ним папку, и у меня заныло под ложечкой, – у нас с вами возникла проблема. Вы занимаете явно не свое место.
Дышать стало тяжело. Не скажу, что с детства мечтал продавать никому не нужные услуги, но и на улице оказаться желания не было. Особенно сейчас: когда безработных много, а вакансий – с гулькин нос. Попытался что-нибудь сказать, оправдаться, но директор остановил:
– Вы у нас уже двенадцать лет работаете? Так? И всё на одной должности. А ведь я просмотрел вашу анкету, Георгий Иванович. Отчеты. Пообщался с вашим начальником. Вы, Георгий Иванович, ценный кадр для нашей компании. Я бы даже сказал – бесценный! Вы-то сами как, хотите дальше у нас работать?
– Да-да, конечно! – голос охрип, но медлить с ответом я побоялся. Творилось что-то странное. Что-то, чему не находилось рационального объяснения.
– Тогда, – продолжил директор, – у меня для вас есть выгодное предложение. В ближайшее время я перехожу в головной офис и предлагаю вам занять мое место.
– А… разве так можно? – с трудом выдавил из себя, когда пауза совсем затянулась. – Виктор Сергеевич, вы только не подумайте… Я благодарен за столь высокое мнение обо мне… и оказанное доверие… Но как же совет директоров? Президент компании? Вы же не можете взять и назначить кого угодно? В смысле… меня? Назначить меня на свою должность.
Директор перевернул лежащую перед ним папку, подвинул ее ко мне и неожиданно улыбнулся. Если честно, это пугало еще больше.
– Ваша кандидатура уже утверждена наверху. Вот, посмотрите. На самом деле, Георгий Иванович, вам осталось только подписать некоторые документы и всё – сможете переезжать в новый кабинет.
– А… это точно не розыгрыш? Или проверка? – глупее вопросы придумать сложно, но ничего другого в голову не приходило. И кто в здравом уме откажется от взлёта по карьерной лестнице? Наверное, только тот, кто никогда не метил в "дамки".
– Виктор Сергеевич, если разрешите, я немного подумаю. Свыкнусь, так сказать, с новостью. Хотя бы до завтра.
– Хорошо… Георгий Иванович. Но от себя добавлю: не упустите шанс. Жду вас завтра в это же время. Подпишем бумаги.
Как добрался до своего места – помню плохо. От вопросов отмахивался, на звонки отвечал машинально. И всё пытался понять: за какие заслуги на меня такое счастье свалилось? Потом не выдержал, набрал Влада. И после работы рванул к нему.
 
 
Влад живет в однушке в спальном районе. Отличный друг, крутой специалист по релейке*, но вот с самооценкой у него беда. Единственная женщина, переступившая порог владиного дома три года назад и отожравшаяся за это время до безобразия, – британка Матильда. Кошка, да.
– И как, согласишься? – Влад плеснул в стопки еще коньяка и посмотрел на меня. Надираться второй вечер подряд, к тому же в начале рабочей недели – идея плохая. Но принимать решение на трезвую голову было невыносимо.
– Не знаю, – икнул я. – Нет… наверное. Какой из меня, к чёрту, директор? У меня же ни опыта, ни авторитета, ни этой… как её…
– Бороды?
– Сам ты… борода. Отвестнсти. От-вет-ствен-нос-ти! Прикинь, сколько я огребу проблем?
– И денег. Зарплата на нолик больше – это стимул!
Перед глазами поплыли нестройные ряды нулей, но желания стать "биг боссом" не прибавилось.
– Ага, а потом приедет какая-нибудь проверка, найдет нарушения. И, как думаешь, кто окажется крайний? Нет, ну его… к едрене фене… такие перемены!
 
 
На следующее утро, каюсь, будильник я не услышал. Когда добрался до работы, часы показывали начало одиннадцатого. Решил сразу идти к директору – наверняка уже вызывали. По пути придумывал подходящие аргументы, подбирал слова для вежливого, но однозначного отказа. Поэтому не сразу заметил, что все, буквально все сотрудники со мной здоровались. И улыбались. Только не подумайте, что я обвиняю коллег в чёрствости, но еще вчера случайные коридорные встречи не провоцировали таких бурных эмоций.
"Неужели все в курсе? – пронеслась в голове паническая мысль. – Но откуда?"
В приёмной Оксана при виде меня моментально выскочила из-за стола:
– Георгий Иванович, доброе утро! Вас искали.
Чёрт, так и знал! Вдохнул поглубже, указал на дверь:
– Можно?
– Да, конечно. Давайте пока повешу? – Оксана забрала куртку.
Дальше тянуть было некуда. Слегка постучал и вошёл.
Кабинет оказался пуст. Я постоял немного у двери, прислушался: может, директор в соседней комнате? Нет, ни звука. Даже компьютер из-под стола не гудит. И еще появилось чувство, будто в кабинете со вчерашнего дня что-то изменилось.
Не выдержал, вышел обратно в приемную:
– Оксан, там никого нет.
– А кого вам надо?
Вопрос застал врасплох. Поэтому вместо очевидного: "директора", получилось что-то невразумительное:
– Так… меня же искали… вот и…
– Всё, поняла, – кивнула Оксана и взяла телефонную трубку. – Кого к вам сначала: Ларису Витальевну или Семёна Игоревича?
Семёна Игоревича я знал: это начальник моего начальника, замдиректор по планированию и чему-то там. А Лариса Витальевна? Кажется, главбух?
– Зачем? – понимание происходящего наваливалось, точно ком снега.
– Семён Игоревич хотел обсудить поездку в Катар. Его презентация… – Оксана продолжала говорить, но смысл слов был уже не важен. Я смотрел на дверь кабинета директора. На позолоченной табличке красовалось мое имя.
Как они это сделали?! Когда? Они что: всё за одну ночь провернули? Но я же еще ничего не подписал! И неужели все сотрудники участвуют в этих махинациях? Неожиданно в голову пришла безумная мысль.
– А дата?! Год сейчас какой? – прохрипел я, кидаясь к секретарю.
Оксана резко замолчала, затем посмотрела на стену справа. Большой красный прямоугольник выделял сегодняшнее число. Год и месяц на календаре тоже не вызывали подозрений. С идеей путешествия во времени пришлось распрощаться.
– Георгий Иванович… может вам минералочки? – в оксанином голосе сквозило участие пополам с ехидством.
Минералка – вещь полезная. Но вряд ли она чем-то помогла бы в сложившейся ситуации.
– Давно я… директор? – вопрос прозвучал идиотично, но мне было необходимо его задать.
– Почти три года, – Оксана, кажется, наслаждалась происходящим. – Вам рассказать всю вашу биографию?
– Нет. Спасибо, – мне определенно требовался тайм-аут. – Я... возьму отгул на сегодня. Хорошо?
Забрал куртку из шкафа и бегом отправился к выходу.
 
 
Первым делом попытался дозвониться до Влада, но он не брал трубку. Хотелось с кем-то поговорить, понять, не схожу ли с ума. Только кому можно рассказать о случившемся? Мама умерла два года назад, у отца больное сердце. А сестра давно превратилась в миссис Робертсон, у нее в Америке своих проблем хватает.
Набрал Влада еще раз – абонент вне зоны доступа. Ладно, решил: если не дозвонюсь, вечером поеду к нему. Купил по дороге еды и отправился домой.
В подъезде одуряюще пахло борщом. Пока поднимался по лестнице, представлял наваристый жирно поблёскивающий бульон с розовыми силуэтами овощей, большим куском мяса и снежно-белым сметанным айсбергом. И чтоб обязательно с чёрной горбушкой и салом. Повезло же кому-то.
Только все радужные мечтания вмиг испарились, когда я оказался на своем этаже. Запах шёл из моей квартиры! Есть сразу расхотелось. Может, бывшая передумала и решила вернуться? Да нет, фантастика. Я скорее поверю в домушника, пытающегося вкусным обедом компенсировать хозяевам расставание с компьютером и заначенной валютой.
Может, вызвать полицию? Ага, из-за запаха борща. То-то мужики поржут. Но не стоять же истуканом перед собственной дверью?
Первое, что бросилось в глаза – идеальный порядок в коридоре! Влажный от недавнего мытья пол, чистое зеркало, аккуратно расставленные тапочки. Тапочки?!
Дальше всё происходило одновременно. Из комнаты выскочил мохнатый бело-рыжий шар, а из кухни… Из кухни выплыло нечто нереальное. Возьмите ноги Хайди Клум, тело Анжелины Джоли, грудь Памелы Андерсон и лицо молодой Брижит Бардо, упакуйте в чулки и фартук и вы получите подобие того сексуального "Франкенштейна", что кинулся мне на шею.
– Солнышко, почему ты так рано? Что-то забыл?
– Мыр-р-р? – вторил незнакомке мохнатый шар, вцепившись в мою штанину.
– А… Э…
На языке упорно крутилось: "ты кто?" и "что здесь вообще происходит?"
– А я тебе твой любимый борщичок варю, – продолжала сокращать дистанцию "вандервумен". – С чёрным хлебушком, сальцем. И домашней сметанкой.
Вот сметанка стала последней каплей. Здорово, когда исполняются мечты. Но не тогда, когда их сначала пропускают через сверхмощный усилитель.
Одной рукой расцепил объятия, другой – нащупал ручку входной двери. Попутно скинул с ноги бесполое котообразное. И выпал из квартиры.
– Солнышко, ты куда? – донеслось следом.
 
 
На улице стрельнул сигарету, затянулся. Немного полегчало. Набрал Влада – нет ответа.
Происходящему не находилось никакого рационального объяснения! Что это? Розыгрыш? Эксперимент спецслужб? Атака инопланетян? Что в таких случаях положено делать: сдаваться докторам или писать заявление в прокуратуру?
Одной сигареты оказалось мало. Купил в ближайшем супермаркете целую пачку, прибавил к ней бутылку имени белой лошади, закинул всё в пакет с едой и поехал к Владу. До вечера окопаюсь во дворе – не в первый раз, зато мимо друг точно не пройдет.
С наступлением темноты похолодало. Имеющийся допинг не давал замерзнуть, но ночёвка на улице не входила в мои планы. Оставалось снова и снова набирать знакомый номер. Неожиданно Влад взял трубку.
– Ты где?! – кажется, я сорвался на крик. – Когда дома будешь?
– М-м-м… Жор, ты что ли? – голос у Влада был сонный.
– Где ты? – я начал злиться.
– Дома. А что?
– Трубку чего не берешь?!
– А надо?
Это было уже чересчур.
– Влад, ты офигел?! Я у тебя под окнами полдня сижу! У меня на работе все с ума посходили, дома какая-то баба оккупировала кухню. Помнишь, вчера обсуждали мое повышение? Я же у тебя заночевал!
На том конце повисла тишина.
– Слушай, Жора, – наконец заговорил Влад, – я не знаю под кайфом ты или ещё под чем, но вчера мы с тобой точно ничего не обсуждали. Мы с окончания универа не виделись, если что. И мне, если честно, наплевать на твои проблемы с работой и какой-то бабой! Мне через час вставать на смену. Поэтому иди ты… – и телефон пропиликал отбой.
 
 
Это был удар под дых. За один день моя неказистая, но привычная жизнь превратилась в мираж. Хорошо, если завтра всё станет как прежде. А если нет? Если это "нет" уже навсегда?
Не помню, как ушёл от владиного дома. Какое-то время бродил по улицам, думал, что делать дальше. Родным звонить боялся: их ведь тоже затронули какие-нибудь изменения? Стресс, помноженный на алкоголь, усиливал чувство западни.
Впереди яркой дугой на фоне ночного неба светился мост. Под ним далеко внизу чернела река. Может, решить все проблемы одним махом? Идея показалась заманчивой и в чём-то даже забавной.
"Это так декадансно", – хихикнул в голове голос бывшей.
Прислонил к ограде пакет с остатками еды: пусть бомжи помянут добрым словом. Скинул куртку.
– Георгий Иванович, пожалуйста! Не надо! – раздалось из-за спины.
Справа, в нескольких шагах от меня стоял пожилой худощавый мужчина. Тёмные брюки, белый докторский халат, на голове ярко-синяя каска.
– Ради бога, не прыгайте!
– Да я… в общем-то… и не собирался, – и ведь почти не соврал. – Откуда вы меня знаете?
Мужчина будто не услышал вопроса.
– Мы же старались как лучше, создали все условия. Никто не думал, что катализатор…
– Погоди, так это твоя вина? – лепет незнакомца походил на бред, но и меня сейчас трудно было заподозрить в адекватности. – Кто эти "мы", и на кой чёрт вы полезли в мою жизнь?!
– Георгий Иванович, пожалуйста, – кадык на шее незнакомца заходил ходуном, – можно я вам всё объясню? Понимаете, через несколько десятилетий на Земле почти не останется людей. И виной этому, извините, вы. Сохранились сведения, что через день после тридцатисемилетия, вы пришли на этот мост и по неизвестным причинам спрыгнули с него. Ваше падение снял случайный прохожий и, затем, выложил ролик в сеть.
– И что? Мало ли в Интернете подобного хлама? – рассказ незнакомца казался настолько нереальным, что я даже готов был в него поверить.
– Дело в том… – замялся мужчина, – что вы, как бы это сказать помягче… падали очень смешно. Там целая комедия положений. Сначала зацепились ремнём за арматуру, потом кидались ботинками в проплывающий катер, потом… А уж какие вы частушки при этом пели!
– Так я погиб или нет?
– Погибли, – тяжело вздохнул собеседник. – Вы были настойчивы и все-таки довели дело до конца. В результате, уже через неделю ролик с вашим самоубийством стал самым популярным в сети. Более того, постепенно он породил настоящий культ! "Умри весело": кричали на камеру тысячи парней и девушек перед тем, как пытались повторить ваш "успех". Вы только не подумайте, что я вас обвиняю! – продолжил незнакомец, после небольшой паузы. – Когда стало понятно, что проблема приобрела глобальные масштабы, ведущие ученые бросились на поиски ее решения. Была разработана теория временного искривления и мы начали по чуть-чуть менять векторы времени …
– Подождите! – перебил я. – Но причем здесь моя жизнь, если вас волнует исключительно моя смерть?
– Тут вы не совсем правы, Георгий Иванович. Представьте, что вся судьба человечества сплетается из своеобразных "ручейков" и "кочек". Ручейки расширяют реку нашего с вами существования, наполняют силами ее поток. А кочки, наоборот, являются препятствиями на ее пути. Вот вы и оказались такой, извините, кочкой, – мужчина снял каску, пригладил выбившиеся волосы.
– Так чего же вы меня… не выкорчевали?
– Что вы такое говорите! – у незнакомца опять нервно запрыгал кадык. – Наша первая и главная директива: сохранять жизнь! Мы изучили вашу биографию. Всё, что удалось разыскать. Психологи проанализировали причины, которые привели вас на это место. По их мнению, вы находились в глубокой депрессии. Низкий социальный статус, проблемы с женщинами. Мы попытались изменить ситуацию, сделать вас максимально счастливым! Но почему-то, какие бы переменные мы не вводили, всё возвращалось к одной и той же константе, – мужчина широко раскинул руки, будто хотел изобразить изгиб моста. – Из-за частоты повторений, векторы начали накладываться друг на друга...
– Стоп. Хватит! – алкоголь из меня успел выветриться, сменившись усталостью и безразличием. – Если всё равно ничего нельзя сделать, зачем вы решили со мной встретиться?
– А это, Георгий Иванович, наш последний шанс. Понимаете, до сегодняшнего дня считалось, что физически путешествовать во времени нельзя. Это приведет к необратимым искажениям реальности и, в итоге, схлопыванию Вселенной. Но я разработал экспериментальный модуль и решил… а вдруг? Терять-то уже нечего! Георгий Иванович, пообещайте мне, пожалуйста, что вы не будете прыгать с этого проклятого моста! И вообще, никогда и ни при каких обстоятельствах не захотите сводить счёты с жизнью! Ведь теперь вы знаете, что стоит на кону.
Удивительно, как иногда легко и просто решается судьба человечества.
– Договорились, – кивнул я и почему-то вдруг рассмеялся. – Только и вы пообещайте, что вернёте всё на свои места. Мне нужна моя собственная обычная жизнь. А не выстиранная, выглаженная и разрисованная в цветочек.
– Обещаю, – серьезно произнес незнакомец и протянул руку на прощание.
 
* Релейка - релейная защита и автоматика.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 22
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования