Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Кузнец Михай - Добытчик

Кузнец Михай - Добытчик

Рр’гар шумно приземлился, напоследок сильно взмахнув крыльями. Взметнувшееся облако пыли медленно поползло в сторону входа в пещеру. Морда дракона страдальчески перекосилась, а красные чешуйки прижались к голове, как уши у нашкодившего котёнка. Теперь ещё и за пыль влетит.
Ящер немного потоптался снаружи, собираясь с духом, и побрёл к темнеющему провалу входа на согнутых лапах.
– Что принёс? – приятный женский голос заставил Рр’гара замереть на полушаге. Всю приятность портили стальные нотки, не давая ни малейшей надежды на тёплую встречу.
– Дорогая, сегодня опять…
– Это твоё опять длится уже неделю, - категорично отрезала собеседница.– Что прикажешь готовить на ужин? У нас припасы на исходе. Лети и добывай еду, где хочешь.
– Но Шарлотта, милая, уже смеркается, – попытался разжалобить пленницу Рр’гар. – Ночью скот не пасут, да и вижу я в темноте плоховато, ты же знаешь!
– Сколько раз говорить, что воровать плохо?! Купи на ночном рынке!
Ящер от возмущения присел на хвост. Где это видано, чтобы дракон добровольно отдал часть своих сокровищ? Даже малую. Сколько, интересно, стоит корова? Шея нестерпимо зачесалась, и Рр’гар яростно поскрёб её правой задней лапой. Сотни маленьких разноцветных чешуек брызнули фонтаном во все стороны – наступало время очередной линьки.
– Ты что, опять намусорил в доме? – взвизгнула Шарлотта. Из глубины пещеры раздался звук торопливых шагов. Не дожидаясь последствий, Рр’гар немедленно юркнул обратно на свежий воздух. Вдогонку ему понеслись сочные выражения, которые обычно можно ожидать от лиц более низкого, чем принцесса, происхождения.
– Ещё и напылил, скотина неуклюжая!
 
Старик-дракон летел к ближайшему людскому поселению. Путь предстоял неблизкий, и, чтобы не привлекать лишнего внимания, Рр’гар поднялся выше облаков. Наверху было морозно, поэтому каждый взмах крыльями давался с трудом. Измученные артритом суставы на холоде окаменели и отзывались болью на каждое движение.
– И за что мне всё это? – горестно пожаловался ящер своей тени. Тень скользнула мрачным пятном по очередному серебристому облаку и не ответила.
Когда Рр’гаруроноракс украл Шарлотту из замка её родителей два года назад, то даже представить не мог, чем это обернётся. Он, проживший две тысячи лет повелитель ветра, гроза семи королевств, влюбился, будто мальчишка. Как можно было опуститься до такого? Влюбиться в человека… Подумать только! А ведь крал всего лишь ради выкупа.
Принцесса поначалу артачилась, а потом, вроде как, привыкла. Теперь вот и уходить не желает, и по хозяйству хлопочет. Понравилось, наверное. Только при мысли об этом Рр’гар почему-то испытывал смешанные чувства. Вольная холостяцкая жизнь безвозвратно канула в лету. Когда-то он мог украсть у гномов пару бочонков эля, зажарить быка и пировать в гордом одиночестве сутки, чтобы потом неделю отходить от последствий. Сейчас такое времяпрепровождение попало под строжайший запрет. Побудь со мной, почитай мне, расскажи что-нибудь – теперь дракон жил этим, когда не охотился.
Охотиться приходилось часто, так как пищу Шарлотта предпочитала особую. То ей нежную телятину подавай, то рыбы свежевыловленной, то оленину. Но самым страшным испытанием для могучего Рр’гара были овощи. Украсть быка – небольшой подвиг: цап его в когти и тащи. А вот попробуй ты принести домой всякой отвратительно пахнущей петрушки, огурцов, кабачков и прочей зелёной пакости! Да чтобы всего хватило, и чтобы не забыл ничего из списка! Из лап всё это вываливается, а потом полоскайся в озере не полоскайся – запах-то не выветривается. При фразе же "дорогой, сегодня на ужин рагу", у Рр’гара с недавних пор начинал дёргаться глаз.
Однако текущая проблема затмевала всё предыдущие. Вот уже неделю как вся живность будто испарилась, даже мыши. Ящер тщетно нарезал круги над лесами и полями, пытаясь высмотреть хоть что-то съедобное. Но если и удавалось заметить какую-нибудь пичужку, та тут же ныряла в чащу, откуда потом издевательски чирикала из безопасного убежища чуть ли не прямо в пасть неудачливому хищнику.
Снег в нынешнем году выпал рано – в начале декабря, что в этих краях большая редкость, и крестьяне предпочитали оставлять скот в тёплых стойлах. Так что и тут надеяться было не на что. Даже урожай уже давно убрали: не осталось и самого завалящего кочана капусты.
Невдалеке показались крепостные стены родного города Шарлотты. У их подножия снаружи можно было различить множество разноцветных шатров и палаток со снующими между ними людишками. Дальше лететь было опасно. Дракон спикировал вниз, ловко проскользнул между двумя соснами, чуть зацепив своим чешуйчатым гребнем одну, и, ударившись оземь, превратился в совершенно невзрачного с виду человечка в одежде попроще.
- Приметность нам ни к чему, - пробормотал Рр’гар, отправляясь пешком к заветной цели. – Куплю еды и сразу назад.
Воровать у людей пленница категорически запрещала. "Не воруй, лучше купи!" - вечно твердила она. Не то чтобы могучий дракон сильно прислушивался, но портить отношения не хотелось. Да и когда людишек с острыми предметами под рукой скапливается слишком много, они могут понаделать больших дырок даже в драконе. А жить Рр`гар собирался ещё не одну сотню лет. Лет двести как минимум.
 
Скучающий ярмарочный вышибала с некоторым изумлением окинул взглядом приближающегося незнакомого верзилу. Понятно, что базарный день идёт полным ходом, но ведь все представления уже закончились и скоморохи давно разбрелись по корчмам, сидят да пивко с медовухой посасывают! Этот от бродячего цирка отбился, что ли? Пришелец явно был не местным. Здешние жители никогда бы не нацепили на себя ядовито-красную с жёлтым клетчатую куртку и не менее живописные лосины чистейшего изумрудного цвета. Дополняли образ чужака немыслимые синие ботинки с загнутыми носами. Оные доставали до колен, вокруг которых и были аккуратно завязаны узлами. Верзила неуклюже переваливался с ноги на ногу, то ли как заправский моряк, то ли как утка. Бубенцы на концах узлов при каждом шаге мерзко позвякивали, издали предупреждая о появлении их носителя.
"Замаскированный" Рр’гар неспешно вразвалочку подошёл к стражу порядка и небрежно кивнул в знак приветствия.
– А что, любезный, много ли у вас в городе скотов? – вопрос застал вышибалу врасплох.
– Скотов много, – помявшись, ответил тот. – Хотя ежели господин спрашивает про домашнюю скотину, то и её хватает.
– Верно подмечено, я имел в виду скотину, – обнажил зубы в хищной улыбке незнакомец. На миг охраннику показалось, что глаза чужака странно мигнули красным. – И где же можно приобрести в личное пользование, скажем, корову?
– На скотном рынке, ясен-красен! – вышибала почувствовал облегчение от привычного вопроса. – Это тудыть! – махнул он рукой вглубь извилистых рыночных тропок.
– Премного благодарен, – кивнул здоровяк и, всё также покачиваясь, словно утлое судёнышко в бурю, направился в указанном направлении, сопровождаемый перезвоном бубенчиков.
Вышибала проводил его любопытным взглядом, но тотчас отвернулся и на всякий случай принял безучастный вид, стоило незнакомцу обернуться.
 
Рр’гар вскоре нашёл искомое. На скотной части рынка глаза разбегались от изобилия еды. Живой, сочной, вкусно пахнущей, манящей, влекущей, заставляющей рот наполняться слюной, а голодный желудок громко урчать в предвкушении пира. Едва не потеряв голову от избытка чувств, дракон всё же нашёл в себе силы преодолеть животные инстинкты и, выбрав бурёнку с боками покруглее, принялся озираться в поисках хозяина. Владелец – розовощёкий рыжий толстячок – не замедлил появиться.
– Коровушку изволите дойную? – заискивающе заглядывая в глаза потенциальному покупателю, поинтересовался продавец. – Прекрасный выбор, сударь! Молоко у Марты самое что ни на есть жирное: сливочек можно полбаночки снять. А послушная какая и ласковая…
– Что ты мелешь, презренный? – негодующе прервал его Рр’гар. – Эта корова мясная. Уж в чём в чём, а в мясе-то я разбираюсь!
– О, сразу видно большого знатока, – послушно согласился торговец, втайне сожалея, что пёстро одетый дуралей на поверку оказался не так уж прост. Хорошая дойная корова стоила куда дороже продаваемых на убой. – Ежели вы на мясо берёте, то советую вот эту.
Толстяк указал пухлым пальцем на пёструю тёлку, печально жующую сено чуть поодаль. Бока у неё действительно выпирали сильнее, чем у "дойной" Марты. Дракон, подслеповато прищурившись, попытался рассмотреть остальные достоинства товара. В человечьем обличье его и без того плохое зрение оставляло желать лучшего, а свет от фонарей лишь немного разгонял надвигающийся сумрак. К тому же, коров ему чаще приходилось видеть либо сверху, либо уже в разделанном виде. На первый взгляд выходило, что конкурентка Марты была жирнее, а значит и лучше.
Видя нерешительность в глазах покупателя, продавец бросился расхваливать товар.
– Сударь, да вы не сомневайтесь! При равной цене всего в пять золотых монет, вы получите больше живого веса, что, согласитесь, выгодно. Нет, даже не пять! Четыре золотых и пятнадцать серебряных!
– Три ровно, – сухо ответил Рр’гар, продолжая пребывать в нерешительности, хотя сделка уже и начала казаться выгодной, если так, конечно, можно назвать передачу нажитых непосильным грабежом и разбоем монет в чужие загребущие ручонки.
– Добрый господин, вы меня без ножа режете! Я эту коровушку знал с тех пор, как она ещё телёночком была! А мне детей кормить надо! Никак не могу даже за четыре отдать!
Причитания торгаша ничуть не тронули сердце дракона. Ему, между прочим, самому семью кормить нужно.
– Три, – отчеканил ящер, еле сдерживаясь. Ему была противна сама мысль о том, чтобы добровольно кому-то отдать прелестные жёлтые кружочки, которые с таким трудом ему достались. Тем более, что отдать просили больше, а не меньше. А этот толстяк ещё и пререкается, рискуя быть испепелённым на месте.
Рыжий торговец ещё немного попричитал, больше для приличия, чем ради чего-либо ещё: посмотреть на дивный торг собралась добрая половина посетителей рынка. Рр’гар тоже заметил внимание к своей персоне и невольно поёжился. На миг ему почудилось, будто кто-то из толпы истошно вопит "мамочки, дракон!", а потом острые железные палки вонзаются в его мягкое тело. Наваждение снял продавец восклицанием "ладно, по рукам!".
Рр’гар был, как в тумане. Краешком ускользающего сознания он отметил, что пожимает торговцу руку.
– Деньги, пожалуйте!
– Что?
– Извольте рассчитаться, – требовательно повторил толстяк.
– Ах да, конечно, – засуетился дракон в поисках кошеля с монетами. Увесистого мешочка не было.
– Он точно был здесь, – пробормотал Рр’гар, пытаясь нашарить хоть монетку где-то за пазухой.– Я же помню…
Денег не было: то ли он вообще забыл их взять из дома, то ли какой-то ловкий пройдоха срезал кошелёк прямо на ярмарке. Сейчас это уже не имело значения. Толпа шумно гоготала, обсуждая недоумка в странном одеянии, а могучий ящер стоял с пунцовым от стыда лицом. Самое страшное, что придётся возвращаться домой без еды.
– Ай-яй-яй! – принялся стыдить его рыжий. – Зачем вы, любезный, подарили мне надежду! Я вам такую скидку сделал, а вы…
– Я вернусь с деньгами, клянусь, только коровку для меня оставьте, – спешно пробормотал дракон, пускаясь наутёк. Вслед ему шумела и улюлюкала толпа.
 
Рр’гар брёл домой, понуро опустив голову. Его яркая чешуя потускнела от расстройства. Что он скажет любимой? Лететь дракону не хотелось, и он шёл пешком, медленно переставляя лапы, пытаясь отсрочить неизбежную взбучку. Голодный желудок периодически издавал жалобное урчание, больше похожее на предсмертные хрипы.
Дойдя до места своего приземления, он выпучил от удивления глаза. На поляне пять человек голыми руками обшаривали истоптанный снег.
– Что вы делаете, господа? – недоумённо поинтересовался дракон, предварительно обернувшись человеком. Наряд на этот раз он выбрал чёрного как смоль цвета, чтобы уж точно не выделяться.
– Наша поляна! – взвизгнул ближайший к Рр’гару мужчина. – Убирайся! Мы первые её нашли.
– Да не нужна мне ваша поляна! – примирительно вскинул руки вверх ящер. – Просто любопытно, зачем вы снег руками роете. Что в нём такого ценного?
Копатели молча переглянулись. Тот, что постарше, буркнул:
– Расскажи! Всё равно ведь не отцепится.
– Тут был дракон, – заговорщическим тоном начал молодой светловолосый парнишка, – и он, похоже, линяет. Драконья чешуя идёт на вес золота. Кузнецы за неё готовы немеряно золотишка вывалить. Этот еще и редкой расцветки был – разноцветный. За радужными доспехами рыцари будут в очередях стоять. Мы уже одиннадцать чешуек нашли и ещё найдём. Учти, что мы тут первые оказались, и всё это наше.
– А теперь вали-ка ты, дядя, пока мы добрые, – добавил второй, демонстрируя внушительный мясницкий тесак.
– Ухожу, ухожу! – воскликнул внезапно повеселевший Рр’гар.
Осталось только найти где-нибудь кузнеца.
 
– Это что? – недоверчиво сузил глаза и наморщил лоб Михай-молотобоец.
– Драконья чешуя, – честно ответил дракон, не моргнув глазом.
– Целый мешок? – уточнил кузнец, не веря своим глазам.
– Не один. Три мешка! Ещё два в надёжном месте.
– Ты что завалил дракона? – Михай оценивающе посмотрел на стоящего перед ним статного пожилого господина. Тот был похож на драконоборца меньше, чем сам смуглый, бородатый и коренастый кузнец на королеву Ангелину.
– Отнюдь, – сверкнул белоснежной острозубой улыбкой незнакомец. – Я его, э-э-э, почесал. Он мурлыкал от удовольствия, как кот.
– Врёшь! – ахнул кузнец.
– Зуб даю!
 
Разумеется, молотобоец не поверил. Что совершенно не помешало заключению сделки века. Михай получил три мешка отборнейшей разноцветной чешуи, а Рр’гар триста восемнадцать золотых монет – по золотому за чешуйку – и обещание купить через месяц любое количество, если ещё что-то удастся "начесать".
Обременённый тяжёлой ношей дракон поспешил к рынку. Торговцы уже убирали свои лотки, а покупатели уносили, увозили и уводили купленное.
Запыхавшийся Рр’гар поспел как раз вовремя. Рыжий торгаш уже собрался уходить.
– Святые угодники, вы вернулись?! – он обрадовался дракону, как родному. – О, одёжку ладную справили. С золотишком, надеюсь?
– Да, мой друг, – сказал Рр’гар, протягивая четыре золотых монеты. – Одна за ожидание, – пояснил он. Сейчас ящер был щедр, как никогда в своей жизни: мешок золота приятно оттягивал плечо.
Толстяк отказываться не стал и лишь проверил портрет отца Шарлотты на зуб. Мягкостью металла он остался удовлетворён и торжественно вложил верёвку, обмотанную вокруг шеи бурёнки, в руку покупателя.
 
Коровёнка плелась за насвистывающим весёлый мотивчик Рр’гаром без особого энтузиазма. В говяжьей голове мозгов было немного, но даже имеющиеся подсказывали ей, что не стоит ожидать добра от человека, от которого так сильно пахнет диким зверем. Однако она шла, потому что давно смирилась с неизбежным.
Наконец посчитав, что они уже достаточно далеко отошли от города, дракон привязал бурёнку к дереву и вернул себе истинное обличье. Корова икнула. Вслед за этим раздался звук, какой бывает при взрыве хлопушек по большим праздникам. Рр’гар метнулся к ближайшему толстому дереву и умудрился спрятаться за ним целиком. Осторожно выглянув из укрытия, он увидел, что его покупка быстро уменьшается в размерах.
– Это ещё что? – раздосадовано прорычал он.
Если бы корова умела разговаривать, она бы наверняка пожаловалась, что бывший хозяин обращался с ней самым скотским образом. Мало того, что кормил последнее время скудно и редко, так ещё недавно стал вытворять и вовсе невообразимые вещи: вставил под хвост соломинку и дул туда, дул, а потом туда же вставил кусок грязной тряпки в качестве затычки и потащил на рынок… Но пеструха пожаловаться словесно не могла, и лишь отчаянно хлопала большими коровьими глазами, полными скорби, продолжая стремительно терять товарный вид. Некогда круглые её бока впали так, что проступившие рёбра норовили проткнуть обвислую кожу, выпустив остатки "злого" духа, выходившего из бурёнки сзади вместе с кусками помёта.
– Катастрофа, – выдохнул дракон, совершенно забыв сдержать на выдохе жаркое пламя. Огненный вихрь захлестнул несчастное животное, немедленно превратив корову в кусок спёкшегося угля.
– Всё, это конец! – Рр’гар обхватил голову передними лапами и повалился в снег. Крупные слёзы стекали по его чешуйчатым щекам, падая в снег с громким шипением. Времени вернуться в город в надежде купить что-то ещё из провизии, пускай даже за золото, уже не оставалось. Наверняка даже все таверны уже закрыты.
 
Настолько тихо, насколько это возможно с полным мешком золота в руках Рр’гар в человеческом обличье прокрался на цыпочках в пещеру. Густой аромат жаркого приятно защекотал ноздри.
"Наверное, галлюцинация", – подумал дракон. Мясу было решительно неоткуда взяться, да ещё жареному. Принцесса считала вращение вертела сугубо мужским занятием, поэтому жаркое в их "семье" всегда готовил Рр’гар.
Тем не менее запах не исчезал. Осторожно заглянув на кухню, ящер обомлел: на вертел была целиком насажена туша барана. Мясо скворчало на огне, жир капал, вертел крутился, как положено. Незнакомый дракон с чешуёй зелёного цвета с упоением вращал ручку, что-то напевая себе под нос. Шарлотты нигде не было.
– Ты покойник! – взревел Рр’гар, отшвыривая золото и возвращая своё истинное обличье. Незнакомому наглецу оставалось жить минут пять, пока Рр’гар не добрался зубами до его глотки.
В этот момент чужак обернулся, увидел хозяина пещеры и выдохнул в его сторону струйку пара в виде сердечка.
– Самка! – ахнул Рр’гар.
– Это так ты жену называешь, скотина неблагодарная? – шутливо заметила дракониха, не отрываясь от готовки.
– Шарлотта? – целая гамма чувств и эмоций, среди которых доминировали недоверие и облегчение, переполнила одно единственное слово.
– А ты думаешь, я бы пустила сюда кого-то постороннего? – хихикнула принцесса.
– Но как?
 
За ужином Рр’гар узнал много нового, особенно о себе, своих умственных способностях и внимательности. Пока он днями пропадал на охоте, Шарлотта штудировала все имеющиеся в семейном гнёздышке магические книги, овладевая понемногу искусством трансмутации. Форма дракона была её конечной целью.
– Детка, ты это сделала ради меня? – растрогался Рр’гар.
– Я бы сказала, ради нас, – фыркнула принцесса, отводя глаза в сторону. – Надо было что-то кушать. В конце концов добытчик из тебя никудышный.
– И ты охотилась? – не замечая скрытого смысла её слов, спросил дракон.
– Я пока не научилась настолько управляться с новым телом. Пришлось идти на рынок.
Седые брови Рр’гара сошлись вместе.
– Ты брала золото из сокровищницы?
– А ты посмеешь упрекнуть меня за это? – драконья пасть Шарлотты угрожающе щёлкнула зубами над самым ухом супруга.
В воздухе повисла неловкая пауза. Рр’гар потряс головой, пытаясь справиться с замешательством. С одной стороны, для дракона воровство его сокровищ – а любое посягательство на золотой запас им и является – это тяжелейшее преступление, карающееся смертью. Древний, как сам драконий род, закон велел незамедлительно покарать злоумышленницу. С другой, принцесса всё-таки – любовь всей жизни. С третьей, он открыл новый способ лёгкого пополнения золотого запаса – знай себе чешись и сдавай чешую кузнецам. В такой ситуации жалеть пару золотых глупо – легче отнести их к оправданным расходам.
– Л-ладно, – сквозь зубы произнес он. – Завтра поговорим.
– Ты прав, милый, – кошкой мурлыкнула Шарлотта.
 
Рр’гар пробудился на рассвете. Шаловливый солнечный лучик бесшумно подкрался и бесцеремонно посветил прямо в драконий глаз, заставив зажмуриться. Понемногу глаза адаптировались к яркому свету, и их удалось разлепить.
– Что за?.. – фраза осталась непроизнесённой. Дракон обнаружил себя болтающимся на верёвке, привязанной одним концом к треугольному наросту на конце его хвоста, а другим к верхушке старой сосны неподалёку от входа в пещеру. Язык не повиновался, а тело не слушалось, только глаза и могли шевелиться, и в них застыл нарастающий от осознания ситуации ужас.
– Уже проснулся, любимый? – Шарлотта выскользнула из пещеры, сверкнув на солнце зелёной чешуёй. Она, змеясь по земле, подползла к висящему дракону и лизнула его раздвоенным языком в шею. – Парализующий яд был не слишком силён?
– М-м-м, – смог промычать Рр’гар. Беспомощность его была поистине безграничной.
– Я на это и рассчитывала, дорогой, – дракониха обползла своего пленника вокруг, деловито обнюхала его и ещё раз лизнула. Страшная догадка мелькнула в мозгу Рр’гара."Если это правда, то мне конец", – подумал он с горечью.
Словно прочитав его мысли, принцесса заговорила, и с каждым её словом чешуя радужного дракона рефлекторно вздыбливалась всё больше и больше, словно шерсть на загривке у кота, который увидел соперника.
– Я так ждала этого момента, любимый, – начала женщина, – что даже не знаю, как сказать. В общем поздравляю, папаша. У нас будут детки – два славных мальчугана, наверное, цветом в тебя пойдут.
Рр’гар замычал ещё раз и сделал попытку дёрнуться. Верёвка лишь немного качнулась. Его догадка подтвердилась, и он с ужасом понял, что это конец.
– Не нервничай так, – Шарлотта потрепала дракона когтистой лапой по животу. – Всё закончится быстро. Ты, мерзавец, наверняка же не забыл, как драконы появляются на свет? По глазам вижу, что не забыл, но я всё равно напомню. Самка должна отложить яйца, которые вызревают в ней два года. Чтобы они окончательно вызрели, будущая мамочка должна съесть папочку. Именно поэтому ваш вид такой немногочисленный. Но ведь есть и другой способ, правда?
Расширенные зрачки дракона были полны страха.
– Да, мой милый, – продолжила со сталью в голосе принцесса, – дракон может поместить своё семя в смертную женщину, которую полюбит всем сердцем. И она родит дракону потомство, и умрёт при родах ровно через два года. Ты ведь знал об этом, ублюдок, когда взял меня силой? Я ждала этой минуты почти два долгих года! Почти два года рядом со своим насильником! Ты скажешь, что любил меня? А моё мнение тебя интересовало? Нет, ты думал только о себе. Пришло время расплаты. Ты же хотел детей? Будут тебе дети! И я буду жить, а ты умрёшь!
 
Рр’гар зажмурился, чтобы не видеть, как его плоть разрывает страшная когтистая лапа, а оскаленная пасть приближается к ране, чтобы впиться в неё зубами. И всё же, корчась от боли, древний ящер улыбнулся. Дракону золото жизненно необходимо. Сокровищница не просто коллекция безделушек. Дракон, не проглотивший хоть немного золота за день, будет чахнуть и долго не проживёт. "Войди теперь в моё проклятое хранилище, если сможешь, любимая!"
 
Михай-молотобоец тщетно ждал поставщика ценного сырья. Тот обещал появиться через месяц, но так и сгинул. "Дракон тебя сожрал, что ли?" – почесал затылок своей огромной пятернёй кузнец. Разноцветная чешуя принесла десятикратную прибыль, но теперь заказчики чуть ли не штурмовали его дом, требуя ещё. А где возьмёшь ещё чешуи, коли нету её?
В дверь постучали.
– Да, да, – поспешил открыть кузнец.
На пороге стояла невероятной красоты женщина. Этого не мог скрыть даже капюшон, низко надвинутый на лоб. В руках у неё был мешок.
– Чем могу помочь, сударыня? – осведомился молотобоец.
– Драконья чешуя интересует? – певучий голос незнакомки завораживал. – Есть радужная, и немного зелёной.
– Начесали? – ухмыльнулся Михай. – Беру всё!
– Можно и так сказать, – улыбнулась дама, и её глаза сверкнули красным из-под капюшона. – Дракон мурлыкал от удовольствия, как кот.
– Э, а почему чешуя мелкая вперемешку с крупной? – удивился кузнец, заглядывая в мешок. – За мелкую дам меньше, она мягче.
– Не жадничай, – мягко сказала дама. – Мне семью кормить надо. Я потом ещё принесу, будет крупнее и твёрже.
– Ладно, по рукам, – согласился Михай. Жизнь определённо налаживалась.
Шарлотта не могла с этим не согласиться. Кому нужна эта сокровищница?!
 
Дракон принцессой заточённый ещё понятен кое-как, 
А вот заточенный принцессой отлично портит нам шаблон. 
(неизвестный бард в таверне "Драконье пламя" ) 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования