Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Старая перечница - В горе и в радости с чаем и зефирками

Старая перечница - В горе и в радости с чаем и зефирками

 
Мои, как обычно, собрались на кухне. Еще из прихожей слышу – "бу-бу-бу" – опять меня обсуждают. Надеваю тапочки, стараюсь шоркать погромче. Может, хоть для приличия тему переведут? Бесполезно. Ну-с, что у нас сегодня в программе?
– … Никакой хозяйственности! Я ей говорю – возьми обычную соду. Дешёвая, экологичная и химией не воняет. В сто раз лучше, чем эта импортная дрянь. Вот, помню, я в молодые годы…
– Ты в молодые годы, – захожу на кухню, опускаю тяжелый пакет у холодильника, – стоял на столе у родителей и молча кипятил воду. И откуда такой патриотизм, Джей? Ты ведь тоже не "мейд ин Раша".
Под аккомпанемент обиженного бурчания достаю из пакета яйца и сметану. Большой Мо хмыкает, но все-таки распахивает дверцу и, дыша прохладой, заботливо выдвигает полки. Остальные, смотрю, тоже притихли. Неужели перегнула палку? Ладно, признаю, проблемы на работе – не повод срываться на лучшем друге. Даже если он электрочайник.
– Джей, прости. Ты прав, с бережливостью – это не ко мне. Зато я вам кое-что принесла, – выдерживаю паузу, а потом достаю из пакета большую блестящую коробку. – Зефир в шоколаде, ваш любимый.
Вы когда-нибудь видели, как утюг, френч-пресс, швабра, сумочка и зубная щётка наперегонки срывают с подарка целлофановую упаковку? Могу поспорить, что нет. За два года так и не поняла, нуждаются ли мои нелегальные квартиранты в "человеческой" пище. К обычной еде они относятся прохладно, под настроение могут стащить чипсину или бутерброд. Зато от овсянки прячутся быстрее, чем черти от ладана. А сладости обожают! И особенно, почему-то, зефир в шоколаде.
– Ребят, не ешьте всухомятку. Давайте, лучше, чай попьем. Анри, организуешь?
Bien sûr, ma petite!1 – моментально откликается френч-пресс и, залихватски щелкнув крышкой, кидается к Джею на полку. – Mademoiselle Олеся просит…
– Слышал! – ворчит Джей. – Без сопливых разберусь, – и вперевалку удаляется к раковине.
Вот интересно: Анри куплен на местном рынке, но строит из себя французского аристократа, а стопроцентный европеец Джей, которого отец восемь лет назад привез из отпуска, даст фору любому славянофилу. Чужая душа – потемки. Особенно у "неодушевленных" вещей…
 
Джей ожил первым два года назад. Я тогда как раз от родителей съехала. Был конец января, кажется, суббота. Ничем не примечательное зимнее утро. Зашла на кухню, привычно протянула руку к чайнику…
– Осторожней, горячо!
Отскочила, будто на самом деле обварилась. Смотрю на собеседника, и никак в голове не укладывается, что со мной чайник разговаривает. А он слез с подставки, подошёл ко мне.
– Обожглась всё-таки? Ну-ка, покажи. Ой, да ерунда какая. Даже не покраснело. Иди, вон, под холодной водой подержи.
Послушно открыла кран, сунула руку в ледяную струю и с ужасом наблюдала, как чайник на кухне хозяйничает. Расставляет кружки, пакетики с заваркой раскладывает.
"Всё", – решила, – "пора накрываться простынкой и ползти… в психушку".
Но потом ничего – познакомились.
– Борк. Джеймс Борк, – представился собеседник, тишком пододвигая к себе креманку с земляничным вареньем. – Но ты можешь называть меня Джей.
Через неделю "проснулся" Большой Мо. Как раз, когда я складывала в него продукты. Холодильник громко чихнул, выдал глубокомысленное: "Гхм-м-м… Мо-о-о!". И посчитал на этом миссию знакомства исполненной. Мо, вообще, не очень разговорчивый товарищ. Зато как обрадовался Джей! Первое время болтал за двоих, перескакивая с одной темы на другую. Я их даже в шутку прозвала Джей и Молчаливый Мо. Но потом "обрёл разум" Вадим Вадимович – компьютер, и первым делом сдал меня, показав чайнику с холодильником "Догму". Мо выдал фирменное "хм-м", а Джей обозвал извращенкой и дулся целых три дня. Пришлось задабривать вкусняшками. Предметы оживали один за другим, и через два месяца в моей квартире образовалась настоящая коммуна.
Скажу честно: вначале было страшно! По какому принципу выбирались "жертвы" добровольно-принудительного одушевления понять оказалось невозможно. Каждый день я с ужасом ждала, что оживёт какой-нибудь предмет первой необходимости. Кровать, например. Или унитаз! Пользоваться ими тогда не смогла бы – хоть режьте! Но, слава богу, обошлось.
У моих квартирантов запросов немного. Зато "тараканов" – пруд пруди. Первое время так меня доканывали, что уходила из дому по несколько раз в неделю! Но выгнать незваных жильцов рука не поднялась. Они же только хорохорятся, а по сути – совсем беспомощные. Их или на опыты отправят, или на свалку. Установить мир помог Джей. Взял на себя роль лидера "повстанцев", начал разбирать накопившиеся дела. Заключили договор. Я разрешаю волшебным предметам жить в моей квартире, а они за это моют, стирают, убирают, в общем, выполняют свои прямые обязанности. Так, постепенно, и притерлись друг другу.
Спустя два года у меня осталось всего две проблемы: где взять денег, чтобы купить друзьям еще сладостей и… баба Зина!
 
– Ребят, а как там на внешних рубежах? – интересуюсь, прихлебывая из кружки. Анри хороший чай заварил. Ароматный. – Баб Зина на тропу войны сегодня не выходила?
– Выходила, – подтверждает мои опасения Джей. Вот ведь педант. Вооружился сахарницей и теперь смахивает в неё просыпавшиеся на скатерть крупинки. – Как ты на работу ушла, так и она сразу куда-то намылилась. Часа два ее не было. Нагревателем чувствую, опять старая карга кляузу писала.
С соседкой по лестничной клетке у нас вражда. Невысокая грузная женщина в возрасте от шестидесяти до девяноста невзлюбила меня со дня переезда. А уж когда ожили вещи… Я каждый день прошу ребят вести себя потише. Особенно, в мое отсутствие. Но у бабы Зины уши – локаторы, а воображение прокачано сериалами и ток-шоу! За два года она успела обвинить меня в проституции, в содержании наркопритона, в подготовке государственного переворота и в сговоре с пришельцами. Два раза приезжали МЧС, пять раз – полиция. А скорую она вызывает стабильно раз в месяц, потому что я – дрянь такая – натравила на честную пенсионерку ужасных демонов, пьющих кровь и ворующих сгущенку из кладовки. Последнее время разбирать бабзинины жалобы отправляют участкового. Поговорит с соседкой, позвонит в мою дверь и уходит. По крайней мере, со слов Джея. Днём ведь я на работе, а ребята, понятное дело, никому не открывают. Видно, спецслужбам баба Зина тоже надоела…
– У нас уже сорок два сообщения! – неожиданно раздается из комнаты баритон Вадима Вадимовича. – Но перспективных только три. Отвечать будем?
– Так, – медленно выдыхаю я, – что еще за сообщения? Дже-е-ей? В какую авантюру вы опять влезли?!
Стеклянные бока чайника нежно розовеют.
– Почему сразу… авантюру? Может, мы о тебе заботимся?
Не выдерживаю, кидаюсь в комнату. Следом, бренча и громыхая, спешат заговорщики.
Первое, что вижу на экране – мою старую, еще со студенческих времён фотографию. В купальнике! Под ней имя, возраст и подпись: "Ищу Прекрасного Принца". Слева моргает число "43".
– Это… что?!
– Сайт знакомств, – тут же отвечает компьютер. – Самый популярный. Я им говорил, что ты будешь против, но кто же слушает Вадима Вадимовича.
– Джей! – кажется, я начинаю закипать не хуже чайника.
– А что сразу Джей?! Ты, между прочим, уже не девочка! Третий десяток разменяла, а о семье даже разговору нет! Кому мы в наследство-то достанемся?
– В наследство?! Отлично…
– Ты хотя бы о родителях подумай, – меняет тон чайник. – Они же давно внуков понянчить хотят. Я же слышал…
Перебиваю:
– Но каким боком это с сайтом знакомств связано?! Как вам вообще такое в голову пришло? В таких местах не супругов ищут, а кое-что другое на букву "С"! Какое вы имели право?!
– Лесенька, ну, не злись…
– Чёрт, еще и Прекрасный Принц! А фотку? Фотку поприличнее не могли поставить?!
T’es belle, ma petite!2 Будь я человеком…
– Анри! – кричим мы с Джеем дуэтом. Френч-пресс аж подскакивает от неожиданности.
– Чтобы прекратить спор сообщаю, – вновь вмешивается Вадим Вадимович, – фотографию выбирал Фрэнки. К нему все претензии.
– Фрэнки! – рявкаю я. И только тут понимаю, что еще ни разу за сегодня не видела свой айфон.
Фрэнки ожил последним. Год копила на флагманский телефон, а он после "пробуждения" показал мне "дулю". Сказал, что скорее выдерет себе все микросхемы, чем станет подчиняться женщине. Фрэнки – одиночка, оголтелый шовинист и мизантроп. Дни напролёт сидит в Интернете, слушает Синатру и курит стянутую у кого-то электронную сигарету. В общих заварушках участвует редко, только когда совсем заскучает. И еще Фрэнки единственный, кто не любит сладкое. Предпочитает чего покрепче.
– Где этот паршивец?! Я ему сейчас чехол на экран натяну! Водонепроницаемый!
Странно, но Джей заметно смущается:
– Лесенька, так вышло… В общем… Фрэнки сбежал.
Это уже удар под дых. Падаю на стул, фоном слышу причитания:
– Моя вина. Я не доглядел. Если бы…
Да что за день сегодня такой! Одни неприятности. И что теперь прикажете делать? В полицию идти нельзя. И объявление о пропаже подать не получится. Смешно же: "Сбежал айфон. Откликается на имя Фрэнки. Питается колбасой и односолодовым виски".
– Не волнуйся, – гладит меня по руке Джей, – придумаем что-нибудь…
И тут из прихожей раздаётся настойчивая трель звонка!
 
У входной двери мы оказываемся все вместе. Стараясь не шуметь, заглядываю в глазок.
– Ну? Кто там? – не выдерживает Джей.
– Парень какой-то, – шепчу в ответ. – Блондин.
За моей спиной начинается возня. Со всех сторон летят вопросы:
– Он точно один?
– Что он сейчас делает?
– А он симпатичный?
– Ш-ш! – пытаюсь утихомирить разволновавшиеся вещи.
Неожиданно что-то больно врезается мне в плечо.
– Лесь, ну-ка посторонись! – командует Джей.
Господи, когда они стремянку-то притащили? Вот какая с ними конспирация?
– Это он, – взволновано пыхтит чайник, прильнув к глазку. – Участковый! Только теперь без формы. Я же говорил, что мегера так просто не отступится! Все-таки наболтала про нас какую-то ересь.
– Так может, позвонит и уйдет? Как обычно?
Но в этот раз блюститель закона застрял у моей двери намертво. Похоже, решил довести дело до конца. Ладно, была не была…
– Быстро все по местам!
Убираю стремянку, мысленно считаю до десяти и отпираю замок.
– Здравствуйте. Участковый уполномоченный, старший лейтенант Снегирь. Владимир Иванович, – с некоторой запинкой произносит блондин, отдергивая руку от звонка. – Вот удостоверение. Разрешите войти?
– Да, конечно, – делаю шаг назад. – Вы, наверное, из-за бабы Зи… то есть Зинаиды Михайловны? Соседки? Понимаете, мы… не очень ладим. Не знаю, что она вам наговорила, но я не общаюсь с инопланетянами и не собираюсь свергать президента. Честно.
– Да я, собственно… не по этому вопросу, – заминается участковый. – То есть по этому, но не совсем…
Странный он какой-то. Вроде бы ко мне обращается, а сам прихожую осматривает.
– Дурики, дверь-то закройте! – внезапно шипит куртка участкового голосом Фрэнки. – Володь, не тушуйся. Тут все свои.
Парень едва заметно вздрагивает и переводит взгляд на меня.
– Ваш, да?
Аккуратно прикрываю дверь, щёлкаю замком.
– Фрэнки! – цежу сквозь зубы. Орать нельзя – баба Зина услышит. – Вылезай сию секунду!
Вжикает молния, и из внутреннего кармана куртки показывается довольная морда айфона.
– Чего тебе, женщина? Эй, куда все попрятались? Тащите сюда свои ржавые задницы! Я вас кое с кем знакомить буду.
В прихожую с опаской выглядывает Джей. За ним подтягиваются остальные.
А я смотрю, у участкового хорошая выдержка. Его "демоны" окружают, а он никак не реагирует. Хоть бы брови удивленно поднял. Вон – даже улыбаться начал. Зато Джей бурлит и клокочет за всех, аж пар из носика идёт:
– Да как тебе не стыдно! Ты понимаешь, что натворил?! Твой побег мог…
– Мэ-мэ-мэ. Вот зануда. Не булькай! С чего ты решил, что я сбежал? Если бы у вас имелась хоть капля моих мозгов, вы бы тоже заметили, что у нашего участкового есть секрет. Небольшой, но крайне симпатичный!
И тут из кармана рядом с Фрэнки выныривает еще один серебристый корпус.
– Знакомьтесь, это Соничка. Прекраснейшая из всех азиаток. Володь, спусти нас на пол. Окей, спасибо. А эту, – махает айфон в мою сторону, – забирай себе. Не модель, конечно, но когда причешется и накрасится – вполне конфетка!
– Чего?! – выдыхаем мы с гостем в унисон. По щекам и лбу парня расползаются красные пятна.
Господи, я этого засранца точно прибью! И я сейчас не об участковом!
– Фрэнки-и-и!
– Не благодари! Я тебе, между прочим, мирового мужика нашёл! Почти что принца. У него и королевство есть. С таким же дурдомом, как у нас.
Спасает ситуацию Джей.
– Лесенька, – начинает он вкрадчиво, – сходи на кухню и достань из шкафа еще три кружки. Похоже, нам всем просто необходимо выпить чаю. А вы, Володя, раздевайтесь. Поговорим. Кстати, вы любите зефир в шоколаде?
 
___________________________
1 Конечно, детка!
2 Ты прекрасна, детка!
 

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования