Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Орион - Сын амазонки

Орион - Сын амазонки

            В ушах Орио раздался возбуждённый голос Кеды:
            – Торопись! Они приближаются! Смотри план – главный коридор перекрыт. Затаись или прорывайся.
            – Как?
            – Соображай сам! Но быстро!
            Прятаться Орио не умел и не любил. Он окинул взглядом склад, по которому сновала роботизированная тележка, потом приблизился к полкам с жидкостями в канистрах. В голове мгновенно сложился план.
            – Кеда! Камера – стеллаж сто восемнадцать! Что из этого горит?
            Когда два виликуса, совершавших обход заброшенной фабрики, приблизились к складу, на них понеслась тележка, заставленная большими ящиками. Рявкнули излучатели стражей порядка, но тяжёлые контейнеры надёжно защищали укрывшегося среди них Орио. Что-то ударилось о передний край движущейся платформы. Раздались ругательства и грохот падающего тела. Эти звуки сменил новый рёв излучателей. Но тележка продолжала своё движение. Вот и восьмой цех. Орио выглянул из-за ящиков: ему удалось оторваться от виликусов. Теперь нужно заблокировать им путь. Подогнав тележку к началу производственной линии, Орио отдал голосовые команды, и манипулятор опрокинул погрузочные механизмы. Потом туда же отправились контейнеры с тележки, а за ними и канистры. Последнюю Орио разлил, отведя ручеёк сильно пахнущей жидкости подальше от завала. Затем поджёг электрической дугой и запрыгнул на тележку. Короткая команда – и вот он уже несётся через цех, а сзади полыхает огонь и раздаются взрывы.
            – Хорошо сработано! – послышался в ушах голос Кеды. – Теперь у тебя есть немного времени…
 
            Иногда Орио снился космос. Не тот, тусклый и банальный, который показывали в школьном планетарии, а настоящий, чёрный, бездонный, пугающий своим холодом и безграничностью. Во сне Орио куда-то летел, не понимая, где верх, а где низ, и от этого жутко кружилась голова. Необъятный космос подавлял своей непостижимостью, бесчисленные звёзды сводили с ума, руки и ноги отказывались двигаться. Орио пытался закричать, но не мог разжать челюсти. Потом он покорялся неизбежному, безропотно растворялся в бесконечности, купаясь в звёздном свете, и на смену страху приходило неизъяснимое блаженство, чувство единения со всей вселенной…
 
            Он родился естественным способом где-то на нижних уровнях улья Дивес на Приме. Симпатичный цивил Родован очаровал амазонку Эвриалу. Воительница захотела испытать, как дают начало новой жизни, ведь с противоположным процессом она была знакома слишком хорошо. Мать пропала, когда мальчик только учился ходить. Отец никогда не рассказывал, что с ней произошло, но по некоторым его обмолвкам Орио догадывался, что Эвриале наскучил быт улья, и она примкнула к турбе вольных амазонок, направлявшихся на окраины Федерации. С тех пор о матери не приходило никаких известий.
            Как и все дети без генетических улучшений Орио не представлял интереса для лицеев Триединой республики. В шесть лет отец отправил его в ближайшую школу улья. Там мальчик получал образование, гарантированное конституцией республики. В теории оно должно было сделать его идеальным потребителем и лояльным гражданином, одобряющим указы Пожизненного президента. На практике же всё обстояло иначе, о чём свидетельствовали укреплённые базы виликусов рядом с квестурами каждого сектора. Орио мечтал о зачислении в Космофлот, но после школы попасть туда было невозможно. Даже выпускники лицеев проходили жёсткий многоступенчатый отбор, чтобы поступить в Звёздную академию. В Космофлот отбирали лучших из цивилов, либо амазонок, известных своими боевыми умениями.
            В свободное от учёбы время Орио помогал отцу ухаживать за животными в зверинце, смотрителем которого являлся Родован. Дикой природы на Приме почти не осталось, и жители соседних уровней охотно водили своих детей посмотреть на зверушек, содержавшихся в разгороженных металлической сеткой цехах заброшенной фабрики. В верхней части улья имелся настоящий зоопарк с огромными вольерами и живыми растениями, но виликусы Дивеса обычно не допускали туда тех, кто жил не в «зелёной зоне». Зверинец приносил небольшую прибыль, половину которой приходилось отдавать квесу двадцать третьего сектора, но оставшегося хватало маленькой семье Родована, чтобы относительно безбедно существовать. Жизнь на нижних уровнях нельзя было назвать простой, но если ты имел работу, то мог позволить себе многие приятные мелочи: нормальную еду, более просторную ячейку с лучшей очисткой воздуха и воды, а ещё какие-нибудь развлечения помимо посещения храма Верховного Существа в секторе или сидения перед головизором.
            В тот день Орио ушёл из школы чуть раньше, чем обычно. Последний урок отменили, так как преподавателя отчизнолюбия вызвали в квестуру. Кто-то из детей изрисовал краской объёмный портрет Пожизненного президента, в результате чего Латона Ортигия стала похожа на вольную амазонку Аресиду из игр и мультфильмов. Не заходя домой, Орио направился сразу в зверинец. Он уже предвкушал, как заглянет к енотам, у которых вот-вот должны были появиться щенята. Детёныши зверей всегда такие милые, но требуют особого ухода. Потом Орио собирался к фелисам, чтобы повторить с ними несколько трюков, пользовавшихся успехом у посетителей зверинца, особенно у детей. Но больше всего Орио нравились хищники. Они сочетали в себе невероятную грацию и смертоносную мощь. За ними юноша готов был наблюдать бесконечно. К удивлению Родована, опасные животные никогда не пытались напасть на его сына, принимая его за своего сородича. Это оказалось весьма кстати при кормлении, чистке клеток и осмотре зверей.
            На пути к заброшенной фабрике Орио заметил виликусов, патрулировавших основной коридор уровня. Юноша не поверил собственным глазам, ведь стражи порядка заходили сюда крайне редко. Последний раз такое случилось пару циклов назад, когда банда Трёхрукой ограбила республиканские арсеналы. Инцидент всполошил власти улья и виликусы восемь стандартных смен подряд методично прочёсывали нижние уровни в поисках украденных армейских излучателей. Что-то им даже удалось отыскать, но большая часть оружия, как и лихая банда, бесследно исчезла. Поговаривали, что Трёхрукая скрылась в Фундаменте, жутких секторах в основании улья, в которые опасались заходить даже стражи порядка.
            Орио приблизился к зверинцу в тот самый момент, когда через большие ворота виликусы выпихивали Родована. Отец пытался что-то сказать стражам порядка, но те действовали, как охранные андроиды, получившие команду разогнать толпу. Не слушая смотрителя, они очень аккуратно выдворили его за территорию бывшей фабрики, затем захлопнули ворота. Родован забарабанил по металлическим створкам, но никто не собирался впускать его обратно.
            – Что случилось, па?
            – Орио... Пойдём домой.
            – Но почему они тебя прогнали?
            – Потому что такова жизнь. В нашем секторе сменилась власть. Новый квес посчитал, что зверинец даёт слишком мало навара. А когда я попытался объяснить ему, что это не весёлый дом, он расхохотался мне в лицо и сказал, что благодарит за хорошую идею и что он подумает над моим предложением.
            – А как же звери?
            – Квесу они не нужны. Наверное, виликусы их усыпят.
            – Что? Они не могут это сделать! На Приме и так почти никого не осталось, кроме крыс! Па! Ну, скажи! Разве так можно?
            – Квес так захотел.
            – А кто может отменить его решение? Губернатор?
            – Орио, не будь таким наивным. Во-первых, к губернатору простым цивилам с нижних уровней не пробиться. А во-вторых… Понимаешь, наш зверинец нелегальный. Старый квес позволял ему существовать, но теперь всё изменилось. Если ты пойдёшь к губернатору жаловаться, то виноватым окажусь я. Меня вышлют в Фундамент к выродкам, а тебя отправят в приют для сирот и сложных подростков. Ты этого хочешь?
            – Нет.
            Обед прошёл в гробовом молчании. Орио не поднимал голову от стола, чтобы не видеть виноватых глаз отца. Еда из растительных белков, приготовленная домашним андроидом, не лезла в глотку. Юноша влил в себя витаминизированный коктейль и снова обратился к Родовану:
            – Па! Но ведь можно же что-нибудь сделать?
            – Нет.
            – Есть же кто-то, кроме губернатора и президента, кого послушает квес!
            – Ты про сольвера? Забудь!
            – Почему?
            – Это шаг за грань, дорога под откос. Лучше оставить всё как есть.
            – Почему ты не хочешь сделать хоть что-нибудь? Почему ты сразу сдался? Может, потому и мать от нас сбежала? – крикнул Орио и выскочил из ячейки. Оставаться дома было выше его сил. Перед глазами стояли грустные морды животных, которых вот-вот лишат жизни. Эти прекрасные существа превратятся в мусор, идущий на переработку. К горлу подкатил ком и Орио чуть не расплакался. Надо что-то делать, но что? Ноги сами понесли юношу куда-то по уровню. По дороге он вывел на фантом-экран перед собой новости сектора, потом глянул статусы приятелей. Общаться в данный момент желал только Дорин, одноклассник. Орио сгоряча рассказал ему об инциденте у ворот зверинца и о том, что ожидает животных. В ушах разлился возмущённый басок приятеля:
            – Ну квес, ну и выродок! И как только ему сектор доверили? А ты не хочешь пойти к сольверу? Говорят, что старый Лупус – голова и никому не отказывает в помощи.
            – К сольверу? Да я даже не знаю, где его искать!
            – А ты спроси в «Пещере». Говорят, что там самое злачное место сектора.
 
            «Пещера» оправдала все ожидания Орио. У входа в заведение с кричаще-яркой головитриной стояли два амазонки в одежде цивилов, но с явными признаками генетических улучшений скелета и мускулатуры. Каждая из воительниц могла легко прикончить голыми руками пару-тройку виликусов. Когда учёные изобрели боевые препараты, ускоряющие реакцию человека в несколько раз, быстро выяснилось, что у мужчин они вызывают смерть в четверти случаев. Для женщин же эта химия оказалась безвредной. Спрос рождает предложение, и вскоре боевые амазонки сделались элитой любых армий. Находясь под действием препаратов, амазонка брала верх даже над громадными генетически модифицированными республиканскими гвардейцами, могучими, но не слишком подвижными.
            Просканировав нового посетителя вживлёнными датчиками и признав его неопасным, охранницы тут же потеряли к парню интерес. Внутри заведения царил полумрак и ощущался какой-то сладковатый навязчивый запах. Орио припомнил, что такой душок иногда витал в раздевалке школы, и догадался, что в «Пещере» не считают дурь чем-то противоестественным. На стенах мелькали голограммы, от которых сходил с ума вестибулярный аппарат. Тут к юноше подкрался робослужащий, похожий на андрогина, торгующего телом, и томным голосом промурлыкал прямо в ухо:
            – Каким порокам желаешь предаться, юный красавчик?
            Орио вздрогнул, потом пробубнил внезапно охрипшим голосом:
            – Я ищу Лупуса, сольвера Лупуса.
            – Иди за мной, но если вдруг захочешь чего-то запретного, не стесняйся. Мы все в твоём полном распоряжении, красавчик.
            Сольвер двадцать третьего сектора оказался массивным лысым мужчиной неопределённого возраста. Он сидел в отдельном кабинете и хмуро глядел на фантом-экран перед собой. За его спиной в причудливом голорельефе скакал карапуз с облегчёнными игровыми излучателями в руках.
            – Слушаю! – гаркнул лысый, не отрывая взгляд от экрана.
            – Вы Лупус? – Орио попытался собраться с мыслями и связно изложить свою просьбу, но сольвер так грозно выглядел, что юноша не смог больше вымолвить ни слова.
            – Так, парень, не трать моё время! Я знаю, кто ты, я считал твой цифровой след. Я в курсе про зверинец. Что тебе нужно от меня?
            Орио перевёл дух и выдавил из себя фразу:
            – А можно как-то отговорить квеса?
            – Исключено.
            – А пожаловаться на него губернатору?
            – Жалуйся. Я тут при чём?
            – Но ведь вы же сольвер…
            – И что?
            – Мне сказали, что вы помогаете цивилам…
            – А мне сказали, что в Фундаменте светит солнце, и натуральные стейки падают с потолка каждому, кто хочет есть. Но я же не обязан верить всякой чуши?
            Орио переминался с ноги на ногу, не зная, что предпринять. Сольвер явно не хотел ему помогать. Что делать дальше, к кому обращаться? И тут тонкий детский голосок произнёс:
            – А я знаю этого дядю! Он за фелисами в зверинце ухаживал, и они у него фокусы показывали. Де! А мы можем такого умного фелиса завести?
            Фелисы, гибриды земных кошачьих, специально выведенные для Примы, являлись любимцами Орио. Он проводил с ними больше всего времени, а заодно и обучал некоторым трюкам. Неудивительно, что внуку сольвера так запомнились эти забавные зверьки.
            Лупус глянул на Орио жуткими рыбьими глазами, потом перевёл взгляд на фантом-экран и медленно ответил внуку:
            – Я подумаю, Тоби. Может и получится. Иди, играй, а мы тут с дядей покумекаем.
            Он указал просителю на стул перед собой, а сам углубился в поиски информации на экране. Через некоторое время сольвер удовлетворённо хмыкнул и поднял голову:
            – Можно кое-что сделать. Но, для начала, ты должен мне кое-что пообещать.
            – Что?
            – Ответную услугу.
            – Какую?
            – Незаконную и очень опасную. Но важную для меня.
            – А если я откажусь?
            – Если ты откажешься, хорошего не жди. Несчастных зверушек усыпят. Мой внук не получит умного фелиса и будет очень переживать. Я расстроюсь из-за этого, и твой отец, вполне возможно, переедет в Фундамент, к выродкам, а ты – в приют.
            – Значит, у меня нет выбора?
            – Ты же умный парень, Орио. Зачем задавать глупые вопросы?..
 
            И часа не прошло после разговора, как юноша уже двигался по инженерному уровню. Лупус для начала направил его к Кеде, специалисту, который изменил цифровой след Орио, а также передал парню универсальный мастер-ключ от всех помещений двадцать третьего. Затем умелец подчистил записи систем наблюдения. Новый след, по словам Кеды, не видел никто, кроме него самого. Теперь оставалось поскорее добраться в зверинец до того, как там усыпят всех животных. Орио понимал, что уже пересёк ту невидимую черту, что отделяет законопослушных цивилов от преступников, и от этого у юноши перехватывало дыхание, а сердце билось быстрее, чем обычно. Хотя, возможно, всё дело было в плохо отфильтрованном воздухе инженерного уровня.
            Служебный проход не отличался шириной. Вдоль стен тянулись всевозможные кабели и трубопроводы. Вот, наконец, и нужная дверь в моторный отсек. Отперев её, юноша проник в тёмную комнату и посветил люминофором. Сбоку, за низко гудящими двигателями, едва виднелся технический люк. Через него можно попасть в вентиляционную шахту. Орио чихнул: помещение изрядно запылилось. Приоткрыв люк, юноша заглянул в шахту. Слабый огонёк люминофора не смог развеять кромешную тьму, но стало ясно, что этот ствол имеет гигантскую протяжённость и, скорее всего, принизывает улей сверху донизу. Лестница представляла собой металлические скобы, вбитые в пластбетон. Карабкаться следовало очень осторожно. Орио представил себе, как нога соскальзывает со скобы, затем руки разжимаются, и он долго-долго летит в жуткую бездну. Почти как во сне про космос! От этого сделалось очень нехорошо: закружилась голова, сердце заныло, а в животе что-то ёкнуло. Пришлось даже сесть, чтобы переждать приступ дурноты. Но тут юноша вспомнил, что у него нет времени на слабости, сделал глубокий вход и решительно полез в технический люк.
            Взбираться по скобам оказалось не так уж трудно. Орио убеждал себя, что дно шахты совсем рядом, просто он не увидел его из-за темноты, при этом цеплялся пальцами за металл изо всех сил, и медленно поднимался. Хорошо, что двадцать третий уровень располагался недалеко. Но вот с техническим люком пришлось повозиться. Он буквально зарос пылью и грязью, и прежде чем юноша добрался до засова, в горле и в носу жутко свербело. А вот чихать здесь не стоило: виликусы, оставшиеся на фабрике, могли и услышать. Справившись с люком, Орио вполз в помещение, трясущимися руками достал влажную салфетку и вытер руки, нос, а затем и остальное лицо. Ему сразу же стало лучше.
            Юноша огляделся: как и предупреждал Кеда, эта вентиляционная шахта примыкала к бывшим складским помещениям. Орио поискал на стене короб с кабелями, вскрыл его, потом чуть вытянул шнур в бирюзовой оплётке, подсоединил к нему чёрную коробочку «паука» и нажал кнопку на матовом корпусе. Из устройства, которое он тоже получил от Кеды, вылезли микроскопические иголочки и вонзились в кабель. Потом в ушах Орио раздался довольный голос специалиста:
            – Готово! Я подключился. Работаем.
            – Где виликусы?
            – Сейчас… Через четыре стены от тебя.
            – Все?
            – Да… Нет, ещё двое бродят по цехам. И есть охранные андроиды.
            Орио выругался. Первоначальный план запереть стражей порядка, когда они все будут находиться в одном помещении, пошёл фелису под хвост.
            – Да ты не волнуйся, парень. Что-нибудь придумаем. У тебя экран активен?
            – Нет. Вот, сделал.
            – Я тебе пометил двери, которые ты должен заблокировать. Справишься?
            Орио глянул на фантом-экран. Перед ним появилась схема фабрики. Нужные двери Кеда пометил красным.
            – А как их заблокировать?
            – Импровизируй, парень! – после этого в ухе раздались хруст и чавканье. Видимо, специалист решил подкрепиться протеиновыми хлопьями.
            Юноша обвёл взглядом склад и заметил роботизированную тележку с манипуляторами. Можно было подпереть ею дверь. Орио нашёл тумблер на управляющей панели, перевёл его в положение «Вкл», потом подал стандартную голосовую команду активации. Увы! Ничего не произошло, тележка не включилась. В ушах хрюкнул жующий Кеда. Потом умелец сглотнул и проговорил:
            – Не всё так просто, парень! К питанию подключено?
            – Нет.
            – Значит, давно разрядился. Рядом с тумблером есть отсек под павы?
            – Да.
            – Ну так вперёд! Вытащи старый пав и найди где-нибудь новый. Ты же на складе!
            Старая энергетическая ячейка прикипела к отсеку, поэтому Орио пришлось выковыривать её тонким металлическим стержнем, найденным на одном из стеллажей. Потом юноша осмотрел ближайшие секции полок и действительно обнаружил запасные павы в упаковке. Три источника питания перекочевали в его карман. Попутно он увидел ещё кое-что и придумал, как лучше действовать дальше. Заставив тележку включиться, Орио подал механизму несколько стандартных команд, после которых тот направился к стеллажам в дальнем конце прохода. В ушах послышался голос Кеды:
            – Зачем?
            – Блокирую коридор контейнерами.
            – Разумно! – и специалист снова захрустел хлопьями.
            Пока тележка сооружала баррикаду, Орио прошвырнулся по складу и нашёл там наноклей. Его он тоже пустил в дело, чтобы укрепить заграждение. Потом они с Кедой глянули план фабрики и выбрали ещё два коридора для блокирования, чтобы обезопасить юношу от патруля виликусов. Но тут специалист крикнул:
            – Торопись! Они приближаются!
 
            Лихой прорыв через патрульных на тележке, потом устройство завала и пожара в восьмом цехе отняли считанные минуты, но эти минуты оказались самыми потрясающими в жизни Орио. Он с удивление заметил, что чувствует себя лучше, чем когда-либо. Риск опьянял, кровь бурлила. Юноше захотелось сделать что-нибудь ещё более безумное. Но тут в ушах раздалось недовольное бурчание Кеды:
            – Отстаёшь от графика. Гони в пакгауз!
            И Орио направился в ту часть фабрики, к которой раньше приходили пневмопоезда. После закрытия магистраль перегородили металлическими воротами. Мастер-ключ тут не помог, пришлось пользоваться грубой мускульной силой и выламывать заржавевшие засовы подобранным поблизости ломом. Когда путь оказался свободным. Орио с помощью Кеды включил автоматику на платформе, а через пару минут туда с шипением подходил небольшой обтекаемый состав. Двери первого вагона открылись, и оттуда выскочил Родован. Юноша бросился к нему:
            – Па! А ты что тут делаешь?
            – То же, что и ты. Пошли за животными.
            Отец переносил в вагоны мелких зверей, а Орио занимался хищниками. Голодный тигр забился в угол вольеры и наотрез отказывался покидать своё пристанище. Родован крикнул: «Оставь его!», но юноша забрался к полосатому зверю и уговаривал своего рычащего питомца, пока тот не подчинился.  Потом так же пришлось уговаривать волчицу. Внезапно в ушах завопил Кеда:
            – Время! Завал почти растащили. У вас минута!
            Орио в сердцах крикнул:
            – Дура! Вставай же! – и волчица, наконец, затрусила из вольеры. Им едва хватило времени, чтобы загнать хищницу в пневмопоезд. Вскочив в вагон за отцом, Орио крикнул:
            – Готово!
            Двери тут же закрылись, и обтекаемый состав стремительно сорвался с фабричной платформы. Юноша успел заметить подбегающих к пакгаузу стражей порядка. В животе возник неприятный холодок. Они едва успели! Ещё чуть-чуть, и их бы схватили виликусы! Орио в изнеможении упал на сиденье. Родован подошёл и похлопал парня по плечу:
            – Ничего, сынок. Мы справились. Теперь всё будет хорошо.
            – А куда мы едем?
            – Лупус договорился с сольвером сорок второго. Там тоже есть заброшенная фабрика. И ячейку он нам даст получше.
            Орио не стал рассказывать о том, что пообещал Лупусу. Не захотел расстраивать Родована. Юноша догадывался, что с незаконным и очень опасным делом справиться будет не так легко, как с эвакуацией зверинца. Может быть, этот вечер последний, когда он видит отца, единственного родного человека на этом свете. Глаза вдруг предательски защипало, и Орио поспешно отвернулся…
            Не успели они с отцом развести животных по вольерам и покормить, как у цехов показался Лупус. Он кивнул Родовану и уставился на юношу жуткими рыбьими глазами. Затем молча направился по главному коридору фабрики. За спиной незваного гостя маячили две громадных телохранительницы-амазонки. Орио догнал Лупуса у следующего цеха. Сольвер смерил его тяжёлым взглядом и произнёс:
            – Тридцатый уровень. Прима. Кеда всё объяснит…
 
            В пропахшем дурью зале, где гремела психоактивная музыка, юноша сел за столик у задней стены. Через пять минут рядом с ним плюхнулся жующий Кеда. Дохрустев хлопьями, специалист подвинулся к Орио и забормотал в самое ухо:
            – Значит так. План тот же. Поднимаешься на пятнадцатый, находишь инженерный уровень. Через вентиляцию лезешь в «зелёную зону». Мастер-ключ там не работает, вот другой, – и вложил в руку юноши чип-карту. Затем продолжил:
            – Твой цифровой след я поменял ещё раз, но в «зелёной зоне» без гарантии. На всякий случай переоденься в униформу инженерной службы. Вот. Маячки и пеленгатор положишь в карман. Теперь держи нового «паука». И посмотри на эту перчатку: в неё встроен плазменный резак…
            Перчатка пригодилась ещё в вентиляционной шахте. Чтобы пробраться в «зелёную зону», пришлось резать металлическую сетку, перегораживающую ствол. Когда юноша обрубил стальную паутину, на него посыпался мусор, накопившийся на этой преграде за множество циклов. От неожиданности Орио чуть не сорвался со скоб, вбитых в пластбетон. Это заставило его вспомнить все свои страхи о пустоте внизу.
            Когда он добрался до нужного уровня, вскрыл технический люк и выполз в какое-то помещение, руки и ноги тряслись от напряжения. Орио рухнул прямо на пол. Перед глазами мелькали красные пятна. Ему следовало успокоиться и прийти в себя, чтобы не натворить ошибок в «зелёной зоне». Юноша сделал несколько глубоких вдохов, потом откинулся на стену, закрыл глаза и попытался представить себе, что сейчас делает Родован. Наверняка отец уже обживает новую ячейку в сорок втором секторе. А затем Орио вспомнил, что одного фелиса придётся отдать Лупусу, и ему сразу сделалось грустно. От этих мыслей юношу оторвал хруст в ушах, затем знакомый голос прочавкал:
            – Ну как ты там, парень?
            – Всё хорошо. Я в «зелёной зоне».
            – Помнишь, куда идти?
            – Да.
            Орио поднялся, отряхнул инженерную униформу и направился в коридор. По этому проходу ему надлежало пройти до первого перекрёстка, повернуть налево, потом отсчитать третью дверь и открыть замок чип-картой. В необитаемой ячейке юноше следовало вскрыть плазменным резаком дальнюю стену и проникнуть в коридор квестуры. Две дневные смены уже закончились, поэтому никто не должен был встретиться на пути. Орио поразился тому, что ячейка в «зелёной зоне» такая просторная. Она оказалась раза в три больше, чем их жилище в двадцать третьем секторе. И отделка стен выглядела так, что юноше даже жалко было пользоваться резаком.
            А вот по коридору квестуры кто-то шёл. Из-за угла стены его ещё не было заметно, но шаги явно приближались. Орио в панике обратился к Кеде:
            – Тут кто-то есть! Что делать?
            – Шарахни его перчаткой по башке!
            – А если он умрёт?
            – Не должен. Ты сильно не бей.
            Орио, едва дыша от страха, притаился за углом, поднял руку в перчатке, и, когда неизвестный только показался, с силой опустил свой опасный инструмент на чью-то макушку. Кисть больно ударилась о твёрдый предмет. Раздался хруст ломающегося биопластика и юноша увидел перед собой андроида с разбитой головой. Робот остался на ногах, но явно переключился в аварийный режим, поскольку его лицо застыло, а глаза загорелись красным.
            – Я его сломал!
            – Кого?
            – Андроида.
            – Так это был не человек? Выдохни, парень. Отключи его нафиг.
            – Где? Я таких не видел!
            – Пни под левое колено.
            Орио так и сделал, а Кеда всё торопил:
            – Парень! Не замирай! Двигай по коридору!
            Юноша подчинился. После этого инцидента он видел всё как сквозь туманную дымку. Его охватила слабость. С одной стороны, Орио был рад, что обошлось без жертв. С другой, он, наконец, понял, в какую опасную авантюру ввязался. Ни Лупуса, ни Кеду вовсе не пугала возможность убийства кого-либо. А больше всего ужасало то, что этим кем-то вполне мог оказаться и сам Орио. От грустных дум юношу отвлёк сердитый голос в ухе:
            – Нашёл?
            – Что?
            – Встроенный шкаф. В стене. Справа.
            Орио присмотрелся и, действительно, заметил две дверцы, сливающиеся с поверхностью стены.
            – Есть.
            – Сосредоточься! Вспомни, что ты должен сделать, шаг за шагом. Как попадёшь внутрь, времени у тебя будет в обрез.
            Юноша открыл шкаф и пробил резаком стену. В этом месте по недосмотру строителей толщина перегородки позволяла это сделать. Нырнуть в отверстие, оглядеться. Коридоры республиканского арсенала контролировались датчиками движения. Как только Орио проник в хранилище, тут же завыла сирена и замигали тревожные огни. В ушах забубнил Кеда:
            – Сначала «паук»!
            Орио нашёл и вскрыл щиток на стене, затем насадил на бирюзовый кабель чёрную коробочку и нажал кнопку. Страх куда-то пропал, а его место заняло странное безразличие. Он как будто наблюдал за собой со стороны.
            – Я открыл дверь. У тебя три минуты.
            Двигаясь, как андроид, юноша направился в отпертый каземат и застыл на пороге. Этот отсек заполняли стеллажи под самый потолок и на каждом из них стояли аккуратные ряды промаркированных чёрных контейнеров. Оружие? Лупус и Кеда ничего ему не говорили об этом. Но специалист уже торопил юношу:
            – Тележку видишь?
            Орио окинул помещение взглядом и увидел платформу на колёсах.
            – Да.
            – Ищи ящики с пятью жёлтыми полосками на боку. Цепляй на них маячки и кидай на тележку. Осталась минута.
            Орио едва управился за полторы. Вскоре он катил полную тележку по коридору хранилища под адское завывание сирены, потом проламывал очередные стены и бежал по новым проходам. Сзади уже доносилось низкое рявканье излучателей. Погоня неслась по горячим следам и, судя по усиливающимся звукам,  приближалась с каждым мгновением. Кеда был так захвачен взломом арсенала, что даже перестал жевать протеиновые хлопья. Вот он скомандовал:
            – Стой. Я открываю тебе мусоросброс.
            В стене отошла большая панель, и перед Орио открылось медленно опускающаяся пованивающая клетушка.
            – Закидывай туда ящики.
            – А они не разобьются в мусоросбросе?
            – Нет. Там же система патерностер.
            Юноша забил клетушку контейнерами. Потом остановился:
            – А как же я?
            – Лезь туда же. Спрячься за ящиками.
            Орио едва успел пролезть в уходящую вниз мусорную клетушку и скрючился за контейнерами. Стенная панель закрылась, и юноша оказался в полной темноте. Только тут он вспомнил, что проходил в школе устройство патерностера. Лифт непрерывного действия был похож на чётки жреца Верховного Существа. Клетушки с мусором опускались под собственной тяжестью и тем самым поднимали пустые резервуары на другой стороне цепи. Движение патерностера регулировалось специальными ограничителями, поэтому, действительно, ящики не должны были разбиться внизу. Остановка устройства являлась делом очень хлопотным и предусматривалась только для ремонта, следовательно, какое-то время никто не сможет достать оттуда Орио. Единственное, что пугало юношу до дрожи – перспектива оказаться в Фундаменте. Ведь мусорные клетушки опорожнялись именно там!
            В ушах раздался едва слышный голос Кеды:
            – Как упадёшь, хватай ящики и оттаскивай в сторону. Если какой потеряешь – найдёшь пеленгатором по маячку. И дожидайся Трёхрукую.
            – Что? Кого? – но эти вопросы Кеда не услышал или проигнорировал. А, может быть, в мусоросбросе пропало соединение с сетью. Тут Орио сделалось совсем нехорошо. На нижних уровнях про налётчицу, предводительницу банды безжалостных громил, рассказывали страшные истории. Если верить всем им, то для Трёхрукой убийства были таким же обычным делом, как еда или сон. По рассказам Дорина, чей отец занимался сомнительными операциям, преступница собственноручно умертвила несколько дюжин виликусов и даже одного квеса.
            Тут клетушка начала крениться на бок, потом резко опрокинулась, и человек вместе с контейнерами вывалился на кучу мусора. Резкий тошнотворный запах ударил юноше в нос. У Орио чуть глаза не вылезли на лоб от зловония, потом парня вырвало. После этого стало немного легче. С трудом поднявшись на ноги, юноша огляделся и увидел, что находится в большом плохо освещённом помещении, центр которого занимала огромная свалка. В грудах мусора копошились люди в грязных лохмотьях. В голове мелькнули горестные мысли: «Хотел увидеть космос, а оказался на свалке в Фундаменте!» Но тут Орио вспомнил, что нужно оттащить ящики в сторону, и постарался действиями заглушить свои переживания. Первые два он нашёл легко, а вот остальные пришлось раскапывать, ведь патерностер двигался без остановки и из клетушек постоянно вываливались всё новые и новые отходы.
            Когда юноша взялся за следующую пару контейнеров, он заметил, что к нему приближаются двое местных. Выглядели они угрожающе. Парень попытался поскорее отойти в сторону, но с ящиками в руках не побегаешь. Оборванцы схватились за контейнеры с противоположной стороны и начали тянуть. Орио, как мог, сопротивлялся, но вскоре к нему подбежал ещё один человек и, не говоря ни слова, ударил юношу кулаком по лицу. Орио упал. С бессильной яростью парень наблюдал, как контейнеры уползают в сторону. Но потом что-то рявкнуло сзади. Один из оборванцев с удивлением схватился за внезапно покрасневший живот и осел на кучу мусора. Двое других оставили в покое ящики и зигзагами рванулись в разные стороны. Излучатель рявкнул ещё раз, но тут удача оказалась на стороне оборванцев. Им удалось добежать до прохода и скрыться в коридоре.
            Чья-то рука хлопнула Орио по спине. Затем мелодичный грудной голос произнёс:
            – Где мой товар?
            Юноша повернулся и увидел амазонку в полном боевом облачении. Выглядела она сногсшибательно, как те древние богини-воительницы, которых они когда-то проходили в школе. Или как хищный зверь на охоте. Глаза амазонки горели яростным огнём, что было заметно даже через визор из биотитанового стекла. На блестящих силовых доспехах проскакивали голубоватые молнии. Руки в боевых перчатках смотрелись на редкость изящно. Но что это? Орио сморгнул, потом потряс головой. Галлюцинация? Тяжёлый излучатель висел рядом с амазонкой, как будто сам по себе. Лишь приглядевшись, юноша заметил, что его держит манипулятор-дендрит, выходящий из доспехов где-то на пояснице воительницы. Вот почему её прозвали Трёхрукой!
            Заметив взгляд парня, амазонка хмыкнула, потом повторила свой вопрос. Орио тяжело поднялся на ноги, указал на два контейнеры в стороне, потом на два других, чуть было не похищенных оборванцами, и вытащил из кармана пеленгатор, чтобы отыскать остальные. Трёхрукая свистнула – тут же в помещение вбежали какие-то люди. Каждый из них схватил по ящику и быстро побежал в обратном направлении. Когда Орио выкопал из-под мусора последний контейнер, который у него выхватили прямо из рук, он повернулся к амазонке и спросил:
            – А что будет со мной?
            Трёхрукая осклабилась, потом посмотрела на свои боевые перчатки. У юноши перехватило дыхание. Он представил себе, как эти изящные руки сомкнутся на его горле, лишат его возможности дышать, затем хрустнут шейные позвонки и жизнь покинет его. К собственному удивлению, Орио даже не испытывал страха смерти, ему просто стало ужасно обидно, что он не увидит больше отца, не узнает, куда запропастилась мать, не познакомится с какой-нибудь симпатичной девушкой и никогда снова не погладит фелиса по бархатистой шёрстке. И от этого в душе юноши вспыхнула ярость, слепая оглушающая белая ярость, когда мир вдруг тускнет, как использованный люминофор, здравый смысл пропадает, уступая место могучим древним инстинктам, зрение заволакивает туман, а сердце начинает колотиться, как бешенное. С диким звериным криком Орио бросился на амазонку, уворачиваясь от её смертоносных перчаток, и ударил плечом чуть ниже груди.
            Повалить Трёхрукую ему не удалось, но нападение юноши заставило налётчицу отойти на полтора шага. В этот же момент сзади рявкнули излучатели и что-то страшное промелькнуло в том месте, где только что находилась голова амазонки. Трёхрукая моментально отреагировала: легким движением кисти она отшвырнула Орио так, что юноша отлетел в сторону и зарылся по пояс в кучу мусора; после этого налётчица выхватила два ручных излучателя, резко развернулась и прошила всё, что перед ней находилось, потоками заряженных частиц из трёх стволов одновременно. Затем что-то ухнуло, и раздался жуткий взрыв.
            Когда Орио выполз из-под груды отходов, в воздухе висел чёрный дым, а к ароматам свалки добавился горький запах гари. Юноша откашлялся, потом огляделся: Трёхрукая пропала, зато к нему подплывали два мутных едва заметных переливающихся пятна. Когда они приблизились, стал слышен разговор:
            – Если бы не этот выродок, мы бы её схватили!
            – Мида! Ты слишком самонадеянна! Надо было взять с собой Фелу и Рингу.
            – Чепуха! Мы прекрасно справлялись вдвоём! Просто этот мутант нам всё испортил.
            – Гляди-ка, он живой! И он не выродок…
            – Странный у него след. А парень-то, красавчик. Если его отмыть и одеть, то не отличишь от маминых советников.
            – Но что может делать цивил в Фундаменте?
            – А вот мы это у него сейчас и узнаем.
            Одно пятно нависло над юношей и строго спросило:
            – Эй! Ты кто и как здесь оказался?
            Орио, чихая, стряхнул с себя мусор, поднялся на ноги и попытался разглядеть, кто задавал вопросы. Но у него ничего не получалось. В лучшем случае удавалось заметить какое-то мельтешение в мутном вонючем воздухе. Поэтому юноша осторожно проговорил:
            – Простите, я вас не вижу.
            В ответ донеслось мелодичное хихиканье на два голоса, потом пятна вдруг превратились в высоких девушек с излучателями в руках. Стройные подтянутые тела, затянутые в облегающие костюмы, напоминающие скафандры и силовые доспехи одновременно, свидетельствовали о хорошей физической форме их обладательниц. При этом девушки не выглядели брутальными амазонками с генетическими улучшениями. Нет, при взгляде на них сразу становилось ясно, что они вылеплены из другого теста.
            – Так лучше? – спросила девушка, которая была чуть пониже.
            – Значительно! – ответил Орио, любуясь собеседницей. Через прозрачный визор на него глядели серые глаза с серебристым отливом. Изящные очертания лица дополнялись волевым подбородком. Вторая девушка фыркнула:
            – Берегись, Мида! Он сейчас съест тебя глазами!
            Орио покраснел, а Мида недовольно выпалила:
            – Будешь дальше пялиться на меня? Или ответишь на мой вопрос?
            – Я… Это… Да просто…
            – Понятно. И в каком лицее тебя обучали риторике?
            Щёки Орио сделались пунцовыми, а вторая девушка залилась хохотом. Мида буркнула:
            – Очень смешно, Ала! – потом повернулась к юноше и сердито скомандовала:
            – Сейчас пойдёшь с нами, а дальше разберёмся с тобой.
            Они покинули свалку и направились по коридору, ведомые Мидой. Та явно не теряла надежду выследить Трёхрукую. Дойдя до развилки, где проход разделялся на три новых, девушка запустила в каждую галерею по «осе», миниатюрному разведывательному дрону. Потом они с Алой внимательно изучали на фантом-экранах каждый коридор и обсуждали возможные следы налётчицы. От нечего делать Орио оглянулся. Ему показалось, что вдалеке что-то мелькнуло. Юноша присмотрелся и на пределе зрения различил, как в их сторону поворачивается блестящий конус излучателя. С криком «Ложись!» Орио толкнул девушек на пол, а сам рухнул сверху. Сзади рявкнуло, потом целый угол на развилке  рассыпался мелкой пылью. Затем превратился в труху ещё один фрагмент коридора, а со стороны нападавших ухнуло. Взрыв разворотил пол совсем рядом, а на спину юноше посыпался раскрошенный пластбетон. Мида выскользнула из-под Орио и тут же включила свой костюм, расплывшись в малозаметное пятно. Потом сильные руки втянули парня в безопасное место и тихий девичий голос внятно произнёс:
            – Диана-2 вызывает Юпитера. Требуется эвакуация из Фундамента.
            А второй голос тут же возмутился:
            – Ну зачем ты, Ала! Мы бы и сами справились!
            Но обстрел не прекращался и воинственной Миде пришлось согласиться с подругой, что вызов помощи явился самым логичным выбором в данной ситуации. Запустив «ос», девушки попытались вести ответный огонь, используя в качестве прикрытия груду обвалившегося пластбетона, однако нападавшие быстро сбили дронов. А потом наступила зловещая тишина, которая пугала даже больше, чем звуки боя. Последняя «оса» показала, что никто к ним не подкрадывается, но девушки всё равно не опускали своих излучателей, готовые испепелить любого врага. Через несколько минут Мида и Ала успокоились и даже вывели свои костюмы из маскировочного режима. А мгновение спустя их окружили республиканские гвардейцы в силовых доспехах, появившиеся внезапно, как будто их отделение телепортировали сюда прямо из казарм. Под прикрытием могучих воинов девушки и Орио добрались до шлюза из сверхпрочных композитов, за дверями которого скрывался скоростной лифт в «зелёную зону».
            Подъём проходил в полном молчании. Когда створки кабинки разошлись, два гвардейца, сопровождавшие их, вопросительно глянули на юношу, потом на Миду. Девушка уверенно произнесла:
            – Он со мной, – и чуть подтолкнула Орио в спину.
            В «зелёной зоне» юноша чувствовал себя чужим. Здесь всё было иначе: коридоры уровней – слишком просторные и слишком светлые, потолки – высоченные. На каждом шагу попадались генетически модифицированные цивилы  в невероятных облачениях. В нижних уровнях улья такого буйства красок Орио никогда не видел. Там никто не экспериментировал с одеждой и модификацией тела, не желая привлекать внимания виликусов или бандитов. А здесь, казалось, что цивилы «зелёной зоны» соревнуются между собой за звание самого эксцентричного гражданина республики.
            Потом Миду встретила очень приветливая женщина, в которой Орио лишь в самый последний момент признал андроида, и открыла перед молодой хозяйкой двери, за которыми скрывался самый настоящий сад с живыми деревьями и зелёной травой. Юноша застыл на пороге, разинув рот. В школе им показывали, что так когда-то выглядела большая часть поверхности Примы. Но одно дело учебный фильм, который показывают по голо, и совсем другое – видеть это наяву. Орио подошёл к мощному ветвистому  растению, погладил ладонью шершавую кору, потом поднял голову. От того, что потолок оказался раз в десять выше, чем в коридоре, у юноши подкосились колени. Он медленно осел по стволу дерева. Руки нащупали траву, настоящую зелёную. Орио наклонился и принюхался: от её чудесного запаха даже перестала кружиться голова.
             – Юноша! Артемида сказала, что вам нужно освежиться. Пойдёмте, я покажу ваши покои.
            Орио даже не заметил, как рядом с ним очутилась женщина-андроид. Поднявшись на ноги, парень поплёлся за домоправительницей, на ходу сравнивая её с их неуклюжим домашним андроидом, которого Родовану приходилось чинить почти каждый цикл. А потом Орио задумался, кому могут принадлежать такие роскошные апартаменты. Это явно был очень важный человек, а такие люди обычно не подпускают к себе цивилов с нижних уровней.
            Домоправительница показала ему просторную ячейку с видом на сад и огромной кроватью, большущую ванную комнату и гардеробную с несколькими дюжинами одеяний. Чтобы смыть с себя ароматы Фундамента, Орио пришлось трижды намыливаться, затем тщательно смывать въевшуюся в кожу грязь. Вода из кранов и лейки текла прозрачная и ничем не пахла. Потом юноша вытерся насухо большим пушистым полотенцем и прошёл в гардероб, где подобрал себе консервативный серо-синий костюм полувоенного типа, белую сорочку к нему и мягкие чёрные туфли. Испачканную, провонявшую свалкой униформу инженера Орио выбросил в утилизатор. Чуть подумав, он отправил туда же перчатку с резаком и свою старую обувь. В ячейке имелось большое зеркало на полстены. Из него на юношу смотрел опрятный худощавый парень, которого легко было спутать с офицером Космфлота. Орио вздохнул – как ни одевайся, всё равно в Звёздную академию ему не попасть.
            Тут в дверь постучали, а когда юноша крикнул «Войдите!», на пороге показалась домоправительница. Она окинула своего гостя придирчивым взглядом, потом порекомендовала сменить сорочку на голубую. Орио переоделся, и андроид удовлетворённо кивнула:
            – Так будет лучше. Артемида приглашает вас позавтракать.
            В уютной ячейке, открытой в сторону сада, располагался большой круглый стол, покрытый белой скатертью и уставленный приборами. В этой ячейке вполне можно было снимать учебный фильм про Старую Терру, столько здесь находилось антикварных вещей. За столом уже сидели Мида, Ала и ещё две незнакомых девушки. Домоправительница указала юноше место напротив своей хозяйки. Орио присел, потом огляделся. Все смотрели на него, будто ожидали чего-то. От этих взглядов юноша не знал, куда деваться. Он опустил глаза, положил руки на стол, потом убрал их на колени, затем опустил вниз. Раздались смешки, после чего Ала тихо произнесла: «Я же говорила, что он красавчик», вызвав новые хихиканья. Мида произнесла ободряющим тоном:
            – Давай знакомиться. Я – Артемида, можно просто Мида. Это Гиала или Ала. Нас двоих ты уже видел. Вот это Нефела, мы зовём её Фела, а это – Сиринга или просто Ринга. А как зовут тебя?
            Орио внимательно посмотрел в серые, с серебристым отливом глаза Артемиды и почему-то вдруг решил довериться этой девушке с волевым подбородком. Он сам удивился своему побуждению, но после этого на душе стало вдруг легко.
            – Я Орио, цивил из двадцать третьего сектора.
            – А как ты очутился в Фундаменте? Ты разве не знаешь, что если оставаться там без защитного костюма, то станешь выродком?
            – Рассказывать слишком долго.
            – А мы никуда не торопимся!
            Тут домоправительница принесла завтрак. От такого разнообразия натуральных продуктов Орио на короткое время потерял дар речи, а девушки за столом снова начали над ним посмеиваться. С трудом  собравшись с мыслями, юноша подробно рассказал о том, как они с отцом спасали животных, затем вкратце поведал о том, что по договорённости с сольвером сделал ещё кое-что, и сразу перешёл к падению в мусоросброс и встрече с Трёхрукой. Его слушали очень внимательно, потом Мида заявила:
            – Тебе нужно переговорить с моей мамой!
            – Зачем?
            – Так надо!
            После завтрака Орио попросили закрыть глаза и куда-то повели. Он зажмурился и подчинился. А когда Мида, наконец, разрешила смотреть, они очутились в просторной гостиной с диванами, громадным головизором и каким-то сооружением у противоположной стены. Когда юноша присмотрелся, он увидел, что сооружение является домом для нескольких фелисов. Орио тут же бросился к животным. Вскоре фелисы с высоко поднятыми хвостами мурчали и терлись о ноги юноши. Общаясь этими грациозными зверями, он почувствовал себя почти дома и не заметил, как Мида и Ала вышли. А потом кто-то осторожно коснулся его плеча. Орио поднял голову и увидел женщину-андроида.
            – Прошу прощения, юноша. Госпожа Латона просила вас зайти в её кабинет.
            – А кто она?
            – Госпожа Латона – мать Артемиды.
            Следуя за домоправительницей, юноша прошёл через анфиладу комнат, поражаясь размерам этих апартаментов. Он снова начал размышлять, кому они могут принадлежать, поэтому даже почти не удивился, когда, оказавшись в просторном, великолепно обставленном кабинете, увидел перед собой Пожизненного президента Триединой республики Латону Ортигию. Единоличная правительница Примы, Секунды и Терции, а также нескольких дюжин аванпостов на астероидах и орбитальных платформах, выглядела так же молодо, как и во всех многочисленных сюжетах, транслируемых по головизору. Если бы Латона стояла рядом с Артемидой, то Орио, скорее всего, принял бы её за сестру девушки. Но когда президент оторвалась от своих информационных панелей и уставилась на юношу, в её взгляде Орио разглядел следы стольких трудов, забот, волнений и разочарований, что ему даже сделалось страшно. В глазах Латоны читались невероятный жизненный опыт, жесткость и непреклонность. Юноша даже подумал, что она явно опаснее, чем Трёхрукая, и непроизвольно поёжился. Увидев реакцию гостя, президент улыбнулась и предложила ему располагаться в кресле напротив. Затем она поднялась со своего места, вышла на середину кабинета и снова уставилась на Орио.
            – Мне показали твоё досье. Вчера ты совершил множество тяжких преступлений, за каждое из которых в лучшем случае высылают в Фундамент. Все эти игры с поддельным следом, это детский лепет. Тебя и твоего сообщника идентифицировали и не задерживают только по моей просьбе.
            Под взглядом Латоны юноша сжался и сцепил руки так, что пальцы побелели. А президент продолжила:
            – Но ты приглянулся моей дочери. Она хочет взять тебя в свою турбу и просит моего согласия. Там, внизу, ты действовал правильно. Ты, не раздумывая, спасал мою дочь. Объясни, почему ты так поступил?
            – Не знаю. Как-то само вышло.
            – Можешь ли ты пообещать, что будешь поступать так и дальше?
            – Наверное.
            – Ты искренен со мною, это похвально. Но знай, что её турба – не игры маленьких девочек. Это стая, где Мида –  вожак. Моя дочь –  не цветок в оранжерее, она хищник, которого возбуждает опасность. Я не могу её изменить, да и не хочу этого делать. Я люблю её такой, какая она есть. И мне остаётся только надеяться, что при необходимости любой из её турбы отдаст жизнь за Миду. Тебе придётся много тренироваться, а ещё многому научиться, чтобы подтвердить своё право находиться возле Артемиды. Ты уверен, что справишься?
            – Да.
            Латона снова посмотрела на Орио и проговорила сама себе:
            – Твоя мать – амазонка. Может быть, из тебя и выйдет толк. К тому же психолог Миды давно просил разбавить её турбу парнями. Иди.
            Юноша поднялся и собирался выйти из кабинета, но потом вдруг вернулся и обратился к Латоне:
            – А могу ли я вас попросить?
            Пожизненный президент глянула на него усталыми проницательными глазами и чуть улыбнулась:
            – Твоего отца больше никто не тронет. Я позабочусь.
            В приёмной Орио уже поджидали Мида и Ала. Стрельнув серыми глазами с серебристым отливом, дочь Пожизненного президента отчеканила:
            – Тренировка через десять минут. И не вздумай опаздывать!..
 
            Орио, облачённый в лохмотья, прихрамывая плёлся по коридорам Фундамента. Вот уже целую смену он бродил здесь, расспрашивая встреченных выродков. Здешние обитатели отнеслись к нему настороженно, но то, что юноша провёл всю свою жизнь на двадцать третьем уровне, в конце концов, сыграло свою роль. Один из мутантов оказался недавно депортированным цивилом из соседнего сектора. Он с радостью беседовал с Орио, узнав, что тот – почти земляк, а потом рассказал юноше, где можно найти Трёхрукую.
            Вскоре парень дохромал до нужной ячейки и трижды постучал по облезлому пластику. Когда дверь открылась, в проёме появился громила с ручным излучателем.
            – Чего тебе?
            – Где хозяйка?
            – Не твоё дело!
            – Дело не моё. Мой товар.
            – Какой?
            – Шмаляторы. Годные. Много.
            – Где?
            – Покажу хозяйке.
            – А если я тебе пальчики пооткромсаю?
            – Штуковина рванёт – ты сдохнешь! – и Орио продемонстрировал гранату, зажатую в правой руке.             Громила отшатнулся и сразу сбавил тон:
            – Ладно, давай у десятого склада к началу смены.
            – Хозяйку приводи. С шестёрками не торгую…
            На десятом складе выродки держали металлолом, собранный на свалках Фундамента. За этот ходовой товар власти улья расплачивались растительным белком и восстановленной водой. Орио не слишком удивился, когда узнал, что контролирует полученное продовольствие банда Трёхрукой. Вскоре знаменитая налётчица в сопровождении своих громил появилась возле склада, и юноша сначала залюбовался её звериной грацией. Хищница! Потом вспомнил, у скольких людей забрала жизни эта амазонка, и посмотрел на неё другим взглядом. А Трёхрукая заговорила своим мелодичным грудным голосом:
            – Где шмаляторы?
            – Вот они! – Юноша указал рукой на большой контейнер у стены.
            – Я тебя уже видела. Ты от Лупуса?
            – Нет. Этот урод – свистун. Я его сам грохну, как доберусь!
            – Ладно, где товар? – заторопилась налётчица. Орио подошёл к ящику, сделал приглашающий жест, потом склонился над крышкой. Когда та приоткрылась, из контейнера вылетела ловчая сеть из мономолекулярного волокна и обвила Трёхрукую. Одновременно с этим юноша выхватил из контейнера перчатку с плазменным резаком и отрубил манипулятор-дендрит налётчицы. В тот же самый момент от стены склада отделились четыре мутных переливающихся пятна и выпустили из парализаторов целую тучу игл, обездвиживших громил Трёхрукой. Сама же амазонка извивалась, пытаясь разорвать сверхпрочное волокно, но тут Орио подошёл ближе и сделал инъекцию снотворного через сочленение силового доспеха. Операция прошла молниеносно и увенчалась полным успехом. Никто из бандитов не успел сделать ни выстрела. Вскоре послышался голос Алы:
            – Диана-2 вызывает Юпитера. Ждём клетки для зверей.
            Одно из пятен превратилось в высокую девушку в облегающем защитном костюме. В серых глазах с серебристым отливом мелькнули радостные искорки.
            – Блестяще! Разыграли, как по нотам! Браво, девочки! – потом она повернулась к юноше:
            – Орио! Не стой столбом! Живо в санчасть! Ты находился здесь целую смену! Мне в турбе выродки не нужны...
 
            Вокруг него простирался космос, чёрный, бездонный, пугающий своим холодом и безграничностью. Здесь не существовало ни верха, ни низа, и от этого слегка кружилась голова. Орио купался в звёздном свете, и чувство единения с необъятной вселенной вызывало у него прилив невероятного блаженства.
            Его эйфорию прервал рывок страховочного фала и звонкий голос зазвенел в ушах:
            – Хватит расслабляться! Отрабатываем групповые упражнения!
            Он вернулся к реальности. Артемида узнала, что на восемнадцатом аванпосте появилась очень опасная банда. Латона Ортигия согласилась отпустить туда дочь вместе с её турбой и отделением республиканских гвардейцев только в том случае, если они прослушают курс Звёздной академии по действиям в открытом космосе и сдадут все положенные зачёты. Теперь им снова предстоит тренироваться до седьмого пота. Но эта перспектива не пугала Орио.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования