Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Джей Ракса - Вот он каков, чистокровный эльф.

Джей Ракса - Вот он каков, чистокровный эльф.

Тень, отбрасываемая шкафом в углу комнаты, сгустилась, сделалась еще темней и наконец, пришла в движение, словно бы густой черный дым клубился и бился о непреодолимую для него границу света. Как обычно, бывает в такой ситуации, по коже побежали мурашки, и меня накрыла волна возбуждения. В мыслях же вспыхнула вереница образов, которую я интерпретировал как фразу: "Хозяин, чужой! Чужой! Через переход пришел чужой!"
Вздохнув или скорее с досадой фыркнув − вечер, переставал быть томным, − мысленно позволил "собачкам" частично проявиться. Тот час же пришла новая, ещё более интенсивная волна, самой что ни на есть животной радости, а тени, и от прочих предметов обстановки, так же ожили и начали клубиться, обретать рельефность и плотность. Кое-где даже вспыхнули призрачные желтые огоньки – глаза моих адских гончих.
Набрал начальника. Как бы то ни было, а жить то на что-то надо и презренную бумагу надо где-то зарабатывать, так что, выдал самым страдальческим голосом, дескать, подкосила меня птичья болезнь – "перепел", посему пару-тройку дней в конторе не появлюсь. И вообще, у меня скопилась целая неделя отгулов, и я намерен их срочно прогулять. Порешав с работой, которая не для души, стал собираться на свою "основную". Путь-то предстоял неблизкий.
Всё необходимое, − а нужно мне было не шибко много: карта, компас, спички, котелок, кое-какие рыбацкие принадлежности, соль и несколько плиток шоколада, −  я скидал на расстеленную плащ-палатку, ее саму скрутил в плотный сверток, концы которого обвязал стропой. За годы такой специфической "службы" успел убедиться, что дедовская амуниция, как ни крути, вариант для нашего «брата» наилучший.
Из дома вышел перед рассветом – хотелось успеть на первый междугородний автобус. Перспектива отмахать почти три сотни километров на своих двоих или даже четырех не особо прельщала, да и "собачек" почти воплоти, почему бы без свидетелей не прогулять. Даже несмотря на то, что нас, как обычно, сопровождал истошный вой и лай всех окрестных псов.
У здания автовокзала, моя бесовская кавалькада окончательно развоплотилась, переместившись обычным своим манером к цели путешествия. В такие моменты начинаешь жалеть о наличии тела – энергополевые образования, коими и являются мои "зверюшки",  условностями наших трех измерений не ограничены. Я сам "накинул маску" и вошел в тускло освещенный зал ожидания. Отчасти, замаскировался на всякий случай (вдруг неконтролируемая трансформация где «полезет»), но больше для того чтобы не оставаться в памяти у персонала и попутчиков. "Маска" это своего рода внушение, дабы всякий встречный-поперечный видел только то, что тебе нужно или не видел совсем.
Проблем с билетами не было и вскоре, мерно покачиваясь, на вполне приличном асфальте межгорода, автобус уже уносил меня в нужном направлении. Ну а знание, вернее чувствование куда надо двигать в подобном случае, было неотъемлемой частью работы. И встроенной опцией всех, кто служит на грани миров.
Несколько часов и пару сотен километров спустя, ерзанья в автобусном кресле (как всегда перед "охотой" у меня был страшный шкуроход),  попросил водителя тормознуть у развилки. Там к трассе примыкала изрядно заросшая лесовозная дорога. Ближе на цивильном транспорте к точке перехода не подобраться. Дальше − следующие километров эдак восемьдесят − только своим ходом. По карте выяснил, что просека вела к старому леспромхозу, но с тех пор как он благополучно загнулся, желающих здесь поездить, по всем приметам, особо не находилось. Это, пожалуй, к лучшему и дорога какая-никакая (пусть и не вполне по пути, но так хоть все время по буреломам не продираться), и вероятность какой-нибудь шальной встречи минимальна.
Углубившись в лес достаточно для того чтобы гарантированно укрыться от случайного взгляда, скинул всю одежду и обувь, тщательно упаковал и это барахлишко в плащ-палату, снова закрепив концы получившего тюка, перекинул его через плечо. И, запустил трансформацию. Не волей, но взрывом, водоворотом самых сильных и ярких эмоций, − когда одновременно и люблю до безумия, и ненавижу до смерти, − я вызвал сильнейший адреналиновый всплеск. Заныла каждая мышца и даже каждая кость, а побежавший по жилам огонь, будто бы сжигал прежнюю оболочку. Через дикие судороги и безумную, но такую сладкую боль происходило мое обращение. И я, как всегда, потерял сознание раньше, чем тело преобразилось полностью.
Очнувшись, а через какое-то время и очухавшись, ощутил присутствие своих "песиков". Те радостно клубились вокруг на грани проявления, то и дело, устраивая между собой грызню − всем скопом набрасывались на того, кому досталась хоть капля моего внимания, пусть даже в виде раздраженного энергетического щелчка. Они " ластились и подлизывались", заискивающе-возбужденными эмпатическими эманациями. С наслаждением потянувшись, я привел мышцы в тонус, одновременно приноравливаясь к изменившимся пропорциям тела и форме ног. А преобразившиеся органы чувств доставили почти экстатическое наслаждение – словами не предать, как же приятно ощущать окружающий мир в несчетном множестве оттенков запахов и обертонов звуков. Тут и пряно-грибной аромат преющей лесной подстилки, и духмяное благоухание разнотравья, растущего под кружевным пологом вековых деревьев. Даже острый мышиный запах и тот имел свою прелесть, не говоря о том, что чуял и слышал я зверье и покрупнее. Даже промозглая лесная сырость перестала беспокоить, − август-то в этом году выдался на редкость холодным и дождливым, но отросшая шерсть отлично защищала от всяких погодных сюрпризов.
Итак, освоившись в новой "шкуре" окончательно, и мысленно свистнув своре: "Вперед", рысью побежал в направлении открытого перехода. "Псы" не вели меня – в этом не было необходимости. Хотя по природе своей созданы чувствовать разрывы ткани бытия и всякого кто этот разрыв недавно перешел.
А не нужно это было, во-первых потому, что тутошний переход был стабильный (пусть и мерцающий) и здесь был его постоянный "адрес". Существование его поддерживало само место – обыватели про такое обычно еще пафосно говорят Место Силы. Ну да, аномальная гравитация сила мощная. А во-вторых, для стражей грани миров и охотников, отлавливающих нелегалов, любой переход как тот же маяк – мы просто чувствуем  волны, испускаемые такими порталами.
И вот я бежал, "настроившись" на эту волну и выбросив все лишние мысли из головы. Что было несложно – мозг при трансформации тоже меняется. Бежал, наслаждаясь запахами леса, стряхивая, с травы густо растущей на просеке, мириады капель, сверкающих бриллиантами, после недавно прошедшего дождя.
Лесовозная дорога начала заметно забирать влево и с нее пришлось сойти. Дальше двигался уже по вековой тайге. То и дело стали попадаться поваленные деревья и целые буреломы, напрочь непроходимые из-за зарослей лиан. Но это были "цветочки" - впереди ждало болото, обходить которое будет сильно далеко и долго. Так что, спустившись ручьем по небольшому распадку, моему взору открылась обширная заболоченная низина. Делать нечего, закрепив повыше сверток с вещами, "поигрался" с гравитацией и уменьшив собственный вес, пошлепал по колено в воде, но вскоре брести пришлось уже по пояс. Хорошо хоть лето − "вот такое хреновое лето", − и температура болотной жижи была вполне терпимой, но до спа-процедур, откровенно не дотягивала. Эх, вот бы "по морю аки посуху", но чудеса такого класса по статусу не положены, и, стало быть, никто, мне столько энергии не выдаст, что бы компенсировался все килограммы. А вот так попусту вбухивать весь собственный энергозапас, давила очень жирная "жаба".
Солнце заметно склонилось к западу, когда я, наконец, выбрался на твердую землю. Оптимизм внушало то, что до цели было уже рукой подать. Очень уж не хотелось напугать "гостя", явившись ему, во всей красе, в кромешной тьме лесной ночи. "Работодатели" предельно четко разъяснили − этого только надо проводить до "выхода к дому".  Поскольку путешественника с "визой" угораздило прийти через ниппельный переход (есть и такие − как бы парные, но каждый в отдельности работает только в одну сторону). Уяснить-то я уяснил, но быть провожатым, откровенно говоря, не вдохновляло, − считай, работа есть, а оплаты не предвидится. Ведь охоту запретили, а без нее ни мне, ни собачкам энергии, что является для нас самой вожделенной «пищей», не видать как своих ушей.
И это ж надо было – заполучив разрешение, «гость» рыпнулся куда-то переться, не зная, что да как! Короче, все детали данной "операции" разжигали во мне дичайшее любопытство – кого ж такого, особенно ценного мне предстоит сопровождать.
Переход был совсем близко, так что даже волны мурашек пробегали по шкуре, ощетинивая шерсть. А "собачки", что тусовались в непосредственной близости передали образ, как это турист-горемыка, при помощи какого-то артефакта пытается запустить переход на выход. По виду гость оказался самым что ни на есть эльфом – высокий рост, стройное телосложение, изящные черты лица, исполнены благородства и непременные острые уши. Ну, так, самую малость заострённые – ничего подобного "беличьим локаторам", которые рисуют некоторые фэнтэзийные художники.
Поразмыслив, что даже среди бела дня этот утонченный индивид вряд ли обрадуется оборотню, так же через эмоциональный триггер запустил обратную трансформацию, хотя и не полную. В основном руки и лицо – вариант максимально приближенный к антропоморфному. Ноющая и одновременно острая боль электричеством пронзила меня, но это можно было стерпеть. Прочувствовав как кости черепа постепенно изменились, а хищный, клыкастый оскал снова стал (ну почти) дружелюбной человеческой улыбкой. Я перевел дух и соскрёб лишнюю растительность со лба и щек. Натянул одежду – вроде вид стал вполне приличный. Если, конечно, судить по категории бомжа – брюки и даже рубаха мигом промокли и пошли разводами от мокрой и грязной после болота шерсти. А запах... "Благоухание" мокрой псиной, довершало образ.
Бесшумно приблизившись, некоторое время рассматривал гостя собственными глазами и внимательно принюхивался (опцию обоняния оставил без изменения). Точно эльф, причем чистокровный. Запах этой генетической линии, что лишь порой и лишь отчасти улавливается кое у кого в человеческом роду, здесь ощущался во всей полноте.
В это раз я скинул "маску" − чего прятаться-то? − и направил мощный мысленный посыл: "Спокойно, свои. Помощь пришла!" Делать так приходится не часто − подавляющее большинство моих "клиентов" нелегалы и стараются побыстрее и подальше свалить от места перехода. Он как ужаленный подпрыгнул с чего-то, что я классифицировал как походный короб (на котором гость и восседал), стал настороженно озираться. Эмпатически излучая: "Спокойствие, только спокойствие", − вышел из-за дерева в поле его зрения. Со спокойствием получилось не особо – выдав острую волну паники, он попытался дать стрекача, но "собачки", материализовались позади него, черным пульсирующим облаком, сверкающим дьявольскими желтыми огнями, и отрезали пути к отступлению. Еще увеличив интенсивность успокоительных посылов, присовокупил вереницу образов – дескать, я местный "пограничник" (насчет "охотника" уточнять не стал, но похоже по своре адских гончих, маячивших за его спиной, эльф и сам догадался) и мне поручено проводить тебя до дому. Здесь выйти нельзя – работает только в одну сторону.
Это сработало, и страх понемногу отступил, а когда и свора "растаяла", остроухий тяжело опустился обратно на свой кофр, испытующе глядя на меня. Но рассиживаться сейчас было некогда – другой переход далеко и до темноты надо преодолеть хоть часть пути. Однако в том, что именно этот эльф хороший ходок по лесу у меня были вполне обоснованные сомнения. Поскольку одежда на нем была влажной, а грязь свидетельствовала, что это был совсем не дождь (прошедший еще утром).  Он, похоже, по грудь провалился в яму или болото. Так что мысленными образами и жестами я стимулировал его подняться и двигать следом. Что незадачливый путешественник и сделал, набросив на плечи, хоть и небольшой, но, по всем приметам, довольно тяжелый кожаный ящик.
Впрочем, топал "товарищ" вполне шустро – это позволяло ему хоть как-то согреться (подрагивающие синие губы явственно свидетельствовали, как он замёрз), и до сумерек мы одолели несколько километров. Выбрав у большого ручья подходящее место, жестом скомандовал ему «привал» и отправил собирать валежник посуше. Благо его окрест валялось более чем достаточно, а энтузиазма у продрогшего бедолаги было еще больше. Сам же вечернюю зорьку использовал с максимальной пользой – соорудив мардушу, наловил на ужин в заводе приличных карасиков. Так что опустившуюся темноту, вполне уверено разгонял весело горящий костерок, а голод прогнали запеченные в глине и на углях караси. Хотя этот, поначалу и воротил нос от такого кушанья. Даже извлек из недр своего "чемодана" (он бы еще с сундуком в лес пошел) какой-то сух пай, завернутый в пергаментную бумагу. Но разнюхав, как пахнет свежая рыба, завернул все и убрал обратно. А травяной чай с шоколадом просто-таки привели его в восторг.
После того как голод был утолен, а эльф наконец просох и перестал дрожать, можно было подумать и о более близком знакомстве. Как я понял в телепатическом общении он достаточно сведущ. Конечно, чтобы обсуждать какие-то абстракции с тонкими оттенками смысла, "понималку" нужно еще калибровать и калибровать, но транслировать друг другу простые картины "из жизни современного общества" мы уже вполне могли.
С непомерной заносчивостью и изрядной долей снисхождения − я де вам, звери, покажу, как живут настоящие люди − гость начал первым. У меня же в ходе всего "показа" на самой грани сознания назойливо крутилось – "Истинный ариец. Характер нордический, выдержанный. С товарищами по работе поддерживает хорошие отношения. Безукоризненно выполняет служебный долг".
Вопреки ожиданию, навеянному книгами и фильмами, жили они совсем не в лесу и техникой не пренебрегали. Небольшие, очень зеленые города, с домами в три-пять этажей, есть паровозы, пароходы, дирижабли, но и конная тяга в ходу. Даже электричество, и то знают – улицы и дома освещены фонарями, а жители пользуются электроприборами.
Один такой образчик мне даже удалось в руках подержать. Когда совсем стемнело, мой визави, перебирая свои закрома, достал из кофра деревянную коробочку, украшенную латунными накладками и вставками, размером чуть больше мыльницы. А когда он щелкнул на ее боку одной из бронзовых бобышек и стал крутить другую, до меня дошло что это радио. Выразив заинтересованность, попросил, и с изрядной долей опасения, получил-таки в руки этот приборчик (иномирный гражданин свое отношение совсем не таил, и откровенно считал меня ну максимум сильно поумневшим животным). Не особо борясь с искушением, я, с истинным наслаждением, подорвал устои его мироощущения – взял и настроил приемник на первую попавшуюся радиоволну. Из динамика послышались звуки какого-то клубняка, − зуб даю, встрече с драконом эльф удивился бы меньше. Расковыривать приборчик не стал, хотя хотелось сильно, но даже внешний осмотр и мысленное сканирование, позволил понять, что техника сия ламповая, хоть лампы и микроскопические.
Достигнутый успех следовало развить, и я добил его, "продемонстрировав" до чего у нас дошел прогресс – телевидение (впечатлило не так сильно, как я надеялся), компьютеры, двигатель внутреннего сгорания. А вот ракеты, самолеты, подводные лодки у пришельца вызвали чисто академический интерес. С эльфийской точки зрения это все было не целесообразно и мало практично.
Короче, ретроспективно ознакомившись через меня с нашим миром, иномирянин погрузился в глубокие раздумья. А я в не менее глубокий, но все равно чуткий сон оборотня.
Утром, подкрепившись его сух паем и моим шоколадом, отправились дальше.
Этот Переход, вернее ниппельная пара, имели еще одну особенность – один открывался только после того как полностью закроется другой. Хотя и могли оба практически бесконечно долго висеть в промежуточном состоянии – "ни жив, ни мертв", не открыт, не закрыт. Вот и следовало поторапливаться, что бы оказаться на месте вовремя. А до места еще топать и топать.
И ведь добраться ж без приключений так и не удалось.
Ручей, вдоль которого мы шли все это время и который уже расширился до размеров небольшой речушки, резко изменил направление, преградив дорогу. Благо на самой излучине, попрек русла лежал ствол упавшего дерева – течение подмыло корни, и здоровенная береза рухнула, образовав собой вполне приличный мост. Но как оказалось кому мост, а кому коварная западня – эльф поскользнулся на мхе и, не удержав равновесие − вот писаки, горазды ж врать про эльфийскую ловкость!− плюхнулся в бурлящую бурунами воду. Делать нечего – скинул тюк и прыгнул следом. Кто его знает, вдруг плавать не умеет, а при особом везении утонуть можно и в луже. Когда мы выбрались на берег его снова начала бить дрожь.
Не питая уже совсем никаких надежд на крепость его здоровья − пути еще минимум несколько часов и если этот свалится с температурой, совсем не дойдем, а таскать эльфов на себе я однозначно не нанимался.  В пожарном порядке бросился собирать валежник, благо совсем неподалеку был большой залом – сверху древесина сыровата, но внизу само то!
Сложив большущий костер, растянул плащ-палатку между деревьями в нескольких метрах от огня с наветренной стороны. Стягивая с себя одежду, скомандовал и этому недоразумению тоже раздеваться: мыслями, жестами и звуками − стимулирующе рыкнул, короче. Не тут-то было – он засмущался как девственница (хоть и дрожал как осиновый лист). Я отвернулся, всучив ему свою ветровку, она от греха подальше и ради чистоты путешествовала внутри тюка. Хотя, сдавшись любопытству, глянул одним глазков – вдруг и правда есть чего смущаться. Нет. Ничего "такого" не было. На теле не наблюдалось даже обычной для мужчин растительности на груди, руках и ногах.
Эльф сел поближе к огню на корточки и поплотнее запахнул штормовку, а я стал развешивать нашу мокрую одежду на воткнутых в землю рогулинах. Знаток моды из меня так себе, но то, что вещи "туриста" не ширпотреб было понятно с первого взгляда. Куртка, похоже, шелковая (ткань гладкая и блестящая, несмотря на искусно вытканный узор, а плотности позавидует любая брезентуха), да и кроя такого встречать не доводилось. Множество кусков, состыкованных по непостижимой для меня логике, в итоге идеально сидели на его фигуре, еще столь же необычный капюшон и как апофеоз - никаких пуговиц, только завязки и пряжки. Нательная рубаха из очень тонкой и мягкой шерсти, а штаны (нечто среднее между шароварами и галифе) тоже вроде шерстяные, но из ткани посерьезней с шелковым блеском. И все, все это было сшито руками (какой бы я не был "дуб", но ручной шов от машинного отличить в состоянии).
Просушка в общей сложности заняла около часа, к счастью у нас этот час был. Но далее шагать пришлось в ускоренном темпе. Попутчик, то и дело тяжело вздыхал, что-то ворчал по-своему и "посылал" мне в спину самые нелестные мысленные эпитеты. Плевать, время-то поджимало.
Чутье меня не подвело и на полянку окруженную деревьями с перекрученными стволами − верный признак перехода! − мы вышли точно в тот момент, когда по пространству пошла словно бы рябь; так дрожит в очень жаркий день воздух, а следом, прямо из воздуха, материализовался светящийся белый туман. В принципе, если не "трогать", то пройти в эту "дверку" запросто не удастся, и через какое-то время он (переход) так же бы и рассеялся.
Эльф поспешно сбросил свой кофр и судорожно достал из него несколько приборов. Стал на них что-то крутить и настраивать. Жестами и предельно четким мысленным посылом приказал ему убрать свое оборудование. Ой, не доверяю я неизвестным иномирным артефактам, особенно если до конца не понимаю, чего они могут и как работают, − а ну как оружие? В этот раз «гражданин» мирный попался, но персонажи поагрессивнее, какой только магической техникой в меня не тыкали, на предмет тотального уничтожения.
Пришелец нехотя, но подчинился. В немалой степени, к этому его подвигли мои "пёсики", которые тут же начали активно проявляться − как так, кто-то не слушается их хозяина!
Переход я открыл сам. Голыми руками, ну то есть сформированной гравитационной линзой, естественно. И снова высокомерная мина на прекрасном эльфийском лице сменилась откровенным потрясением, а в мыслях пронесся почти что ураган: «Невероятно, какой-то зверь и способен вот так, без всяких артефактов поколебать грань миров».
Бросив на меня долгий прощальный взгляд, в состоянии глубочайшего потрясения гость удалился, нырнув в белые воды междумирья. Предварительно все же потыкав, одним из своих приборов в "створ" перехода.
Всё! Работа была выполнена, а поскольку миндальничать больше было не перед кем, снова сбросил одежду и снова трансформировался – так оно сподручнее, ведь до ближайшего населенного пункта с автобусной станцией километров шестьдесят и все лесом.
 
5.04.2018

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования