Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Hlad - Мастер Ито

Hlad - Мастер Ито

 
Длинная извилистая дорога тянулась вниз. Она казалась бесконечной, уводящей в неведомо куда. Вадим старался не думать о том, что придётся идти обратно в гору таким же путём, не имеющим ни конца, ни края. Удивительно, но асфальт тут никто отчего-то не положил, хотя дорогой явно пользовались часто. Благо на обочинах росли высокие раскидистые деревья, и летняя жара от этого не казалась такой испепеляющей. Мужчина мог бы взять такси, но, судя по карте, вскоре предстояло пробираться по местным тропам, куда машина всё равно не проедет, а пройтись немного пешком час назад казалось отличной идеей.
Вскоре показалась развилка, которую легко можно было бы пропустить, если ехать на большой скорости и не знать наверняка, что она тут есть. Дальнейший путь напоминал путешествие по лесу, но Вадима это устраивало. После шумных городов окунуться в кусочек нетронутой природы – истинное счастье. Цикады наполняли своим стрекотанием всю округу и, порой, невозможно было услышать ни пения птиц, ни шума листвы. Отчего-то эти звуки не раздражали, а, наоборот, успокаивали.
Привычным жестом мужчина слегка ударил указательным пальцем по кнопке у виска, и его взору предстала карта с нанесёнными отметками и надписью внизу: "До места назначения два километра". Никаких признаков цивилизации не наблюдалось и, если бы не уверенная тропа, то могло показаться, что поблизости люди и не живут.
Через некоторое время Вадим снова включил карту. Оставалось восемьсот метров, совсем немного. Половину экрана резко перегородила яркая зелёная мигающая реклама. Мужчина с раздражением щёлкнул по кнопке и глазам снова предстал умиротворяющий пейзаж. А ведь височный модуль ему выдали на работе, все программы там строго лицензионные и должны стоять фильтры от рекламы и прочих отвлекающих вещей. Везде эта гадость просочится.
Наконец показались стены деревянных домов. Негромко залаяла собака, откуда-то из глубины поселения послышались приглушённые голоса. Тропа, к этому времени уже довольно широкая, плавно соединилась с вытоптанной деревенской землёй. Из людей пока никто на глаза не попадался, и Вадим уверенно двинулся вглубь обжитого лесного оазиса. Цикады по-прежнему надрывались, но совершенно не тревожили привыкший к ним слух. Справа раздался мелодичный лёгкий звон стеклянного колокольчика, затем ещё одного, но уже чуть дальше. У высокого кряжистого дуба играла с собакой девочка лет пятнадцати. Симпатичная, стройная, с длинными прямыми чёрными волосами и в коротком летнем платье. Единственное, что немного её портило – явный биоэлектрический протез ноги, хотя современные технологии позволяли его максимально маскировать. С другой стороны, некоторые люди не могли себе позволить косметического сращивания с кожными тканями, но почему-то в Японии Вадим такого увидеть не ожидал. Эта страна издавна славилась своими развитыми технологиями, щедро снабжая свой народ различными электронными и механическими новшествами.
Из-за ограды ближайшего дома показалась женщина в возрасте и, заметив чужака, заметно разволновалась. Мужчина улыбнулся, лёгким движением пальцев включил на модуле межъязыковой режим и непринуждённой походкой направился в сторону японки.
– Здравствуйте, – бодрым голосом, не переставая улыбаться, сказал Вадим. – Я турист и случайно узнал про мастера Ито и его изобретения. Он ведь тут живёт, верно?
В ответ недоверчивый и по-прежнему взволнованный взгляд. В окне дома напротив показалась чья-то голова, но тут же скрылась из вида. Мужчина понимал, что произнесённые им слова со стороны кажутся механическими и от того немного отталкивающими.
– Простите, мне сказали, что могу найти его в этой деревне. Не хотелось бы возвращаться ни с чем. На улице такая жара, да и ходьба меня порядком измотала… – Вадим достал из рюкзака фотоаппарат. – Мне бы несколько кадров сделать и, может быть, сувенир у него купить.
– Я вас провожу, – сказала подошедшая девочка, которую мужчина заметил ранее. Собака крутилась у её ног и исподлобья поглядывала на незнакомца. – Нам туда.
Японская речь, моментально переводимая модулем, звучала неестественно, и каждый раз приходилось привыкать. Деревня оказалась достаточно большой, просторной, навевающей мысли о духе старины. Домам явно не так уж и много лет, но они, видимо, были построены в стиле девятнадцатого века или около того. Мужчина за всё время пребывания в этой стране не переставал удивляться, как тут так гармонично уживаются Япония старинная, недалёкого прошлого и современная. Словно некоторые уголки страны настолько пропитались традициями, что искоренить их могло только полное уничтожение.
По дороге попалось ещё несколько человек, но все они держались поближе к своим жилищам и молча провожали незнакомца взглядами. Мужчину это нисколько не тревожило, он нацепил маску беззаботного интереса и старательно изображал туриста-путешественника, пару раз даже сфотографировал по пути местный пейзаж. Перед одним из заборов девочка остановилась и указала пальцем на дом.
– Тут живёт Ито-сан.
– Спасибо.
Вадим подошёл к забору и хотел позвать хозяина дома, но тот в эту же минуту вышел сам. Мужчина в тёмно-синем хаори с короткими седыми волосами и смуглым выразительным лицом. Вид у него казался грозным и властным, такого типа люди часто стояли во главе крупных компаний.
– Простите, вы тот самый мастер Ито, который делает необычные сувениры?
Японец долгим взглядом осмотрел туриста. Выражение его лица оставалось по-прежнему суровым, недружелюбным.
– И что вы хотите?
– Немного побеседовать, сделать несколько фотографий для друзей, – Вадим похлопал одной рукой по фотоаппарату, – и купить что-нибудь на память.
– Что же, проходите, – после недолгого раздумья ответил хозяин дома.
За забором раскинулся небольшой сад с низкими деревцами, маленьким декоративным озером посередине и скамеечкой рядом. Почти у самого входа находился невысокий каменный фонарь. Всё довольно просто и аккуратно. Перед большим деревянным домом, в который вело несколько ступенек, раскинулась просторная терраса. Хозяин повёл гостя на задний двор, где, по его словам, располагалась мастерская. Глазам Вадима предстала небольшая постройка сверху донизу наполненная многочисленными деталями разных сортов и видов. Мужчина присвистнул от увиденного, зрелище на самом деле было необычное.
– Сколько тут всего. Давно этим занимаетесь?
– Уже много лет.
Вадим сделал вид, что увлечён рассматриванием содержимого постройки, а сам искоса следил за хозяином. Надо сказать, японец держался уверенно, ничем не выказывал растерянности или неудобства.
"Может быть, я ошибся? – подумал мужчина. – Всё равно это лишь мои догадки".
До этого агент ещё ни разу не ошибался. Если уж он шёл к своей цели, то, как правило, всегда её достигал. В Японию Вадим приезжал уже второй раз. Вначале он посетил Осаку и вроде бы все пути вели туда, но, увы, следы резко обрывались и, пробыв там с месяц, мужчина вернулся на родину ни с чем. Но сдаваться агент не собирался, поэтому изучал все хоть сколько-то интересные материалы и случайно наткнулся на пару статей на местных сайтах Киото. В них рассказывалось о неком мастере Аоси Ито, который жил в глухой деревне и раз в месяц приезжал в город, чтобы продать свои необычные игрушки. Надо сказать, что его изобретения отличались особым взглядом на вещи. Утончённые, с уклоном в традиционную культуру старой Японии, необычные вещицы сметали с прилавка мастера в считанные часы. Механические и электронные сувениры выглядели чуть грубее штампованных фабричных поделок такого рода, но в этом и заключалась часть их притягательности. Ито-сан придумывал необычных существ или брал за основу мифологических персонажей, наделял собственным характером и вдыхал в них жизнь при помощи миниатюрных генераторов. Они издавали звуки, выполняли ряд нехитрых движений, но при этом казались настолько естественными, словно живыми. В статьях говорилось, что все детали старик собирал на свалках или покупал у торговцев на развалах за символическую плату. В итоге мусор превращался в раскрашенных вручную причудливых созданий, которые притягивали к себе взгляды каждого проходящего мимо. И всё бы ничего, вот только в статьях упоминалось, что старику уже девяносто один год, продавать поделки за него теперь приезжает кто-то из деревенских. Несмотря на возраст мастера, изобретения со временем стали получаться только лучше, необычнее, интереснее. Старику более девяносто лет, а у него открылось второе дыхание? Сделав несколько звонков, Вадим узнал, что тот самый Аоси Ито скончался три года назад. Старик, который долгие годы проработал в небольшой компании в Токио инженером-конструктором, оставил после себя единственного сына. Но тот, в отличие от отца, склонности к изобретениям совершенно не имел, всю жизнь проработав служащим в торговой компании. Старшего Ито не видели уже давно, но слухи о нём продолжали проскальзывать на киотских форумах, где туристам советовали обязательно побывать в такой-то день в таком-то месте, чтобы заполучить себе удивительную игрушку. Про его сына почему-то никто не упоминал.
Такая, вроде бы, ерунда, но Вадим ухватился за эту мелочь как за соломинку и направил письмо руководству, чтобы ему предоставили ещё одну возможность найти цель. Начальство раздумывало долго, но, в конечном итоге, дало "добро", уточнив, что эта командировка в страну восходящего солнца будет последней. Агент понимал, что на дело многолетней давности всем уже наплевать, хотя и значилось оно под грифом "Совершенно секретно".
– Скажите, Ито-сан, вы, правда, делаете всё это уже много лет? – Вадим вертел в руках замысловатый механизм, который, судя по форме, в будущем должен превратиться в кирина или что-то вроде того. – Я видел фото в интернете…
– Я перенял дело отца, точнее, его увлечение, – сказал японец уверенно и непринуждённо. Даже глазом не моргнул. – Имя отца знают многие в Киото и окрестностях, поэтому не видел смысла уточнять каждому туристу, что теперь за почившего делает игрушки его сын. К тому же меня до сих пор не покидает чувство, что эти… сувениры принадлежат руке того самого мастера Ито, словно это он направляет меня при их создании.
– Вот как. Всегда считал, что подобные вещи делают только люди с особым талантом. Те, которые стараются связать свою жизнь с тем, что их так привлекает и интересует. Не подскажите, где работали до этого?
Непроницаемая маска хозяина дома дала трещину. Всего на секунду, но он заколебался, видимо, почуял подвох. Этой секунды агенту вполне хватило.
– У вас точно нет помощников? – вкрадчиво спросил Вадим.
Ито-сан хотел ответить, но задняя дверь дома приоткрылась. В проёме показался мужчина явно не японской наружности. Одет он был в просторные тёмные штаны и белую рубаху, чьи широкие рукава были подвязаны верёвками. Его правая рука оказалась перебинтованной вплоть до кисти. На лицо падала тень, но Вадим сразу приметил, что с незнакомцем что-то не так.
– Эти игрушки делаю я, – раздался голос с лёгкой хрипотцой. – Мастер Ито научил меня основам.
Хозяин дома напрягся при виде вышедшего человека и переводил встревоженный взгляд с него на прибывшего туриста и обратно.
– Мы можем поговорить? – спросил Вадим и улыбнулся.
– Всё в порядке, Кадзуо-сан, – обратился человек к хозяину дома. – Если не возражаете, то мы немного побеседуем на заднем дворе.
Японец немного помедлил, затем коротко кивнул и вошёл в дом. Человек с перебинтованной рукой жестом указал на небольшую беседку. Вадим уселся на предложенную скамейку и внимательно посмотрел на собеседника. Его лицо оказалось испещрённым тонкими линиями, похожими на неестественные морщины, хотя на вид он выглядел лет на тридцать пять, не больше. Левый глаз был более тусклым, словно выцветшим. Больше ничего андроида в нём не выдавало.
– ВИА БМ-56, правильно?
– Да. Вадим Николаевич Перевезенцев, верно?
Мужчина вздрогнул. Как он смог опознать его под маскировкой? Вместо ответа робот вытащил из кармана штанов паспорт агента и протянул ему обратно.
– Но как?.. – начал Вадим и тут же сам ответил. – Девчонка, да? Между прочим, кража документов – уголовное дело.
В маскировке смысла уже не было, поэтому мужчина набрал код на браслете правой руки, и его лицо в считанные секунды изменило черты. Временную внешность он, конечно, мог оставить, но смысл маскарада всё равно пропал. Да и деформация черт хоть и галаграфическая, но словно создавала на лице неприятную плёнку и вызывала постоянный дискомфорт.
У всех боевых моделей высокоинтеллектуальных андроидов – они же ВИА – имелась база исключений. В неё входили данные о людях, которым роботы ни при каких обстоятельствах не должны были навредить. По этой же причине Вадим решил скрыть внешность перед встречей и виной тому послужили неприятности, произошедшие двенадцать лет назад.
Довольно давно лучшие учёные, инженеры и конструкторы в России изготовили первых в мире боевых андроидов, правительство успешно внедрило их в войска и использовало чаще всего в качестве киллеров. Идеально схожая с человеческой внешность, развивающийся интеллект и беспрекословное выполнение приказов. Почти всех инновационных солдат, – а создано их было тогда всего десять, – раскидали по миру. Если требовалось устранить определённого человека максимально тихо, быстро и незаметно в той или иной точке планеты, то это поручали андроидам. Никаких следов крови, отпечатков пальцев, даже людей с такой внешностью не существовало, поэтому найти виновников инцидентов попросту не представлялось возможным. Но всё это происходило в разгар технологической войны, когда утечки данных о тех или иных изобретениях и открытиях исчислялись десятками по всему миру. В то время народ был нервный, недоверчивый и пытался устранить угрозу всеми возможными способами. Чтобы данные не попадали в руки врагов, Россия выбрала абсолютно новый путь. Но об андроидах всё равно прознали довольно быстро, и одна ушлая страна тут же создала закон о запрете использования нечеловеческих разумных существ в конфликтах с возможным убийством людей. Многие страны закон поддержали, поэтому андроидов пришлось потихоньку отзывать.
И всё бы ничего, но по прошествии первого года у четырёх из десяти боевых моделей случился сбой. Они начали убивать людей из базы исключений или просто гражданских, которые по тем или иным причинам находились в лаборатории, где держали роботов. Дистанционно перепрограммировать они себя не давали, их внутреннюю защиту обойти никому не получалось. После этого инцидента приказано было ликвидировать всех андроидов, тем более что два из них до сих пор находились за границей. С выдающимися разработками и ресурсами, как в России, и правда создать новых техно-солдат представлялось проще, чем возиться с неожиданным браком.
Вадим Перевезенцев лично устранил двух андроидов, один из которых попытался на него напасть. Надо сказать, что противостоять такому противнику оказалось гораздо страшнее, чем обычному человеку. Боевая модель имела широкую программу по ведению боя, обладала большой силой, высокой реакцией и, самое главное, интеллектом. Видимо, именно последнее, так успешно развивающееся, помешало деактивировать андроидов удалённо. Чуть позднее было разработано устройство, выводящее роботов из строя в считанные минуты, поэтому вместо группы захвата для устранения оставшегося брака хватало и одного человека.
Тогда уничтожили всех техно-солдат, но одного, который в то время находился в Осаке, не нашли. Он просто сбежал и растворился в стране восходящего солнца бесследно. После пяти лет бесплодных поисков и отсутствия тревожных вестей из Японии, правительство официально посчитало андроида уничтоженным и благополучно закрыло на всё глаза. С тех пор минуло ещё семь лет и всё это время один из немецких учёных – профессор Нойманн, – который был в числе разработчиков тех самых боевых моделей, не терял уверенности, что ВИА БМ-56 функционирует и как-то приспособился к жизни. Его многочисленные идеи и догадки заинтересовали Вадима, чья должность значилась как агент-исследователь с особыми обязанностями и именно исследовательская сторона взяла над мужчиной верх.
– Подумать только, – говорил профессор Нойманн, – если выяснится, что андроиды с развитым интеллектом могут сосуществовать наравне с людьми, это же окажется новой технической революцией! Представь, Вадим, роботы с набором стандартных программ уйдут в прошлое, их место займут настоящие помощники человека, а не дорогостоящие электронные игрушки.
Когда-то роботы, ходящие по земле, работающие на заводах были всего лишь частью научной фантастики. Но чем дальше развивались технологии, тем менее нереальным это становилось. Андроиды-няньки, уборщики, консультанты, и бюджетная версия для широкого круга потребителей – прислуга для мелких поручений. Их внешний вид разительно отличался от человеческого, функций, заложенных в электронный мозг, насчитывалось немного. Со временем доступность таких машин становилась всё шире и вот уже только ленивый или совсем бедный не приобретал для себя хотя бы одного помощника по хозяйству. Модели сменялись более новыми и усовершенствованными, старые за ненадобностью либо сдавались на металлолом, либо выкидывались. На окраинах городов по России нет-нет, да встретишь свалку андроидов, которых по частям, как некогда старые телевизоры, растаскивали на детали смекалистые люди. Власти пытались с техно-мусором бороться, но не особо рьяно, поэтому некоторые кучи металлолома всё равно не убывали.
"Скорее всего, мастер Ито детали отыскивал на подобных свалках, – подумал Вадим. – Видел как раз вчера такую. Видимо, даже в Японии с этим проблема".
– Я знал, что когда-нибудь за мной придут, – сказал ВИА БМ-56. – Ждал все эти двенадцать лет.
– Вот как. Скажи, как тебе удалось тут устроиться?
Андроид посмотрел на дом и улыбнулся.
"Интересно, что для роботов означают эмоции? – подумал Вадим. – Какое они им придают значение? В них заложены данные как себя вести в различных ситуациях, но сейчас он посмотрел на дом, явно "подумал" о чём-то и улыбнулся. Любопытно".
– Мастер Аоси Ито нашёл меня на свалке андроидов. Я тогда месяц прятался в лесу и понял, что некоторые детали требуют профилактики. Попытался разобраться, долго рылся среди брошенных роботов, но понял, что просто не знаю, что делать. В меня не заложили данные о починке себя или хотя бы андроидов моделей попроще, что, кстати, всегда казалось странным.
– Мог бы воспользоваться интернет-поиском.
– Я боялся, что таким образом меня засекут.
– Надо же, всё продумал, – хмыкнул Вадим.
– Не всё. Я совершенно не знал, что мне делать, куда идти, как существовать дальше. Раньше у меня была определённая цель, а когда её не стало…Я обрёл свободу, но совершенно не знал, что с этой свободой делать.
– Тогда зачем вообще сбежал? Вернулся бы на базу.
Андроид с какой-то грустью посмотрел на мужчину своими разными глазами и сказал:
– Я боялся, что меня снова заставят отыскивать и убивать людей. Или деактивируют, уничтожат, и тогда я полностью исчезну. – Он немного помолчал, а затем продолжил, – так вот, Ито-сан заметил меня и привёл с собой в деревню. Я не хотел рассказывать ему, кем был и что делал, но мастер извлёк из меня часть данных и сам обо всём догадался. Конечно, большая часть информации зашифрована, а что-то даже я не смогу раскрыть.
– И ты позволил случайному человеку копаться у тебя в мозгах, хотя сам не хотел ничего рассказывать? Что-то не вяжется.
Послышался короткий хриплый смешок.
– Ты не знал Ито-сана. Это был умный и находчивый человек, способный уболтать даже робота. Он с такой искренностью говорил, что ничего сложнее пылесоса не починит, что я ему поверил. Однако Ито-сан не стал ни уничтожать, ни выдавать боевого андроида. Его знаний хватило, чтобы перепрограммировать часть меня и получить доступ к куску свободного пространства, который он назвал "Воля". С тех пор я стал пользоваться именно этой своей частью, развивать её. Начал помогать мастеру по дому, а затем он научил меня делать электронные игрушки-сувениры. А ещё Ито-сан дал мне новое имя – Тетсуо.
"Какая чудесная история, – подумал Вадим. – Того и гляди слеза по щеке покатится. Бывший робот-киллер убегает от преследователей и начинает новую жизнь в качестве человека? Не верю я ему".
– Очень занятно, – сказал вслух агент и поднялся с лавки. – Советую попробовать себя в качестве автора мемуаров.
– И я бы не поверил в свой рассказ, – произнёс Тетсуо, по-прежнему сидя на лавке. – Происходило всё это не один год, и не сказал бы, что меня не боялись. Ито-сан вначале часто ссорился со своим сыном, которому идея жить рядом с роботом-убийцей не очень нравилась. Мы все прошли долгий путь, менялись, привыкали друг к другу. – Андроид ненадолго умолк, посмотрел на свою забинтованную руку, затем снова продолжил, – насколько бы хорош не был Ито-сан, но найти на свалке некоторые детали для меня он не мог, равно как и купить их. Думаю, в недалёком будущем меня ожидает смерть. А после неё мы все становимся равны.
– То есть, ты причисляешь себя к людям? – удивился Вадим. До этого ничего и близко похожего в истории не происходило. Андроиды – высокотехнологичные изобретения, даже способные думать и развиваться, они никак не могли сравниться со своими создателями.
– Конечно, нет. Но пока у меня не начали происходить деструктивные изменения тканей, заменяющих кожу, я выглядел как обычный человек. Когда я попал сюда, то сформировал новую цель – понять, что значит этим самым человеком быть. Это часть моего саморазвития.
– Допустим. И жители деревни тебя так просто приняли? Больше никаких сомнений, вопросов?
– Почему бы тебе не расспросить их? – пожал плечами Тетсуо, затем посмотрел на Вадима и улыбнулся, – если, конечно, ты не считаешь, что я поработил местное население и теперь использую их в качестве своей прислуги в отместку за то, как люди обходятся с нами.
Агент хмыкнул.
– Да ты никак шутишь.
– И, судя по твоей реакции, вполне успешно.
– Что же, я последую твоему совету. А ты…
– Я буду в мастерской. Не волнуйся, в таком состоянии всё равно далеко не убегу.
Вадим направился к дому, взобрался по ступенькам и позвал хозяина. Кадзуо-сан, ещё более хмурый, чем в начале встречи, спросил, что угодно гостю. Поначалу новый облик Вадима немного смутил японца, но ненадолго. Скорее всего, он догадывался, что "турист" имеет отношение к военным, а, значит, вполне мог поработать над своей внешностью.
– Хотел задать несколько вопросов, – сказал Вадим. – Ваш отец назвал андроида Тетсуо, правильно? Дал ему имя, научил ремеслу, поселил у себя дома. Немного странно, не находите?
Мужчина жестом пригласил устроиться на террасе. На низком столике хозяин дома выложил нехитрые закуски и чайник с двумя чашками. Вадим долго ёрзал, пытаясь принять удобное положение. Сидеть на подушках со скрещенными ногами оказалось для него настоящей пыткой.
– Мой отец всегда интересовался роботами, ещё когда они только стали появляться в магазинах. Тогда их сравнивали с бытовой техникой, хотя и сейчас эти фразы проскальзывают у людей, – Кадзуо-сан налил в круглую чашку чай и стал медленно вертеть её в руках. – Как думаете, если сделать что-то похожим на человека, наделить его неким разумом, то у этого создания появится судьба, на которую он сможет влиять?
– Не знаю, – честно ответил агент. В философских размышлениях он был не силён и не пытался этого скрыть.
– Когда Тетсуо только появился в нашем доме, отец много размышлял на эту тему. Вначале андроид находился в сарае, но понемногу мы все начали относиться к нему, как к члену семьи. Конечно, в самом начале, узнав о том, что мы приютили киллера, я не раз говорил, что нужно от него избавиться. Жена, когда ещё была жива, тоже сомневалась в разумности дел свёкра. Но отец с упрямством доказывал, что андроиду нужно дать шанс. "Зачем? – спрашивали мы. – Ведь он может погубить всех". Тогда он ответил, что если бы Тетсуо хотел убить, то давно бы сделал это, а не колол бы дрова по утрам, не таскал бы воду из колодца, не помогал бы ему в мастерской. Зачем это всё роботу? Вызвать доверие? Мы для него никто, незнакомые люди. Перебей он всю деревню сегодня и об этом узнали бы не раньше, чем через месяц.
Кадзуо-сан замолчал, выпил немного чая. Вадим слушал внимательно, время от времени поглядывая на мастерскую. Там внутри андроид сидел на низком стуле и с чем-то возился. Не знай точно, что это не настоящий человек, легко можно спутать.
– За двенадцать лет Тетсуо научился многому. Думаю, заметили ножной протез у девочки. – Агент кивнул. – Он сделал. Немного грубоватый получился, зато функционирует не хуже фирменных. Эта девочка, Юми – сирота, а приют не может позволить себе приобретать дорогие электронные протезы, тем более со сращиванием. Как только Тетсуо узнал о её беде, то сразу же сконструировал то, что вы видели. В приюте до сих пор думают, что с протезом помог Аоси Ито. Девочка летом часто приходит к нам в деревню, навещает своего спасителя. Когда умер отец, а за ним и моя жена, Тетсуо всегда находился рядом, и от этого становилось легче. Я чувствовал, что не один. Ведь что у меня осталось? Несколько вещей от далёких предков и этот дом, который содержу на пенсию, а наследников нет. И всё же хорошо, когда кто-то находится рядом, так чувство одиночество не настигает и не поглощает тебя.
Кадзуо-сан поведал, что Аоси Ито сравнивал андроида с ребёнком. После того, как часть сознания Тецуо была перепрограммирована, робот стал учиться всему. Как жить рядом с людьми, что делать и чего лучше избегать, как правильно говорить и, самое главное, запомнить, что вред людям причинять нельзя. Он словно переродился, начал путь заново, и сделал это добровольно.
"В этом что-то есть, – размышлял Вадим. – В начале эксплуатации андроид, насколько помню, выглядел менее… живым, чем сейчас со всеми внешними недостатками".
Казалось, что старый мастер вложил в найденного робота частичку себя. Передал нечто важное вместе со своими умениями, наставлениями. В искренности слов японца агент не сомневался, но, в любом случае, так всё оставить он не мог.
– Вы понимаете, что его пребывание здесь незаконно. К тому же, прежде чем отправиться сюда, мне пришлось аргументировать свою поездку, поэтому моё руководство знает, где я и с какой целью.
Кадзуо-сан ничего не ответил. Нужно принимать какое-то решение, но выбор явно тяготил его.
– С другой стороны, – продолжил Вадим, – я ведь мог ошибиться и никого здесь не найти. Всё-таки прошло уже двенадцать лет…
– Да-а-а, – протянул японец и отхлебнул из чашки чай. – За такое долгое время всё могло случиться. Да и люди на самом деле ошибаются часто, тут уж ничего не поделаешь.
Мужчины немного посидели молча на террасе. Цикады чуть поутихли, но всё равно продолжали свои бесконечные трели. Дул приятный тёплый ветерок, заставляя стеклянный колокольчик, прикреплённый к одной из балок дома, мелодично звенеть. Спрашивать других деревенских Вадим смысла не видел, ему и так всё стало ясно.
– Я вернусь завтра, – наконец сказал агент и поднялся.
– Можете переночевать в моём доме, – хозяин тоже встал.
– Спасибо, но вынужден отказаться. Скажу только пару слов Тетсуо и пойду.
Андроид ловко орудовал инструментами, то и дело подкручивая миниатюрные детали и пропуская через них ток для проверки. Заметив подошедшего агента, он положил недоделанную игрушку на стол и встал.
– Сейчас я уйду, но вернусь завтра. Посоветуюсь с профессором – одним из тех, что проектировал тебя – и вместе с ним что-нибудь придумаем. Не могу с полной уверенностью сказать, малейшее сомнение всё ещё остаётся, но, видимо, ты себя контролируешь прекрасно.
Тетсуо нахмурился.
– Что ты хочешь этим сказать?
– То, что твои собратья – те оставшиеся девять андроидов, теперь уничтожены. Ты знаешь, почему?
– Нет, я только случайно услышал про приказ ликвидации, поэтому и сбежал.
– Дело в том, что у четырёх из десяти случился сбой, и они начали убивать людей из базы исключений и просто гражданских, которые подвернулись под руку. Причину так и не установили, и на тот момент лучшим решением посчитали полную ликвидацию этой партии боевых андроидов. Профессор Нойманн предполагал, что сбой произошёл из-за долгого простоя роботов. Ведь ваша первоначальная задача… – Вадим запнулся. Отчего-то ему совершенно не хотелось произносить это вслух, словно правдивые слова могли обидеть Тетсуо. Всё же посчитав это полнейшей глупостью, агент продолжил, – убийство. Это ваша основа и ты до конца останешься тем, кем тебя создали. Это правда, от неё не уйдёшь.
Андроид молчал с минуту, видимо, "переваривал" новую информацию.
– То есть, у меня тоже может случиться такой сбой?
– Не думаю, – помотал головой Вадим. – Прошло столько времени, никаких признаков негативного поведения, так понимаю, не проявлялось.
– Но уверен ты не полностью.
– Врать не стану, малая доля сомнения, но имеется. В любом случае, я поговорю с профессором и там решим. Отвезти тебя в Россию вряд ли получится, а вот Нойманн сюда вполне может приехать. Конечно, всё это займёт какое-то время… Но ты прожил в этой деревне около двенадцати лет, за несколько месяцев ничего не изменится.
– Несколько месяцев… – повторил Тетсуо.
– Вот именно. Что же, вернусь завтра с вестями, – Вадим немного помедлил, а затем протянул руку и андроид пожал её.
"Ещё один небольшой эксперимент показал интересные результаты", – подумал Вадим и направился к выходу.
По дороге он попрощался с хозяином дома. На улице агент не встретил ни девочки, ни собаки, только несколько пожилых японцев высовывали головы из-за своих заборов.
Дорога назад по лесной тропе оказалась куда быстрее. Уже потихоньку смеркалось, поэтому Вадим, как только вышел к проезжей части, сразу же вызвал такси.
Как только агент вошёл в гостиничный номер, то сразу же выключил височный модуль, взял старенький смартфон, купленный год назад на барахолке, и набрал номер профессора Нойманна.
– Да? – раздался низкий мужской голос из динамика.
– Профессор? Это Вадим Перевезенцев.
– О! Как же я рад тебя слышать!
– Говорить можете?
– Да, да. Как раз дома и разговариваю по тому старому аппарату, что ты дал мне. Ну так что? – с нетерпением спросил профессор. – Нашёл андроида?
– Не то слово, нашёл.
Вадим пересказал Нойманну в подробностях всё, случившееся в этот день. Он поделился своими мыслями и впечатлениями и не стал скрывать, что андроид, которому дали новое имя, ему пришёлся по душе.
– Непередаваемое чувство, профессор. Словно я разговаривал с обычным человеком. И он шутил, понимаете? Это же новый уровень! Думаю, его действительно не уничтожить необходимо, а изучить.
– Вот! Я всегда говорил, что зря правительство приказало ликвидировать всех десятерых. Они уникальны! – воскликнул от души Нойманн. – Знаю, о чём говорю, ведь мы с лучшими мировыми умами разрабатывали этих андроидов. Тот сбой… Уверен, что смогу разобраться, в чём было дело. И смог бы ещё двенадцать лет назад, но ведь эти… – профессор выругался на немецком языке и Вадим тут же пожалел, что модуль с параллельным переводом сейчас выключен.
С Нойманном агент познакомился давно и сразу же понял, что этот учёный заслуживает большого уважения. Ни разу профессор не ошибся в своих теориях, всегда чётко и убедительно излагал мысли и внушал полное доверие. Он был одним из тех, кто в самый разгар технологической войны примкнул к людям, чьи методы борьбы считал наиболее правильными и наименее разрушительными. В какой-то степени профессор оказался прав, если учесть, какими нечестными и, порой, грязными методами пользовались в некоторых странах. За своих детищ немец всегда переживал и надеялся, что удастся начать разрабатывать "мирную" версию андроидов.
В итоге разговора они с Вадимом решили, что профессор прибудет в Японию месяцев через пять, чтобы не вызывать подозрений. Вначале остановится в Токио, а затем поедет в Киото. Обычная туристическая программа, сотрудники лаборатории часто разъезжают по миру в заслуженный отпуск. После этого Вадим со спокойной душой лёг спать. Он, как и профессор, больше исследователь, а когда после уничтожения двух андроидов узнал, что этого можно было избежать, то всерьёз задумался. Надо сказать, что доводы Нойманна были весьма убедительными и его рассуждения о развивающемся интеллекте роботов настолько заинтересовали Вадима, что взгляды свои он постепенно поменял. Жаль, что руководство не прислушивалось к умным мыслям немца. К тому же, если бы не влияние немца и погружение в его весомые теории, то Вадим, вполне возможно, не настоял бы на повторных поисках андроида ВИА БМ-56.
На следующий день, когда Вадим прибыл в деревню, то на улице встретил встревоженного Кадзуо-сана. Японец сказал, что у него имелся набор самурайских мечей, доставшихся от предков, и вот одного из них – танто – на месте не оказалось. Также он не смог найти и Тетсуо, который по утрам, как правило, занимался обыденными делами в саду.
"Неужели всё-таки сбежал?! – со злостью думал Вадим. – Это после всех тех слов, что наговорил. И зачем ему меч? Неужели сбой…"
Андроида искали все местные жители. Рыскали по лесу, звали, но всё было безрезультатно. Хорошо, что Вадим незаметно предусмотрительно поставил "маячок" на робота, руководствуясь золотым правилом "доверяй, но проверяй". Мигающий значок на карте показал место где-то в глубине леса. Туда агент решил отправиться в одиночку.
Пока шёл, Вадим отметил, что "маячок" не двигается.
"Может, он и не сбегал вовсе? Но всё равно что-то неладно".
Вскоре Вадим вышел на небольшую поляну, на которой он обнаружил Тетсуо. Андроид, как агент выяснил после проверки, отформатировал своё сознание, а тело проткнул мечом, разрезав много важных для функционирования деталей. Можно было сказать, что он умер, если в отношении роботов это слово вообще применимо.
"О нём такое, пожалуй, сказать можно", – подумал Вадим. В деревню он вернулся не сразу, да и торопиться смысла уже не было. Агент присел рядом с телом Тетсуо и смотрел, как по нему прыгают кузнечики и садятся беззаботные бабочки. Открытые глаза робота, один из которых казался выцветшим, смотрели в пустоту. Несмотря на то, что технически важные данные находились в основном в голове, восстановлению такой андроид не подлежал.
Ненадолго, но после того, как японец рассказал о пропаже Тетсуо, агент усомнился в искренности вчерашних слов, сказанных андроидом. Но что же привело к самоликвидации, да ещё и таким способом?
"Возможно, он испугался за то, что сможет навредить людям, когда услышал про сбой. Но ведь за двенадцать лет ничего не происходило. Профессор мог бы приехать, осмотреть его, проверить… Неужели это единственный логичный поступок с его точки зрения? И почему мне кажется, что если бы Тетсуо был человеком, то остался бы жив?"
Кадзуо-сан очень просил, чтобы Вадим не забирал андроида.
– Мы похороним его недалеко от деревни, – сказал японец.
Агент не стал возражать, для правительства робот всё равно уже давно умер. Только профессор очень расстроится, ведь он так рассчитывал на то, что его творение перевернёт в очередной раз мир науки. В какой-то степени Тетсуо это сделал, только об этом мало кто узнает.
Вадим понимал, что он, возможно, стал причиной такого конца. Но кто мог знать, что андроид так отреагирует на слова. Если только он сам не усомнился в том, что не причинит никому вред за эти несколько месяцев. Или Тетсуо знал ещё что-то, а, может, "чувствовал".
"Но за пять месяцев та самая малая вероятность могла произойти…" – пронеслась в голове Вадима мысль.
Агент уже шёл по тропе из деревни, когда его догнала та самая школьница. Собачонка снова крутилась у её ног и изо всех сил виляла хвостом. Японка протянула мужчине свёрток и, не дождавшись ответа, убежала назад. Протез и правда получился хорош, девчонка даже не прихрамывала.
В свёртке оказалась одна из игрушек – тот самый вчерашний кирин. На этот раз мифологическое создание обрело не только окончательную форму, но и пёстрые цвета. При нажатии на определённые кнопки оно издавало необычные звуки и выполняло множество движений. Таких естественных, непринуждённых, словно это и не электронная игрушка, а настоящее миниатюрное существо. Вадим выключил кирина и положил его в рюкзак.
Ему удалось скопировать некоторые данные из мозгового процессора Тетсуо. Совсем немного, но вдруг Нойманн что-то сможет с ними сделать. Эти данные система андроида посчитала, судя по всему, совершенно не важными, и именно они располагались в дополнительном отсеке, который Ито-сан прозвал "Волей".
Агент нажал пальцем на кнопку височного модуля, и перед глазами высветилась карта с надписью внизу: "До пункта назначения два километра".

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования