Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Blimey - Вертеться на жёстком диске

Blimey - Вертеться на жёстком диске

 
На столе два аквариума с водой и водорослями. В одном из них мечется рыбка, выскакивает на поверхность: блин, блин, блин! Надо поспать. И сдать номер в печать - нужны ещё сутки. Ещё одна пятница на неделе нужна. Рыбка разгоняется, взмывает в воздух и приводняется в соседнем аквариуме, оттуда выпрыгивает на пол. Чешуйки превращаются в помятый костюм, плавники - в руки с ногами, золото подглазий - в привычные синяки. Игорь Чайко склонился над монитором: есть! Опять пятница! Желания сбываются только в полёте и только у золотых рыбок, а редактору надо работать, даже главному.
 
Две пятницы на неделе - лучше, чем одна, но если не погонять, журнал в понедельник всё равно не выйдет. Итак, погнали!
 
В дверь заглянул Костик:
— Спать не будем?
И, как вчера, Игорь ответил:
— Уже пятница. Кровь из носу. Если не выдержу - срублюсь тут на пару часиков.
 
Но срубился только в субботу, когда номер ушёл в печать. Склонился над аквариумом - и свалился в воду замертво. Так и спал кверху брюхом, пока не зазвонил истошно телефон. Игорь заметался в аквариуме, без грамма соображения в золотой голове.
 
"Да заткнись ты!" - он вылетел из аквариума в неопределённом направлении. Попал в соседний. Помахал плавниками, прислушался - телефон заткнулся, по воле рыбки.
 
Игорь выскочил из воды на пол и, отряхиваясь, глянул в настенное зеркало. Оттуда, не мигая, смотрели на него суровые глаза боевого эльфа. Жизнь и смерть, плюс и минус, единица-ноль. Чёрное и белое. Таков путь главного редактора. Нет, это не зеркало, это плакат, - зеркало правее. Изображение в зеркале проигрывает эльфу по всем статьям. Игорь только крякнул.
 
Дверь скрипнула:
— Игорь Борисович, у вас телефон не работает? Спросить кое-что хотел, тут статья вот по этой игрушке, — колышущаяся рука призрака положила на стол компакт с готическим замком на обложке и пачку листков с текстом. — Прочитаете?
— Костик, ты на улице бываешь?
— Только номер сдадим - пойду есть суши.
За дверью хихикнули.
 
— Девушку засаммонил?
— Типа того.
— Иди. Номер уже сдан. Статью почитаю, скорее всего в следующий пойдёт.
— Ну, я ушёл.
 
Дверь распахнулась и закрылась за Костиком, нырнувшим в облачко воркующей сладости, залитой духами. Каблучки по лестнице. Игорь посмотрел в распахнутое окно, и ещё раз - чтобы увидеть парочку, сворачивающую за угол.
 
Он откинулся в кресле, спиной к окну, вытянув полтора метра ног в простор кабинета, и принялся читать.
_________________________________________________________________
"В окрестностях города появился кролик-гигант. Насилует всех без разбору." - Экстренный выпуск Ведомостей разошёлся небывалым тиражом, всколыхнув всю страну. Сколько искателей приключений сподвиглось на подвиг спасения невинных - история умалчивает. Жестянщики не успевали изготавливать дверные замки и оконные решётки, и подсчитывать небывалые прибыли. По слухам, сам Алан 1/4мэн свернул со слоновьей тропы на путь стяжателя славы Победителя Кроликов - и газета с минуты на минуту ожидает известий о его блестящей победе либо нескромных подробностей поражения. Точной информации нет ни у кого. Боги отказываются отвечать на вопросы репортёров.
 
Газеты мечутся в поисках сенсаций, поражают воображение в упор и наотмашь. Правительства плетут заговоры, наёмные убийцы отказываются от мелких дел ради охоты на тебя. А боги... боги жаждут новых жертв.
 
А если ты сам - бог? Догадки приходят к тебе постепенно, намёки связываются в картину, картина оживает - и сгорает в синем пламени науки. Ну что же - я жил. И я начинаю новую жизнь, чтобы подойти ещё ближе к своей сути, к пониманию смысла всей цепочки моих жизней."
_________________________________________________________________
 
Описание мира, технические подробности и советы читерам - по диагонали.
 
Редактор читал и соглашался: "Я начинаю новую жизнь, чтобы подойти к пониманию смысла всей цепочки моих жизней." – это как журнал. Вот он сдан – и ты отдыхаешь, расслабляешься, вытянув ноги, читаешь чужой бред – и не хочешь думать о том, что через неделю снова застучит в ушах военный ритм барабана – всё быстрее, подгоняя тебя и время. Надо поиграть во что-то новенькое, пока есть время. Игорь вытащил диск из коробочки и сунул в комп.
 
* * *
— Не вижу смысла торчать на этом кладбище. Зомби – зомбями, но если бы я отстреливал всех зомби в реале – у нас в редакции нечем было бы дышать. — Игорь отмахнулся топором от надвинувшейся фигуры. Зомби рухнул с тяжёлым вздохом и, поблагодарив, затих. — Пошли отсюда. Пусть этот некрофил сам свои сокровища откапывает.
— Некромант, – поправил его помощник-гоблин.
— Одна малина. Идём.
 
Если не сравнивать игру с работой в редакции, убийства могут быстро надоесть. Игорь вспомнил реал и, вздохнув, направился в таверну радоваться жизни. Гоблинский приятель семенил следом, тихонько бормоча себе под нос:
— Дают контракт на зомби – берём. Других-то контрактов нема.
— Ты что пить будешь?
— Я не пью. Мне пива.
Игорь толкнул дверь бара.
 
— Вход с гоблинами и собаками запрещён, — мужчина за стойкой отставил в сторонку стакан. В его руках появился большой кухонный нож, который он решил внезапно заточить.
— Это ни то ни другое, это мой раб. — Игорь снял шляпу и кинул на стойку.
Бармен, хмыкнув, убрал нож. Чуткое сердце продиктовало ему пару пива, скользнувшую по стойке. Игорь кивнул:
— Добрый день, приятель. Что новенького в округе?
— Отсутствие новостей – тоже новость.
— А что с кроликом-гигантом?
— Бабские пересуды, выдумка феминисток.
— Даже так? А пострадавшие?
— Больше хвастаются. Настоящая проблема в наших местах – это погода и пираты. Ячмень опять не уродился, а пираты перехватывают все суда с ромом.
— И что же пьют честные обыватели?
— То же, что и ты – только цену вперёд спрашивают. Ты как платить будешь, деньгами или барахлишко какое оставишь?
 
Игорь побултыхал мутный осадок на дне кружки и решил допить его.
— У меня есть пара ржавых ножей – как раз тебе от клиентов отбиваться. – Он вынул из котомки увесистый свёрток и припечатал его к стойке, перекидывая котомку назад на плечо.
— А что там у тебя ещё бренчит?
— На что тебе? Ты человек мирный, трактирщик, к чему тебе обременяться арсеналами?
— Ну да, да... а ты бы не хотел немного подзаработать?
 
* * *
Жизнь потихоньку налаживалась. За пару месяцев Игорь обзавёлся кое-какими вещами, приоделся, начал разбираться в политике и экономике, и решил, что пора на боковую. Компьютер выключать не стал, плюхнулся в аквариум, да так и заснул рядом с включенным монитором.
 
Телефон звонит неистово, как неотложка. Кто-то умрёт, если не прижаться щекой к трубке. Рыбка мечется, выскакивая раз за разом из сна - и почерневший от недосыпа редактор снова и снова прижимается к трубке щекой и вежливо бормочет ответы на какие-то важные вопросы. Выскочив в очередной раз, рыбка промахивается и вместо кресла влетает прямо в монитор. Игорь устало припечатывает монеты к стойке гостиничного бара и отправляется спать в номер.
 
Он дёрнулся и вытянул руку, пытаясь нашарить телефон. Но телефон молчал. Игорь повернулся на другой бок, подминая подушку поудобнее. Откуда подушка? – он открыл глаза и вспомнил. Игорь лёг на спину, закинув руки за голову. Надо подумать. Сутки в реале – это примерно полгода в игре. Если путешествовать, то несколько лет. Климат здесь мягкий – ни жарко, ни холодно. Люди приветливые (ещё бы, плюс три к красоте!). Стоп! "А не девушка ли я?" – Игорь вскочил и бросился к зеркалу. Суровое лицо эльфийского мачо. Жизнь и смерть, чёрное и белое. Опять плакат? Игорь покрутил головой в поисках другого зеркала. Потрогал отражение рукой. "Да, это я!" В этот раз не стал играть девушкой – и сделал правильный выбор. Ну что ж, вот тебе и долгожданный отпуск – вперёд!
 
* * *
Мир, полный мерзких тварей, имеет особую привлекательность для человека, тяготеющего к ясности. Игорь разрубил напополам зазевавшегося скелета и удовлетворённо хмыкнул.
 
Никто не остановит его на пути к богу. Мир несовершенен, и кто-то должен за это ответить. Создатели этого мира стригут дивиденды, почивая на лаврах, а до бога – рукой подать. Осталось последнее кольцо заграждения на пути к святилищу. Игорь задумался об этической стороне допинга. С одной стороны – вроде бы, неспортивно. Хотя правила игры предусматривают. Ради простых мобов он бы на это не пошёл, но ради бога – можно.
 
Он принял на грудь все имеющиеся в заначке банки, и с диким рёвом рванул в толпу зомбей, бешено вращая глазами и топором. Даже в самом воспитанном и положительном во всех отношениях мужчине можно найти хоть каплю адреналина. В Игоре за последние годы накопилось несколько литров. Он вертелся, орудуя топором сразу во всех направлениях, отпинывая ползающих недобитков и рубя все подряд конечности. Руки, ноги, головы разлетались в разные стороны - как мячи от вратаря во время тренировки. Игорь чувствовал себя в отличной спортивной форме и радовался жизни, пока не вцепился зубами в чью-то руку, возникшую у подбородка.
— Что за мерзость! — Игорь Борисович выплюнул кусок тухлятины.
 
Он оглянулся по сторонам. Тихо, как на кладбище. Покойники лежат смирно – серебряный топор сделал своё дело.
— Порядочек. — Игорь толкнул дверь храма.
 
Под сырыми сводами гулко раздалось:
— Ты посмел нарушить... — звук голоса неприятно напомнил недавний гнев спонсора по поводу упавшего тиража журнала. Игорь поспешил заюзать "Эскейп".
 
Вернувшись, он обнаружил бога, сидящего молча с раскрытым ртом.
— Ну? Я жду! — в божественном голосе звучали капризные нотки.
— Чего? — удивился Игорь.
— Жертву давай!
 
Игорь обшарил свой инвентарь – ни конфетки, ни хвостика селёдки, ни кусочка лунного сахара. Из полезных вещей только амулет золотой рыбки.
 
— Стой здесь, никуда не уходи! — Игорь большим пальцем погладил рыбку и сиганул из игры в реальность.
 
Золотая рыбка махнула хвостом, вылетела из аквариума, и главный редактор отправился инспектировать холодильник. Он довольно хохотнул, увидев залежи коробок с шоколадными конфетами, пожертвованных правоверными авторами. Вот и пригодились. Под морозильником сиротливо лежала бутылка шампанского. Игорь взял её, прихватил несколько коробок с конфетами и вернулся в свой кабинет. Глянул на аквариум, осторожно сложил жертвоприношения возле монитора и нырнул.
 
Пролетая над подарками, рыбка махнула хвостом и Игорь попал к прямиком богу. Как же его зовут?
 
— Слушай, а тебя как зовут? — вежливо поинтересовался Игорь.
— Тебе по паспорту или ник?
— Да ладно, не в милиции.
— Зови меня Атолку.
— Окей, я - Игорь. А ты к шампанскому как относишься?
— Я к любым жертвоприношениям – положительно. Понимаешь, мне поговорить не с кем. Тащут мне всякую дребедень, складывать уже некуда. И просят, и просят. Нет бы прийти, порадовать: сбылось, мол, по воле твоей. Как же! Выполнишь просьбу – и ищи их, свищи. А я не аишник какой-нибудь, у меня душа есть, — признался Атолку.
 
Что такое для журналиста полбутылки шампанского? То же самое, что два стакана чая. А бога развезло:
 
— Поверишь ли, в отпуске ни разу не был. Вот и тащут этих куриц, и тащут... а мне их даже приготовить некому. Я ведь даже не женат.
— Да уж тебе-то с этим проще простого. Потребуй девушку в жертву – ты ж бог!
— Я думал... не могу. Стесняюсь.
— Ну ты даёшь. Непростая у тебя служба, — Игорь не знал, что сказать и решил перебираться к делу: — Слушай, переведи меня на следующий уровень! Вырос я уже, пора на большую дорогу, так сказать.
— Это... то есть, ты хочешь отметочку себе в послужной, что, типа, "квест сдан"?
— Что-то вроде этого.
— А не дам. Я ещё не наобщался. У меня, можно сказать, душа впервые за тысячелетие раскрылась. Или даже расцвела. Думаешь, часто можно в нашем мире живого человека встретить? Ну вот. А по такому поводу можно и выпить. Неси ещё бутылку!
— О боже мой!
— Я такой! — пьяненько захихикал Атолку.
 
* * *
В этот ранний час большинство киосков закрыто, но Игорь пробежался протоптанной тропой и постучал в ларёк у перекрёстка:
— Леночка? Мне какого-нибудь вина, не самого гадкого.
— Здрасти, да они все негадкие, лучше любой бражки, — Леночка улыбнулась спросонья, на помятой щеке - чёткий отпечаток пуговицы.
Игорь улыбнулся:
— Что-нибудь в пределах самой средней цены гляньте.
Продавщица сняла с полки бутылку:
— Нате вам! — отстучала чек.
Игорь собрался уходить, но тут вспомнил:
— А позвольте интимный вопрос: вы курицу умеете готовить?
— Да кто ж не умеет? Была б курочка, а приготовит и дурочка! — Леночкина улыбка окончательно проснулась.
— А вы замужем?
— Неа, а чо? — девушка уставилась на него с любопытством.
— А просто! — Игорь кивком попрощался.
 
* * *
Вернулся ровно через полминуты:
— Слушай, Атолку, кого я сейчас встретил! — он разлил вино по кубкам и поднял свой. — Я встретил Леночку, она не замужем и умеет готовить курицу. Она продала мне это вино. Давай за неё выпьем!
— А ты ей про меня сказал? — Атолку сложил губы трубочкой и потянул из кубка.
— Что я должен был сказать?
— Не знаю. Что-нибудь, типа, "Молодой симпатичный бог жаждет, чтобы ты приготовила ему курицу", — его глаза блестели, — А какая она из себя?
— Ростом примерно вот такая, тебе до плеча. Обыкновенная красавица, — пожал плечами Игорь, — ты что-то надумал?
— Да. Я хочу присвоить тебе очередное звание, осенить тебя всяческими благословениями, просто жажду всего этого! С тебя жертвоприношение, последнее. Готов ли ты?
— Девушек не похищал и не собираюсь похищать! — Игорю показалось, будто он прочёл божественную мысль.
— Ты с ума сошёл! Никакого насилия! Девушки - это средоточие высшей гармонии мира, которую нельзя нарушать... Я сам должен к ней прийти. Но, понимаешь, я - бог. Я не могу просто взять и исчезнуть из мира. Нужны кой-какие процедуры.
— Та-ак, кажется, я понял. Что от меня требуется?
— Ну жертвоприношение же, я ведь сказал уже! Принеси мне в жертву неглупого мужика какого-нибудь - и получишь пропуск на следующие карты и кучу интересных квестов. На десять жизней хватит - мир большой!
 
Игорь Борисович почувствовал, как обмякли его длинные эльфийские уши. Пьяный бог - это чёрт знает что!
— А может, тебе толпу монстров порвать? Во имя твоё и славу... — безнадёжно закинул удочку Игорь.
— Не-не-не! Я сказал! Слово моё - закон! Убирайся! — стены здания задрожали, вторя громовым раскатам голоса Атолку.
Игорь зажал уши и рванул к выходу.
 
— Бутылку оставь! — Игорь осторожно поставил бутылку возле двери и удалился.
Дверь позади него с грохотом захлопнулась.
 
В такой момент хорошо бывает закурить. По крайней мере, со стороны выглядит так. Достал сигарету, почиркал зажигалкой, создал огонь - сам ритуал успокаивает, да ещё тёплый терпкий дым в горле. Подумаешь, да и пожалеешь, что бросил курить. Игорь рассеянно разглядывал вещи в своём инвентаре. Травки, батарейки, пружинки, железки - "из чего сделаны мальчики". Какая-то записка. Игорь прочитал: "Сим повелеваю принести мне в жертву одного (1шт.) неглупого мужика. В награду обещаю неоткрытые ещё полцарства. А не принесёшь - игра закончена. Век будешь топтаться на детских уровнях. Атолку" - и печать с изображением не то бутылки, не то женской фигурки.
 
Игорь сел на песок, откинул голову, прислонившись спиной к стене. Где в этом мире могут водиться неглупые, а главное - живые! - мужики? Вот задачка для психиатра. Доигрался. Может, бросить? В послужном списке Игоря Чайко десятки игр - и ни одна из них не была брошена на полпути. И тут какой-то местный бог... какой-то божок... Атолку...
 
* * *
Вторую неделю Игорь отлёживался в гостинице, выползая на улицу уже затемно. Эльфийская кожа подвялилась под прямыми солнечными лучами, выглядела отвратно - минусы к красоте и ко всем прочим параметрам. Он пытался вспомнить, где последний раз видел своего гоблинского приятеля, заглядывал во все канавы и подворотни, пока однажды тот сам его не нашёл:
 
— Возьми мне пива, я забыл дома мелочь, — гоблин встрял в разговор Игоря с трактирщиком, как тут и был. Он подмигнул трактирщику: — плесни пивка величайшему герою всех времён и его лучшему другу. Мне то есть. Я бы на твоём месте денег не брал, а прикрутил бы табличку к стойке, "Здесь пил Игорь" или "Здесь пил Игорь со своим другом гоблином", или вот так: "Здесь пил Игорь со своим лучшим другом гоблином". Так и сделай, да. Ну, чего стоишь?
— Два пива моему лучшему другу гоблину! — Игорь сам не ожидал, что так обрадуется старому пройдохе.
 
Гоблин махом высосал пиво и застучал кружкой по стойке:
— Не время спать, трактирщик! Вечер только начинается, — он повернулся к Игорю:
— А правда, что ты общался с богами?
— Да не совсем. Я побывал в святилище Атолку.
— Ы-ых! Без меня! Всё самое интересное без меня! Как там? Чем он тебя угощал? Небось получше этого пойла! Хозяин! у тебя есть что-нибудь получше этой отравы? — Он залпом опустошил подоспевший кубок.
— Говорит, жаждет жертву – неглупого мужика.
— Боги могут обманывать, а могут шутить, чувствуешь разницу? — Гоблин выдернул из вазочки соломинку и шумно присосался к кубку Игоря.
— Не особо, — улыбнулся Игорь.
 
Гоблин вытерся рукавом:
— Вот и я не чувствую. Слышь, хозяин, чем ты угощаешь героя?!
— А что не так? — скучающе поинтересовался трактирщик.
— Всё не так! Я отпил из его кубка, и я ему НЕ ЗАВИДУЮ. А должен, по идее. Так было, так есть и так будет, чтобы у простых гоблинов вроде меня не пропадало желание добиться того же, что и главный герой. Ну, или прирезать его, — гоблин заржал и похлопал Игоря по плечу, привстав на цыпочки, — Шучу.
— Я понял, приятель. Набиваешься на роль жертвы.
 
Игорь произнёс это задумчиво и тот забеспокоился:
— Даже не думай! Во-первых, я глупый, а во-вторых, мертвецки пьян. Буду. Через две кружки.
— Я помню, один гоблин говорил, будто он не пьёт...
— Гоблины – страшные шутники!
 
Игорь внёс в свой номер пьяного в стельку приятеля, положил на коврик у окна и отступил полюбоваться. Вылитый Дерсу Узала! Надёжный проводник по тундре и тайге и никудышный борец с алкоголем.
 
Сна ни в одном глазу. Игорь потоптался над телом безвременно скопытившегося товарища и решил вернуться в бар гостиницы, в очередной раз поискать подходящего кандидата для встречи с богом.
 
За дверью лестница проскрипела чью-то нелёгкую походку и дверь содрогнулась под ударами. Игорь поморщился. Мало того, что посетитель не отличается деликатностью - их там не один!
— Что надо? — он выбрал самый сонный и невнятный тон.
Ему ответил голос трактирщика:
— С тобой хочет поговорить очень важный господин!
 
Игорь помедлил, сколько мог, и распахнул дверь. Трактирщик растерянно помахал рукой, привлекая внимание к коротышке, стоящему у его ног на пороге комнаты.
Коротышка, как коротышка – лысенький, пузатенький, пучеглазенький, воздел к потолку пухлый пальчик с огромным сапфиром и простонал:
— Позволь мне войти, любезнейший! Мне необходимо присесть, чтобы отдышаться! — крутая гостиничная лестница оказалась для него, по-видимому, высочайшей горной вершиной.
 
Игорь с сомнением глянул на телохранителей. Три необъятных гиганта сверлили его взглядом.
— Мальчики могут постоять в коридоре?
— Мальчики, постойте здесь! — коротышка проскользнул под рукой Игоря и плюхнулся в кресло рядом с дверью.
 
Игорь закрыл дверь и повернулся к нему. Круглая голова на короткой шее крутанулась, словно на своей оси, глазки визитёра пробежались по всем углам и уставились на хозяина:
— Воды...
 
Игорь взял с тумбочки графин, налил и хмуро подал стакан нежданному гостю. Второго кресла в комнате не было, можно было присесть на кровать, но тогда между ними оказался бы спящий на коврике гоблин. Тот повернулся на бок, подсунув под щёку ладонь, сонно забормотал что-то по-гоблински.
 
— Хорошая собака не станет спать, когда у хозяина гости, — гость покрутил в руках стакан, рассматривая свой сапфир.
— Хорошая собака не пьёт, как верблюд, - Игорь ухмыльнулся.
— Твоя собачка кое-что украла у меня, — гость оторвался от созерцания перстня и уставился Игорю в лицо.
— Эмм... боюсь, что мой вопрос покажется бестактным... но кто ты такой?
— Я Гелий Птицерон, чужеземец... а ты две недели в городе, мог бы уже знать кто есть кто.
 
Ну ещё бы. Две самые популярные в городе фигуры - хозяйка публичного дома и Птицерон, "владелец заводов, газет, пароходов". Собственной персоной пожаловал, дело серьёзное.
 
— Что он украл?
— Он украл у меня себя, — гость покрутил над головой ладошкой с сапфиром, — В прошлом году. Я скучал.
Он покачал головой, пухлые губки сложились в горестную гримасу.
 
— Сочувствую твоему горю, но не вижу что можно сделать сейчас, — Игорь кивнул в сторону неподвижного тела гоблина. — Ты завтра зайди. Думаю, проспится до завтра. Лучше к вечерочку.
— Ты не понял. Ты украл моего раба, теперь ты мой раб по закону, — коротышка уставился на Игоря, не мигая.
 
У Игоря дёрнулось веко:
— Что ты хочешь этим сказать, паучок?
— То, что сейчас ты возьмёшь свои вещи, положишь гоблина на плечо и отправишься за мной, — гном щёлкнул пальцами, дверь ушла в сторону и в проёме нарисовалась малоинтеллектуальная, но крупногабаритная фигура огра.
 
Игорь смерил его взглядом: "4D6 урона... минус двадцать процентов брони... больше трёх ударов не выдержу." Он нежно улыбнулся огру и сунул руку в карман. Амулета в кармане не оказалось. Игорь добавил в улыбку ещё пару зубов и полез в другой карман. Пусто. Скулы заныли от улыбки, Игорь склонился над гоблином — и тряхнул того со всей дури:
— Проснись, идиот!
 
И тут произошло чудо. Гоблин глянул на Игоря осмысленным изумрудным взором, нырнул рукой к себе в карман, выхватил оттуда что-то, сверкнувшее как золотой зуб у Птицерона - и комната исчезла, растворившись в тумане. Туман сразу начал оседать, проявляя очертания совсем другой комнаты... рабочего кабинета главного редактора журнала "Виртигры".
 
— Ёкарны бабай! — вырвалось у Игоря Борисовича.
Он бросил взгляд в окно – там по-прежнему едва начинало светать. С последнего выхода Игоря в реальность прошло всего несколько минут.
 
Гоблин потянул за уголок журнал со стола, не веря своим глазам: изображение на обложке захватило наивного зелёного юношу. У изображения была грудь как у очень толстой женщины и талия как у очень голодного ребёнка. Женщина недавно родила и голодала. Её грудь манила и звала, пробуждая сиротское чувство в душе одинокого гоблина. Талия вызывала протест и желание накормить красавицу. Лицо женщины сияло неземной красотой и топило в себе остатки разума побледневшего охотника. Он завладел журналом и исчез в глубине редакции.
 
— Это не наш журнал! Это "Плейбой", не знаю, как он сюда попал, - главный редактор почувствовал себя неловко.
 
— Это злые оборотни нагуа. Они съедают своих младенцев и рыщут по миру в поисках чужих младенцев, ничем другим не могут утолить свой голод… У них очень сильная магия, в середине этой книги написаны заклинания призыва… я почитаю.
— Ты поосторожнее с этими заклинаниями.
 
Дверь приоткрылась:
— Игорь Борисович, я хотел спросить... — верстальщик мотнул головой и повалился возле стола.
Гоблин улыбнулся, сверкнул глазами, погладив дубинку:
— Есть! То, что надо!
— Т-ты... — Игорь потерял дар речи. Слова застряли в горле и рвались из глаз и ушей, чтобы наброситься на гоблина. Игорь схватился за голову:
— Ты охренел?! — взревел он.
 
Гоблин дёрнул глазами на дверь. Игорь уловил шорох в соседней комнате и выдавил себя из кабинета, стараясь заслонить своей фигурой тело верстальщика.
 
За дверью он столкнулся нос к носу с ошалевшим спросонок бухгалтером:
— Доброе утро, Сергей Анатольевич! Не знал, что вы остались заночевать! — надо перехватывать инициативу. С гоблином – потом.
— Да... я... отчёт... — вырванный из сна бухгалтер тщился совладать с даром речи. Внезапно его глаза закрылись и он обмяк в объятиях главного редактора.
Игорь вынул из его шеи иголку и, молниеносно обернувшись, схватил гоблина свободной рукой за шкирку.
— Я размозжу твою зелёную башку об монитор, если ты не успокоишься! — прошипел Игорь.
 
Отшвырнул его в угол и поволок бухгалтера к своему креслу. Затолкал Сергея Анатольевича на кожаное сиденье, бросился назад к охотнику:
— Говори, что это было! Яд?!
— Ой, ну зачем сразу яд? я не понимаю. Немножечко сонного мёда на кончике иглы... чтоб не шумел. Сразу два неглупых мужика – удачная охота!
— Это – мои друзья! Запомни! Раз и навсегда!
 
Гоблин замер, прислушиваясь к чему-то. Игорь замер тоже и уловил стук каблучков на лестнице. О, да! Костикиной девушки тут только не хватает!... Игорь метнулся к окну. Третий этаж – и здесь вам не игрушки. Он опять схватился за голову, лихорадочно соображая. Гоблин тем временем изучал кабинет: заглянул за шкаф, подтянулся на полках с архивами, прополз под столом и, вынырнув с обратной стороны, склонился над аквариумом.
 
Игорь тронул гоблина за плечо, не сводя глаз с аквариума:
— Садись, – шёпотом приказал он, махнув рукой на кресло. Приподнял бесчувственное тело бухгалтера, сунул на руки усевшемуся в кресло гоблину. Тот замер, как мать-синица над своим кукушонком. Игорь глянул в монитор, промотал карту подальше от города и плюхнулся в аквариум. Пролетая над гоблином с его ношей, золотая рыбка махнула хвостиком.
 
Игорь успел увидеть свой номер в гостинице и то, как у гоблина внезапно выпучились глаза — и на него обрушился мрак.
 
* * *
Игорь почмокал во сне губами и повернулся на правый бок. Снова почмокал губами и повернулся на правый бок. И ещё раз. Повернуться во сне на правый бок не получилось, пришлось проснуться. Проснулся на спине и попробовал повернуться на правый бок. Не получилось. В комиссарское тело намертво впились верёвки. Игорь приоткрыл глаза и сквозь ресницы обхватил взором диспозицию. Он лежал в пещере своего знакомого бога на алтаре. Сбоку алтаря поигрывал золотой рыбкой Птицерон. Один из его телохранителей старательно правил точильным бруском блестящее лезвие алебарды. Второй не сводил глаз с Игоря:
— Он проснулся, босс, – ласково пробасил огр.
 
Его напарник встал возле головы Игоря, примерил к его шее лезвие алебарды и замер, ожидая приказа. Игорь, не отрывая полуприоткрытых глаз от его лица, слушал гулкое буханье своего сердца. И увидел, как закатились глаза огра, прежде чем туша мягко шмякнулась на пол. Гоблин! Его почерк! Игорь напряг мышцы, вычисляя верёвку, которую чиркнет нож невидимого из-за колонн охотника.
 
Птицерон зажал в кулачок амулет с рыбкой и прижался к ноге оставшегося телохранителя.
 
— Если шевельнёшься – получишь стрелку в бок, – пообещал гоблин из-за колонн. – А сейчас слушай.
И под сводами древнего храма гулко зазвучал текст рекламного объявления из "Плейбоя".
 
Отворилась дверь, в храм ввалился Сергей Анатольевич. Птицерон взвизгнул и огр чутко отреагировал взмахом чугунного кулака. Бухгалтер едва успел присесть.
 
В глубине храма монотонно звучало следующее объявление, а два гиганта сцепились в объятиях, разжать которые Сергей Анатольевич не решался из опаски огровых кулаков. Но драться он не умел и, обнявшись, словно братья после долгой разлуки, гиганты топтались на месте и сопели. Птицерон подкрался, выгадывая возможность помочь своему "мальчику". Дверь храма опять отворилась, впуская верстальщика Диму. Борцы замерли, не разжимая объятий, а банкир прижался к алтарю спиной и двинулся вдоль алтаря вправо, медленно перебирая ножками. Дима подслеповато сощурился в полумраке храма:
— Игорь Борисович! Я собрал макет, нужна только ваша подпись! Что с вами? Вам хорошо?
 
Гулкий голос дочитал очередное объявление и в храм ввалились рекламщики Рафаил и Андрей. Птицерон отреагировал, мячиком кинувшись к двери, выскользнул между ног входящих. Гоблин возник возле Игоря и полоснул ножом по верёвке. В левой руке гоблин держал журнал "Плейбой":
— Здесь сильные заклинания призыва. Нам нужна помощь всех твоих друзей. – И он продолжил чтение объявлений.
 
Игорь высвободил занемевшие руки и спрыгнул с алтаря. На алтарь упал с потолка камень и в центре храма нарисовался Атолку:
— Ты куда?! Мы так не договаривались!
— Чего? Ты меня чуть не пристукнул!
— Я расстроен! Ты обещал мне жертву. Я с удовольствием наблюдал за выполнением твоего обещания! И что теперь?!
— Какая жертва!? У меня тут люди, понимаешь – я должен с ними дела решить.
— Как какая жертва?! А в отпуск? А девушка? Я же тебе говорю – я в отпуске ни разу не был. Ты мне заместителя обещал! Давай жертву!
 
В дверь постучали. Вернее – поскреблись чем-то железным.
 
— Ты что, не хотел никого убивать? – вмешался гоблин.
— Зачем убивать моего спасителя? Мне нужен заместитель на время отпуска. Ты обещал привести мне неглупого мужика. Я думал, мы друг друга поняли.
 
Игорь окинул взглядом толпу. В храме собралась, похоже, вся редакция. Гоблин продолжал бубнить объявления – и народ по одному прибывал. Естественно, одни мужики.
— Мда... – Игорь почесал затылок. – Народу набралось - мама не горюй! Вся редакция в сборе. За исключением Костика. Он в реале девушку засаммонил.
Гоблин хмыкнул.
 
Дверь храма протяжно заскрипела. Сергей Анатольевич потянул её всем своим весом, левой рукой продолжая держать огра за лапу. Дверь отворилась и пронзительный свет хлынул в помещений. И отчаянный визг Птицерона: "Беги!" - выдернул огра из рук бухгалтера и ураганом снёс к любимому патрону. Сотрудники редакции, не сговариваясь, рванулись к двери. Их взору предстала печальная картина в виде прихрамовой площади, заполненной до зубов вооружёнными людьми.
 
Откуда-то позади толпы донеслось пронзительное:
— Взять живыми!
 
Игорь бросился к богу. Атолку удобно развалился в кресле на своём постаменте, как в колизее, разве что чипсов не хватает.
— Я отдам тебе самого умного из своих людей. Почти такой же умный как ты – даже сюда не засаммонился. Помоги!
 
Сотрудники, захлопнув дверь, пытались удержать её изнутри.
— А он красивый? Бог должен быть красив, как я! – Атолку приосанился.
Нападавшие дружно взревели и дверь подалась.
— Очень красивый! Почти как ты! – Игорь не сводил глаз с двери.
— Впрочем, это не так важно. Я сам выберу.
Сзади нервно хихикнул гоблин:
— Бой, кажись, окончен. Финита ля...
Игорь сдался:
— Выбирай!
Атолку хлопнул Игоря по плечу:
— Договорились! Я забираю гоблина! – и щёлкнул пальцами.
Дверь подалась под нажимом, сотрудники редакции прогнулись внутрь вместе с дверью - и вмиг обросли блестящими доспехами. В руках появились мечи и щиты с логотипом журнала.
 
И битва началась. Вооружённая до зубов редколлегия с воплем вывалилась из храма, ошеломительным натиском сминая закалённых в боях огров. Игорь мчался следом, огибая сцепившихся в схватке с врагом коллег. Гоблин задержался на мгновение в цепких божеских лапах, но через секунду уже нёсся вприпрыжку за Игорем, размахивая булавой в радужном облачке свалившегося на него благословения Атолку.
 
За долгую виртуальную жизнь Игорь Борисович научился не связываться с боссами без тщательной предварительной подготовки. Особенно, если босс аггрится без явной причины. Однако Гелий Птицерон в дальнем конце поляны завладел частью души главного редактора – амулетом рыбки – не оставляя времени для раздумий. Как Игорь понимал сейчас Кащея Бессмертного! Он с остервенением берсеркера отшвырнул одного за другим двух огров, прорываясь к пароходовладельцу.
 
Сотрудники более-менее уверенно орудовали мечами и кинжалами, за исключением бухгалтера – он вцепился левой рукой в густые волосы на торсе противника, а правой лупил что есть мочи огромной бухгалтерской книгой.
 
Один такой удар уложил бы любого фининспектора. Но толстый череп огра помогал удерживаться на ногах.
 
Верстальщик вертелся юлой со своим двуручником, окружающие огры реагировали звоном, всхлипами и кровавыми царапинами на пузе. Впереди рекламщики налегали на щиты, Игорь пролетел мимо, раздавая удары направо и налево. Глазки Птицерона выпучились – Игорю представилось на миг, что тот превратится сейчас в мышь, юркнет в траву и исчезнет. Он резко выбросил руку вперёд, ухватил гнома за шкирку и поднял над головой. Гоблин в прыжке оседлал шею телохранителя, зажав ему глаза обеими руками и жарко зашептал что-то на ухо. Гигант замер, вслушиваясь и быстро-быстро послушно закивал. Игорь встряхнул гнома:
— Скомандуй им лежать!
— Всем лежааать! – отчаянным визгом электропилы взвился над поляной голос капиталиста.
 
Огры попадали как снопы скошенной пшеницы. Оглушительная тишина обрушилась на журналистов. В редакции журнала "Виртигры" не принято бить лежачих. Люди замерли над поверженным противником в растерянности.
 
— А теперь пожмите друг другу руки! – Атолку зааплодировал. Он выплыл на маленьком облачке из храма насладиться зрелищем.
 
Игорь вырвал свой амулет из кулачка врага:
— Мы не против, это они первые начали!
— Они тебе не страшны! Я перевожу тебя на следующий уровень, – Атолку взмахнул рукой и на Игоря упал солнечный луч, преобразивший всю экипировку эльфа. – Отныне ты босс.
 
Игорь оглядел себя и одобрительно кивнул богу:
— Спасибо!
 
Тот перевёл взгляд на Птицерона:
— А ты чего хочешь, неугомонный?
— Прежде всего я хочу, чтобы ты успокоился. Зачем нервничать? Два умных человека всегда могут договориться полюбовно...
— Хоть как полюбовно, а я на тебе не женюсь! – Атолку хихикнул, – глупо хитрить в разговоре с богами. Проси чего хочешь – ты получишь всё в точности.
— Я хочу выход в другой мир! Новые рынки, новые технологии!
— То есть, ты хочешь не другой мир, а другие богатства?
— Я всё хочу!
— Я мог бы перенести тебя в другой мир – но без денег и связей. А богатства… послушай, жадина, ведь ты богаче всех, кого я видел. Ты уже имеешь то, о чём хотел попросить. Что может бог сделать для того, чья душа ненасытна? Ничего. Ибо тебе вечно всего будет мало… Ты вечный утопающий, хватаешься за все подряд соломинки – и новая охапка соломы тебя не успокоит. Ты так и будешь продолжать тонуть – ни плавать ни летать тебе не дано.
 
Бог окинул взором поляну:
— Смотри! – он обвёл рукой толпу, – каждый из них, даже твои огры, о чём-то мечтает, и когда их мечта сбывается – они оставляют всё, чтобы радоваться своей мечте, играть с нею. Ради этой игры они живут. Ради танца, ради полёта. А ты? Знаешь ли ты, чего тебе не хватает?
 
— Тебе легко говорить – ты бог! Тебе самому ничего не нужно!
 
— Эээ… нет! Я ухожу в отпуск, – Атолку поманил гоблина и слез с облачка, опираясь на его плечо. Гоблин запрыгнул на его место. И тут произошла метаморфоза: Атолку утратил ореол божественности, превратившись в сухонького старичка – а охотник внезапно побледнел, утратил гоблинские черты и превратился в выпускающего редактора Костика.
 
— Ёкарны бабай! – откомментировал Игорь Борисович.
— Ну сразу уж бабай! Как бог я довольно молод, но по человеческим меркам постарше тебя!
— Костик! Ты как тут оказался? А девушка?
— Сбёгла девушка. Принесла мне номер "Плейбоя" – показала, как надо журналы делать. А на ответ обиделась. Огр, забери обещанное!
 
Смущённый огр заграбастал журнал и затоптался, пятясь с поляны – в мечтах он был уже далеко.
 
Атолку, исчез в глубине храма и тут же возник, пританцовывая с двумя авоськами, полными изумлённых кур:
— Восемнадцать мне уже! Циловай меня везде! Эх, Леночка!...
 
— Теперь Костик будет диктовать, что нам делать! Какие тебе жертвы нужны, чтобы журнал выходил вовремя? – с лица Игоря не сползала улыбка.
 
Новый бог приосанился, обводя орлиным взором редколлегию:
— Созерцайте меня! Пусть ваша скучная жизнь станет яркой! И да будут суши!
Эльф поклонился с подчёркнутым почтением и повернулся к коллегам:
— До понедельника всё ещё уйма времени! Все свободны! А мне надо успеть поспать, – он тронул клавишу "Escape".
 
— Только не вздумай выключать мой компьютер! — прогрохотал вдогонку Костик.

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования