Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Ирина Фельдман - Попутчики

Ирина Фельдман - Попутчики

Мрачная деревенька уже давно была позади, а почтовая карета беспристрастно неслась вперёд, стремясь не отстать от графика.

Щёгольски разодетый пассажир долго вглядывался в суровые лица своих попутчиков, супружеской пары из Лондона. Он словно ожидал, что кто-нибудь из них заговорит с ним, но напрасно: никто из них не собирался проявлять инициативу. 

– Мне это надоело, – бесцеремонно заявил молодой человек. – Вчера вы были куда разговорчивей, сегодня же как воды в рот набрали. В чём дело? – увидев непонимание в их глазах, его тон стал более настойчивым. – Да-да. В чём дело, я спрашиваю?

Джентльмен напротив издал кашляющий звук. Его жена поджала губы и опустила взгляд, словно ей вдруг захотелось посчитать полоски на своей юбке.

– У вас что-то случилось? – напирал наглец.

Наконец он добился своего.

– Видите ли, сэр, – с явной неприязнью в голосе откликнулся джентльмен, – у нас нет настроения развлекать вас беседой. Сами понимаете, веселье сейчас неуместно.

– Почему же? Не вижу причин для того, чтобы киснуть.    

– Мы с вами только что были на похоронах, имейте хоть чуточку приличия.

Наглец протяжно хмыкнул. Он, естественно не забыл, какое мероприятие они все посетили не по своей воле, ведь именно из-за похорон пассажира остальным пришлось встать чуть свет и по-быстрому проститься с ним. Из-за графика всё пришлось делать в спешке.

– Мистер Томпсон, тот человек был вашим родственником? – баламут слегка сдвинул тонкие светлые брови. – А может, другом? Вы были знакомы с ним не больше суток, так чего горевать попусту? Честное слово, ума не приложу, к чему все эти театральные жесты? Скажу прямо – они вам чести не делают. Вы не хотите сейчас думать о плохом, а уж тем более носить траур по незнакомцу. Так расслабьтесь!  

Мистер Томпсон отчаянно покраснел, а миссис Томпсон опустила голову ещё ниже: дерзкий попутчик как будто прочитал их мысли.

– Попробуйте найти в этом что-то положительное. Меня, например, раздражало то, что он, когда чистил яйца, кидал скорлупу себе под ноги, – молодой человек стукнул тростью по бордовому полу. – Кстати, мадам, от вас опять пахнет этими отвратительными духами, хотя вчера я просил вас не поливаться ими, пока мы едем вместе. Честное слово, даже от разлагающегося…

– Попридержите язык, милейший! – гаркнул мистер Томпсон.

Но тот лишь демонстративно задрал длинный нос.

– Дышать невозможно.

– Мистер Рипер, если вас не устраивает наша компания, почему же тогда ваш друг к нам не присоединиться, раз внутри освободилось место?

«Или поменяетесь с кем-нибудь из верхних, чёрт бы вас побрал!»

Неожиданно мистер Рипер слабо улыбнулся.

 – Мы с Родериком так давно путешествуем, что уже, кажется, надоели друг другу. А наверх я не полезу, увольте. Пыль и солнце вредны для кожи.

 

Топот лошадей и шум колёс вводили Родерика в пограничное состояние между сном и явью. Обманчивое чувство покоя было приятным, и Родерику очень не нравилось, когда кучер время от времени громко сетовал на то, что они могут отстать от графика. Шотландец в коричневой куртке тоже изрядно раздражал его своей болтовнёй. Когда Родерик отказался от предложенной сигареты, шотландец недовольно щёлкнул языком.

– Ну, это вы зря. Жизнь короткая, порой даже слишком, так что не надо ни от чего отказываться, особенно если дают даром, – вместе с коробком спичек он достал из кармана гармонику. Закурив, положил всё обратно. – Кто знает, может, это была бы ваша последняя сигарета, – добавил он задумчиво.

Родерик уже было хотел огрызнуться, но его внимание привлёк посторонний шум. Внезапно из-за деревьев стали появляться всадники в масках. Один из них велел кучеру остановиться и для устрашения пальнул в воздух из револьвера. Послышались ещё выстрелы. Шотландец охнул и неуклюже перекрестился недокуренной сигаретой. Выругавшись, Родерик повернулся назад и увидел, что охранник, который, возможно, сопровождал почтовые кареты ещё при Вильгельме, только-только потянулся к своему мушкетону. Промедление обернулось быстро растущим тёмным пятном на красной ливрее. Выпучив глаза и захрипев, охранник дёрнулся и, обагрив кровью крышку багажного отделения, свалился с кареты. Родерик выругался ещё неприличней, чем в прошлый раз: он-то рассчитывал взять у убитого что-нибудь из его оружия, но не успел.

Однако Родерик недолго пребывал в растерянности. 

– Дай сюда!

Он поддался вперёд и, резко выхватив из трясущейся руки кучера пистолет, выстрелил в самого ближнего бандита. Промахнулся, пуля попала в шею коня, но и этого хватило, чтобы обезвредить его седока. Второй выстрел пришёлся на бандита с серым шарфом вместо маски. Родерик прицелился в третьего, и неожиданно у него потемнело в глазах от жгучей боли в свободной руке. Стараясь не смотреть на пылающую рану, молодой человек выстрелил наугад. Ещё одна лошадь с диким ржанием рухнула как подкошенная и забилась в предсмертной агонии, подминая под собой орущего бандита. Не ожидавшие такого отпора, члены поредевшей шайки отступили обратно в лес.

 

– Боже, какой ужас! – заголосил мистер Рипер, когда ослабевший Родерик спрыгнул на землю и чуть не сшиб его. – Ты испачкал моё пальто кровью! И где вот я его сейчас буду стирать, а?

Тем временем кучер перевернул неподвижного шотландца.

– Он мёртв!

Мистера Рипера это заявление ничуть не смутило. Забыв о багровых капельках на своём пальто, он быстро залез наверх.

 – Пошёл вон, – небрежно махнул он в сторону кучера, тот, похоже, с радостью выполнил это нехитрое указание.

– Как интересно, – после небольшой паузы хмыкнул мистер Рипер. – Пуля-то тебе предназначалась. Скажешь, опять повезло, да, Родди? 

Родерик прислонился к карете.

– Пошёл ты…

– Джентльмены! – вмешался в их диалог бледный мистер Томпсон. – У кого-нибудь есть нюхательная соль? Моя жена в обмороке.

– А я говорил, эти духи до добра не доведут, – проворчал мистер Рипер, но всё же достал из кармана флакончик с жёлтыми кристалликами и перекинул его страждущему. – Так, а куда делся охранник? Подождите меня немного, я скоро вернусь. 

 

Снаружи бушевала непогода. Тяжёлые капли дождя настойчиво били в окна, и даже сквозь шторы были видны отблески молний. Утром почтовая карета покинет таверну «Счастливый гусь» и поедет дальше, разбрызгивая чёрную грязь.

Родерик даже не заметил, как в его номере бесшумно появился его попутчик Оливер Рипер.

– Какая скверная привычка. Ты всегда входишь без стука, Страшный Жнец. Что тебе нужно?

– Да вот хочу тебя спросить… Как долго ты будешь носить эту штуку? Да-да, мне с самого начала всё было известно, – мистер Рипер легкомысленно ухмыльнулся. – Знаешь, по-моему, было бы просто смешно умереть с амулетом от ста смертей на шее.

– Почему ты только сейчас говоришь это мне?

– Не догадался? Да потому, что сейчас амулет бесполезен, он уже отразил от тебя сто смертей.

Губы Родерика дрогнули.

– Не может, быть, – прошептал он, – я же считал…

– Считал? Какая прелесть. Сегодня твоя пуля досталась попутчику, вчера упал с лестницы и сломал шею другой, на прошлой неделе при пожаре сгорел тоже не ты… Ты ведь так считаешь? Но, боюсь, мне придётся тебя огорчить, есть смерти, о которых ты не знаешь. Если ты не видел трупа, это ещё не значит, что никто не умер вместо тебя. Наверное, когда ты крал у колдуна этот амулет, то не знал, что после первого отражения смерть и дальше будет дышать тебе в спину. Нельзя просто так от неё спрятаться.

Стараясь справиться с дрожью, Родерик с силой сжал кулаки. Он смотрел на мистера Рипера так, будто жалел, что тот сам не умер.

– Мерзавец! Ты шлялся везде со мной только для того, чтобы смотреть, как я приближаюсь к смерти?!

– Поверь, я не испытывал от этого совершенно никакого удовольствия. Всё это время я даже мечтал отобрать у тебя амулет, но, увы, это не в моей компетенции. Страшные Жнецы не имеют права вмешиваться в ход событий. Мы просто собираем души смертных. Жду не дождусь, когда уже наконец отправлю твою душу туда, где ей самое место, – в глазах Страшного Жнеца появилось что-то напоминающее сочувствие. – Если бы ты умер двести сорок четыре дня назад, как и следовало, твоя участь была бы не такой печальной. Ты распорядился сотней чужих жизней, как своей собственной. Ты убил этих людей, и только ты. Грех-то какой, Родди. Вижу, ты и сам это понимаешь, ведёшь себя так, как будто тебе нечего терять.

– Замолчи.

– Нет, позволь, я наконец-то выскажусь.

– Будь ты проклят!

– Да я уже как проклятый! – повысил голос мистер Рипер. – Разве нормальный Страшный Жнец будет хвостом ходить за одним смертным, подбирая чужие души?

Оливера Рипера окутал чёрный дым, и в считанные секунды перед Родериком уже стоял скелет в сером балахоне.  

– Не одну, не десять, а сто! И ты будешь отвечать за каждую из них – целый век ты будешь выполнять работу Страшного Жнеца. Отработаешь год за каждую душу. Этого ты не ожидал?

Тяжело дыша, Родерик убрал с лица волосы и медленно сел на кровать.

– Когда отведёшь этих, ты вернёшься? Или я увижу тебя только… тогда.

– Конечно, вернусь, – Родерику показалось, что если бы у Оливера в этот момент были губы, они бы снова сложились в мерзкую улыбку. – Завтра же мы продолжим путешествие в Портсмут, а оттуда отправимся дальше. Если доедем без приключений, конечно.


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования