Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Дерипаска Лера - Жить лишь раз

Дерипаска Лера - Жить лишь раз

Улица была почти черная, когда я смотрел на нее сквозь стеклянный круг – окно. Изредка воздух рассекали серые полосы. Когда полосы белели, мимо окна, по гладкой дороге, проносились машины. Они парили не спеша по пустым улицам, было раннее утро. Я опустил голову на тарелку из ладоней и отметил, что настало мое ненавистное время года – время темноты и опустения -осень. Я уперся бедром о выпуклый предмет в стене, щелкнула кнопка и черная коробка заговорила. Признаться, я не на шутку испугался, услышав громкий голос, но то, что мне пришлось услышать позже, вызвало куда более сильные эмоции. Это были новости. Диктор, вздохнув, продолжал  читать шокирующую (судя по его тону) новость. «Мы и раньше  сообщали вам об этих страшных событиях. К сожалению, не осталось ни одного уголка на карте мира, которое не было бы заражено этим новомодным веянием. Ровно год и почти сотни тысяч смертей по всему миру. В связи с этой датой состоится возведение  на Старую площадь человека, а проще говоря вольнодумца, чьи необдуманные и наглые предположения положили начало столь страшным действиям молодежи, угрожающим будущему нашей планеты, с целью умерщвления. Не думаю, что стоит напоминать вам об этих событиях, так как они происходили повсюду, мы с вами их живые свидетели. Напомню лишь, что будущее нашего общества под сомнением, состоится ли будущее?..». Диктор попытался издать звуки, похожие на вздохи отчаяния, но его пыхтенье слилось с пыхтеньем чайника на плите. Я выключил чайник, однако тишина не наступила. Ее разрезали звуки моего голоса,звучащие в моей голове. Этот голос внутри, слегка оттенявший мрачностью мой снаружи, звучал растеряно и взволновано. « Что значит не стоит напоминать?.. заражение новым веянием…год назад… что имел в виду этот чертов диктор?!..». И тут я все понял.

        

Я всегда любил математику, особенно геометрию. Помню, с каким трепетом и слегка высунутым языком я следил, как рука учителя чертила на доске круг (змею, пожирающую свой хвост), ставила точку в центре, проводила стремительно точные линии, измельчала и их точками, давала им короткие условные имена и, наконец, вписывала условие цифры, мои драгоценные. Для меня, эти начертания никогда не оставались плоскими, они покидали свое двухмерное измерение, становились мягкими и пластичными. Я лепил их на свой манер, ставил в центр вселенной и ходил, ходил вокруг, потирая подбородок (совсем как мой отец), пока не понимал наконец, что нашел разгадку. Учитель математики всегда оставался мною доволен, впрочем, так же, как другие учителя были мною недовольны. Математика занимала меня полностью, пока не появилась С.. Она ворвалась в мою жизнь и в меня осенью, дождливой и холодной. Я поступил в университет на математический факультет, и мне показалось, что иного счастья не существует, я упивался мечтами о будущем и непрерывно работал первые дни. Но когда я впервые заглянул в ее светлые, почти желтые глаза, я сильно ушибся. Мне представлялось, что влюбившись люди должны испытывать счастье, а я был так несчастен. Я ясно осознал, что впустив в свою душу новые чувства, в ней не осталось места для прежней привязанности.  Я разлюбил математику. Преподавательская талантливая рука чертила все более и более причудливые фигуры, имена. Войти бы в них и заблудиться! Но мое воображение воспроизводило лишь один образ С.. В нем я блуждал без остановки, и, исходив вдоль и поперек, понял, что это неизвестное так и останется для меня тайной. Короче говоря, как и с математикой, у меня с С. ничего не получилось.

    

 Эта осень была полна новых эмоций. Из-за сильных холодов, в моем городе, большинство жителей болело простудой. Почти все из них умерли. Я и раньше слышал о смертях знакомых, но такое количество  все же меня удивило. Я хотел бы и сам умереть тогда со всеми, но не вышло. Мой младший брат Т. был тогда одним из умерших. Он долго болел, кашлял и плакал иногда, а потом и вовсе хрипел, даже бредил. В то утро, я тщательно вырисовывал корабль, упрямо несущийся сквозь прожорливые волны прямиком на верную смерь в скалах. Закончив, я решил показать свое художество брату. Я увидел маму, сидящую на кушетке возле кровати Т.. Она, не прерывая своего взгляда на меня, следила за моим братом. Спустя минуты, она вывела меня из состояния нерешительного стояния, сказав: «Сегодня Т. впервые умер». Помню ее спокойный взгляд на моих ботинках. Я засмеялся, засмеялся со всеми надлежащими этапами смеха: сначала я растянулся в улыбке (самый короткий этап), засмеялся тихо с открытым ртом, а позже (впрочем, уже не помня предыдущих этапов) смеялся от души, будто мне рассказали хорошую шутку. Мама быстро соскочила взглядом с ботинок выше. Ее лицо в тот момент не поддавалось прочтению, это была закрытая книга. Я прекратил смех, но заметил улыбку на ее лице (первый этап), после чего комнату  умершего брата сотрясал смех двоих. На следующий день родители подарили ему велосипед. Должен признаться, я ему завидовал.  После, многие мои знакомые умирали, но не все за раз. Я жил.

 

Трудно вспомнить еще какие-либо значимые события, моя жизнь не была наполнена эмоциями, как впрочем, и жизнь всех, кого я знал. Мне казалось, страстные натуры обитают исключительно на полках с книгами. Капля за каплей обыденность наполняла сосуд моей жизни. И я был вполне доволен своей жизнью, хотя и пахла она непроветренной комнатой. Я переехал в собственную квартиру, тщательно обставил ее мебелью из модных каталогов, играл вечерами с друзьями в покер.

          И теперь вспоминаю то странное утро с особым вниманием и сосредоточеньем, боясь упустить что-нибудь значимое.В еженедельной газете была опубликована статья министра культуры, того еще активиста. Под кричащим заголовком «Жить лишь раз. Экскурсия в калейдоскоп  эмоций» автор скромно высказал предположение о существовании иной формы жизни и смерти: «Все очень просто. Предположим, вы любите шоколадные торты, станете ли вы пытаться съесть как можно больше, жадно отрывая большие куски руками, не боясь испачкаться, зная, что новый, свежий торт будет стоять на вашем столе еще сотню дней подряд? Нам с вами дано сто жизней, тех же пресных тортов. Поэтому каждая эмоция доходит до нас в рафинированном виде, мы никуда не спешим, ничего не боимся. Но чего стоит такая жизнь? Все эти сто  умеренных жизней я отдал бы за одну, полную ярких эмоций! Пускай страданий, пускай страхов, разочарований! Я готов лакомиться грязью ради капли нектара, но пить воду я более не намерен. Представьте человека, живущего лишь раз…» и т.д. Оторвав взгляд от газеты, я увидел мир белым, по воздуху бегали черные муравьи. 

 

Вечером ко мне в квартиру заплыли мои друзья. Мы уселись за карточный столик, пытались разыграть партию, но ничего не вышло. Все лишь тупо смотрели друг на друга. Я понял - они все читали статью. Позже, закрыв дверь за своими гостями, я закрыл дверь для всего мира ровно на год. Лишь матери позволено было приходить, она содержала в порядке квартиру и меня. Я не раз перечитывал ту роковую статью и много думал о своей жизни: об увлечениях и привязанностях, которые теперь казались пустяками. Я никуда не спешил и ничего не ждал от жизни. Гвоздь соскочил, и картина упала. Вбивая новый гвоздь, все та же прежняя картина возвращалась на свое место. Я никогда не жил полной жизнью, потому что никогда не боялся ее потерять.

...

Я набрал номер своего соседа за карточным столом, чтобы узнать о том, что происходит в мире. Ответил его отец, он сообщил мне, что Т. больше не существует. Как и большинство молодых людей по всему миру, Т. был охвачен идеей жить лишь единожды. Он решил всадить себе пулю в лоб 99 раз, но, что досадно, ошибся в подсчетах и прервал последнюю жизнь. Все мои друзья делали одно и то же. Я позвонил О. но он убежал с группой религиозных фанатиков в горы. Ж. продал квартиру и отправился в Вегас, после его никто не видел. Я оттолкнул  телефон и достал из ящика пистолет. Он был старый, не думаю, что им когда-нибудь пользовались, я нашел еще десяток патронов, но вышел в магазин, что купить точное количество. Идея,  захватившая друзей, казалась мне сейчас спасением. В оружейном магазине была давка, я встретил там множество школьных знакомых. Все они приветливо махали мне руками, все верили в идею. С трудом я приобрел все, что нужно и побежал домой. Я проверил запасы еды и воды, закрыл дверь на замок, отключил телефон и приступил. Умирать оказалось не больно (что за чертова жизнь!), нажав на курок, я почувствовал необычную усталость, не физическую, а душевную, от которой быстро засыпают. Горячая кровь стреляла из виска, но я уже ничего не чувствовал.  Проснулся следующим утром. Я был бодр и свеж, висок был нетронутым. Нетерпеливо поел и повторил вчерашнее. На воплощение своей идеи ушло более полугода.

 

Однажды утром я проснулся и увидел, что патроны закончились. Я приложил очень много усилий, чтобы однажды проснуться вот этим утром, но когда все случилось, я растерялся. С чего прежде всего стоит начинать жить? Я не знал. Я умылся, плотно позавтракал, потому что еда казалась мне вкуснее, чем обычно, и вышел на прогулку. Было серое пасмурное утро, мне показалось не подходящая погода для такого дня. Возле подъезда я встретил соседа. Он осмотрел меня с жалостью. « Я слышал, как вы стреляли. Я потерял двоих сыновей за этот год. Они хотели пожить, но они не были готовы к жизни. Один подхватил обычную простуду, а второй заразился у него же. Они ведь не привыкли лечиться. Оба умерли». Он зашагал прочь, а я решил быть внимательным ко всему. Зайдя за угол дома, я остановился, так как не знал еще, куда выбрать путь. Вдруг за спиной я услышал лай. Я обернулся – черная собака стояла в метре от меня. Я видел тысячи собак, но сейчас я впервые испугался. Я стал кричать ей, чтобы она уходила, показывать направление в сторону, но от этого она, казалось, становилась еще опаснее. Тогда я, не думая, кинулся бежать домой. Собака бежала следом. Я почувствовал резкую боль в бедре и упал, собаку спугнул сосед.

 

Я бежал домой как лихой, боясь новой собаки, боясь всего на свете. Только оказавшись дома, закрыв дверь на замок, я почувствовал снова как болит бедро, как штанина брюк облипла вокруг раны. Я забился в угол и впервые заплакал. Мне было больно, страшно и обидно, что моя жизнь началась так нелепо. Я испытывал боль и не знал, что с этим делать, смертельна ли моя рана. В нашем мире, люди, имея сто жизней, никогда не лечились, да и боль они переносили легче. Остаток этого дня я провел дома взаперти. Спал я плохо, кровотечение прекратилось, я это отметил, однако мне всю ночь мерещилась теплая струйка крови. Ручеек, исток в моей ране, который впадает в море моей простыни. Я то и дело включал лампу, чтобы убедиться в том, что мне это только лишь кажется. Когда же я уснул, я видел кошмары. Убегая от черной собаки, я нырял в подъезд, летел на второй этаж, не мог вставить ключ в замок – руки дрожали, собака приближалась и (оп!) я в квартире. Ночь, и я сплю. Просыпаюсь оттого, что кто-то дышит на свисшую с края кровати руку. Мои глаза встречаются с красными глазами.

 

Утро я встретил в холодном поту. Нога моя опухла, а рана посинела. Я жутко испугался,  когда не смог ступить на нее. На улицу я не решился выйти снова. Я боялся не только собаки, а вообще всего: веток, дождя, машин, ракет, религиозных фанатиков. Целую неделю я провел дома в полной тишине, иногда лишь слушая радио. В утренних новостях говорили теперь о новом качестве жизни, шла активная пропаганда идеологии «Жить лишь раз», выражали соболезнования в связи с преждевременной казнью ее лидера. Диктор сообщал о невероятных подвигах тех, кто теперь живет по настоящему, мир ими гордился. Мне было очень горько, пожалуй, я был несчастен. На восьмой день моего затворничества и болей в ноге, я вышел на улицу. Дома мне казалось, что теперь уже нечего терять, хуже жить невозможно, но, выйдя из него, я все равно испугался возможности расстаться даже с такой жизнью. Но у  меня была цель, и я, не глядя по сторонам, отправился в знакомый магазин. Придя домой, я вставил патрон в пистолет и в последний раз выпустил пулю.

 

(Не знаю, существует ли общество, где люди живут лишь однажды, но если это так, то это, наверное, самые несчастные люди, каких только можно выдумать).

 


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования