Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Neuromantix - Запретное желание

Neuromantix - Запретное желание

       Запретное желание
       
       «Гладиатор» швартовался в низкоорбитальном порту Корпораций. В любое другое время, особенно лет сорок пять назад, это не вызвало бы ни малейшего интереса у большей части работников порта и прочих обитателей жилых секторов, кроме полулегальной службы эскорт-услуг, да кучки пьяниц из старых вояк – любителей послушать последние новости; но сейчас все суетились так, как будто к пирсу причаливал сам «Летучий голландец». Впрочем, «Гладиатор» и был почти летучим голландцем, особенно сейчас, когда черная громада пропавшего сорок пять лет назад флагмана карательно-исследовательской группы «Тэта-6» медленно заходила в шлюз. Никто давно не надеялся, что корабль вернется, правление карательных отрядов списало его, несколько сотен мелких истребителей и почти тридцать тысяч человек в случайные небоевые потери, а приказ об этом списании давным-давно пылился в архивах, да и само правление сменилось не раз… Но они ошиблись. «Гладиатор» швартовался в полнейшей тишине, все сбежались смотреть, кто же вернулся из полувекового путешествия, только вот многие из них начинали думать, что лучше бы не возвращался никто. Тьма окутывала корабль, ни одного сигнального огня, ни одного иллюминатора или люка не было видно на черном, избитом метеорами корпусе. И лишь из капитанской рубки выбивался мертвенно-зеленый потусторонний свет. Никто не знал, кто, или что сидело там за штурвалом – восьмидесятипятилетний старик - командир группы «Тэта-6» Норман Эллс, или неведомая тварь из дальнего космоса, а может быть, сам дух умершего командира вернулся, привезя с собой армию мертвецов, чтоб наказать забывших о них людей…
       Разложились причальные шлюзы, но никто не вышел по ним, ни малейшего звука не донеслось из глубин корабля, и никакой искры не вспыхнуло в полнейшей и беспроглядной тьме. Только все так же лился бледно-зеленый свет из капитанской каюты, и все так же сидел там тот, кто смог пришвартовать корабль в одиночку.
       Прошло несколько часов, ничего нового не происходило, многие начали возвращаться к работе, частью понукаемые командирами, а частью по доброй воле, в тайне надеясь на то, что в корабле не найдут ничего и никого, кроме неожиданно включившегося бортового компьютера, вернувшего летающий склеп домой. Очень скоро порт заработал в своем обычном ритме, и лишь иногда люди поглядывали на черную махину «Гладиатора», да на спешно прибывший катер командования карательными отрядами. И сейчас командование было вовсе не настроено просто так забыть о «Гладиаторе», как это было сделано полвека назад – слухи поползут неизбежно, да и мало ли что может прилететь на заброшенном корабле – порой, хотя и очень редко, находилось и такое, что многим стоило не только жизни, но и карьеры.
       Командор карательно-исследовательского отдела в окружении всех возможных и н6евозможных заместителей и специалистов осторожно шел сквозь разрезаемый фонарями мрак переходного отсека. Впереди перебегала от угла к углу группа зачистки, проверяя каждый подозрительный закуток. Но никого и ничего не было. «Чисто!» - в очередной раз выкрикивал майор спецназа, а командор шел за ним и думал о том, что на этом корабле слишком уж чисто, как будто и не было в нем тысяч людей, или сгинули они неизвестно куда, не оставив ни малейшего воспоминания о своем присутствии. Не было ни трупов, ни скелетов, ни даже каких-то не поддающихся опознанию фрагментов, которые могли навести на след того, что же произошло на вымершем корабле. Путь к капитанскому мостику занял три долгих и напряженных часа, но никто не преградил им путь, не вспыхнули в мраке налитые кровью глаза, не раздался шорох под исчезающими за поворотом лапами и даже воздух стоял недвижимо. Дверь на мостик открылась легко, едва кто-то из спецназа коснулся замка.
       - Надеюсь, вы внемлете нашему предупреждению! – громыхнул в полнейшей тишине интерком, и даже самые прожженные в боях вояки вздрогнули от неожиданности. И не столько потому, что странно было услышать здесь чьи-то голоса – бортовые компьютеры все же работали, если судить по перемигивающимся лампочкам на консолях, сколько от того, каким этот голос был. А был он женским, вкрадчивым, тихим и настолько порочным и развращенным, насколько это вообще было возможно, не говоря уж о том, как это могло быть возможно на боевом корабле в экспедиции. Не всякий компьютер из «Интеркомсекса» способен был синтезировать подобные голоса, и у нескольких человек пробежали по коже мурашки ужаса, а у большинства – желания, ибо только желания мог озвучивать этот голос, и не просто озвучивать, но и гарантировать их исполнение. И просить за это свою, никому, кроме него самого, не известную цену.
       Отряд вошел на мостик. К вящему удивлению присутствующих, мертвый зеленый свет оказался банальным прожектором, довольно криво прикрученным к переборке, а не потусторонним призрачным свечением. И это их успокоило, но ненадолго. Капитанское кресло стояло спинкой к входной двери, и майор, предварительно запросив у командора разрешения, развернул его. Всем нетерпелось узнать, кто же привел забытый всеми корабль в родную гавань и как он мог узнать этот путь, если никогда прежде не бывал здесь. Но тот, кто предстал их глазам, бывал в этом порту не раз. В кресле сидел Норман Эллс, или, точнее, то, что когда-то было Норманном Эллсом. Многие упали в обморок, кто-то спешно пытался спрятаться от окружающих, чтоб они не увидели, что именно он ел сегодня на завтрак, и даже майор, привыкший видеть самые разные вещи, не предназначенные для глаз большинства, отскочил в сторону, как будто его неожиданно ударили огромным кулаком. И было от чего, потому что Норман Эллс сорок пять лет спустя представлял собой не самую приятную картину. Нет, это был не высохший труп, и не пожелтевший скелет, он был еще жив, если к его нынешнему состоянию было применимо само слово «жизнь». Его ладонь была отрублена чем-то не слишком острым, и насажена на вбитый в центр панели управления штырь. Запястье было истыкано иглами, и от них тянулся пучок проводов к блестящему серому ящику без каких-либо кнопок, надписей и опознавательных знаков. И ящик этот был явно не корпоративного производства. Из бегающей пальцами по кнопкам руки бежала по трубкам зеленая флуоресцирующая жидкость, стекая в прозрачный бачок, подвешенный на спинке кресла, поднимая со дна искрящиеся кристаллы, танцующие в ее потоках. А в бачке, так же утыканное иглами, и опутанное проводами, билось сердце, прогоняя красную жидкость по таким же трубкам в непонятный механизм, где медленно двигался светящийся сгусток энергии и неслышно проскакивали голубоватые молнии. И от всех этих диких приспособлений пучок всевозможных проводов, кабелей и трубок самой разнообразной толщины шел к голове Норманна Эллса, насаженной на торчащий из сидения металлический иззубренный прут. И голова была жива, не смотря на то, что вместо одного глаза было грубо вкручено столь же непонятное, как и все остальные, устройство, соединенное кабелем с чем-то под потолком. А половина черепа была заменена прозрачной крышкой, под которой смешивались красная и зеленая жидкости, и там же пульсировал обнаженный, но живой мозг. То, что когда-то было Норманном Эллсом, открыло единственный глаз и попыталось что-то произнести растрескавшимися губами, но звука не было, лишь пришли в движение механизмы, переключающие что-то в темноте над головой, и оттуда опустился манипулятор. И десятки тонких штырей, заканчивающиеся многоцветием проводов, вошли в мозг Норманна Эллса, а перед едва держащейся на ногах группой неожиданно засветился экран проектора. И сейчас они видели то, что собственными глазами увидел еще по-настоящему живой Норман Эллс сорок пять лет назад…
       
       Командир карательно-исследовательского отряда Корпораций «Тэта-6» бодрым шагом шел по коридору. Еще бы ему не радоваться – ведь сегодня был утвержден план исследований совершенно нового квадрата галактики, того, куда Корпорации пока еще не протянули свои загребущие лапы и не развернули передовые форпосты. И он, Норман Эллс, идеальный, по мнению командования и по своему собственному, солдат, был направлен командиром первого отряда. Это было несказанное везение – найти что-то новое, показать свою преданность, ну, и немного поубивать. Впрочем, это было вполне привычным заданием – высадиться на планете, взять пробы, переслать данные в офис, и если хоть что-то представит интерес, развернуть временную базу, параллельно вытеснив или уничтожив мешающие силы. Спустя несколько недель прибудут другие отряды, которые окончательно укрепят оборону и займутся разработкой того, что можно было взять из очередной планеты. А если сопротивление аборигенов окажется слишком уж сильным, придут части регулярной армии, и он вместе со свом отрядом, как наиболее хорошо знающий местность, получит полное право командовать ими по своему усмотрению. И тогда любой, кто окажет им хоть малейшее сопротивление, пожалеет, что вообще появился на свет.
       Экспедиции в новые квадраты, тем более в столь отдаленные, случались нечасто – слишком хлопотно было держать там оборону, слишком долго лететь, и слишком сложно уносить ноги и груз, но там частенько находилось нечто уникальное, и если оно находилось, оно того стоило. И сейчас Норман Эллс был несказанно город тем, что именно ему и его команде доверили возглавить эту экспедицию. Он предвкушал тот момент, когда выйдет за трибуну в общем зале и произнесет это – «мы выходим через неделю», и как одобрительный гул голосов вознесет его почти на недосягаемую для простых смертных высоту, и оттуда он еще долго будет спускаться под непрерывные овации. Норман любил помечтать, особенно по поводу грядущих успехов. Таких, как будет в этот раз. Раньше, в самом начале своей карьеры он был суеверен, как и многие другие солдаты и командиры. Но за годы службы он никогда не сталкивался с силами, которые хоть как-то могли бы противостоять мощи его флагманского «Гладиатора», верных истребителей и других дьявольских изобретений корпоративных оружейников, коими его корабль был набит доверху. Ведь в большей части поселенцы и местные жители разбегались и прятались по всем окрестным щелям, едва только вспыхивали в небе посадочные двигатели корабля, и лишь изредка находились смельчаки, которые пытались выступить против него. Конечно же, без результата и без малейшего шанса на него. И Норман Эллс поверил в себя, и больше не старался не думать о том, что ждет его в предстоящем походе, не стучал по дереву при получении важных приказов и забросил множество других, совершенно бессмысленных, но вечных ритуалов, принятых в армейской среде.
       Его встреча с экипажем прошла именно так, как он и предполагал – его вознесли до небес, каждый был готов порвать горло за своего командира любой самой зубастой и бронированной твари, и сражаться рядом с ним до последней капли крови. Но Норман даже не предполагал, что когда-то им это понадобится. Неделя ушла на погрузку боеприпасов, снаряжение истребителей и наведения порядка на корабле – ведь командир питал слабость к идеальной надраенности палуб и переборок, к лампочкам, которые должны были освещать все, самые темные углы, и, самое главное – к идеально начищенному оружию. Он собственноручно руководил погрузкой ракет, ядерных батарей для лазеров, и всего остального, проверяя каждую деталь того, от чего могла зависеть его жизнь. Его и его солдат – тех, кто готов был безоговорочно идти в бой именно потому, что командир никогда не бросит их ни в одной самой безвыходной ситуации.
       И вот настал день, когда «Гладиатор» отвалил от пристани, той самой, к которой он причалит полвека спустя, а Норман Эллс стоял с сияющим лицом перед строем тысяч его подчиненных, и они с такими же сияющими лицами благоговейно смотрели на своего командира. Поход начался как обычно – в совершенно «штатном режиме», как об этом обычно записывалось в бортовом журнале. Корабль медленно вышел на высокую орбиту и пошел на разгон для перехода в гиперпространство – ведь до квадрата назначения было настолько далеко, что даже корпоративные робо-картографы не заглянули в те края, и поэтому экспедиция шла наугад. С чем или с кем предстояло им столкнуться – не знал никто, именно поэтому Эллсу были выданы чрезвычайные полномочия, и именно поэтому он так гордился этим назначением. В неизвестности всегда можно найти место для подвига, для заслуг, а о том, что и место на кладбище может быть обеспечено этой самой неизвестностью столь же легко, он предпочитал не думать. Полет через гиперпространство хоть и сокращал путь на пару-тройку порядков, тем не менее, требовал времени, и это время командир старался провести с командой – их всех несколько угнетала неизвестность, которая коснется их там, при выходе обратно в реальность.
       Может быть, кто-то и хотел избежать этого момента, но сейчас, спустя несколько дней после вылета, младшие командиры собрались в рубке, и вот последний раз вспыхнули радужные волны надреальностного мира, и корабль, пронзив по кратчайшему пути пространство, прибыл в начальную точку их маршрута. Точку, с которой должен был начаться триумф Норманна Эллса как солдата и как командира экспедиции. И вот перед ними открылась до сих пор невиденная картина звездного неба – неведомых созвездий, и неизвестных планет, планет, которые должны лечь к ногам Корпораций и его, Норманна Элллса, ногам в первую очередь. Навигатор чертил маршрут, и корабль медленно плыл среди россыпи звезд. Кто же знал, к чему приведет его этот путь…
       Первая планета покорилась легко, точнее, там даже некого было покорять – ни одного живого, по крайне мере углеродного, существа не нашли сканеры, а вокруг блестели россыпи всевозможных кристаллов, названий и состава которых не знали даже в корпоративных лабораториях, куда сыпались бессчетные множества анализов. Эллс ликовал – за одно это он как минимум получит пару новых звезд на погонах, но все же его солдатская сущность ждала и требовала боя. Ведь какая это экспедиция в неведомые края, которые сами отдают ему свои богатства, и нечем будет похвалиться перед друзьями и впечатлить девок тогда, когда он вернется домой.
       «Гладиатор», пронзая гиперпространство, как игла складки материи, открывал все новые и новые планетные системы, к сожалению, совершенно бесполезные и безжизненные. И это, по мнению командира и всех остальных, становилось жутко скучным. Он видел, как изнывают без дела его бойцы, и только техперсонал был загружен работой, разбирая данные по самой первой планете, но и они грозили скоро закончиться. Норман уже начинал жалеть об этом назначении, когда столкнулся с тем, что сразу же зажгло боевой огонь в его глазах. Корабль преодолевал астероидное облако, слишком большое и непредсказуемое, чтоб пересечь его через гиперреальность, когда в командирском интеркоме прозвенел искаженный многократными космическими шумами голос:
       - Вы вторглись в запрещенную зону! Немедленно измените курс! Измените курс!
       Именно этого момента ждал Норман Эллс, именно этого ждали и тысячи других людей на корабле – «Общая готовность!» Взвыли сирены, и бойцы бросились по своим постам, занимая места за лазерными турелями и в креслах истребителей, за навигационными компьютерами и стойками выдачи ручного оружия. Прошло несколько бесконечно долгих минут, в течении которых металлический голос, многократно усиленный внутренней связью, бездушно повторил предупреждение, а потом еще раз и еще… Пока пеленгатор не вычислил источник сигнала и не высветил его на мониторе – ржавый, искореженный спутник, прицепленный толстенной цепью к одному из астероидов на самой границе их беспокойного роя.
       «Неужели на этом все? Какой-то перегоревший кусок металла…» с досадой подумал Эллс, когда скрежет синтезированного голоса перебил другой голос, да такой, что Норман едва успел отключить громкую связь.
       Голос был женским, игривым и переливающимся, как голос из «Интеркомсекса», развратным, как голос опытной подвыпившей проститутки, похотливым, как у кошки, и порочным, как, наверное, у самого дьявола. Норман вздрогнул. Он имел представление, что может произойти в головах солдат, уже изрядно не видевших женщин даже после простого женского голоса, не говоря уже об этом. Только вот то, что и как говорила неведомая собеседница на другом конце интеркома, не совсем согласовывалось между собой.
       -Вы не послушались сообщения робота - произнесла она так, как будто только переспала с этим самым роботом, и Норманну даже показалось, что он слышит, как она облизывает губы.
       - Мы вынуждены будем принять активные меры, если вы не измените курс в течение десяти секунд - после этой фразы Эллс оглядел рубку, и увидел, как взвинчены все, кто сидел вокруг, да и он сам, потому что этими самыми активными действиями, судя по интонации незнакомки, было как минимум времяпровождение с десятком не последних девиц. И, очевидно, каждый предполагал, что они достанутся именно ему.
       - Время вышло, кажется, вас сейчас интересует немного не те вопросы, которые должны были бы - весело хихикнул голос, возвращая командира обратно в рубку, и тут он почувствовал, почувствовал своим старым солдатским чутьем, что сейчас что-то произойдет.
       - Истребители к бою! – мгновенно скомандовал Норман, и тысячи шлюзов раскрылись на корпусе «Гладиатора», выпуская на свободу юркие одноместные истребители, способные, подобно пираньям, разорвать на куски корабль приличных размеров. А впереди, за стеклом, ничего не было, кроме черной пустоты космоса…
       - Командир, наблюдаются сильнейшие гравитационные возмущения! – выкрик штурмана вернул его к реальности окончательно.
       - Причина?
       - Неизвестна.
       - Но ведь по курсу нет ничего.
       - Есть, что-то…
       Но Эллс уже переключился на всеволновое отображение и видел то, от чего у него похолодели пальцы и застучали, как в лютый мороз, зубы. Впереди, вокруг черной инфракрасной звезды вращалась планетная система. Именно оттуда шел сигнал, именно там находились те, или та, кто говорила с ним. Но не это сейчас интересовало командира «Тэта-6», а то, что было немного в стороне, немного выше орбиты неизвестной планеты. А там вращались с бешенной скоростью две скрещенные черные дыры, и одна из них стремительно наматывала поток плазмы с черной звезды, а вторая раскручивала его еще быстрее. Норман не совсем понимал, что именно происходит там, но то, что именно это были те самые «активные действия», а вовсе не мифическая оргия с моделями из «Плэйбоя» - это было бесспорно. Плазма стремительно текла в гигантский «миксер» и сейчас все уже видели, что она больше не светит только инфракрасными лучами. Вращающийся шар вспыхнул желтым, потом синим, почти мгновенно перешедшим в белый, и залив нестерпимым жаром мостик, раскрутился еще быстрее и рванул навстречу кораблю. Эллс замер, поняв, что сейчас произошло – по ним выстрелили из самой обычной пушки. Обычной, если сделать некоторую скидку на масштабы орудия, и на то, что обычные пушки не стреляют звездами, и не работают на черных дырах.
       Ослепительная сфера неслась навстречу кораблю, и ее сияние нарастало явно быстрее, чем это можно было объяснить ее приближением.
       - Командир…
       - Что можно сделать?
       - Она не идет прямо на нас
       - Это безопасно?
       - Возможно. Скорее всего, это предупреждение.
       Предупреждение. Хороший выстрел в воздух, эффектный – про себя подумал Норман, стараясь отогнать страх от вида стремительно приближающейся пылающей громады… Предупреждение… И тут он увидел вспыхнувшие огненные нити, протянувшиеся отовсюду к летящему «снаряду». Истребители! Их двигатели не могли противостоять притяжению пусть маленькой, но звезды, и сейчас огненный шар пожирал всех тех, кто мог защитить корабль от внешнего нападения. Эллс схватился за голову. Нет, не от осознания того, что они потеряли половину ударной мощи, а потому, что он совсем забыл о верных ему людях, и даже не подумал спасти их от неминуемой жуткой смерти. Он закрыл глаза, не в силах видеть, как огненный дождь полыхающих истребителей залил красными отсветами мостик.
       - Командир, оно прошло мимо…
       Но это, похоже, мало радовало командира. Да и всех остальных, которые только сейчас поняли, что лишились всего истребительного состава и почти беззащитны, если на них нападут из космоса. Но здесь, в этом богом забытом краю вселенной, похоже, не привыкли размениваться на подобные мелочи.
       - Командир, кажется, вы вовсе не хотите слушать наших условий - снова зазвучал в интеркоме развратный голос.
       - Видимо, нам придется немножечко вас наказать, хи -засмеялась незнакомка, и снова потянулся хвост плазмы, заряжая исполинскую пушку.
       - Командир, наших щитов и скорости не хватит…
       - Командир, ответьте…
       - Что с вами…
       Норман тяжело поднял голову, наклонился к микрофону интеркома и произнес
       - Мы не можем мгновенно сменить курс, остановите вашу…
       - Нашу стрелялку? Хи-хи… А мне нравится твой голос, может быть мы могли бы как-нибудь и побеседовать – заговорщицки произнесла девушка на другом конце, и Эллсу даже показалось, что он видит, как она подмигивает ему.
       - Хорошо, если вы остановите корабль. А потом мы поболтаем.
       - Стоп всем машинам - рявкнул Эллс, и тут же включились тормозные двигатели, и многие, в том числе и он сам, оказались на полу.
       - Хи-хи-хи – донеслось с другой стороны, осторожнее, красавчик, а то сломаешь себе что-нибудь…
       Он не придал значения этим словам, не удивился, откуда незнакомка узнала о том, что произошло, а только увидел, как замедляют вращение черные дыры, и с облегчением вздохнул.
       - Ну что, поболтаем? Хи-хи… - снова засмеялась неизвестная развратница, только убери этих своих, а то мало ли о чем мы тут будем говорить.
       - Оставьте меня – скомандовал Эллс, и все нехотя потянулись к выходу, который он запер сразу после того, как за дверью скрылся последний человек.
       - Поговорим.
       - Без всяких сомнений, Норман, обязательно – хихикнул голос.
       Командир «Тэта-6» сильно удивился, услышав здесь, в неведомом краю вселенной свое собственное имя от совершенно незнакомого и вряд ли дружелюбного человека, и человека ли, но виду постарался не подавать.
       - К сожалению, мы не представлены – ответил он.
       - Ага, ну что ж – познакомимся. Хи-хи. Оливия, командир оборонительного отряда EVP4e5r в этом месяце.
       Эллс пришел в некоторое замешательство. Командир оборонительного отряда? Не слишком уж у нее командирский голос. Или она заигрывает с ним? Или разыгрывает его? EVP4e5r – что это? Номер отряда или что-то еще? Кто они, и что здесь делают? Классификация явно не корпоративная, и явно человеческая. Но откуда? Это предстояло выяснить, и выяснить по возможности побыстрее, чтобы хоть в чем-то получить возможный выигрыш над неведомым противником.
       - Тебя, видимо смущает название нашей планеты? – неведомая Оливия, казалось, читала его мысли на расстоянии.
       - Но почему…
       - Тебе это знать совершенно необязательно – прервала она его, для захватчиков вы слишком любопытны, а любопытство сгубило немало кошек – снова хихикнула она. И Эллс с некоторым страхом подумал о том, что его вовсе не раздражает это совершенно неуместное в подобном разговоре хихиканье, скорее наоборот, ему хотелось говорить с незнакомкой, и говорить о вещах куда более приятных, чем разрешение конфликта с неизвестной общиной, да еще находясь под прицелом. Эти два желания боролись в нем, и он не мог стать на сторону ни одного из них. Пока не мог.
       - Вы не слишком похожи на солдата – Элсс решил попытаться поразить одним выстрелом несколько мишеней – выяснить, кто же она или они такие, попытаться втянуть ее вовсе не в деловой разговор и просто позлить в отместку за ее всезнайство. Но получилось это у него не слишком удачно
       - А ты не слишком похож… - девушка на мгновение задумалась, - на пирата и палача.
       Норман едва сдержался, чтобы не вскочить с кресла.
       - Я солдат!!!
       - Да? Ты себя явно недооцениваешь – ты же, как минимум, маршал, с твоими-то полномочиями. Хи-хи.
       Откуда она знает? Да что вообще происходит, кто это и чего добивается эта девка, и как она вообще попала сюда. В эту фразу он хотел, как минимум вставить продолжение, например «а ты просто шлюха», но вовремя спохватился, вспомнив о том, что в его положении отпускать подобные реплики – непозволительная роскошь.
       - Хотя в роли палача ты бы смотрелся более привлекательно.
       - Я не палач, не смей…
       - Нет? А в чем состоит тогда твоя работа? Захватывать, сжигать и убивать? По собственному усмотрению? Странное занятие для солдата.
       - Я выполняю приказы…
       - Ой, ну какие мы нежные – она расхохоталась, не хочешь называться палачом, зовись солдатом, да хоть апостолом, все равно ты останешься только тем, кто ты есть, да, и еще, не пытайся тут произвести на меня впечатление – ты немного не в моем вкусе. Слово «немного» она произнесла таким тоном, как будто он сейчас клеился к ней, как к какой-нибудь заштатной проститутке в баре.
       Эллс опешил. Диалог шел явно не в ту сторону, в какую он должен был идти, и чем он мог бы закончиться, стало уже совершенно непонятно.
       - Я выполняю приказ по исследованию и колонизации интересных нам планет в этом квадрате, и я выполню его любой ценой.
       - О! Даже так! – Оливия на другом конце интеркома зашлась от смеха. А мы занимаемся тем, что отправляем куда подальше всех тех, кто пытается с нами тут препираться. А, и еще – и какую же цену вы готовы заплатить за то, чтобы высадиться на Темной территории без нашего на то согласия? Вам мало нескольких тысяч трупов? Не твой масштабчик, понимаю. Хи-хи.
       Темная территория. Что это? Командиру «Гладиатора» ничего не говорили эти слова, разве что где-то, очень глубоко в памяти мелькали обрывки смутных, давным-давно забытых слухов и баек из кабаков, где эта фраза иногда, очень редко, но все же встречалась. Напоминание о совершенно бесславно погибших истребителях, о которых он, что греха таить, просто забыл под воздействием голоса и в созерцании гипер-пушки, разозлило его, а еще больше его злила манера разговора, совершенно не похожая на стиль силовых отрядов. Это блеф? Или игра? Но огненный шар, пролетевший мимо минут десять назад, на блеф походил мало. Но это было не самым страшным. Эллс пытался скрыть от самого себя другое чувство, которое казалось ему, да и показалось бы и окружающим, совершенно неуместным – его заводил голос таинственной Оливии, с которой он был знаком не больше нескольких минут, он проникал в его кровь и жег как кислота, пытался вырваться из-под контроля, подмять под себя железную выдержку и волю командира, и заставить его просто броситься в постель к этой беспутной девке, упасть ей в ноги, и просить…
       - Расслабься, Норман, а то тебя инфаркт хватит – задорно сообщила незнакомка. И была права – он увидел свое отражение в стекле иллюминатора и испугался, так он не выглядел даже в госпитале, где пару раз оказывался в начале своей карьеры. А выглядел он тогда не слишком привлекательно.
       - Я, кажется, знаю, чего ты хочешь – Оливия перешла на шепот, но от этого стало только хуже, кровь рвалась из жил Эллса, колотилась в висках, по лбу потекли капли пота. Он не мог понять, что с ним происходит, только в сознании все сильнее разгоралось невыносимое пламя.
       - Мы можем заключить сделку, командир, простую сделку, конечно, по вашим правилам на моем месте вы бы никогда этого не предложили, но у нас, к счастью правила немного другие. Хи-хи. Мы можем исполнить одно ваше желание. Поверьте, почти любое желание, например, загрузить ваш корабль под самые края, скажем, алмазами или иридием, и даже, возможно, закинуть на ваш счет парочку триллионов, если немного постараемся. Но мне кажется, вас сейчас интересует не это. Совсем не это. Хи-хи-хи.
       Она чертовски права – подумал Норман Эллс, уже почти переставший быть командиром «Тэта-6», превратившись в объятого нервным огнем подростка или заключенного, десяток-другой лет не видевшего даже дешевых порнокартинок. «И все же, какое счастье, что сейчас меня не видит никто из команды – подобное деморализовало ее в тот же миг» - говорили остатки рассудка Эллса, а остальная его часть уже давно была охвачена бесконечной пляской самых кошмарных и самых порочных видений, на которые был способен его мозг.
       - А мы? – Норман сумел все же поинтересоваться своей частью договора.
       - Все очень просто – вы уберетесь отсюда, и все. А, да – еще вы должны будете передать вашим хозяевам, чтобы они забыли сюда дорогу. Просто забыли, как будто здесь нет ничего, вообще ничего, даже черных дыр и всякой другой дряни. Условие было простым. Слишком простым. И подозрительно простым. Конечно, сообщить Корпоративному совету о провале операции – это совсем не похоже на всегда успешного командира «Тэта-6», но раствориться в кипящем металле «Гладиатора» - это будет еще похуже. Но сейчас последствия волновали его меньше всего, гораздо больше он хотел выбрать, чего же попросить у таинственных жителей Темной территории. Попросить… Эллса немного передернуло при этой мысли, он, кто всегда брал сам, вынужден был просить, но слишком неравны были силы – теперь он окончательно понял это, и слишком заманчивы были условия, и это волновало его куда больше. Он сразу понял, что противостоять подобному искушению он не сможет, и не будет даже пытаться.
       - Ну, по рукам? – прошептала Оливия, не выражая никакого нетерпения, казалось, ей или им все равно – исполнить ли его желание, или просто стереть их в пыль.
       - Д...да… – с дрожью в голосе и едва слышно просипел Норман.
       - Успокоишься ты или нет – требовательным голосом снова перебила его собеседница, а то ты тут сдохнешь - с кем потом нам говорить? А? Еще припрутся сюда поисковые отряды или чего похуже, конечно, развлечение нам не помешает, но оно будет таким банальным – с грустью закончила она.
       Теперь Элсс понял окончательно, что он на своем корабле – как муха под стаканом – была такая игра в его молодости, и ему не остается больше ничего, как согласиться на сделку. Хотя нет, это совсем не правильно – «не остается ничего», сейчас он хотел исполнения своего желания, он всеми силами своей воли хотел поддаться искушению, а не бежать от него, а там… Кто знает, что произойдет потом. Но сейчас за свою жизнь он бы не дал и мятой папиросы.
       - Ну, или будешь думать целую вечность?
       - Я… Я… Желание рвалось наружу, но слишком сильны были страхи, слишком страшны мысли. Он еще раз взглянул на запертую дверь, обтер пот со лба, сжал в кулаки руки, выпрямился и по-военному отчеканил в интерком.
       - Я хочу убить человека.
       - Ха-ха-ха – расхохоталась Оливия, тебе что, мало было смертей за всю твою жизнь?
       - Нет, я хочу сделать это сам – пот заливал глаза Эллсу, сам, здесь, своими руками, не стреляя издалека, не нажимая на кнопки, я…Я… Я хочу почувствовать это, я хочу увидеть это вблизи, я хочу посмотреть в глаза…
       - Я же говорила, что ты палач, а не солдат. Хотя… Я могу тебя понять – слишком скучно нажимать на кнопочки, а потом считать ничего не значащие цифры… Вот если…
       - Нет, я сам! Мое условие простое – я хочу убить девушку, молодую, красивую, полную жизни и желания – Норман почти потерял контроль над собой, хочу, чтобы она умерла в моих руках, я хочу видеть это и чувствовать. Сейчас!!! Он снова стер пот, и сбросил почти насквозь промокший пиджак. Такого с ним еще не происходило.
       - Девушку? Я так думаю, ты хочешь меня? Увы, я на посту, а так я бы с удовольствием – совершенно неожиданной фразой ответила Оливия. Тебе как – на мой вкус или сам выберешь?
       Элсс был в шоке. От того, что он говорил секунду назад, от того, чего он хотел, и от того, что предложили ему. Он не понимал, почему именно так, безо всякого страха, реагировали на его слова, почему готовы были пойти на это совершенно свободно, но он и не пытался понять их мотивов, заранее зная, что ошибется. Предвкушение захватило его полностью, сердце стало стучать немного тише – он всеми известными способами пытался успокоиться, чтоб вдруг, действительно не умереть от инфаркта или не лишиться сознания в самый неподходящий момент.
       - Выбирай. Совершенно неожиданно в воздухе вспыхнул голографический экран, на котором сменялись и сменялись фото, Норман смотрел на него невидящим взглядом и не понимая происходящего. Потом осознание вернулось к нему, свалилось камнем в мозг откуда-то сверху, и он начал разглядывать картинки. Девушки были совершенны, только некоторые выглядели как-то немного странно, но что странного в них было, он понять не мог – слишком быстро сменялись они, и слишком много думал он о другом. «Почему они согласились так легко? Это что, космический бордель? Или ловушка? Какую? Блондинку? Или нет? Чего они добиваются? Как? Задушить? Нет, брюнетку. Вот эту. Что я скажу команде? Нет, вот эту. Убить ножом. Надо стереть записи интеркома. А может, эту. Выстрелить. В упор. Просто. Точно эту. Атаковать или отступить?»
       - Её! – выкрикнул Эллс, увидев в проекторе тонкую фигурку, с длинными черными волосами, развевающимися на ветру. Хочу ее!
       - Пожалуйста!
       Норман совершенно не понимал, как они доставят ему ее, и не обманули ли его просто, водя за нос, а тем временем уже окружая беззащитный корабль. Но охранные системы молчали, а кресло неожиданно повернулось к по прежнему тащащемуся в проектор Эллсу, а в нем… А в нем сидела девушка. Именно та, которую он сейчас так пристально рассматривал в виде крохотной голограммы. И улыбнулась.
       - У вас полно времени – снова заговорила Оливия, развлекайтесь. И снова хихикнула.
       Они смотрели друг на друга. Девушка игриво, командир безумно. И оба пытались прочитать мысли в глазах друг друга. Девушке это удавалось лучше. Она откинулась на спинку кресла, положила ногу на ногу и подмигнула Эллсу. А его била крупная дрожь, пот лился градом, но не только из-за этого глаза застилала мутная пелена – Норман был взвинчен до предела, а самое главное – он не понимал, почему никто не боится, почему все соглашались выполнить его совершенно безумное желание так легко, как, например, протянуть ему стакан воды. Вот эта красотка, которой предстоит умереть через несколько минут, но она совершенно спокойно сидит в его командирском кресле и подмигивает. Они здесь что, все окончательно съехали с катушек? Или это он сходит с ума?
       Он все еще старался прийти в себя, и хоть немного успокоиться, когда выбранная им жертва заговорила. «Лучше бы она молчала» -с досадой подумал Эллс, которого вновь начало трясти.
       - Что предпочитаешь? Или у тебя особые вкусы? – девица интересовалась тем, как она умрет так, как будто ее интересовало лишь как он ее трахнет.
       - Молчать! – рыкнул сквозь дрожь Норман, и это сразу придало ему уверенности.
       - Молчать, с...чка!
       Он подошел к ней и схватил ее за волосы. Когда-то в академии ему говорили, что смерть от удушения одна из самых долгих. «Ну что ж, сейчас мы это проверим» - подумал Эллс, глядя на ее лицо.
       Девица была почти не одета, если не считать короткой юбочки и крохотной кофточки, и эта беззащитная нагота еще больше подзадоривала поднимающуюся из глубин командирского сознания жажду убийства. Здесь и сейчас. Почувствовать, а не просто нажимать на курок.
       Он пристегнул ее противоперегрузочным ремнем к креслу. Тяжелая металлическая пряжка коснулась нежной кожи на ее животе, и девушка вздрогнула, но не от холода, как показалось Норману в первый момент, совсем нет. Она тоже была до предела возбуждена. Ремень вдавил тонкую фигурку в кресло, длинные черные волосы разметались по спинке, а руки ее сами легли на подлокотники. «Вот и прекрасно» - с кровожадным взглядом думал Эллс, притягивая к пластику тонкие запястья. Через минуту девушка была совершенно зафиксирована в его командирском, кресле, и он отошел, чтобы посмотреть, как это выглядит со стороны. Увиденное окончательно свело его с ума – беспомощная хрупкая фигурка была совершенно беззащитной, а еще она была чертовски, безумно, нереально соблазнительной. Он смотрел долго, прикидывая, что и как с ней можно сделать дальше, хотя это для себя он думал так, а на деле просто пытался собраться с силам и решиться. И это оказалось совсем не так сложно, как он думал в начале. Глубоко вдохнув, Норман подошел к креслу, и откинул вверх растрепанные волосы, открывая такую тонкую и нежную шею. Достал из кармана кусок провода – как он там оказался и был ли он там вообще несколько минут назад - он не помнил, но это волновало его меньше всего. Он ловко накинул провод на шею девушки и затянул его, взглянул на нее, и затянул еще туже, связал концы, и толкнул ее обратно в кресло, сбросил волосы вниз и сел на пульт перед ней.
       Запрокинув голову, девушка пыталась схватить ртом хоть каплю воздуха, но безуспешно. Эллсу в этот момент она казалась красивее всех девушек, виденных им до этого. Она пыталась вырваться из стягивающих ее ремней, выгибаясь всем телом, и царапая ногтями подлокотники кресла, но и она, и тот, кто сейчас смотрел на нее, понимали, что все это бесполезно. Когда она на мгновение выпрямилась, и изо рта ее показался кончик языка, Нормана будто ударило молнией. Созерцание смерти сводило его с ума окончательно, он совершенно забыл о том, кто он, и что ему предстоит делать. Тело девушки напряглось, и изящные пальцы с длинными ногтями вытянулись, она раскинула ноги, и короткая юбочка задралась вверх, почти ничего не скрывая от плотоядного взгляда уже наверняка бывшего командира «Тэта-6». Каждое движение бьющейся в агонии девушки передавалось ему электрическими разрядами и растекалось по телу и сознанию приятной сладкой истомой. Сейчас умирающая пыталась куда-то бежать, перебирая ногами, потом резко выгнулась дугой, и ее кофточка расстегнулась. Эллс едва не потерял сознание. Агония красотки становилась все сильнее, и иногда он думал, что ремни не смогут ее удержать. Ее пальцы хватали воздух, ноги напряглись и выпрямились, иногда касаясь ног Нормана, а тело изгибалось все резче. Эллс больше не мог терпеть, и упал на колени, схватив руками одну из ее ножек, и прижал к себе. Он чувствовал ее дрожь, и она передавалась ему. Сливалась с биением его рвущегося из груди сердца и растекалась по всему телу. Прошла минута. Он по-прежнему ни на миг не мог оторвать от девушки взгляда, потом встал, откинул в сторону свалившиеся на лицо волосы и поцеловал ее в полураскрытые губы. И снова опустился перед ней на колени. Теперь он чувствовал, что она больше не может сопротивляться, пальцы ее больше не сгибались, а были напряжены до предела, мышцы на ногах, которые он безостановочно гладил - тоже. Девушка дернулась еще пару раз и на мгновение расслабилась. Теперь ее тело дрожало от кончиков пальцев ног до торчащих сосков, а Эллс боялся оторвать руки, боялся потерять это последнее трепетание уже почти мертвой своей любовницы – именно так он чувствовал себя в тот момент, влюбленным в агонизирующую в его кресле незнакомку. Она вздрогнула, и ее голова безвольно свалилась на грудь, прикрыв волосами такую вызывающую наготу, ноги опустились, и пальцы легли на кресло так, как если бы она всего лишь решила уснуть на минутку. Эллс отстегнул ремни, и мертвая девушка соскользнула к его ногам, свернувшись на полу, как будто ей было холодно. Норман рухнул на свое командирское место, все еще хранившее тепло ее тела, и отключился.
       Обратно к реальности его вернул ставший уже знакомым развратный голос Оливии.
       - Понравилось?
       Эллс промолчал.
       - А ей тоже понравилось, хотя если б ты ласкал ее чуть активнее, ей бы понравилось куда больше.
       - Но откуда…
       - Откуда я знаю? Я же говорю, и здесь все согласны со мной, что ты невыносимо любопытен, а некоторые даже начинают подозревать, что ты беспросветно туп. Хи-хи.
       Может быть, спросишь у нее сам?
       Последнюю фразу Норман совершенно не понял и вздрогнул от другого, тоже знакомого до дрожи голоса, который он слышал несколько минут назад.
       - Классно выгляжу!!! С вытаращенными глазами Эллс смотрел туда, где возле мертвой девушки стояла… Кто это был, он не знал, но она как две капли воды была похожа на ту, что лежала у ее ног.
       - Вы… Вы… Вы… Сееееесс…
       - Ты хочешь спросить, не близнецы ли мы? Ха-ха-ха – рассмеялась звонким смехом незнакомка. Нет, это я – она толкнула ногой мертвое тело. И это тоже я – ткнула себя пальцем в грудь. Забавно?
       - Я сошел с ума… Норман вцепился руками в голову и изо всех сил зажмурил глаза.
       - Да расслабишься ты наконец – капризно и недовольно сказала Оливия. Как истеричная старуха, честное слово – чуть что, так за голову хватаешься.
       - Но… Но как это…
       - Ты скучен со своим любопытством – заметила стоявшая у собственного трупа его живая или мертвая или непонятно уже, какая «любовница». Я люблю поиграть, а запись сознания позволяет…
       Ее фразу Норман не дослушал. Красная вспышка полыхнула в его мозгу, он вскочил и бросился на стоящую незнакомку. Девушка не смогла устоять на ногах и упала, а сверху на нее навалился Эллс, вцепившись обеими руками ей в горло. Безумное желание убивать ее снова и снова охватило его, и сейчас она билась под ним так же без какой-либо надежды, как и тогда, в кресле, только на этот раз обезумевший командир «Гладиатора» чувствовал каждое ее движение всем своим естеством. Ему хотелось растянуть это невообразимое удовольствие как можно дольше, ощущать ее дрожащее тело в своих руках, но в порыве ярости он не рассчитал своих сил. Тонкая шея девушки хрустнула в его руках, ее как будто ударило током, она вздрогнула, вытянулась и затихла под ним. С безумными глазами он встал, не понимая, почему все так быстро закончилось, и сейчас переводил взгляд с одного тела на другое. Сколько он простоял так, он не знал, окончательно потеряв чувство времени, он метался по рубке, бился головой о компьютеры управления и в конце концов влез в кресло и сник. И тогда из интеркома донесся голос Оливии, такой же непринужденно-озабоченный, но где-то там, в ее словах чувствовалась невообразимо острая игла, готовая насквозь пронзить сердце Нормана Эллса.
       - Красавчик, ты попал! Хи. За убийство без записи сознания и без согласия у нас полагается смертная казнь. Любым способом, на твой выбор. Но ты везунчик, как я посмотрю. И тебе повезло снова – мы еще можем восстановить нашу сестру по данным в оперативке компьютера, так что я даю тебе еще один шанс. Последний. На этот раз уже окончательно. Почему? Не думай, что это потому, что ты мне понравился, я уже говорила – ты абсолютно не в моем вкусе, и не потому, что мы боимся тебя или твоих хозяев. Нам просто нужен гонец. Гонец к тем, кто приказал тебе прилететь сюда, ведь они не оставят просто так проваленную экспедицию. Проваленную тобой, Норман Эллс.
       - Не оставят! – сквозь зубы процедил командир. Он понимал, что эта шлюха всего лишь играет с ним, беспомощным и не способным уже что-либо сделать, и это парализовало его окончательно.
       - Так вот – нам лень ловить каких-то еще заблудившихся идиотов, чтобы передать с ними нашу просьбу, поэтому мы даем тебе десять секунд, чтобы в конце концов убраться отсюда ко всем чертям… Кто-то рядом с Оливией добавил: «К тем самым, что прислали тебя сюда». Убирайся и скажи им, чтоб они навсегда забыли сюда дорогу. Время пошло. Хи-хи-хи.
       Безумным взглядом Норман смотрел на двух совершенно одинаковых мертвых девушек, лежащих на капитанском мостике, пытаясь придумать, как именно он объяснит их появление командному составу – ведь его придется пустить сюда, чтобы запустить двигатели, но в голову ничего не шло, кроме повторяющейся, как закольцованная запись, сцены бьющегося в его кресле женского тела. Первый раз Норман попал в переделку. И не смог выбраться из нее. Где-то далеко он понимал, что десять отведенных ему секунд давно истекли, и что сейчас может произойти неизбежное, но он даже не взглянул, заводится ли гипер-пушка, и что происходит за бортом, он смотрел лишь на два неподвижно лежащих тела. Пока вновь не услышал голос Оливии.
       Но на этот раз он донесся не из интеркома, а сзади, из-за спинки его кресла. Он обернулся и увидел ее, ту, которая незримо была с ним эти несколько часов. Он скользил взглядом от самых каблуков ее туфель по красивым ногам вверх, на мгновение задержавшись на чисто символических шортиках, выше, по ничем не прикрытым грудям, еще выше, по шипастому металлическому ошейнику… Пока не наткнулся взглядом на черный ствол незнакомого ему оружия, смотрящий ему прямо в лоб. Норман Эллс поднял глаза, но встретился не с подмигивающими глазками портовой проститутки, а с двумя камерами, смотрящими на него сквозь вороненые металлические глазницы на безумно прекрасном женском лице. А за ее спиной стояли люди, такие же, в самой разнообразной одежде и без, состоящие из металла и пластика настолько же, насколько и из человеческой плоти. И с оружием в руках. Некоторые были забрызганы чем-то красным, и кое-кто слизывал эту красную жидкость с тел стоящих рядом.
       - Я считала тебя палачом, но ты оказался психом. Самым банальным психом, которого я могу себе представить. Хотя… У нас была прекрасная вечеринка – Оливия снова хихикнула, и ее поддержали смешки за спиной, да, прекрасная вечеринка, только вот никто из твоей команды, «солдат» - это слово она произнесла с нескрываемым презрением, не оценил ее по достоинству. Хи-хи-хи. Для тебя сейчас, наверное, думать трудновато, поэтому объясняю – они мертвы. Все. А ты… Ты, кажется, хотел поразвлечься со мной? Да? Ну что ж, я готова изменить своему вкусу – девушка подмигнула ему объективом камеры. Ну так как? Развлечемся? И из ствола в ее руках вырвалось зеленое пламя…
       
       P.S.
       «Взрыв «Гладиатора», появившегося после сорокапятилетнего отсутствия, был причиной не только гибели всего командного состава исследовательского отдела, но и причиной полного разрушения низкоорбитального Корпоративного порта с полной гибелью персонала. Что произошло на борту, и что послужило причиной взрыва – навсегда останется тайной».
       CorpNews
       
       P.P.S.
       «Командор карательно-исследовательского отдела успел передать предупреждение Темной территории в центральный офис Корпораций. На экстренном совещании было решено не предпринимать никаких действий до полного выявления всей картины происходящего, а в дальнейшем навсегда решить этот вопрос в пользу Корпораций, не желающих иметь у себя под боком столь сильного противника, хотя и не проявившего себя за 45 лет с момента контакта».
       Разговоры в кулуарах
       
 P.P.P.S.
       «Через тридцать четыре года после необъяснимого появления «Гладиатора» в корпоративном порту в обстановке особой секретности в указанный квадрат были выдвинуты основные ударные силы Корпораций. К сожалению, эта война была нами проиграна полностью, причем поражение было настолько унизительным, что об этом было решено не сообщать широким массам. Однако сам факт войны скрыть не удалось. Она вошла в историю под названием «наносекундной». Именно столько времени понадобилось неизвестному противнику для полной дезинтеграции всей группировки наших кораблей невыясненным способом. Более трех миллионов человек ударных сил оказались в открытом космосе без средств защиты и без малейших шансов на спасение. Разумеется, никаких попыток спасательной операции предпринято не было из-за угрозы повторения ситуации и из-за очевидной бессмысленности подобной попытки. Для широких масс название было объяснено кодовым обозначением операции. Жестокость и мощь, с которой был нанесен удар, вынудила Совет признать данный квадрат неперспективным, и навсегда прекратить какие - либо попытки вторжения в него с целью сохранения технических и людских ресурсов. Слухи, сохраняющие отрывочную информацию и имеющие хождение среди антисоциальных элементов, объясняются краткосрочной трансляцией предупреждений от неизвестного противника. До настоящего момента никаких действий или контактов, как мирных, так и агрессивных из данного квадрата не исходило. Вы не должны пытаться ни установить контакт с так называемой «Темной территорией», ни пытаться применять силу во избежание возможных крайне опасных ситуаций. Подробные комментарии касательно секретных фактов и должного поведения вам будут сообщены устно в приватной беседе».
       «Совершенно секретно! Краткий курс истории для высшего управленческого состава»
       

Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования