Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Андрей Юферев - Стопроцентный нейтралитет

Андрей Юферев - Стопроцентный нейтралитет

1

– У тебя замечательные близнецы, – похвалила штурман, медленно пролистывая объёмные сценки на портативном голографическом дешифраторе.

– Красивые, – с грустной улыбкой кивнула пилот.

– Где они сейчас? – поинтересовалась штурман.

– У моих родителей. Есть такой город Тобольск, в Сибири.

– Полагаешь – там им ничего не грозит?

– Не смеши меня, Инга. Безопасных мест на Земле сейчас нет.

Вопреки всем правилам, пилот достала из кармана лётного комбинезона сигареты и закурила, жмурясь от удовольствия.

– Пожарная тревога! – немедленно забеспокоился бортовой компьютер. – На борту возгорание! Рекомендую экипажу надеть скафандры и проследовать к спасательной капсуле.

– Замолкни, зануда, – беззлобно огрызнулась пилот.

Она протянула руку к давно раскрученной панели корабельного электронного мозга и уверенным движением выдрала контрольное плато.

– Пожар…

Динамики замолчали.

– Маша, скоро ты его совсем разоришь,– слегка хихикнув, заметила штурман. – У нашего компьютера не останется интеллекта и на запуск ракет.

– Ничего. Справится.

Пилот зашвырнула удалённое плато в угол кабины, в компанию четырёх других компьютерных блоков, утилизированных ранее. Не докурив сигарету и до половины, она небрежно затушила бычок о панель управления.

– Курение всё же вредно для здоровья, – укоризненно напомнила прописную истину штурман, отгоняя от себя сизое облачко.

– Кого сейчас волнует наше здоровье? – несколько резко ответила пилот, но тут же смутилась. – Извини, Инга.

– Всё в порядке.

Штурман вернула пилоту голографический дешифратор. Несколько минут пилот рассматривала сценку, где два темноволосых мальчугана лет шести дрессируют большого сиамского кота. Кот смешно фыркает и морщится, но несколько раз перепрыгивает с одного стула на другой по требованию юных укротителей. Потом коту такая игра надоедает, и он убегает из комнаты.

– Забавные они, – грустно шепчет штурман. – Забавные и милые.

– Забавные, – соглашается пилот.

Молочно-розовая сфера голографического дешифратора сжалась. В руке у пилота остался голубой шарик около двух сантиметров в диаметре. Пилот бережно вставила прибор в оправу браслета на левой руке. Воспоминания о доме, о семье всегда с ней.

– Инга, а как твоя дочка? – интересуется пилот.

– Она тоже у бабушки с дедушкой. У моих родителей – в Таллине, – печально произносит штурман.

– Ты могла отправить её к Володе, в полярную обсерваторию, – укоризненно замечает пилот.

– Какая разница, где ждать этих тварей? – грустно вздыхает штурман. – Ты сама сказала, что безопасных мест на Земле нет.

Инга отвернулась. Она не хотела показывать перед подругой свою слабость. Две прозрачные слезинки начали прокладывать на её щеках мокрые дорожки.

– Ты права, – резко ответила пилот. – Действительно, какая, в сущности, разница, где их встречать. Главное – чем.

– У нас с тобой, Маша, есть чем их встретить. – Штурман ласково погладила прозрачную защиту посреди пульта управления.

Под продолговатой прозрачной крышкой прятались три чёрных переключателя и три красные кнопки. Небольшой пульт управления ядерными ракетами был сделан примитивно и по топорному, грубо врезан в панель управления. Главное здесь было время. Главное было успеть смонтировать оружие и вовремя вывести корабли на позицию. Эстетика и дизайн интересовали инженеров-оружейников в самую последнюю очередь.

– Как ты думаешь, Маша, наши хоть немного задержат их у Юпитера? – с надеждой спросила штурман.

– Задержат? Вряд ли, – печально покачала головой пилот. – Хорошо, если у них получится выбить два-три корабля «бродяг».

– Говорят, у них сотни кораблей, – тихо заметила штурман.

– Курочка, как известно, по зёрнышку долбит, – зло бросила пилот. – Я слышала, что у Плутона два корабля «бродяг» уже взорвали.

– Да, – кивнула штурман. – Двести шестнадцать роботов-зондов и два корабля «бродяг». Печальная арифметика.

– Никогда не доверяла роботам. – Пилот снова сдвинула панель бортового компьютера, прицеливаясь – не лишить ли мозг корабля ещё каких-нибудь плат.

– Не разоряй его совсем, – попросила штурман.

Пилот снова достала сигареты.

– Костя знает, что ты стала курить? – хитро прищурилась штурман.

– Ещё чего?! – почти испугалась пилот. – Он помешан на здоровом образе жизни. Узнает – убьёт.

Пилот сделала несколько резких, нервных затяжек. Снова потушила остатки сигареты о белый пластик пульта управления.

Штурман рассмеялась.

– Ты чего, подруга? – подозрительно спросила пилот.

– Я представила, как мы возвращаемся на Землю и Шеф-Иванович видит нашу рубку всю в подпалинах и в бычках! – на последних словах штурман уже хохотала в полный голос. Впрочем, смех постепенно стихал и сменился тихими всхлипами. Инга снова плакала.

Они обе знали, что на Землю уже не вернутся. И некуда будет возвращаться, скорее всего. У «бродяг» огромный флот. Что могут противопоставить «бродягам» люди с их примитивной ракетной техникой?

– Что мы можем, в конце концов? – печально произнесла штурман, смахивая с ресниц слёзы.

– Всё! – сердито отрубила пилот. – Мы можем всё! Пусть всё рухнет, но хоть один корабль «бродяг» я обязательно разнесу. В клочья разнесу! Чтобы эти твари знали, что им не всё позволено! Что они тоже смертны!

– Мы разнесём, – поправила пилота штурман.

– Именно! Мы! – воинственно подтвердила пилот.

Предостерегающе пискнул сигнал пассивного радара.

– Они нас не засекут? – забеспокоилась штурман.

– Теперь поздно об этом переживать. – Пилот защёлкала тумблерами и кнопками. Кабина корабля погрузилась в темноту. – Я всё обесточила. Никаких излучений от нас не исходит. Я надеюсь…

– Не замёрзнем? – равнодушно спросила штурман.

– Не успеем.

– Они нас не прижгут?

Штурман поёрзала в кресле, поправляя ремни безопасности. Теперь, когда пилот отключила блок-синтезатор искусственного тяготения, без страховки можно было выпорхнуть из кресла в самый ответственный момент боя.

– Зачем? – отозвалась пилот, жадно всматриваясь в иллюминаторы и нервно теребя в пальцах очередную сигарету.

– Решат прорубиться сквозь астероиды и начнут прожигать себе дорогу. – Штурман начала сомневаться в разумности устроенной засады.

– Не глупи, – успокоила напарницу пилот. – Это чересчур большой расход энергии. «Бродяги» пожадничают. Астероиды не представляют для них серьёзного препятствия.

– Интересно – сколько ещё наших сейчас ждут своего часа? – тихо прошептала штурман.

– Нас много за каждым космическим камнем, – хищно усмехнулась пилот.

Она напряжённо всматривалась в экран пассивного радара, выбирая будущую цель.

– Вот он, – удовлетворённо, даже с некоторыми нотками радости заключила пилот.

– Кто – он? – встрепенулась штурман.

– Подходящий «мальчик-бродяга» для наших малышек.

Пилот протянула руку и постучала пальцем в экран пассивного радара, привлекая внимание штурмана к продолговатому голубому овалу, окружённому более мелкими голубоватыми каплями.

Флот «бродяг» втягивался в пояс астероидов.

– Он не чересчур здоров? – засомневалась штурман. – Хватит у нас на него силёнок?

– У нас три ракеты по сто килотонн. – Пилот была настроена очень решительно. – Не вижу смысла размениваться на мелочи.

– А мелочи эти нас не засекут?

– Скоро узнаем.

 

2

– Как настроение на борту? – с напускным воодушевлением спросила пилот.

– Выше среднего, – в своей обычной, неспешной манере отозвалась штурман.

– Я говорила, что мы его развалим! – воинственно воскликнула пилот и изобразила рукой победный жест.

– Мы уничтожили гиганта, но флот «бродяг» это не остановило, – печально заметила штурман.

– Но как они задёргались! – продолжала восторгаться успехом экипажа пилот.

– Главные сила проследовали к Земле, – напомнила штурман.

– Инга, неужели ты думала, что мы тремя ракетами остановим весь флот «Бродяг»?

– Двумя ракетами, Маша, – напомнила штурман. – Третья не сработала.

– Всё впопыхах монтировали, – сердито бросила пилот. – Вот и вылазят недоделки. Инга, ты, может, поковыряешься в потрохах этой системы? Вдруг третью ракету удастся реанимировать?

– Зачем? – удивилась штурман. – Запустим вслед «бродягам»? Она их уже не достанет.

– Может, какой-то корабль у них отстал, заблудился, – мечтательно произнесла пилот. – Тут мы его и приласкаем.

– Вряд ли на нас выползет отставший корабль, – с сомнением покачала головой штурман.

– Не спорь с командиром, Инга! – с притворной строгостью прикрикнула пилот. – Чини! Нужно быть готовыми к любым неожиданностям!

– Хорошо. – Штурман потянулась к пульту. – Посмотрю, что можно сделать.

– Кстати, – забеспокоилась вдруг пилот. – Ты чувствуешь? На нам действует ускорение!

– Да, – неуверенно подтвердила штурман, замирая у пульта. – Ощущение – будто нас буксируют.

– Ёп-понская тётя! – взвилась пилот. – Чини ракету, Инга! Я к «бродягам» в плен не хочу! И тебе к ним попадать не советую!

– Это не «бродяги». Смотри. – Штурман указала на единственный, оставшийся в рабочей прозрачности, бортовой экран-иллюминатор.

– Ёп-понская тётя! – непроизвольно повторила пилот. – Это ещё кто такие?

Гигантский шар висел посреди поля астероидов. На глазах женщин шар разделился и две его сферы разошлись. В этот промежуток неведомая сила втянула искорёженный земной корабль. Через несколько минут железный «инвалид» намертво прилепился к площадке, обозначенной тремя зелёными треугольниками. Сферы плавно сомкнулись. Туманное, голубоватое сияние осветило просторный ангар. Небольшой кораблик землян смотрелся в этом гигантском помещении потерянно и жалко, как одинокая горошина на пустой обеденной тарелке.

– Приплыли, – прокомментировала штурман.

– Чини ракету, Инга! – решительно потребовала пилот.

– Но это не «бродяги», – напомнила штурман, с головой уходя в проблемы пульта управления.

– Плевать! – отрезала пилот. – Кто бы это ни был. Я хочу быть готовой к любым сюрпризам. Чини ракету!

– Хорошо, хорошо, – терпеливо отозвалась штурман.

– Я, пожалуй, пойду, прогуляюсь, – неожиданно решила пилот.

– С ума сошла?! – ужаснулась штурман, отвлекаясь от ремонта. – Ты понятия не имеешь, что тебя там ждёт!

– Через два часа у нас закончатся запасы воздуха, – напомнила пилот. – Вот, что нас ждёт. Хуже не будет. И лучше, видимо, тоже.

– Сумасшедшая ты, Машка! – Штурман решительно поднялась. – Я с тобой пойду.

– Чини ракету, Инга! И если я через два часа не вернусь, разноси здесь всё, к чертям собачим.

– Это могут быть не враги, – настороженно напомнила штурман.

– Пока и друзей здесь не видно, – парировала пилот. – Чини ракету! Это наш главный козырь при любом раскладе.

 

3

Пилот медленно шла по просторным коридорам. При её приближении в переборках, разделявших коридор, сами собой открывались многослойные двери. Пилот подозревала, что её специально куда-то приглашают. Или заманивают?

В голову лезла всякая ерунда, навязанная штампами голливудских фильмов. Чаще всего пилоту казалось, что она сейчас попадёт прямо на местную кухню. В качестве полуфабриката для главного блюда, конечно.

За очередной дверью обозначился уже не коридор, а ещё один ангар. Или зал. Пилот осторожно заглянула в открытый проём.

– Ёп-понская тётя! – невольно вырвалось у неё. – Это ещё, что за чудо?!

Женщина попыталась отступить, но оказалось, что дверь за спиной уже сомкнулась. Путь был только один – в зал.

Подчиняясь неизбежности, пилот шагнула вперёд.

В центре зала, на высоком возвышении, восседало или возлежало неведомое студенистое существо, упакованное в сеть из широких серебристых полос. От узлов сети отходили многочисленные трубочки и шланги разного сечения, и исчезали в основании возвышения. Четыре выпуклых, жёлтых глаза, каждый размером с чайное блюдце, уставились на пилота. Вокруг постамента суетилось несколько десятков серебристых существ, каждое размерами с баскетбольный мяч.

«Вот и повар с поварятами, – равнодушно подумала пилот, входя в зал. – Надеюсь, Инга успеет закончить с ракетой».

– Фвы мошшшете снят шшшлем, – прошелестел в ушах пилота неведомый, неприятный голос.

Пилот была уверена, что к ней обращается существо на возвышении. Но рта у существа не было. Не было рта в привычном для людей виде. Кто его знает, может эти существа совсем через другое отверстие общаются?

Пилот продолжала осторожно приближаться к возвышению.

– Фвы не бохтес. Фвы мошшшно дышшшат, – снова прозвучал тот же голос.

Вот дьявольщина! Пилот сейчас жалела, что не взяла с собой пистолет. Личное оружие всем предлагали, но они с Ингой отказались. Тогда казалось смешным таскать с собой пистолет, при наличии на корабле трёх ядерных боеголовок. С таким же эффектом можно было вооружиться каменными топорами. Но сейчас оружие бы не помешало. Не для нападения – глупо было бы пытаться захватить чужой корабль с одним пистолетом. Но с оружием было бы спокойнее. Пусть это и очень ложное ощущение.

–Хмы пхивестсвуем фваз. Нишшшехо не боитес.

А чего, действительно, бояться-то? Потенциальное жаркое, обычно, так вежливо не встречают.

Пилот решительно подняла руку и отстегнула шлем. Ну и запашок! Она не нашла сразу аналога – с чем сравнить? Пожалуй, на «кухне» что-то сдохло. И уже очень давно. Но дышать можно. Человек и не к таким ароматам привыкает.

–Фвы фв хостях, – поведал голос.

– Понятно, что не дома, – хмыкнула пилот. – Кто вы?

– Хмы – суаршшши, – представился голос. – Нахблудантели.

– Наблюдатели чего? – насторожилась пилот.

– Похдошшшди, – попросил голос. – Хмы улушшшим нахсроихи рехшшшефвои схишшшстемы.

«Баскетбольные мячики» забегали шустрее. Послышались шипения и бульканья.

– Так лучше? – спросил голос совершенно чисто.

– Лучше. – Пилот от неожиданности едва не выпрыгнула из скафандра. – Вы быстро совершенствуетесь.

– Нашли оптимальный диапазон звуковых колебаний, – самодовольно похвалился голос. – Мы чрезвычайно рады приветствовать вас на борту нашего корабля.

– Взаимно. – Пилот всё ещё насторожённо косилась на «баскетбольные мячи», активно катающиеся вокруг возвышения. – Это ваш экипаж?

– Это мои детки, – поправил голос и в нём прозвучали нежные нотки.

– Очень миленькие, – изумилась пилот.

Она никак не предполагала встретить на космическом корабле целый детский сад.

– Простите, – продолжила переговоры пилот, – но чем вы у нас занимаетесь? У нас, знаете ли, небольшая война сейчас.

– Мы знаем. Мы наблюдаем за ришсами, – любезно пояснил голос.

– За чем вы наблюдаете? – переспросила пилот, подозрительно прищуриваясь.

– За теми, кого вы зовёте «бродягами», – разъяснил голос.

– Боитесь, чтобы они не напали на вас? – с пониманием, кивнула пилот.

– На нас они не могут напасть. – Пилоту показалось, что голос смеётся. – Мы гораздо сильнее ришсов. Мы сопровождаем их и наблюдаем, чтобы они не нападали на цивилизованные миры.

– А мы?! – удивилась пилот. – Они же напали на нас! Почему вы не вмешиваетесь?!

– Земля не относится к цивилизованным мирам, – решительно ответил голос.

– Кто это определил? – вкрадчиво поинтересовалась пилот.

– Мы, – самодовольно объявил голос. – Мы сами принимаем решение о цивилизованности миров.

– Ах, вы! – пилот сердито засопела. – Значит, ради нас вы и щупальцем не дёрнете? Я правильно поняла?

– Мы только наблюдаем. У нас стопроцентный нейтралитет, – гордо заявил голос.

– На ваших глазах эти рикши нас убивают, а у вас нейтралитет?! – начала заводиться пилот.

– Это то, что вы называете естественным отбором.

– Это неестественный отбор!

– Что делать? – печально вздохнул голос. – Ришсам требуется много пищи.

– Они нас съедят?! – ужаснулась пилот.

– Они съедят всё, что есть на вашей планете. Точнее – всю органику, – разъяснил намерения «Бродяг» голос.

– Вот это счастье! – Пилот не испугалась, а возмутилась. – Но вы-то в состоянии их остановить?

– Да, – честно подтвердил голос. – Но у нас стопроцентный нейтралитет.

– Послушайте! – Пилот ринулась к самому возвышению. – Эти ваши рикши… ракши… Эти «бродяги» убьют даже маленьких детей!

– Они употребят всю органику, – сказал голос. – Если ваши дети состоят из органических веществ, ришсы съедят и их.

– А ваших детей они тоже съедят? – вкрадчиво спросила пилот. Она сейчас очень сожалела об отсутствии пистолета.

– Мои дети только на четверть состоят из органических веществ, – заявил голос. – До моих детей ришсам не добраться.

– Но вы можете спасти и наших детей! – в отчаянии воскликнула пилот. – Посмотрите, какие они милые и беззащитные!

Женщина включила голографический дешифратор. В зале развернулись сцены прогулки в детском парке. Множество разновозрастных ребятишек гуляли с папами и мамами, катались на каруселях, весело махали ручонками из окон вагончиков детской железной дороги.

«Баскетбольные мячи» прекратили хаотичное мельтешение. Они тоже наблюдали за движущимися картинками.

– Очень мило и красиво, – печально произнёс голос. – Нам очень жаль, но у нас стопроцентный нейтралитет.

– Хорошо. – Пилот выключила голографический проектор. – Вы можете доставить нас к Земле?

– Нет, – отказался голос. – Флот ришсов уже приближается к вашей планете. Появление нашего корабля может спровоцировать ришсов на агрессию. Против нас. Мы этого не хотим. Мы не должны вмешиваться. У нас стопроцентный…

– Я слышала! Нейтралитет! – яростно рявкнула пилот.

В сердцах она шарахнула шлемом об пол. Пластиковая сфера отскочила в толпу «баскетбольных мячей».

– Там, на Земле убивают наших родных. А вы собираетесь держать нас здесь?!

– Если бы мы вас не подобрали, вы уже были бы мертвы, – резонно укорил голос. – Считайте, что вас уже нет, – предложил он, довольный, что нашёл выход. – Наблюдайте вместе с нами.

– Вместе с вами сохранять стопроцентный нейтралитет? – вкрадчиво поинтересовалась пилот.

– Именно, – простодушно подтвердил голос.

– Вот! – Пилот продемонстрировала существу на возвышении смачный кукиш.

– Не понял ваших намерений? – несказанно удивился голос.

– Сейчас поймёшь, – усмехнулась пилот.

Она включила рацию. Надежды, что связь внутри чужого корабля будет работать, была минимальной. Но попытаться стоило.

– Инга! Инга! Слышишь меня?!

– Я обеспечу проводимость, – любезно пообещал голос.

– Маша! Я слышу тебя! – раздался в наушниках радостный голос штурмана. – Где ты? Помощь нужна?

– Инга, ты починила «мальчика»?

– Да. «Мальчик» в порядке. Что происходит?

– Если между нами разорвут связь, взрывай всё немедленно, – распорядилась пилот. – Если к тебе попытаются ворваться – взрывай!! Если будет кончаться воздух – взрывай!!!

– Вы не имеете права! – возмутился голос. – А как же мои детки?!

– Почему я должна думать о ваших детках? – возмутилась пилот. – Вам же наплевать, сколько погибнет наших детей!

– Мы вас отпустим, – пообещал голос.

– Вы доставите нас к месту битвы! – потребовала пилот.

– Ришсы могут напасть на нас, – голос едва не рыдал. – Мои детки окажутся в опасности!

– Вы сказали, что сможете защититься!

– У нас стопроцентный…

– Нейтралитет!!! – рявкнула пилот. – Стартуйте к Земле! Или мы разнесём ваш нейтралитет на мелкие атомы!

Пол под ногами качнулся.

Голубоватое свечение в зале сменилось оранжевым. «Баскетбольные мячики» кинулись врассыпную.

– Нас атакуют, – скорбно известил голос. – Вы нас вынудили. Вы нарушили наш нейтралитет. Это нечестно.

– На войне, как на войне. В бою все средства хороши, – усмехнулась пилот. – Добро пожаловать на наш весёлый карнавал.

– Уничтожено двадцать процентов флота ришсов, – оповестил голос. – Мы по-прежнему подвергаемся нападению.

– Бодренько у вас дело идёт, – уважительно произнесла пилот. – Кстати, выпустите наш корабль. Мы тоже хотим поучаствовать в вечеринке. У нас ещё целая ракета неиспользованная в резерве!

Подхватив с пола шлем, пилот припустила по распахнувшимся коридорам к своему кораблю.

– Уничтожено тридцать процентов флота ришсов, – донеслось ей вслед.


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования