Литературный конкурс-семинар Креатив
«Креатив 23, или У последней черты»

Борисенков Глеб - Мятеж Халецкого

Борисенков Глеб - Мятеж Халецкого

Александр Халецкий ненавидел женщин. Он жил один, избегал длительных отношений, презирал соседей. «Да, я социопат, - смеялся мужчина.- Зато имею учёную степень, квартиру и машину. А что есть у вас»? В свободное время доктор читал запоем, смотрел боевики, мог провести выходные за компьютером. Халецкий признавался в ненависти к родному НИИ, доказывал, что тугодум, бесперспективен и вообще тут временно. На деле  цеплялся за любую возможность остаться и понимал, что кроме работы у него ничего больше нет.

Последнее время группа Халецкого рассматривала проект целесообразности использования робототехники в военных нуждах. Мнения разделились: Станислав Тенге высказывался против, Татьяна Гриценко за. Последнее слово оставалось за Халецким.

Спор не утих даже во время обеда. Учёные сидели за квадратным столиком. На фоне низенького сутулого Тенге и серой мышки Тани, Александр казался патриархом. Он был суровым мужчиной сорока лет, с проседью в чёрных волосах, прямым носом и необыкновенными пронзительными глазами. Белый халат походил на горностаевую мантию.

- Боевые роботы? Глупость, ни одна железка никогда не заменит человека! – воскликнул Станислав. Маленькие  жучьи глаза не знали пощады, слова нет. – Дешевле купить сотню детей из третьего мира, накачать препаратами, и даже если выживет только один, полностью изменённый, то и это победа. Зачем работа с нуля,  когда природа позаботилась о носителе? Будущее за биологией.

- Не забывай, основа есть, - поправил Халецкий. – Нам нужно приладить к ней какую-нибудь штуку для убийства, мощнее и надежней современной. Дело упирается в вооружение, только так боевой механизм выдержит конкуренцию с человеком. Ведь он изначально стоит дороже обычного солдата.

- А где тут новизна идеи? Разве нас заботит выгода? Мы обязаны смотреть в будущее… –  возразила Таня.

- Целесообразность. Хорошее изобретение должно хорошо продаваться. Почему министр выберет именно нашу партию? Ответ: потому что у нашей длиннее ствол.

Доктор заразительно засмеялся и тут же осекся, заметив заведующую лабораторией Жанну Шорину. Кто-то узнавал «милых» по походке, Халецкий – по крашеной гриве рыжих волос. Александр ненавидел Жанну, куратор отвечала взаимностью.

- Халецкий, ночное дежурство! – распорядилась Шорина. Он чувствовал её упоение мелкой властью. Каждая чёрточка Жанны вопила: «смотрите, я - главный! Я здесь хозяин, всё могу»!

- Почему опять я? – спросил Халецкий. В столовой собрались почти все сотрудники лаборатории, но заведующая сознательно выбрала именно его.

- Потому что я так решила! Не нравится – увольняйся! А ещё потому, что у тебя единственного нет семьи!

Рыжая грива взметнулась перед самым носом учёных и устремилась прочь. Жанна вылетела из помещения. «Не поленилась спуститься, и специально, именно на обед, чтобы аппетит испортить», - догадался учёный.  И тут что-то прорвалось внутри…

- Ненавижу женщин! – прошептал Халецкий. – Всех бы поубивал!

- Не обобщай, - покачал головой Тенге. – Ты всего лишь зол на одну стерву.

        - Да, а тебя жена просто сахар какой-то! – взорвался Халецкий. – То-то ты без разрешения и шагу можешь шагнуть! Они все такие… кроме разве что тебя, Таня. Но исключение подчёркивает правила!

        - Не говори, как голубой, - заметил Станислав. – А то, мне неудобно будет с тобой общаться.

- Ты же знаешь, что я нормальный...  Я обобщаю.… Да, ну? Видел их много разных, десятки! Ни одна не заслуживала сострадания! За что мне их любить? Я из большой семьи, единственный мальчик. Знаешь, как бывает младшим, как могут измываться старшие сёстры? Воспитательницы-садистки, учителя-дуры, школьницы-проститутки. Это гнилая порода!

- Если девяносто девять женщин для тебя отвратительны, ищи сотую, - хмыкнул Тенге. – Помнишь, если гора не идет к Магомету…

- Я не так молод, чтобы зря терять время. Но выход есть… хм, кажется, я придумал одну штуку, которая им всем покажет.

Он вскочил из-за стола и почти побежал вслед за куратором. Станислав хотел задержать товарища, но остановился, осекся от задумчивого взгляда Татьяны.

        

За зарешеченными окнами лил дождь, капли со стуком, будто шёл град, разбивались о стекла. Серый кабинет напоминал комнату для допросов, в качестве допрашиваемого Халецкий представлял себя. «Я узник в тюрьме условностей, женщины – тюремщики», - подумал доктор и потер виски. Голова гудела после ночного дежурства. Нет, он не тратил времени зря,  учёный встал на след. На столе громоздились кучи исписанной бумаги.

- Доброе утро! – вошла Таня. В белом халате она напоминала Александру лабораторную крысу. – Как продвигаются дела по вооружению роботов?

- К чёрту оружие! – буркнул Александр. – Я выбил настоящий проект! Пусть горе-вояки ищут других дураков. Даже  ведьма Шорина дала добро, хотя, чтобы её убедить пришлось немножко слукавить.

- Что за проект-то?

Позевывая,  в кабинет бочком проскользнул Тенге. Мужчина в мятом халате прошёл мимо и тяжело рухнул на стул.

- Ненавижу утро, дождь и работу! – выдал Станислав.

- Может, хватит прикладываться к бутылке? – поморщился Халецкий. – Посмотри в зеркало! А, чёрт с тобой, у нас новое дело: проект Лилит.

- За собой посмотри! – огрызнулся Тенге. – Что за Лилит такая?

- Что-то из библии, - вспомнила женщина.

- В общем, дело было так: когда Бог создал Адама, это первый человек, кто не в курсе,  то подарил ему спутницу жизни Лилит. С ней было так хорошо, что он забыл о Боге, и поэтому тот из вредности изгнал её и породил тупую Еву. С тех пор потомки Евы ответственны за всё зло на планете. Счастье стало иллюзорным. Теперь мы исправим ошибку. Лилит – машина, которая уничтожит женский род!

Они молчали, переваривая информацию. Первым подал признаки жизни Тенге.

- Ты идиот! Как на это купилась Жанна? Что ты наобещал?

- Спонсорам – что разрабатываем тренажёр для тысячи и одного удовольствия, Шориной – военный проект для скрытого шпионажа.  Ну что вы боитесь? Основа есть - партия роботов, которую мы и так должны были перевооружить. Мы их перепрограммируем, переделаем внешность и добавим новые возможности!

- Зачем? – спросила Таня. – Чтобы отомстить Жанне? Или всему женскому роду? Чего ты добьешься?

- Счастья, - уверенно ответил доктор. – Маленького для себя и большого для всего человечества. Мы подарим мужчине идеальную спутницу, которая будет верна, полезна, красива.  Помнишь, намедни ты говорил о горе и Магомете, о сотой женщине? Это и есть Лилит. Та сотая женщина, которая заменит всех других.

- А детей аист принесёт?

- Современная наука может всё, нужно только воображение, чтобы создать проблему и блестяще решить!

- Дети будут, - включился Тенге. Блеклый, помятый профессор немедленно воспрял духом, он как полицейская ищейка встал на след. – Только вынашивать Лилит станет внешне, в барокамере.

- Перебор, - заметила Таня. – Лилит обречена. Зачем нормальным мужчинам такие сложности? Нашёл подходящую самку, которая вынесет ребёнка. Никаких сервисов обслуживания, покупок материала.

- Мы предложим нечто новое! – осенило Станислава. – Идеальная комбинация генов. Можно будет заранее отсеять болезни, исправить недоработки природы. Возьмем, к примеру, близорукость. Я всю жизнь чувствую себя калекой, хотя здоров. Ведь наследственная близорукость не болезнь, просто особенность строения глазного яблока. А мы изменим геном, чтобы такой особенности не могло быть в принципе. Понимаешь? Нет очков, аппендицита, раннего облысения. Искусственный ребёнок будет сильней, здоровее ровесников. Если желаешь блага для детей, то Лилит лучше любой женщины. Вот и слоган.

- Допустим, а что делать мне?

- Внешность. Не хочется разделять кров с мешаниной проводов. Главное, чтобы всё заменялось. Лилит обязана быть прекрасной и изменчивой. Сегодня блондинка – завтра брюнетка. Разный объем груди, цвет глаз, кожи. Ясно? За работу.

Учёные вышли из комнаты. Халецкий мог на них положиться: в отличие от него каждый из них был гением. Зато Александр умел комбинировать чужие идеи, ничего не боялся и шёл вперёд.

Он позвонил одному знакомому программисту Борисову Виталию. Когда-то тот считался талантливым парнем и мог работать в лучших компаниях. Но неудачная женитьба, алименты, месть родни бывшей перечеркнули карьеру.

- Привет, это Халецкий! – В трубке послышалось недовольное сопение.

- Чёрт, Саша, знаешь какой час? Я только уснул!

- Есть дело! Просто так я не отвлеку. Откажешься – ничего не потеряешь! Согласишься – сможешь изменить свою жалкую жизнь!

- Слушаю!

 

Халецкий перевернул лист календаря. Двадцать пятое сентября. С начала работы прошло полторы недели. Теперь он даже не мог поверить в том, что получил дело. Пришлось многим пожертвовать – личной жизнью, учебными часами, здоровьем. Сложнее всего было с программированием. Нет, на Виталия можно было положиться, участие в научной работе стало светом в конце туннеля. Борисов трудился на износ: когда он принес готовую версию программы, то был похож на бомжа: небритый, мятый, с исхудавшими щеками тяжелобольного человека. Зато красные глаза светились яростью. «Большое счастье маленького человека», - покачал головой доктор.

- Версия 1.0 готова. Начинайте тестирование, - по-военному отрапортовал Виталий. – А я отсыпаться, не могу больше.

«Мы все больны, - подумал Александр. – Мы несчастны, у нас нет жизни, кроме работы. Глубоко в душе мы желаем конечной смерти, без рая и ада. Я подарил им надежду. Лишь бы самому продолжать верить».

Первая Лилит отторгала. Угловатые формы, скромная внешность, заметные швы на стыках листов пластика. Требовалось поистине богатое воображение, чтобы хоть на миг представить, что она заменит женщин.

- Научная девушка, - хмыкнул Халецкий, оглядев «чудо» с ног до головы. – Посмотрим, как она заработает в полевых условиях.

- Где пройдут испытания? – переспросила Таня. Доктор отметил, что она принарядилась  - надела новые блестящие туфли, впервые накрасилась.

- Улица, моя квартира. Мы же её под среднего холостяка настраиваем. Вот среднестатистический холостяк и будет отлавливать упущения. Таня, а вы продолжайте заниматься внешностью – требования остаются прежними – чистая кожа, никаких стыков. Пока будущая соблазнительница походит на манекен!

Мужчина включил робота. Некоторое время загружалась система. Миндалевидные глаза открылись и уставились на учёного.

- Слышишь меня? Кто ты?

- Да, слышу. Лилит версия 1.0. – самонастраиваемый модуль. Тестирование  закончено. Ведущая директива: самообучение.

Робот поднялся и двинулся к столу. На поверхности лежало несколько бумажек. Каждая из них прошла через руки Лилит.

Халецкий с удивлением смотрел на машину. Он подошёл к ней, коснулся  плеча. Пальцы почувствовали резину.

- Следуй за мной. Хоть это ты понимаешь? – сказал и испугался. Под неряшливой внешностью скрывался боевой механизм. Изначально машины были способны преломить человека надвое.

Лилит действовала безукоризненно, единственно, настораживало отвлечение на мелочи. Робот поглощал любую информацию без разбора.

- В чём дело? За мной! – повторил ученый.

Лилит начинала пугать. Робот не мог сконцентрироваться, поминутно вращал головой, как душевнобольной. Со стороны могло показаться, что мужчина ведёт изрядно поддатую женщину. На углу, подходя к стоянке, Лилит сбила заграждение бедром и получила свежую вмятину.

Александр посадил робота в машину, приказал не шевелиться,  пристегнул ремнем для надежности. Пот градом катился по лицу.

- Зачем мне всё это? – запоздало раскаивался Халецкий. – Надеюсь, хоть на что-то полезное ты настроена.

Дома начались новые неприятности. Нельзя было и подумать, чтобы хоть на миг оставить Лилит без контроля. К счастью к огнеопасной кухне робот не проявил интереса, только к книгам. С некоторыми сомнениями Халецкий пододвинул  ноутбук.

Наблюдать за Лилит было самым скучным занятием на свете. Она сидела и скользила глазами по тексту. На втором часу Халецкий потерял терпение и ушёл пить кофе. Потом ему позвонили с работы и напомнили о лекции. Халецкий ещё раз осмотрел Лилит и вышел на улицу.

Вернулся он поздно, усталый и злой на весь мир. Квартира была целой, что уже радовало. Лилит продолжала изучать письменное дело.

- Завтра позвоню Виталию, - прошептал Халецкий. – Что-то не работает. Принцип самообучения в качестве приоритета в корне неверен.

Утром Лилит отключилась и перестала загружаться. Александр обнаружил, чем она занималась: одолела справочник по химии, медицине, поваренную книгу, шесть детективов, скачала пятнадцать гигабайт порно из интернета.

- Лилит была изначально больной, - заключил Тенге. – Зачем нужен заменитель женщины?

- Для секса! – заметил Виталий.

- Хотя бы так, - подтвердил учёный. –  Нам не нужен накопитель информации под рукой. Образование само по себе не делает человека умным, тем более робота.

- Законы Азимова сразу не подходят, - заметил Халецкий. – Ценность не авторизованной личности стремится к нулю. Мне нужна жена, телохранитель, кухарка и горничная в одном лице. А не это угловатое нелепое чудо. Таня – упор на внешность, понимаешь? Основной спонсор проекта Лилит сеть ночных клубов.  И нам требуется убедительная демонстрационная модель. А не пугало-ботаник.

 

Вторая Лилит была почти совершенной, с роскошными чёрными волосами, в которые Халецкий любил зарываться носом, нежной кожей и правильными чертами лица. Лилит говорила томным голосом, ходила с гордо поднятой головой. Если что и смущало учёного, так чувства. Он не мог отдать отчет, почему так легко подпал под её влияние. Может потому что у него давно не было женщины? Увы, в амурных делах Лилит была бесполезной – она больше напоминала надувную куклу.

«Первое октября. Лилит 2.0, - записывал Халецкий в дневник. – Девушка сопровождения. Она эффектно смотрится, хорошо держится на людях, сохраняет правильную дистанцию. Во время полевых испытаний два раза удержала меня от падения.

Второе октября. Надо снизить защитную функцию, не видит грани между угрозой и нападением. Убила всех собак и кошек в округе. К счастью, на меня никто не подумал. Не хватало только внимания полиции.

Шестое октября. Нашёл очередные недоработки. У Лилит не обновляется кожа. Хотя бы раз в месяц обязательно посещение технического отдела. Кроме того пришлось наладить постоянный выпуск обновлений. Один Виталий не справляется.

Десятое октября. Застукал Лилит с соседом. Новое обновление следует откатить. Лилит 3.0 должна иметь режим авторизации, иначе идея замены женщины скатывается в какую-то Гоморру!

Двенадцатое октября. Узнал о похождениях «женушки». Пока Лилит годна разве что на продажу в бордели. Бесполезна в быту. Пришел расстроенным с работы: впервые поругался с Таней. Что ей надо? Сочувствия, жалости? Она говорит, что надо остановиться. По почте пришла повестка в полицию, пока в качестве свидетеля. Женское лобби забеспокоилось. Ничего, скоро вас отправят на свалку истории».

 

Ноябрь выдался напряженным. У студентов Халецкого началась сессия, пришлось тратить драгоценное время зря, возникли сложности с финансированием. Модернизированная версия Лилит 3.0 пошла на продажу. Заказчик был в восторге, но доктор не разделял радости. Его гениальный проект, призванный совершить биологическую революцию, исправить ошибку Бога, использовали как пошлый имитатор.  

Целый отдел был подключён для работы с Лилит. Обновления выходили каждый день. Новая Лилит могла посоперничать с любой хозяйкой, охраняла дом, поливала цветы, отключалась по первому требованию. Она могла дать всё, кроме детей. Александр начал тревожить Тенге требованиями ускорить работу.

Если что и раздражало, так Таня. Даже Жанна притихла, как только деньги потекли рекой. Спонсоры были в восторге, хотели дешёвых и многоразовых девушек – они их получили. В душе Халецкий смеялся над ними, презирал, как недоразвитых животных. Они жаждали развлечений. Им не было дела до борьбы, эволюции, прогресса.

- Что от тебя хотела полиция? – спросила Таня. На ней была короткая мини-юбка, белая блузка и чёрные блестящие туфли. Сначала Халецкий хотел оскорбить её, намекнуть на возраст и положение, но потом, успокоился. Странно, но он никогда не думал о соратнице, как о женщине.

- Не знаю, - помолчав, ответил ученый. – То есть, сам не понял. Показывали фотографии каких-то студенток, спрашивали о них. Какое мне дело до студенток? Спроси любого – каждый скажет, что Халецкий женщинами не интересуется! Подумаешь, пропали…. Знаем мы, тоже были студентами. Деньги закончатся - найдутся!

- И всё? Только из-за этого? – переспросила Таня. – Ты ничего от меня не скрываешь?

- Мне нечего скрывать. Взяли подписку о невыезде. Женское лобби ещё сильно. Забеспокоились.

- Допустим, Лилит и в правду станет совершенной. Ты уничтожишь женщин. Кто сможет соперничать с идеалом, вобравшим в себя  качества лучших? Патриархат, домострой, мы будем сидеть по домам как мышки, мечтая о крепкой руке, лишь бы не остаться одной. Почему? Что я тебе сделала? Я тоже женщина. Или ты забыл? Или тебя смущают мои дети?

- Сделаем тебе искусственного мужика! – хмыкнул доктор.

- Дурак ты, Саша! – Татьяна выскочила из кабинета. Только зацокали каблуки по кафелю.

В дверь тихонько постучали. Александр не отрываясь от бумаг, крикнул, что открыто. Вошла юная девушка со смуглой кожей и белоснежными волосами. Халецкий узнал обновлённую версию Лилит. Ему нравилась изменчивость, непостоянность. Она могла быть разной. Но только такой, какой он хотел. Рядом с ней мужчина чувствовал себя Богом, абсолютным владыкой.

- Задачи выполнены: дом убран, машина помыта, счета оплачены. Ожидаю новых распоряжений, - отрапортовала машина. Нет, теперь она не была механизмом. Она стала чем-то большим. Усилием воли Халецкий отогнал эту мысль. Пусть другие пускают слюни на фотомодель, но он должен видеть Лилит настоящей, с кремниевыми мозгами.

- Пойдем, навестим нашего доктора, - предложил Александр. – Пора завести общих детей.

Идти было недалеко, по коридору и вниз, к лестнице в подвал. На нижнем уровне располагалась станция технического обслуживания с барокамерами. В них должны были развиваться потомки Лилит.

В последнее время Тенге стал скрытным, ещё более замкнутым, чем обычно. Халецкий улавливал связь с проблемами в семье. Это только здесь, на нижних этажах, Станислав был хозяином, дома - бледная тень. Три женщины, «Сайлемские ведьмы», дочь, жена и теща безраздельно властвовали в квартире. Для них доктор был неудачником, слабаком, который не может  розетку поменять. Они желали самца, бизнесмена и балагура в одном лице, а имели замкнутого стареющего человека.

До подвала Халецкий не дошёл. Он услышал знакомые голоса из кабинета по дороге вниз.  Мужчина узнал Танин, жестом приказал роботу остановиться.

- Он ненавидит меня, не считается. Не знаю, чем заслужила такое отношение. Что ещё сделать? Ему была нужна нянька – я стала для него нянькой. Ему нужен был боевой товарищ –  всегда была рядом.

- Не переживай, - Виталий? – Я учился с ним, знаю, каким он был молодым. Саша всегда был такой, ты ни в чем не виновата. Должно быть, у него просто не хватает генов или это травма. Он не способен на дружбу. Для него мы винтики. Дружба, как он её понимает – это процесс обмена, ты - мне, я – тебе. Саша считает женщин злом. И чем-то прав. Ему просто не повезло. Родись он в другой семье, учись в иной школе – всё было бы иначе. Но он инвалид, хоть этого не видно глазом, эмоциональный калека.

Ярость захлестнула Халецкого. Мужчина бросился прочь из здания. Лилит покорно поспевала рядом.

 

Первого декабря случилась беда. Халецкий пустил проект на самотек. Лидерство перешло в твердые руки Жанны. Теперь Шорина ставила задачи – остальные бегали. И если Халецкого интересовал идеал, то куратора оружие. Заведующая лишь вернула первоначальный военный проект на старые рельсы. Новые версии Лилит имели встроенное оружие, стреляли в десятку, пробивали кулаком стену. Роботы, даже без окончательных тестов, расходилась на ура, настолько велик был интерес. Секретность сохранить не удалось: Халецкий превращался в живую легенду. Сразу из нескольких стран поступили предложения о работе. Обещали многое: высокий доход, должность, уважение.

Учёный хотел довести дело до конца. Он больше не был уверен в правильности изначальной цели, но не мог повернуть.

На нижнем этаже было пусто. Тенге работал один, никого не допуская к себе. Он занимался самой сложной частью – работой Бога. Доктор прочитал надпись «СТО» на табличке,  усмехнулся, и потянул ручку на себя.

- Я посмотрел твои отчеты, Слава, - Вот так, ни здравствуй, давно не виделись, как здоровье? Халецкий не любил терять время на глупости. – То, что породил жизнь – похвально, но ты не использовал искусственные яйцеклетки.  В смете нет доноров. Как ты это сделал? Были добровольцы?

В тот же момент Халецкий понял, что пришел не вовремя. Рядом с операционным столом были разбросаны вещи – чёрные чулки, лифчик, смятая кофточка. Что-то было не так, Тенге слишком стар для амурных игр.

По кофточке расплылись какие-то бурые пятна. Александр коснулся  пальцами, почувствовал тошноту в горле.

- Всего лишь спазм, выдержу, - прошептал доктор. Он бегло осмотрел лабораторию. Товарищ превратил её в операционную. Учёный вспомнил недавние вызовы в полицию. Страшная догадка промелькнула в голове.

За шторкой раздавались приглушённые звуки. Халецкий поднял острый скальпель со стола. На кончике запеклись капли крови. «Не может быть», – в отчаянии подумал мужчина. Дрожащей рукой он откинул полиэтиленовую штору  в сторону…

За шторкой был старый друг Халецкого Станислав по прозвищу Тенге. Он был родом из Казахстана и коллекционировал монеты. Они вместе учились, Саша был свидетелем на свадьбе. Он помнил товарища как самозабвенного учёного, преданного соратника. Но сейчас, это был другой Слава.

- Ты не вовремя, - просипел учёный. Он часто возбуждённо дышал. На столике лежали окровавленные останки девушки. – Я ещё не сделал последние анализы.

Халецкий отскочил прочь. У него закружилась голова.

- Зачем ты сделал это? У тебя же семья ….

- Это мой шанс вырваться! Сделаю открытие:  я ненавижу свою семью! Я живу на их площади. Они не понимают меня. Для них я хуже насекомого! Не будь как они! Мы почти достигли желаемого. Это открытие…. Не делай ошибки, Саша. Кто они тебе? Друзья? Кроме меня у тебя нет друзей. Они тебя не жалели, не жалей и ты. А я поддерживал, когда было плохо. Теперь я в беде – так помоги!

Халецкий медленно отступил к стене. Он покачал головой.

- Я не могу, пойми, не могу. Ты перешёл черту. Ты – монстр!

Убийца рассмеялся. Он посмотрел на окровавленные руки.

- Это ты чудовище! А я учёный. Может ты забыл, что задумал? И ради чего? Чтобы отомстить? Или из детской обиды? Я – творец, вот новая раса, сначала совершенная Лилит, потом придет время и за новым Адамом. Я двигатель эволюция. Рука бога! А ты, кто ты такой? Ущербный псих! Калека!

Он всё смеялся и смеялся, никак не мог остановиться. Уже позднее, когда охрана пришла задерживать Тенге, тот попросил присмотреть за усовершенствованными детьми и перерезал горло.

 

Халецкий был раздавлен. Мужчина позвонил на работу, сказался больным, лежал на диване и в прострации смотрел телевизор. Всё ради чего он жил казалось ужасным, отвратительным.  

Хуже всего, что сейчас Лилит была бесполезной. Она могла делать только то, на что была запрограммирована.  Лилит оставалась роботом, пусть и настолько похожим на человека. Она не могла поддержать разговор на отвлечённые темы, оказать помощь. С Лилит можно было спать, но нельзя дружить. Вернее она дружила, но не в том понимании, как  это представляли люди. Для Лилит дружба заключалась в создании максимально комфортных условий жизни для авторизованного пользователя. Она оставалась роботом. Ей неведомы были переживания, порывы. Лилит была искусственной. Лампочка тоже может освещать, но солнце никогда не заменит.

- Я был не прав, - прошептал Халецкий. – И потому проиграл. Я хотел изменить мир, но действовал из ложных побуждений. Лилит лучше девяносто девяти женщин, но не идеал. Она не моя, не сотая.

Он встал, приказал Лилит охранять дом, и поехал прямиком к Тане. Теперь мир снова стал цельным. Александр больше не  нуждался в суррогате.  Доктор мог предвидеть будущее: он будет просить прощения, подарит цветы.… Таня недолго станет дуться. Он заменит отца её детям. Они не будут счастливы в России. Эта страна не создана для радости. Здесь людей ждут только испытания и боль. Новая семья уедет по приглашению. Халецкий станет преподавать, а Таня… это только её личное дело, что будет делать она. Это и есть качество, которого не доставало Лилит. Свобода воли. Они будут счастливы. А Лилит покорит мир. Может быть потом, когда мода спадет, если не станет слишком поздно…

Халецкий ехал в НИИ. Он ехал изменять жизнь.

 


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Рассказы Креатива 23
Заметки: - -

Литкреатив © 2008-2018. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования