Литературный конкурс-семинар Креатив
Зимний блиц 2017: «Сказки не нашего леса, или Невеста Чука»

Avocado - Биоэтика

Avocado - Биоэтика

          Двигатель краулера наконец-то охладился и можно было продолжать путь. Раниш поерзал в опостылвшем за две недели кресле, тщетно пытаясь устроиться поудобнее, и плавно надавил на управляющий рычаг. Последняя ходка, повторил он в очередной раз, последняя, последняя...

Автопилот медленно ползущего к колонии старенького краулера работал не очень-то надежно,  не позволяя Ранишу отвлекаться надолго. Впрочем это не мешало его мыслям бежать по проторенной за последние недели колее.

            Чёрт  бы побрал всех этих защитников прав животных вкупе с политиками-популистами... Ну почему этот проклятый закон об этичном обращении с лабораторными животными должны были принять именно сейчас (впрочем это как раз понятно — выборы на носу), а не через год-другой? Тогда это была бы головная боль следующего поколения аспирантов, а не лично его, Раниша. Как здорово раньше было руководствоваться в выборе типа и количества лабораторных моделей только здравым смыслом и научной целесообразностью. Сейчас же любой планируемый эксперимент необходимо провести через две комиссии, одну университетскую, а другую в министерстве сельского хозяйства, и даже не спрашивайте почему именно сельского... В идеальном случае это должно было занимать около полугода, только где он этот идеальный случай? В комиссиях, кроме ученых, заседали разного рода бюрократы и общественные деятели, объяснить которым что-либо было зачастую весьма затруднительно. «Что за трипликаты для достоверной статистической обработки данных? Убрать! Почему укол в вену без наркоза? Это не гуманно!» А то, что дикое количество оставшихся невостребованными животных в вивариях пришлось гуманно усыпить, это значит этично и никакого внутреннего противоречия у них не вызывает!

            Раниш наконец заметил давно мигавший в левом углу приборной доски индикатор. Так, консервация этого экземпляра закончена, надо начинать работать со следующим. Он развернулся  к панели управления манипуляторами и потянулся парой из них в клетку, притороченную к задней части краулера. О, как засуетились! Ну да куда вы денетесь, только бы не сломали друг другу чего-нибудь. Искать замену подпорченным экземплярам страшно не хотелось. С трудом зафиксировав одного из наименее шустрых, Раниш аккуратно втянул его в лабораторный отсек и инициировал процедуру консервации. Все, дальше процесс пойдет автоматически... Полная замена крови в системе циркуляции этого создания на криоконсервант брала минут двадцать. Часть жидкости шла на экспресс-анализ, а излишки сливались прямо под краулер. Фу, гадость какая! Да и оставшихся в клетке тварей это явно нервирует. Как-то не продуманно, а впрочем, ничего удивительного — навешивалось все это оборудование на краулер в дикой спешке, пока еще каких-нибудь дурацких законов не понапринимали.

            Научному сообществу жизненно необходимы гранты, публикации, защиты, и прерывать столь нужные для всего этого эксперименты как минимум на полгода никому не хотелось. Проявив свойственную им по роду занятий креативность учёные быстро нашли выход. В законе оговаривалось этичное обращение исключительно с двухордовыми, прочие типы фауны под него не попадали. Тут-то кто-то гениальный («Шоб ему пусто было!» —, с ненавистью подумал Раниш) и вспомнил про открытых лет двести назад колониальных животных, поразительно напоминающих биргилей, стандартную и наиболее популярную в последние десятилетия лабораторную модель. Внешнее сходство было удивительным, породив поначалу пару нездоровых теорий о сверхдальних миграциях, хотя и не абсолютным. Лже-биргили были значително менее пушистые (и уж конечно менее симпатичные!), чем биргили настоящие, так что в суровом местном климате им приходилось ткать что-то вроде коконов из волокон и таскать эти неуклюжие конструкции на себе. Диссекция, правда, выявила массу физиологических отличий — начиная с наличия всего одной хорды — заставив любителей сенсаций пристыженно замолчать. И вот теперь, на безрыбье, про них-то и вспомнили. Так что уже через два дня научный руководитель выпроводил Раниша в полевую экспедицию с наказом без шестидесяти экземпляров не возвращаться, а то ведь можно вспомнить опыт выдающихся ученых прошлого, так любивших ставить свои гениальные эксперименты на себе. Наказ был таким убедительным что Раниш самостоятельно увеличил желательное количество до ста, о чем теперь горько жалел.

            Сначала ему казалось что задание будет легким и основной проблемой будет скука в пути, хотя с другой стороны в это время можно будет таки заставить себя засесть за вводную часть диссертации. Сам процесс отлова не должен был доставить никаких проблем. Так, собственно, поначалу и было. Первую партию из семнадцати лже-биргилей он отловил практически не отходя от базового лагеря — любопытные твари сами лезли прямо к манипуляторам краулера. К сожалению, больше семнадцати в клетку не вмещалось, а пока улов проходил консервацию, те, что толпились поблизости, успели разбежаться. Еще одну партию также удалось собрать без особых хлопот, разворошив несколько оказавшихся поблизости гнёзд, но уже в следующий заход почти все проверенные гнезда оказались пусты. Ранишу пришлось направить краулер к замеченной сверху и находящейся нескольких часах пути колонии, в которой гнёзда лепились друг к другу практически вплотную. Тут очень своевременно подоспели солдаты. Как и многие другие колониальные животные, лже-биргили явно делились на рабочих, солдат и репродуктивных особей, причём если последние анатомически сильно отличались от прочих, рабочие и солдаты были практически одинаковы, кроме разве что формы и окраски своих дурацких коконов.

            Ага, легки напомине, скривился Раниш, услышав дробный стук раскаленных кусочков металла о защитный кожух краулера. Он прильнул к обзорному экрану. Ну точно! Целая группа особей солдатской касты пыталась остановить его продвижение, активно плюясь этими самыми кусочками. Инстинкт гнал их на защиту колонии, и они снова и снова слепо следовали ему, несмотря на явное отсутствие какого-либо эффекта. Надо бы их как-то отогнать, с краулером от их действий ничего, конечно, не случится (это старьё скорее само развалится!), а вот с таким трудом отловленные репродуктивные особи в корзине могут и пострадать. Попробуем для начала звуковой раздражитель, без особой надежды подумал Раниш и потянулся к нужной кнопке. Низкий протяжный рёв волной прокатился по окресностям. Нда, никакого эффекта... Хотя... Он услышал отголосок ответного рева и внимательней вгляделся в экран. На горизонте копошился силуэт ещё одного краулера. Конкуренты, так их и эдак... Десятки университетов и исследовательских институтов поторопились отправить свои экспедиции, так что нет ничего удивительного, что не один он вышел к такой многообещающей колонии. Ну-ну, желаем успехов. Раниш мог уже, в общем-то, не бояться, что ему помешают — в базовом лагере лежали законсервированные и готовые к транспортировке пятьдесят рабочих/солдат (кто их разберет без коконов-то) и тридцать девять репродуктивных особей, а ещё десяток ждали своей очереди в краулере. До заветной сотни оставалось отловить всего одну штуку. Так, не отвлекаться! Раз звуком их не проймешь, придется эту помеху ликвидировать. Остановив краулер (опять задержка!), Раниш перевел всю мощность двигателя на генерацию энергетического луча. Парочка гнёзд занялась весёлым пламенем, несколько солдат упало, но остальные попрятались и продолжали плеваться. Вот ведь тупые твари, они явно не понимают, что зеленоватый цвет их коконов, вероятно отточеный эволюцией под мимикрию растений, совершенно демаскирует их среди серо-коричневых гнёзд и дорожек между ними внутри колонии.

            Всё, надоело! Дезинфицирующий газ тёмной струёй накрыл группку солдат и прокатился по близлежащим гнёздам. Стук по кожуху немедленно стих, и очень вовремя — он уже начинал действовать на нервы. Проинспектировав клетку, Раниш с радостью убедился, что все отловленные особи благополучно пережили атаку. Выбравшись из зоны действия газа, краулер развалил манипуляторами ближайшее гнездо (пусто!), затем другое, третье... Вот она, удача! В обломках гнезда копошились раненый рабочий и совершенно целая  недостающая репродуктивная особь! Ведомый инстинктом рабочий пытался закрыть репродуктивную собой, но был немедленно отброшен в сторону. «Наконец-то! Полный комплект! А то от этого проклятого места меня уже начинает просто знобить», — устало подумал Раниш, переключая автопилот на координаты базового лагеря.

            Надсадно ревя убитым мотором и извергая клубы пара из сочленений всех своих трёх ног, старенький краулер медленно развернулся и пустился в обратный путь. Дымящиеся развалины Лондона на заднем обзорном экране постепенно уменьшались, пока наконец не исчезли из вида совсем...

 

 

 Действующие на данный момент международные принципы биоэтики, регламентирующие экспериментирование на животных, не распостроняются на беспозвоночных. Ежегодно в мире используется более ста миллионов подопытных животных.


Авторский комментарий:
Тема для обсуждения работы
Зимний Блиц 2017
Заметки: -

Литкреатив © 2008-2017. Материалы сайта могут содержать контент не предназначенный для детей до 18 лет.

   Яндекс цитирования